Красная нить судьбы

Тишина резала слух. Вокруг ни души. В темной комнате было холодно, настолько что пальцы ног примерзали к влажным от сырости дощечкам. Рваные всхлипы не доходили до стен, утопая в глубине необъятного пространства. Мерзостный запах тухлятины забивался в нос не позволяя вздохнуть. Совсем ожидаемо с боку раздался звук. Знакомый, противный писк мелкого грызуна. Только на этот раз их было намного больше. Они выплывали из тени целой стаей атакуя маленькое сжавшееся тельце. Вгрызались в плоть, откусывая кусок за куском. Не щадя даже ногтей, впивались острыми как бритва зубами, залезая под одежду. Рвали волосы целыми комьями толкая друг друга в попытке ухватить самую лакомую часть. Смирившись, девушка позволила тварям делать свое дело. Ибо это ещё одна из её костлявых тайн: когда ночь вырвет из неприятнейшего кошмара, а ум не спасёт, потому как во мраке комнаты отсутствует кислород — Дже Ха дико и позорно закричит, зовя маму. Подобное повторялось не раз. Вскоре все закончится. Внезапно, совсем не по выверенному сценарию дверь распахнулась, озаряя местность первыми лучами солнца. В проходе — темный силуэт. Лица его не разглядеть, но только то, что благодаря ему исчезли крысы, стоило признательности. Потянувшись к свету, исходящему от прекрасного спасителя, ноги, не почувствовав опоры предательски заплелись. — Чёрт! Потерев ушибленный копчик, она раздосадовано закусила губу. Голова нещадно трещала, как и левая лодыжка, аккуратно обмотанная эластичным бинтом. Вспоминая обстоятельства своего ранения, Дже Ха огляделась не понимая, откуда вдруг в небольшой квартирке, которую они сняли с Хикари, взяться дорогому японскому креслу. И панорамным окнам с видом на реку Хан. Их точно не было. — Апатит, твою Хибины мать… Огромные апартаменты выглядели слишком аскетично, не предрасполагая к проживаю от слова совсем. Даже гостиницы были обжиты большим количеством вещей. Большая кровать, застеленная белыми крахмальными простынями, стеклянный столик и кресло. Ни тебе коврика с мягким ворсом, ни проклятых часов, чтобы узнать время. — Так падать это твоё хобби? В противоположной стороне из ниоткуда возникла широкая фигура, рывком поднявшая девушку с колен. Словно ошпарившись отпрыгнувшую, вновь ударяясь тем же местом. — Довольна? Устало вздохнув, Ган скрестил руки на груди, неотрывно смотря под ноги на ползающее там тело. Упрямо не обращая внимания на раздраженный тон, кряхтя, пыхтя, но встав, она поморщилась. — Не прикасайся. — Прости. Дже Ха казалось, будто она оглохла. Простое слово заставило застрять в глотке нескончаемый поток брани, готовый сорваться в его адрес. Сердце дрогнуло, а дыхание… а дыхание, кажется, совсем прекратилось. — Повторять не стану, поэтому возьми себя в руки и переоденься. — Развернувшись мужчина медленными шагами направился к выходу. — Нам нужно поговорить. Он указал на кресло, в котором лежал сверток с одеждой, ожидая, когда гостья соизволит наконец ответить. Но она лишь пожала плечами с толикой злорадства смакуя момент ожидания. — О, теперь ты соизволил поговорить. Чудесно. — Протянув последнее с особым наслаждением, девушка картинно выдохнула. «Актриса, ей-богу!» Схватив вещи, мельком их оценивая, она принялась снимать ненужные тряпки красивого некогда платья. Буквально каждой своей косточкой ощущая его взгляд. Даже не оборачиваясь понимая какой. Растерянный, немного удивленный. Ни капли былого смущения, движения плавные и спокойные. Все потому что их научили воспринимать свое тело только как оружие. А кто вообще отворачивается, если видит обнаженный меч? — Пытаешься меня соблазнить? Глаза по привычке закатились. Надев поверх майки рубашку и втиснувшись в джинсы Дже Ха, торопливо собрала волосы в подобие хвоста. Хотелось бы, конечно, позлить его чуть дольше, но не решаясь, зная к каким последствиям это может привести в особенности учитывая их напряжённые отношения. — Больно надо. Проходя мимо, она невзначай коснулась локтя, отмечая малейшую реакцию, которой не последовало. — А зря. У тебя почти получилось. Напускное равнодушие дало трещину, поэтому ускорившись Дже Ха дошла до кухни, печенью и селезенкой уже чувствуя его насмешку. Кухня, совмещённая с гостиной так же, не пестрила деталями, отдавая предпочтение минимализму. Светлая в приглушённых тонах с высокими потолками, прямо посреди помещения находился просторный диван с кучей подушек, который наверняка стоил больше их годовой аренды. Но ее комната в обычной квартире выглядела куда более милой и уютной, чем все комнаты в его помпезном доме. Сев за стол, на котором располагалась тарелка с лапшой, она скептически покачала головой. Этот парень действительно сумасшедший, если завтракает раменом. Упрямо не поднимая глаз, Ган продолжал есть, размышляя о чем-то своём на досуге. — Мне тебя лично покормить или ты прекратишь наконец пялиться и примешься за еду? — К чему эта напускная забота? Лучше скажи прямо чего ты хочешь и мы разбежимся. — Сцепив зубы девушка перевела вектор ненависти с собеседника на набухшую лапшу. Пальцы слегка дрожали, поэтому пришлось прятать их под столом. Ещё не хватало тешить подобным образом его непомерно раздутое эго. — Давай заключим сделку. — Опережая готовый ответ он сцепил руки в замок, пододвигая небольшой конверт, стоявший на самом краю. — Я разузнал о твоём прошлом. Трагично. Так и тянет на сопливый фильм с парочкой Оскаров. А вот теперь злость только нарастала, толкая перейти тонкую грань дозволенного. — Извините уж — моя жизнь не с глянцевых журналов списана и в задницу с рождения меня никто не целует. — Если ты намекаешь на Кристалл, лучше закончи на этом. Оборвав на полуслове, Ган твёрдо дал понять, что не потерпит и намёка в сторону своей любимицы. Где-то под рёбрами кольнуло, а обида комом встала в горле. Он словно специально уязвлял таким вот образом. Всё, что могло вызвать ревность, обиду друг на друга, подчёркивал, подавая на блюдечке. — Да, ты прав. Конструктивного диалога у нас не выйдет. Можешь не провожать. Резко поднявшись, чуть ли не опрокидывая стул, она наугад направилась вон, дабы не слышать большего. В противном случае развитое годами самообладание развеет прахом по ветру, а с языка сорвутся слова, о которых потом придётся горько сожалеть. Ган в выражениях не церемонился, но вот ей почему-то до сих пор было не плевать на то, как они могут задеть за живое, как откликнуться в его душе. Наверняка насквозь прогнившей, запертой на тысячи замков, не позволяющих войти ничему человеческому. — Я не закончил. Села живо. Одним широким шагом дойдя до стоявшей у двери и активно пытающуюся выйти девушки, он развернул ее покрывшее пятнами от злости лицо. — Если ты сейчас же не откроешь эту чёртову дверь!.. — Эта чертова дверь открывается легким нажатием на ручку. — Ненавязчиво направляя тонкую руку в нужную сторону, помогая надавить, мужчина открыл и тут же закрыл ту с громким хлопком прямо перед носом. — Но я не думаю, что ты можешь уйти просто так не дослушав. Крякнув неразборчивое ругательство Дже Ха спиной опёрлась об косяк совершенно в его манере, жалея только о нехватки курева между средним и безымянным пальцем. Зачем помнить о том, как он держит сигарету? Она и сама не знала. Просто отложила в памяти сей нелепый факт. — Ты хочешь отомстить своему клану? Мы можем помочь друг другу. — Нет. Удивлённое молчание встретило этот ответ — неожиданный, но не заключавший в себе ничего невероятного. После откровений той ночи парень должен быть благодарен за то, что она вообще слушает весь сказанный им бред. — Для меня нынешний ты ничем не отличаешься от директора или председателя Чхве. Я устала быть пешкой в вашей игре. Не знаю в чем твоя выгода, но точно знаю, что ты выбросишь меня, как только получишь желаемое. Хватит с меня этого дерьма. Как бы больно ни было признавать, но в реальности дела обстоят именно так. Ган (с недавних пор) — квинтэссенция всего зла на бренной земле. Засуха на плодородных почвах, кара небесная за грехи людские и далее по списку. Сломанных им жизней пальцев не хватит сосчитать. Он как сумасшедший Виктор Франкенштейн из романа Мэри Шелли, только тот доктор создавал монстра из мертвых останков людей, а Ган создаёт монстров из живых детей, обещая им несбыточный Неверленд в угоду своей непомерной жестокости и желаниям. За подобное даже в аду стоящего котла не найдётся. Уголки его тонких губ вздрагивают, брови смыкаются — он, как и раньше не переносит грубости. Решив поставить жирную точку, девушка вновь развернулась дабы уйти, громко хлопнув дверью. — Нынешний я? Минула вечность, прежде чем тяжёлая горячая ладонь легла на худое плечо и над ухом раздался густой мужской голос. Легкая вибрация прошла через грудь в живот. Это пугало, интриговало и, главное, заставило сердце болеть от невысказанных вопросов и странного желания узнать мрачные тайны, терзавшие его душу. — Знаешь, чем я отличаюсь от прошлого себя? — Пальцы невесомо коснулись позвоночника, посылая волну мурашек. Она готова была стоять так целую вечность и клясть свою податливую натуру. Ибо это до одури приятно — ощущать его пробирающий под кожу запах, тёплый вздох где-то на уровне шеи, заставляющий волосы дыбом встать на загривке. Это продолжалось не более пары десятков секунд, и в тот момент, когда последний кирпичик в голове словно недостающий кусочек пазла сложился, образовывая картину, он стих. — У меня есть цели, амбиции и ресурсы, а не глупые воздушные замки. Калейдоскоп эмоций раскололся пополам, оставляя после себя неприятное послевкусие, как от горькой таблетки. Умеет же стервец попортить атмосферу. — Счастлив теперь, да? — Именно в этот момент губы её тронула мимолётная улыбка, как отражение сокровенных мыслей. — Оставлю тогда тебя с ними наедине.

***

Хикари не знала на кой черт она повелась на явный шантаж и приперлась в назначенное место. Утешая себя простым интересом, в который раз взглянув на часы на запястье. Ей бы к школе готовиться ан нет, вместо этого шатается на свиданиях с белобрысым маньяком с явным шизоидным расстройством личности. «Не свидание. Просто встреча». Хотя справедливости ради стоило признать, выбора как такого и не было. Свидания не начинаются со слов: «не придёшь сломаю тебе и твоей горячо любимой сестрице жизнь». «Псих». — Какая встреча, Хикари-чан! Радостный крик разрушил последнюю надежду на то, что непутевого кавалера по дороге сбил автобус. Такой пустяк для водителя, а день стал бы намного лучше. — Ты ведь сам меня сюда позвал. И к тому же безбожно опоздал. — Не злись, я пытаюсь соответствовать всем пунктам идеального свидания, вот. — Не свидание это! На кой ляд мне с тобой ходить? Лучше скажи, ты действительно отдашь мне то видео с онни? Первая и последняя причина по которой японка вообще согласилась на подобный фарс, угроза безопасности Дже Ха. С видео, где подруга избивает Чейза в его клубе и ломает подлецу кости, ее запросто могли посадить. А единственная надежда избежать этого находиться в руках у корейской версии Джокера только без грима. — Да-да, не переживай. Потянув ее за собой к ближайшему зданию, Гу весело щебетал о всякой ерунде, к которой Хикари отнесла буквально все. Его рот настоящий кратер извергающий бесконечный поток ненужной информации, перепрыгивая с темы на тему. Но ей казалось и не нужно вникать. Достаточно было ходить рядом, слушая различные истории, приправленные отборными шутками. Смеяться позабыв о злости и скепсисе первых минут, наслаждаясь легким ветерком, пришедшим с запада. Придержав по-джентельменски дверь, он пропустил в странное заведение, пропахшее порохом и жженой резиной. Тир, а точнее настоящее стрельбище, хорошо механизированное, освещённое и, судя по видневшимся вдали мишеням, протянувшееся метров на двести, а то и более. Совсем не тот детский аттракцион, где можно было в качестве приза получить голого пупса за сбитых из воздушной винтовки зверюшек, использующихся в качестве движущихся мишеней. — Ну что, мышонок, проверим твою меткость? — Ты шутишь? — Помолчав буквально секунду, она взорвалась, радостно подпрыгивая на месте. Совершенно не ожидавший подобной реакции Гу, стоял впервые не зная, что сказать. Девушка взялась обеими руками за руки шокированного парня и потянула его в сторону манекенов. — Как же круто! Схватив со стойки заряженный малокалиберный пистолет Хикари заворожённая убийственной красотой матового покрытия, прицелилась в грудь далеко стоящей мишени. — Оглохнуть хочешь? — Аккуратно натянув на ее уши защитные наушники, он примостился сзади, кладя поверх свою ладонь. Такая близость позволила уловить кроткие вздохи, оценить наконец теплоту исходящую от сильного во всех смыслах, тела. — Целься не в грудь, а в голову. И лучше, считай свои выдохи. — Обжигая дыханием наверняка покрасневшие щеки, парень направил оружие чуть выше. — Стреляй между четвертым и пятым. Выстрел. — В яблочко! Пискнув от нахлынувших эмоций, Хикари невольно расплылась в благодарной улыбке. Широкой такой и искренней. — Видел? Это я твою голову представила. — Ха! Приняв сей сопернический выпад Гу схватил своё оружие и начал шмалять без остановки спустив весь магазин, но умудрившись ни разу не промазать. — Выпендрежник. — Салага. Притворно скривившись, она вновь выстрелила, прямо как учил блондин. И это ничуть не весело и неприятно.

***

Привыкнуть к новому климату бывает не так просто. Япония особо дождями не баловала. А здесь несмотря на «лето круглый год» и отсутствие внятной смены сезонов, бывает и на неделю может пасмурная погода установиться. Что нагнетало без того унылую атмосферу серости. Прогулка по ночному городу была одной из спонтанных решений, возникающих в усталом воспалённом мозгу дабы освободиться от тяжелых дум. Неподалеку послышалось шкворчание и взгляд зацепился за пеструю вывеску небольшой забегаловки стоящей прямо посреди дороги. Живот свело от предвкушения, поэтому пошарив в карманах в поисках мелочи, она выудила пару монет и протянула продавцу. Такояки щедро посыпанные стружкой тунца и политые майонезом, пахли совсем не так, как стоило бы. Но как хороший финиш неприятного дня вполне годились. Неприятного? Слабо сказано. Скорее дерь…понятно какого. Рефлексировать за едой очень не хотелось, но мысли сами лезли в голову настойчивыми голодными мухами, вызывая раздражение. — Как можно питаться здесь? — Ган подсел к высокой стойке с обычным непроницаемым выражением лица, весь такой важный и гордый. Пафосный до жути, надменный до невозможности. — Дурацкая идея — шляться по ночам. — Лицо у тебя дурацкое, а идея нормальная. — Как на вкус? — Как твоя жизнь. — Подложив руку под подбородок, Дже Ха отчаянно выдохнула. — Пресные и безвкусные. На удивление спокойно отреагировав на хамство, собеседник пододвинул порцию к середине. Пробует да морщиться. — И впрямь. — Он неопределенно хмыкнул искоса наблюдая за мимикой девушки. В тёмных очках отражались, сливаясь в движении, деревья, обочины, и подернутое облаками небо. Вдали отрывисто и грозно рявкнул гром, дождь полил сплошной стеной, не размениваясь на такие мелочи, как предупредительная морось. — Ты обдумала мое предложение? Небо затянуло без малейшего просвета, сразу стало грязно, гнетуще сумрачно, хотелось забиться в нору и дожидаться солнечных дней. — Да. Но сколько бы ни думала, так и не поняла в чем твоя выгода. Ну поможешь ты мне уничтожить их, а взамен?.. — Мои воспоминания. Помоги мне вернуть их. Тогда можешь считать мы квиты. — С чего ты решил, что у меня получиться? — Сам не знаю, но кажется, я все же питаю к тебе некую…слабость. — Эвона как. Его своеобразное признание бальзамом легло на душу и медом лилось в ушки. Непонятная легкость во всем теле заставила встать и сделать пару шагов назад прямо к дождю, подставляя лицо под теплые капли. Несколько секунд она не трогалась с места, словно о чём-то раздумывая, затем неуверенно свернула на замызганную бетонную дорогу — Тогда убеди меня. Сделай так, чтобы я не смогла отказаться. «И почему я не могу просто отпустить тебя?» Потому что губы у Гана сухие, без маленьких трещин, а сердце, как и прежде бьется часто и резко.