Изменить и измениться

***

Мрак и лязг. То, с чем Изуку живет последние 2 месяца. Хотя, нет. Кроме них было чувство вины - нерациональное, незаслуженное, но ужасно едкое. В его мире больше ничего нет. Проснуться во мраке, куда-то пойти и что-то делать, слыша лязг металла, который уже будто превратился в тишину. Вот и сейчас. Этот подвал, находящийся, не пойми на какой глубине и где, стал для зеленоволосого новым миром. Миром замкнутым и кошмарным. Изуку стоял около токарного станка и отрезал куски металла заданной ему длины. А потом он, покончив с отрезанием кусочков металла, пойдет к другому станку, название которого не знает, вырежет детали нужной формы, потом пойдет к шлифовальному станку и довершит свои "творения". И таких как он, "пропавших без вести", здесь еще пара десятков. Каждый из них делает все тоже самое. А перестанешь делать или ошибешься в размерах хоть одной детали, пощады ждать не стоит. Каждый, кто попал сюда множество раз ошибался, так как в первый раз занимался металлургией, но нелюдям-надзирателям наплевать. С ними нельзя договориться, никак. Неожиданно в помещении раздался вскрик и звук удара железа о пол. Все, кто слышали это повернулись к источнику. Звук принадлежал парню примерно 15 лет, ровеснику Изуку. " Кёске? Или Куёсуке? Не помню" - машинально подумал Мидория, взглянув на него. Как было видно, бедолага порезал ладонь до крови, а деталь из-за боли спилил криво. Конечно, это привлекло внимание надзирателей. Двое из них двинулись к нему твердым шагом. Когда пострадавший заметил их, в его глазах отразилось гораздо больше боли, чем там было из-за пореза. Он смотрел испуганно, как мелкий крысеныш смотрит на кошку, загнавшую его в угол и готовящуюся сожрать его. Надзиратели подошли и оглядели его с головы до ног, опустив взгляд на упавший кусок металла. - Ты испортил деталь, - констатировал факт первый, они обы были одеты в кожанки и джинсы, на глазах очки, на лицо натянуты маски. - П-простите меня, п-п-прошу! Я ник-когда б-больше такого не допущу! Я все исправлю! - парень упал на колени, в его глазах стояли слезы. Казалось про свою руку он совершенно забыл. - Хм. Но деталь испорчена, этот кусок надо переплавлять, а на переплавку нужно тратить деньги, - конечно, это была ложь, они могли спокойно закинуть этот мелкий кусочек на переплавку и простить парня. Дело в том, что им этого не хотелось. - Я отдам деньги, заработаю! - И где же? Неужели думаешь, что мы тебя выпустим на заработки? - уже издевался второй. - Н-нет, я совсем не это имел... А! - парень на К получил сильный удар в нос ботинком, из-за чего свалился на спину. - Ага, кроме порчи имущества, еще и захотел сбежать! Так и понял, зачинщик бунта! Нужно немедленное наказание, - воодушевленно пропел первый. - Согласен... - сказал второй, а Изуку был готов поклясться, что он улыбался за маской. С парня сняли рубаху и откинули куда-то на несколько метров. Каждый достал по ножу из-за пазухи. Ножи были острые, слегка загнутые, словно уменьшенные в размере кинжалы. - Умоляю, нет! - хныкнула жертва, прежде чем один не схватил его за плечо. - Помни, щенок, чем больше дрыгаешься, тем глубже зайдет ножик, - промолвил он, точно заботливый родитель, - понял? - Хн... - Ты понял? - теперь он звучал угрожающе. - Д-д-да... - промямлил бедный Кёске. Тут же в его спину впились два острия. В зале раздался ужасный, истошный крик, сравнимый с воплями грешника, варящегося в адском котле. Лезвия тем временем заходили глубже, издевательски прокручиваясь в ранах, причиняя страдания. -А-а-а-а! А-а-а! - парень бился в агонии, а надзиратели, как и обещали, пропускали метал глубже. Изуку смотрел на подобный ужас с тихим страхом, не смея вмешаться. Конечно, если бы такое показали прежнему Мидории, то он никак не смог бы остаться в стороне. Сейчас же он стоял перед своим аппаратом, зная, что стоит ему вмешаться - все станет только хуже. Так он сюда и попал, вмешавшись.

***

Тогда стояла туманная ночь. Изуку возвращался с пляжа, на котором убирался, посвистывая какой-то навязчивый мотивчик из рекламы себе под нос. Было довольно прохладно - в самый раз после такой работы. Эту идиллию прервало шебуршание в переулке перед ним и приглушенные голоса, оттуда доносившиеся. Мидория не был тем, кто прошел бы мимо, любопытство в нем от природы. Краем глаза он заглянул в узенькую аллею и то, что он там увидел ему ужасно не понравилось. Совершенно типичная ситуация в фильмах - какой-то здоровяк прижал девушку(навскидку ровесница Мидории) к стене и уже снимал с нее рубашку. Изуку мог смотреть на это, не опасаясь, что его заметят, правонарушитель уж очень увлекся. Девочка была несомненно красивой, даже слезы и мешки под глазами не могли скрывать этого. Ее волосы были окрашены в иссиня-черный, глаза фиолетовые. Две тонкие руки сжимала одна, но здоровенная, и прижимала их к стене над ее головой. Сам преступник выглядел, как какой-то байкер прямиком из позапрошлого десятилетия: черная кожанка с металлическими вставками, на голове какое-то воронье гнездо, в левом ухе сережка. У зеленоволосого убавлялось терпение с каждой расстегнутой пуговицей на рубашке девушки. "Я должен что-то сделать! Для этого я и тренировался", - Изуку достал металлические щипцы для мусора из-за пояса - единственное его оружие при себе. Он наметил быстрый, но действенный, по его мнению, план. Подходит со спины и бьет по голове. Он вечерами изучал боевую стратегию, читал про планы Б и В, как отступать, как проверить причуду противника. Эти знания он без устали черпал из записей боёв проф. героев. Как иронично, что когда пришло самое время все это применить, Изуку обо всем позабыл. Может это было вызвано нехваткой времени(по крайней мере, так Мидория воспринимал ситуацию), а может, банально, девичьими слезами, перед которыми мало какой парень сможет ясно мыслить. Мидория незамедлительно привел план в исполние. Подкрасться со спины - есть. Замахнуться - есть. Посмотреть еще раз на девушку для уверенности - есть. Ну чем не герой? За мгновенье до удара парень уже ожидал чего угодно: кровь, крик, вытекающие мозги. Реальность, как и следовало ожидать, привнесла коррективы. Изуку, если подумать, никогда раньше не бил людей холодным оружием. Звук он ожидал... мерзкий, мокрый, а потом и жесткий, от треска костей. Несмотря на это, он услышал звук удара металла о металл. Такой глубокий звук, дававший понять, что внутри того что он ударил не пусто. Зеленые глаза расширились, а тело замерло в неверии. "Что? Непробиваемость?" - было единственной доступной мыслью в состоянии шока. Голова атакуемого не треснула, из нее не брызнула кровь. С ней все было в порядке. Даже прическа не помялась Преступник разжал руки, которыми держал жертву. Та упала на пол, но быстро смекнула, что это не тот момент, когда можно терять драгоценные секунды и побежала, буквально выпрыгнув из четверенек. - Хм... Бьешь металлом? Че, причуда слабая? - задал он пару неожиданных вопросов заинтересованным голосом. Далее, он развернулся с огромной скоростью и сжал Изуку горло, а второй рукой умудрился заломать локоть парня, поставив того в зависимое положение. От неожиданности юнец выронил оружие из пальцев. Тем временем, та девушка скрылась за поворотом. Мидория подметил это. "Ну, по крайней мере на одну беспокоющую вещь меньше" - попытался парень себя приободрить. - Так че за причуда-то? - выжидающе и надменно повторил он вопрос, который Изуку считал риторическим. "Какого черта? Не знаю даже, что сказать". Мидория решил помолчать следующие 5 секунд. Впрочем, терпение бандита быстро лопнуло. - Сука, ты слышишь, нет? Какая, блять, причуда? - он сжал глотку сильнее, а руку заломил выше. С каждой секундой давление повышалось и Мидория сдался, думая, что такая информация не слишком важна. - Беспричудный, - дал он односложный ответ, определивший его судьбу. - Че, внатуре? Ты будешь идеальным экземпляром для босса... - не медля ни секунды он получил удар в челюсть, а дальше он ничего не помнит.

***

На самом деле эти люди похищали парней и мужчин со слабыми причудами и запрягали их за станки. Слабые причуды нужны были, чтобы у похищенных не было шансов на спасение или бунт. Конечно, Изуку, беспричудный, им подходил больше всех других. Он никогда не работал за станками и, конечно-же, регулярно косячил. А что бывает с теми, кто здесь ошибается, вы и сами видели. Спина Мидории представляла собой страшное зрелище от побоев, ударов плетьми, ножевых разрезов. Еще более страшное зрелище представляла душа Изуку, истерзанная, рабская, безвольная. Надзирателей учили настоящие садисты: если ты пытаешься вступиться за жертву наказания, то не тебя наказывают, а жертву бьют и унижают сильнее. Так они воспитали во всех чувство беспомощности, равнодушие и нежелание, чтобы им кто-то помогал. Так и сейчас: над парнем проводят страшнейшие пытки, но никто не вступается, да и сам Кёске не просит. Что до Изуку, так с каждой своей попыткой помочь на него сваливался все больший груз вины. Вместо похвалы за попытку помочь, он получал лишь осуждение. Каждую ночь он сворачивался в клубочек и молился всем, кого знал, чтобы это закончилось. Чтобы Бакуго обжег его 1000 раз, но он бы получил свободу. Он до сих пор так делал. Конечно, в нем не было больше веры в то, что он может стать героем. Слишком много этому противоречило. Он всегда только вредил. Из пучины воспоминаний о прошлом в этом месте его вырвал странный звук, который становился все отчетливее на фоне криков. Он распознал в звуке треск и удары. Потом по полу пошла вибрация. Теперь все настрожились, а охранники встали в боевые стойки. Вдруг, стена напротив проломилась, из нее пошел свет, появилась большая фигура. Все присутствующие услышали голос: - Не бойтесь, потому что я здесь!

***

- Имя? - Изуку Мидория. - Место жительства? - Город Окаяма, префектура Окаяма. - Хорошо... - мужчина что-то бодро черкнул в блокноте, - лечение продлиться еще 3 дня, потом отправитесь домой, - быстро уведомил он, открывая дверь из палаты. - До свидания. - До свидания, - пробормотал зеленоволосый, но медбрат(или кто он еще такой?) уже скрылся в коридоре. Как выяснилось Изуку увезли довольно далеко от дома - в город Саппоро, на севере страны. Хотя в Японии с ее быстрыми поездами нигде не далеко. Мидория не до конца понимал, как ему воспринять все произошедшее с ним. Последние два месяца сейчас казались сном, кошмаром, которого не было. Видимо разум старался отрицать это, зная, что если об этом много думать, то можно и психику расшатать. Только все это было реальностью - и пытки, и станки, и лязг, и мрак. И даже Всемогущий, спасший его. Не так он хотел с ним встретиться. Конечно, герой умчался уже день назад, он не мог терять времени - его работа победить любого злодея, сломать любую стену. Остальное - работа других структур. В коридоре послышались чьи-то быстрые и громкие шаги. Они приближались. Вскоре дверь распахнулась и на него уже смотрели родные глаза, которых ему так не хватало. - Изуку! - через секунду парень оказался в материнских объятиях. - Где ты был, Изуку? Что произошло? - рыдала Инко. - Я... не знаю. "Не знаю. Не знаю, что мне делать"