Танцующий призрак

Дома стояла спасительная тишина. Ирина сняла куртку и сапоги, затем без сил опустилась на пуфик. Почему-то которой день она чувствовала себя больной, приходя из школы, и ничего с этим поделать было нельзя. К насмешкам и прочим проявлениям внимания ко своей скромной персоне девушка уже привыкла, а другого ожидать и не стоило. Обед грелся невероятно долго, а пока было время поразмышлять. Она думала о том, что уже через два месяца столь долгожданное окончание школы, но странные чувства вызывало теперь это событие. Больше никогда не увидеть... Впрочем, не стоит даже об этом думать! Домашние задания, книга, которую читала и все не могла закончить, кот, лежащий на коленях. Все это создавало атмосферу умиротворенности, которой так обычно не хватило. Она немножко поготовилась к экзаменам, что маячили впереди в обнимку со взрослой жизнью, прибралась дома... Отчим пришел лишь в восемь вечера, наградил Ирину не слишком добрым взглядом, разогрел себе ужин, а затем отправился смотреть футбол. Он почти никогда с ней не разговаривал, считая недостойной девчонкой, лишь создающей проблемы. Мать сегодня работала сутки, поэтому девушку совсем придавило вязкое одиночество, такое, что оставаться здесь не было никаких сил... Вечерние прогулки стали уже привычкой. Не то, чтоб девушка боялась, но желание уйти из этого дома было сильнее. По правде говоря, она нигде почти не чувствовала себя уютно, разве что в редкие моменты, когда мать была дома. Но она много работала. На улице было слишком холодно. Отчим никак не отреагировал на то, что она ушла, но тут хоть не ограничивал свободу, иначе Ирина бы просто не перенесла. А может быть новый муж матери просто желал, чтоб ненаглядное чадушко не вернулось, кто знает.... Своего отца девушка не помнила да и вспоминать не хотела. Было уже очень темно, когда она зашагала по вечерним улицам их маленького городишки. Стоило мелькнуть впереди какой-то компании, Амелина тут же куда-нибудь сворачивала - нарваться на приключения ей не хотелось, хоть и ходила по острию ножа. Такая быстрая ходьба ее успокаивала, давала надежду на что-то новое, другое, то, чего не было в ее обычной жизни. Огни фонарей освещали улицы, разгоняли мрак, и только сейчас ей не было одиноко... Где-то неподалеку послышалась крики, и девушка сочла за лучшее нырнуть в ближайший дворик. В темноте она уж никак не могла заметить камень, поэтому и не смогла удержать тело в вертикальном положении, а по инерции пролетела метр вперед и шмякнулась с высоты своих сто семидесяти сантиметров на асфальт. Падение было весьма болезненным, но девушка не спешила вставать, ибо еще ко всему прочему кружилась голова. Боль в коленках говорила о том, что она порвала джинсы и содрала кожу... Неумело зажав рукой кровоточащие неглубокие раны, девушка продолжала сидеть на земле, склонив голову... - Девушка, чего же вы сидите за земле, что с вами? До боли знакомый голос вырвал из оцепенения и заставил ее поднять голову. Немного мутные глаза и знакомое лицо, которое едва можно было разглядеть в тусклом свете, поразили Дмитрия, и он поспешил помочь Ирине подняться. Что удалось не без труда, потому что девушке явно понравилось сидеть на сырой земле. Что до нее — лучше бы оказаться за тридцать километров от этого места! - Дмитрий Сергеевич, не надо, я сама! - Амелина, вижу как вы сама, так и сидели бы за земле, что вообще такое, вы упали? Девушка, которая наконец поднялась, немного покачнулась, он едва успел схватить ее за локоть, раздумывая при этом, что делать ему больше нечего — только собственных странноватых учениц с земли поднимать... - Да в общем... Все в порядке, Дмитрий Сергеевич, я лучше домой пойду. Он по-прежнему держал ее локоть и не собирался отпустить — надо же было убедиться, что с ученицей все нормально, а пока все говорило об обратном. Он вытащил ее на свет, хоть и шла медленно, видимо давали о себе знать разбитый колени, а что еще может быть разбитым, если со всего роста об асфальт? Девушку ощутимо трясло. - Пойдет она.... Голова не кружится? - Кру-кружится, - с запинкой произнесла Ирина. - Весело, - выдохнул он, приподнимая подборок. И тут вдруг ухмыльнулся, с хитринкой заглянул ей в глаза, отпустил голову и отошел на пару шагов, - потопали, отведу домой... - Да не надо, я сама, - выдохнула девушка, которую от прикосновения холодных пальцев будто током ударило, - вы что? - добавила она, внимательно наблюдая за почти трагичным весельем Дмитрия Сергеевича. - Просто представил, что сказала бы Дондурева, увидев эту милую картину. Дондурева была их завучем и отличалась редкой степенью сволочизма. - Ага, меня, валяющуюся на асфальте, и вас, поднимающего меня с этого самого асфальта. Да уж, весьма комичная картина, - заметила девушка, - но нет, я правда сама дойду... - Я тебе дойду, - перебил ее учитель, - ты мне еще с сотрясением мозга по улицам пройди, добавь ко своему списку новые приключения. Нет уж, руки в ноги, - тут он остановился, видимо поняв, какую глупость ляпну, - в общем, топаем. Девушка со вздохом подчинилась и пошла рядом с Дмитрием Сергеевичем. У нее побаливала голова и откровенно мутило, так что его слова о сотрясении мозга казались не столь уж и нагнетанием обстановки, а весьма правдивыми и точными. Увидев это, Сомову ничего другого не оставалась, как только снова схватить локоть девушки и поддерживать ее при ходьбе, двигались они довольно медленно. - Болят колени? - спросил он участливо. - Да нет, терпимо.... Ей совсем не верилось, что он здесь, он рядом.. Никогда прежде этого не было, все, о чем она мечтала, было реальностью Прикасался к ней, стоял так рядом, говорил с ней, отбросив вечно церемонное вы, о большем и думать не следовало... - Дома есть кто? Деликатный, не стал спрашивать, что именно выгнало ее на улицу в девятом часу вечера. Не стала отвечать, лишь кивнула — они стояли неподалеку от ее подъезда. - Тогда топай давай, по правде говоря, надо бы тебя сдать на руки родителям, но не буду сего делать. - Спасибо, Дмитрий Сергеевич. - Давай, иди. - До свидания... Уже у подъезда она услышала его голос снова, так, будто он стоял с ней рядом: - Ляг обязательно и раны обработай, а то с тебя станется! Она шагнула в темноту подъезда, чувствуя как — ну и наплевать — болят колени и кружится голова, но при этом давно уже не испытывавшая такого счастья...