Живой источник

      Вести себя тихо, всем видом показывать отстранённость и силу. Эти изречения казались истинными и неоспоримыми. Следовать сзади, по правую руку, держать осанку. Нельзя допустить ни одной ошибки.       Траун был спокоен и твёрд, это ощущалось не только внешне. Да, давить психологически — определённо «его» вещь. Все охранники-повстанцы, выстроившиеся в две линии вдоль коридора, прятали глаза, хоть адмирал на них и не смотрел. Взгляд его был железно направлен прямо, подбородок чуть вздёрнут, руки поклялись за спиной в замке, словом — классика. По всем указанным правилам за ним следовала Сильви. На удивление, её даже остерегались, хотя, может быть, побаивались по факту Трауна. Её новый чёрный костюм, наверное, тоже внёс свою лепту в реакцию окружающих: красные детали напоминали о том, какого цвета будет окружающее пространство после агрессивных переговоров с телохранителем; чёрный острый ободок подчёркивал агрессивный настрой; два световых меча на поясе и подавно заставляли трястись в страхе.       Траун оказался прав, переговоры вышли долгими. То, что происходило за круглым столом, Сильвию не интересовало совершенно. Сенатор Мотма, Гера Синдулла с Кенаном Джаррусом и Бриджером, генерал Додонна и ещё несколько лидеров стояли по другую сторону стола и о чем-то рьяно спорили со спокойным чиссом. Количество повстанческих бойцов превышало количество бойцов оппонента, но имперцы держались в разы увереннее: с ними был новоиспеченный инквизитор и штурмовики смерти. На тогруту постоянно посматривали джедаи: она, очевидно, им кого-то напоминала. Сильв даже поняла, кого: во время обучения в Храме её часто путали с Асокой Тано, местной легендой, ученицей Скайуокера. Эта схожесть всегда выводила её из себя, ведь они были совершенно разными. Как могли их путать? Тогрута крепко сжала руки, облачённые в перчатки, в кулаки. Сильв чувствовала прилив сил, небывалую мощь, уверенность в себе, завтрашнем дне и своём командире, который не раз похвалит её работу после миссии. Тёмная сторона давала то, что не дал никто…       Сильв очнулась от темной завесы видения. Впереди девушку ожидали долгие размышления, а хочет ли она для себя такой доли?

***

      Оживлённый мостик. Сильв впервые выбралась сюда ночью, но отнюдь не по своей воле. Времени прохлаждается не было: дана конкретная задача. Впрочем, ночная смена не сильно-то отличалась от дневной, что напрочь отбивало интерес к данному занятию. Хотя, первые двадцать минут ей нравилось, но потом на пост заинтересованности вступила монотонная скука и усталость: постоянное использование Силы, хоть и маломальское, выматывало. Скука, сосредоточенность, заинтересованность, утомлённость, удручённость, сквозившие отовсюду, смешались в один мутный комок в голове тогруты. Сильви хотела было тяжко вздохнуть и на время «отключиться» от Силы, но «новая вводная» остановила её. В правой части вахтенной ямы кто-то испытывал страх, смешанный с эмоциональным напряжением, будто он списывал на первой парте перед самым строгим преподавателем. Телохранитель чуть повернулась к источнику новых эмоций, внимательно вглядываясь. Внимание привлекла Нарин, она что-то усердно выискивала на голограмме и вбивала в датапад. Сильви сосредоточенно поглядела на неё ещё несколько секунд и отвела взгляд. Кеа вообще была девушкой эмоциональной, а когда дело касалось каких-либо отчётов она психовала как никогда, поэтому тогрута исключила её из списка подозреваемых. Наверняка Кеа просто не успевала дописать очередной отчёт, опасалась получить выговор от Белт. Теперь лейтенант маячила где-то на задворках сознания Сильви, в то время как сама тогрута витала в облаках.       Двери на мостик обыденно разъехались, впуская очередного офицера. Сильв лениво повернула голову в сторону вошедшей и быстро окинула взглядом: капитан, тёмненькая, аккуратная, знакомое лицо. С виду ничего интересного, но Сила кричала и вопила, разрывая все органы чувств Сильвии: вот, вот оно! Внутри капитана металась и клокотала буря эмоций, в том числе и гнев с ненавистью, и искомый страх.       Сопровождаемая пристальным взглядом телохранителя, капитан спустилась к Нарин, о чём-то переговорила с ней, нажала что-то на голограмме. Буря перекинулась на Кею, лица обеих выглядели теперь напряжённо, тела — сжато.       Сильв нашла. Но не совсем то, что ожидала найти. Вернее, не совсем того…

***

      — Не горячитесь так, — усмирил пыл девушки Траун, — Это ещё не доказано. Мы не можем слепо доверять Вашим ощущениям. Как вы собираетесь объяснить их поимку офицерскому составу, да и всему кораблю в целом?        — Не знаю… — задумалась Сильви, вперив взгляд в голограмму.       Узкая, тёмная комната, насквозь пропитанная пылью, что было довольно необычно для ИЗР, где постоянно убирались дроиды, создавала непробиваемую атмосферу загадочности. Источником света служила только голограмма, в реальном времени передававшая звук и изображение с выбранных участков корабля, и глаза чисса, слабо горевшие в темноте. Они искали зацепки. Изучив груды информационной руды, они выявили закономерность в поведении объектов, и теперь ожидали подтверждения всех догадок. На голограмме монотонно мелькали картинки: вот идут двое штурмовиков, скользит по чёрному полу дроид R3, спорят какие-то два офицера.       — Уровень 130, коридор RC34. — указал на определённый экран Траун, заметив, что тогрута глубоко задумалась и следить за происходящим перестала. Сильв опомнилась, начала искать глазами нужный экран: адмирал ловко возобновил работу её мозга, заставив поискать нужное изображение. Девушка включила звук. Комнату заполнил звук разговора, изредка прерываемый помехами.       — Райн, я правда не могу. Империя действует, конечно, ужасно, но это… — Нарин, вся подавленная, как будто головой от жестокую реальность пришибленная, шла по названному коридору с той капитаном.       — Кеа, прошу. Просто передавать информацию, в ночную смену это не так проблематично, Вас никто не заметит. — Девушка говорила достаточно убедительно. Сильв, ещё секунду назад жадно впивавшаяся глазами в голограмму, вопросительно взглянула на Трауна. Чисс полушепотом ответил на очевидный вопрос:       — Райн Зондер. Капитан. Много раз замечал её с Белт Каин, кажется, они «дружат», не знаю, как это принято называть в их кругах. Понаблюдаем за их поведением и поймём, не замешана ли в этом Каин. — Сильви согласно кивнула и отвернулась обратно к девушкам.       — Я не знаю. Наверное, Вы правы, и ни Белт, ни Траун, ни Сильвия не могут изменить жестоких порядков Империи, — будто отвечая на поставленный «за кадром» вопрос, произнесла лейтенант. Стало понятно, что Белт в этом не замешана. — Мои родственники тоже погибли, но мне доказали, что это заслуга повстанцев. И я так искренне верила! — На обычно весёлую Кею было страшно смотреть: весь её вид выражал боль, разочарование и обиду. На голограмме не было видно, но у Кеи наверняка наворачивались слёзы. Зондер с сожалением посмотрела на неё.       Сильв даже без Силы чувствовала то ощущение, ту режущую, изнемождающую боль. Она пережила такое сама, еле оставшись в живых. Хотелось сию секунду сорваться с места и бежать успокаивать подругу, но этого было делать нельзя. Теперь она не подруга, она злейший враг, которого нужно выследить и истребить. А за что? По закону военного времени: предал — враг. Да, вы были знакомы, может быть даже дружили, может — пили на брудершафт. Но теперь кто кого. Перехитрит, убьёт, предаст, сдаст властям.       Даже если ты согласен с человеком, согласен во всём, с каждым его словом, ты обязан его убить.       Сильви металась. Нарин рыдала уже во всю, уткнувшись в плечо сострадательной Райн. Бунтарская искра в душе Сильвии разгоралась пышущим пламенем. Одно движение, и самая главная проблема на пути повстанцев устранена. Припрятанный на случай перестрелки меч податливо дёрнулся на поясе.       — Присяга важнее личных убеждений, — неожиданно произнёс чисс. Сильви резко развернулась к нему, не понимая, как он догадался о её намерениях. Траун прочитал это во взгляде девушки и продолжил. — Если, конечно, приказ не преступный. По Вам видно, Сильвилена. Вы чересчур эмоциональны. — Чисс возвышался над тогрутой, тихо, но уверенно произносил мудрые слова. Взгляд его жёг насквозь. — Разве сравнимо личное горе с массовыми потерями? Да, жертвы порой необходимы. Без травм не развивается личность, без жертв — общество. Повстанцы действительно повинны в этих смертях, ведь Империя войска без надобности, особенно на мирном населении, не использует. Допустим, повстанцы захватят власть. Империя единственная смогла удержать все системы под контролем, это не удавалось даже Республике. Повстанцы желают только свободы, мнимой свободы, которую получить невозможно. Вы ли, примкнув к ним, отстроите с нуля новое государство с идеальными условиями для населения? Боюсь, это невозможно. Решайте же.

***

      — Сильв, не медли, давай. Идёшь, так иди, — твёрдо, но негромко произнёс Лун.       По коридору мимо них как обычно сновали чиссы, по обыкновению недоверчиво поглядывая на Сильви. Они будто прожигали взглядами китель, кожу, мышцы агента, стремясь достать до усталой души. Как выяснилось, в Доминации оказалось целых два инородца-выходца из Империи, но к тогруте количество вопросов не уменьшилось. Даже увеличилось. Снова они стояли у кабинета Ар’алани, страшась войти. Лун считал, что ничего сверхъестественного случиться не могло, и адмирал просто выдаст новое поручение.       — Досчитай до трёх, — тяжело выдохнула Сильви. Нужно отметить, она была не в лучшем состоянии: под глазами залегли синяки, лекку усохли, на любые громкие звуки девушка реагировала как лотокот на любой предмет, похожий на змею.       — Раз, — и внутри всё сжалось.       — Два, — и почудилось, что можно сбежать.       — Три, — и захотелось, чтобы было ещё и четыре, но оно, видимо, по-быстрому собрало вещи и стыдливо иммигрировало из Галактики, оставляя девушке только войти в кабинет. Сжав волю в кулак, Сильв постучалась и вошла, не дожидаясь ответа. Лун за спиной, быть может, восхитился силе воли сестры, но она этого не видела и не чувствовала.       Дверь закрылась за Сильвией, по-дружески прикрывая спину. Ар’алани подняла мрачный взгляд на вошедшую. Последняя нервная клетка тем временем панически металась в черепной коробке тогруты, не имея возможности выбраться. Адмирал решила не медлить.       — Вы уволены в запас. Мне жаль.       Нервная клетка издала последний писк и издохла. В месте с ней и Сильви: слезы заполнили глаза и всё сознание болезненной холодной пеленой.       Опять девушка нашла себя в уже приевшейся каюте «Химеры». Ещё час она сидела, глядя в пустоту, и думала о своём будущем. Потом в светлой голове неоновой вывеской высветились слова: «Присяга важнее личных убеждений», и путь стал чистым и понятным. Да, она потеряет всю свою прошлую жизнь. Да, через боль и слёзы. Но она никогда не потеряет себя и свою честь.

***

      Сильв напряжённо втянула воздух сквозь зубы и вперила агрессивный взгляд в Гранд-адмирала. На лице чисса отразилась лёгкая тень удивления, такой реакции он, мягко говоря, от тогруты не ожидал.       Сильвия рванула с места, и пролетела мимо Трауна, выскакивая в коридор. Сила увеличивала скорость бега, и организм быстро уматывался. Джедаи часто пользовались этим умением, и усталость не так сильно сказывалась, но без нужной практики теряется любое умение. Сильви устала уже через три поворота. Собрав волю в кулак, девушка продолжила бежать, не сбавляя скорости. Световой меч больно бил по бедру, лекку извивались по ветру, доставляя неприятные ощущения. Мыслей не было.       Кеа, буквально лежавшая на плече Райн, резко обернулась на звук шагов. Весь вид её заставил Сильви помедлить, жалость к подруге чуть не перебила уже принятое решение, но здравый смысл вновь вернулся к телохранителю, когда холодный взгляд Райн прожёг её насквозь. Тогрута опустила взгляд ниже. Бластер, направленный на неё, будто улыбался, желая отправить в последний путь. Но Райн не стала стрелять, она молча вложила оружие в дрожащую руку Кеи. Та всхлипнула и чуть не выронила его, но ладонь капитана накрыла её руку, крепко сжимая.       Все всё поняли.       Где-то там, несколько уровней выше, в маленькой комнате стоял Траун, молча оцениваюший ситуацию. Наверное он был доволен выбором подопечной и был уверен в её победе, поэтому подмогу вызывать не спешил.       — Последний шанс, — предупредила телохранитель, приподнимая руку так, чтоб легко выхватить световой меч. Рука Нарин задрожала чаще, слёзы маленькими ручейками потекли по веснушчатым щекам.       — Сильви, нет.! Я всю жизнь работала на эту проклятую… Империю! А они убили моих родителей!!! — Истерика накрывала девушку с головой, голос подводил. На последних словах связки перестали смыкаться, поэтому вместо слов вышел дикий хрип. Сердце Сильвии не могло выдержать такого напряжения и ритм его сокращений значительно участился.       — Это не верный путь, Кеа… — почти прошептала телохранитель. — Я же тебя убью…       — Убивай, пожалуйста!!! — взревела повстанец, — Мне даже интересно, как, ведь бластер у меня, — очевидно, девушка не знала свойств светового меча, — Я только нашла способ отомстить, и тут появилась. ты! Я не знаю, откуда ты взялась и что ты тут делаешь, но точно разрушаешь мне жизнь!       — Кеа, я не хочу тебе зла! Остановись, пожалуйста, — в последний раз попробовала урезонить истеричную подругу Сильвия. Райн, всё это время крепко придерживающая подконтрольную девушку и сжимающая её руку с бластером, продолжала злобно смотреть на Сильвию.       — Она уже сделала выбор, телохранитель… — капитан погладила по спине Нарин, и та ещё больше заревела и вцепилась в смертоносное оружие уже двумя руками. Сильви встала в подобие боевой стойки.       — Кеа, ты же… — прошептала девушка.       Прозвучал выстрел, через миллисекунду после этого воздух разрезал синий клинок.       Сильви могла отразить выстрел всего в двух людей: Райн и Кею. Кею Сильвии было более жалко, чем капитана, но в то же время Райн представляла большую ценность для Империи. Зачем Империи лишние знания о повстанцах, которым Сильви подсознательно сочувствовала? Но Нарин выстрелила первая, пожелав убить свою подругу… Или это было не совсем её решение? Тогда всё-таки должна умереть Райн. Или Кеа… Или…       Офицер замерла на секунду, прожжённая выстрелом, отразившимся от светового клинка, а затем упала на холодный чёрный пол.       «Присяга важнее личных убеждений»       Сильви выключила клинок, повесила на пояс. Время перестало существовать. Райн уже скрутили и увели куда-то, вокруг бездыханной Нарин крутились медики. А Сильв всё стояла и думала.       Из транса её вывела тяжёлая рука, опустившаяся на плечо. Телохранитель даже не обернулась.       — Всё верно, — прозвучал тихий голос чисса за спиной. Сделалось чуть легче.

***

      Привычная каюта. Тёмные стены давили, койка подло впивалась в и без того отлёжанные рёбра. На кровати трепетал и всхлипывал рыже-бело-чёрный комочек, в который свернулась Сильви. Эмоции больно хлестали по сознанию и подсознанию, заставляя всё больше уходить в себя. Но тут уже поджидали мысли и воспоминания, а они были в разы страшнее эмоций. Раз за разом девушка вспоминала постепенно наполняющиеся осознанием происходящего глаза подруги; как бездыханное тело её, прожжённое острым выстрелом, свалилось на чёрный пол; как удивилась манипулятивная капитан. Сильв сжалась ещё больше и всхлипнула. Перед глазами всплыло лицо Сэмо. Она мотнула головой, прогоняя видение.       — Нет, нет, — еле слышно шептала девушка, — я ведь не хотела?! Это вышло случайно?!       Она сама мне желала смерти, — на секунду прекратив рыдания, тогрута почти ясно взглянула перед собой, — Но ведь… Райн заставила её. Почему я не убила Райн?! — слёзы полились вновь, заставляя широко раскрытые зелёные глаза заметно тускнеть, — Это очень несправедливо! по отношению к Кее…       Истерика не отпускала ещё около часа. Воспоминания атаковали и отступали, а энергию на контратаку мозг тогруты не выделял. Затем потерялся счёт времени, пропали наконец воспоминания, но не какие-то конкретные, а просто все. Осталось только «сейчас», болезненное и тяжёлое, вязкое, словно болото. Слёзы высохли, оставив после себя неприятные солёные дорожки. Сильв лежала и глядела перед собой, обнимая поджатые ноги. В психологии это называют «позой эмбриона», комфортное положение тела, в котором существо ощущает себя в безопасности. Закономерно, Сильвии стало легче.       Через некоторое время девушка провалилась в глубокий сон, не допускающий видений.       Трель из нескольких ненавязчивых нот заставили сознание бедной Сильви пробудиться. Она резко открыла глаза, рывком поднялась с кровати и ответила на вызов, несмотря на тяжесть во всех частях тела.       — Сильвия, поднимитесь на мостик, пожалуйста, — передал голос Трауна интерком.       — Да, адмирал, — безэмоционально ответила тогрута, сбросила вызов и тяжело вдохнула.       Пройдя по длинным коридорам и проигнорировав нескольких поздоровавшихся с ней офицеров, Сильви прибыла на мостик. По прибытие она не понимала, как оказалась там, но когда Траун слишком резко для своей обычной манеры развернулся к ней, серьёзно зыркнув, все сомнения исчезли.       — У меня несколько минут, чтобы переговорить с Вами, — он снова обратился к обзорному экрану, на котором маячила какая-то планета. — Ваше состояние и поведение в абсолютно неприемлемо для данной ситуации. Вы устранили субъект, представляющий опасность непосредственно для меня и всего корабля, нашли повстанческого шпиона, который принесёт нужные сведения Империи. Ситуация не подразумевает жалости, телохранитель. Это Ваша работа. Вы её выполнили.       — Я понимаю, адмирал, но… — Сильви вся сжалась и чувствовала себя в целом хуже, чем до разговора с Трауном, если это, конечно, можно было назвать разговором. Чисс отчитывал её, как маленькую несмышлёную девчонку, и, самое обидное, имел на это полное право. Также когда-то делала Ар’алани, поэтому Сильви подсознательно сравнила эти моменты, насколько могла в том состоянии.       — Никаких «но», Сильвия. Приведите наконец себя в порядок. Да, события имеют свойства накапливаться и выливаться в эмоции. С этим надо уметь бороться. — холодно перебил её Траун. Они молчали с минуту, тогрута глядела в глубины космоса и действительно пыталась привести себя в порядок. Чисс не обращал на неё ни малейшего внимания.       — Адмирал, сэр… — Сильв подпрыгнула от неожиданности, в то время как чисс спокойно развернулся к коммодору Фейро. — Плохие новости. Командор Каин не успела покинуть лагерь, удар нанесён в срок. Только что доложили…       Траун молча кивнул и отвернулся вновь, а Карин ушла также тихо, как и пришла.       Сильви упёрла удивлённый взгляд в точёный профиль своего командира. Такой способ получения информации ничего не дал, поэтому она тихонечко прикоснулась к Силе и почувствовала тщательно скрываемую злость. Сильви, ввиду своего состояния, всё ещё ничего не понимала, поэтому задала логичный вопрос.       — Что произошло? — Голос прозвучал тихо и подавленно, скорее ошеломлённо.       — Командор Каин погибла на задании, — пояснил «для тупых» чисс. Осознание пришло не сразу.       События имеют свойство группироваться, по этому принципу обычно и разделяют «чёрные» и «белые» полосы жизни. Как грибы на опушке: нашёл один — ищи другие. Например, рядом с мухоморами всегда можно найти белые, а лисички просто всегда кучкуются. Для человека, существа априори чувствительного, вот такие злостные группировки событий оставляют неизгладимые травмы. Но без травм не бывает развития, хотя об этом мы скажем позже.       Сил выражать боль тело тогруты более не могло, поэтому она так и осталась стоять в ступоре, молча глядя не яркие звёзды. Траун безэмоционально взглянул на застывшую подопечную, понимая, что её уже никакими силами не вернуть в нормальное состояние: всё-таки джедаи слишком чувствительны.       Неожиданно из вахтенной ямы раздался голос очевидно молодого офицера:       — Адмирал, командор Дорвин погиб на задании! — В голосе послышалась некая радость, очевидно парнишка был рад избавлению от начальника или конкурента. Он постарался это скрыть, но не вышло. По мостику пронёсся тихий удивлённый шепот, все замерли в ожидании реакции гранд-адмирала.       — Спасибо, капитан, — спокойно, чётко. Голосом чисс своих чувств не выдал, но желваки предательски выступили на его щеках, выделяя и без того выраженные скулы.       Он был зол.       В один момент лишиться двух лучших офицеров на заданиях, двух потерять из-за предательства, ещё и телохранителя, которая выглядела в тот момент так, будто вот-вот должна сойти с ума. Сильви поначалу не изменилась никак. Всё так же пустые зелёные глаза смотрели вдаль, руки были нервно сжаты. Внутри неё металась и рвалась дикая боль. Двое друзей и одно связующее их звено. Дорвина она не видела никогда, но была весьма наслышана, мысль о нём объединила три смерти в одну, принося невиданную боль. Девушка молча покинула мостик, провожаемая взглядами нескольких офицеров.

***

      — Настало время прощаться, Сильвия, — В последний раз Сильви видела кабинет своего командира, последний раз вглядывался в красные глаза в полутьме и слышала бархатистый голос. — Вы на славу послужили Империи, и, надеюсь, получили некоторые необходимые знания.       — Да, адмирал, — В глазах Сильвии сквозила грусть. — Спасибо Вам.       — Могу Вас поздравить, — мягко усмехнулся Траун, — Вы сделали для себя большое открытие — возможности выборов. Никогда не ограничивайте свой разум глупыми рамками. Think outside the box.       — Постараюсь, адмирал, — Сильви слабо улыбнулась. Сил не было совершено.       — Я провожу Вас до платформы, пожалуй, — снисходительно предложил Траун. Он видел состояние подопечной, и сам был не в лучшем. Все устали, череда неудач не могла не сказаться. Атмосфера подавленности сквозила отовсюду.       — Благодарю, — На большее она была неспособна. Позже она пожалеет, что не привела себя в норму и нормально не попрощалась с Трауном.       — Вы подавлены и вы грустите, — начал он, когда они двинулись к посадочной платформе. Офицеры и бойцы слабо приветствовали Сильвию, кто-то наоборот опасался.       — Не смейте взваливать на себя их смерти. Белт пожертвовала собой, Питер героически погиб. Это от вас не зависело. Если вы жалеете, что не настояли и не отправились с Каин на миссию, то учтите — Вы бы и не смогли. Это исключительно моя ошибка. Райн предала Империю, а Кеа примкнула к ней. И если бы вы не убили одну из них, сами бы предали, только уже Доминацию, что отдала Вам приказ служить мне. Это война, Сильвия, здесь по-другому не бывает, пора бы уже и привыкнуть. Перестаньте копить негативный опыт. О нем нужно только помнить, но не сожалеть.       Сильви остановилась и глубоко задумалась, заложив руки за спину, подобно Трауну. Чисс, пройдя несколько дальше, вполоборота повернувшись, глянул на неё. Тогрута постояла с полминуты, глубоко вдохнула, посмотрела на чисса и пошла дальше.       — Спасибо, Митт’рау’нуруодо. Без Вас я бы так и верила в добро и зло, как маленькая девочка. Теперь вижу: всё в мире относительно. Государства в целом не бывают добрыми или злыми.       — Это совсем не то, о чём я говорил, но да, Вы правы. Именно это я и пытался Вам объяснить. Понимаю Вас, мысли скачут по темам. — Они прошли несколько шагов в молчании. — И ещё… — Траун остановился и резко перешёл на чеунх. — Меня не изгоняли из Доминации. Мы с Вами прямые коллеги, Сильвилена.       — Как? — Сильви удивлённо округлила глаза, затем мягко улыбнулась и добавила. — Понятно.       Они пришли. Прощание не стало болезненным, оно походило на обычный день.       — И помните, Сильвия: сила в праве выбора.