Ты меня не погубишь

После столь насыщенного дня и ужина Юнги, как и планировал, засел в библиотеке. Он выписал все, о чем говорил папа Чонгука, но никак не мог сосредоточится - в голове слишком звенело, перед глазами периодически мутнело. Даже место амулета на шее горело, хоть и не было никаких следов. Мин понял, что слишком устал и решил пойти в сторону комнаты. Прибыв на место, он не обнаружил в ней Чонгука. «Снова, видимо, проверяет границы. Что-то не спокойно в последнее время» - пронеслось в голове у омеги. Уже раздевшись Юнги стал понимать, что дело явно не просто в усталости. Низ живота тянуло с каждой минутой все сильнее, ноги подкашивались, дыхание и сердцебиение участились, температура тела явно стала выше, а между бёдер скапливалась влага. – Как же это все не вовремя… - тихо простонал омега и начал искать в своих вещах хоть какое-нибудь зелье от течки. Именно она нагрянула столь внезапно. Юнги и думать про нее забыл, ведь по его подсчётам она должна была начаться значительно позже, но видимо у судьбы свои планы. Если он сейчас же не найдёт хотя бы одну склянку, то его ждёт пять дней пыток и уйма потраченного времени. Его аромат уже плавно заполняет всю комнату, а значит времени осталось слишком мало. – Нашёл! - радостно воскликнул, не веря своему счастью. Юнги с таким восторгом посмотрел на зелье, ведь ему наконец-то повезло. Судя по всему, она была последняя, а значит нужно будет подготовить ещё. И в тот момент, когда он уже собирался испить напиток от всех бед, дверь с грохотом резко распахнулась, как будто ее пытались выломать, и Юнги дёрнувшись роняет спасительный пузырёк, который разбивается об пол. Омега, застыв как статуя, смотрит на растекающееся пятно на полу, но приходит в себя, от знакомого голоса. – Луна моя, у нас проблемы. У меня. - на этом запыхавшийся Чонгук останавливается, смотрит на Юнги и начинает вдыхать аромат полевых трав, в которых сильнее всего ощущалась мята. И понимает, что не может надышаться. – Что? Что у тебя такого срочного, Чон, мать твою, Чонгук? Какого хера ты так врываешься? Тебя не учили в детстве дверьми пользоваться, волчара безмозглая? - Юнги закипел от бешенства, ведь сейчас его разум и тело по немного отказывают своему хозяину в управлении и омега это понимает, а ко всему прочему к нему заявляется альфа, который совершенно забыл о приличиях. – Гон - прохрипел как приговор темноволосый и в этот раз аккуратно закрыл за собой дверь на замок. – Нет. Нет, нет, нет. Чонгук, если ты из главы клана в скоморохи заделался, то у тебя очень плохие шутки. Не надо так. Чонгук молчал и неспешно двигался в сторону Мина. Попутно снимая единственное, что на нем было - льняные штаны. Юнги стоял у кровати и не мог двинуться с места. Он понимает, что бежать некуда. Он видит все в глазах оборотня, его расширенных зрачках, которые похожи на ночное небо, чувствует это в запахе, который окутал альфу. Запах морозного леса, от которого бегут мурашки. Альфа вплотную приблизился к голому омеге, прижал его к себе и начал облизывать местечко на шее, от которого сильнее всего исходил запах. – Моя невероятная омега, ты так чудесно пахнешь! Юнги начал трястись от голоса оборотня, а по ногам начала течь смазка. Возбуждение давало о себе знать и затмевало рассудок. Тем временем Чонгук выцеловывал каждый миллиметр лица своего Юнги. Подхватив его бёдра, Чон втянул Мина в нежный поцелуй и сминал крепкими ладонями его ягодицы. Беловолосый же одной рукой обнял его за шею, а другой вцепился в волосы. Достаточно быстро поцелуй перерос в страстный. Чонгук стал переходить поцелуями на шею и тереться своим возбуждением о половинки омеги. – Да, альфа, да, - начал выстанывать Юнги. – Мой крепкий альфа, возьми меня так - стоя в своих руках. Прошу. Чон начал рычать и активнее тереться об омегу. Он чувствовал, как смазка омеги капает на его член и даже на пол. Ее уже было достаточно для беспрепятственного входа в нутро его пары. Чонгук все для себя решив, звонко шлепнул Юнги по ягодице так, что там остался след от ладони и услышав одобрительный стон, вошёл в своего малыша и был в полном восторге. Он был такой же тугой, как в первый раз, при это горячий внутри и хорошо его принимал. Чон одобрительно зарычал и стал покусывать омегу за подбородок, немного царапая его клыками и медленно раскачивая Юнги на своём члене. Омега сильнее сжал ноги за спиной альфы и пытался подаваться бедрами на встречу, но альфа полностью контролировал процесс. Скорость и сила, с который входил альфа, нарастали. Стоны, поскуливание и рычание становились с каждым толчком все громче. Пот уже градом начал стекать по обоим телам, а мышцы рук Чона начинали гореть, но он даже не собирался останавливаться, пока не доведёт омегу до первого оргазма. – Ах, Гуки, черт, я близко, - кое-как простонал Юнги и взвизгнул. Чонгук начал трахать его ещё сильнее и быстрее. Юнги казалось, что Чон сейчас не просто проделает дыру в его простате, а сразу же достанет своим членом до матки. От этих мыслей дырочка Юнги начала сокращаться ещё сильнее. Чон только начал сомневаться в своей выдержке, как почувствовал, что его Луна с истошным криком кончила на их животы. Альфа, не вынимая член из омеги, донёс его до кровати, после чего уже спустил с себя размякшее тело и сразу поставил в нужную себе позу. Юнги стоял на коленях, опираясь грудью и руками на матрас. Чонгук же не стал медлить и вошёл во все ещё чувствительное тело своей омеги, набирая моментально нужный ему темп. Юнги хотел, что-то сказать, но не успел. Он стонал, сильнее выгибался в пояснице, доставляя тем самым неимоверное удовольствие своему альфе. Однако Юнги понимал, что хватит его ненадолго. Буквально через минуту он снова кончил. – Чонгук, я хочу на кровать. Не сказав ни слова, Чон положил предмет своего обожания на кровать и стал выцеловывывать его тело. Добравшись до члена омеги, альфа лизнул на пробу, хищно улыбнулся и перевернул Юнги на себя так, что тот оказался лицом напротив колом стоящего членом альфы. – Поверить не могу, что это в меня влезает. Альфа на это только посмеялся и взялся за дело. Немного поиграв с ягодицами омеги, расцеловав их и пошлёпав, в то время как Мин оставлял поцелуи-бабочки на члене Чонгука, ещё больше возбуждая своего альфу, Чон нежно взял в руку аккуратный член омеги и начал его надрачивать, одновременно с этим проникнув языком в тугое колечко мышц. – Чонгук! Ах, я уже кончил дважды, а ты ещё ни разу. Как ты можешь вытворять со мной такое? - и не дождавшись ответа, Юнги стал посасывать головку и втягивать медленно в себя. Он не был экспертом в таком деле и делал, как чувствовал. Тем более, что тело его альфы и одобрительные стоны ему подсказывали. Мин старался взять поглубже, но его ротик был недостаточно растянут, потому он делал это постепенно. Посасывал головку, проходился по ней, уретре и стволу языком. Даже иногда аккуратно еле касался зубками, от чего Чон вздрагивал. Юнги помогал рукой, игрался с яичками альфы и чувствовал, что близок к первой разрядке своего альфы, также, как и к очередной своей. – Ну уж нет, котёнок, не так, - оборотень оторвал Юнги от его занятия, перевернул его на простыни и накрыл собой. – Я хочу кончить в тебя. От услышанного Юнги так сильно и просяще заскулил, что сам удивился и закрыл рот двумя руками. – О, моя детка хочет, чтобы я наполнил ее спермой? Чтобы повязал тебя? - Чонгук снова потёрся между ягодиц своим членом, прикусил мочку и прошептал в самое ухо. – Хочешь, чтобы я развёл своих щенков в тебе? – Да, альфа, прошу. Я хочу твой узел и твоих щенков. Пометь меня внутри. Чонгук, как уважающий себя альфа, не в праве отказывать своей Луне, потому немедля вошёл между раздвинутых ножек Юнги и сорвался, как волк за добычей. Им не нужно много времени, ведь оба были близки после всех этих ласк и как бы альфа не хотел оттянуть момент, он был неизбежен. — Метка, - между стонов в полуобморочном состоянии произнес Юнги, - поставь мне метку. Хочу быть твоим омегой. От таких слов Чонгук сбился с ритма, но быстро восстановил его. – Люблю тебя, моя Луна. После этих слов Чонгук делает глубокий толчок и впивается клыками в пахучую железу омеги, начиная кончать в него. Юнги тоже решил пометь оборотня и со слезами на глазах вцепился в него своими зубками, прокусывая кожу. Он понимает, что пусть эта метка не такая сильная, как у оборотней и, возможно, она даже сойдёт, потому что человеческая, но он верил, что если они связаны, то она останется с альфой. Волк внутри Чона от действий омеги был в восторге. Его любовь поставила метку, позволила поставить ее себе и даже разрешила развести в себе щенков - это ли не счастье для оборотня. Он почувствовал, как их связь, так же, как и узел становится крепче. Чонгук продолжал накачивать своим семенем уже отключившегося Юнги. Он аккуратно прижал к себе омегу и перевернулся так, чтобы беловолосый мог спать на альфе, ведь узел не спадёт ещё долгое время. Утром после первой сцепки Джин все понял, как только приблизился к спальне. Он забеспокоился, что ребята не спустились на завтрак и решил их разбудить, но понял, что не стоит. Потому в течении пяти дней он приносил еду и воду к двери и стучался, чтобы они знали, что о них позаботились. Казалось бы, после стольких дней в объятиях своего альфа, Юнги должен быть истощён, как гонец, который бежал с одного конца континента на другой, вот только он чувствовал себя обновлённым и отдохнувшим. Мин был счастлив. Радость и вдохновение переполняли, и он был готов браться за приготовления к обряду. Спускаясь на первый этаж Чонгук сообщил своей паре, что ему нужно уйти по делам клана и, поцеловав Юнги в носик, направился к выходу из дома, попутно прощаясь со всеми, кто сидел в гостиной. – Так, так, так, - заулыбался Чимин. – Кто это такой у нас довольный жизнью выполз из берлоги? Юнги, тебя прям не узнать. Такого довольного я тебя давненько не видел. – Чими, перестань, - покраснел Юнги. - Просто мы многое обсудили и на душе легко стало. – Ага, весь дом слышал ваши обсуждения, - пробубнил Тэхен, жуя булку с маком, а Намджун и Хосок от этого прыснули в кулаки, а потом и вовсе начали смеяться от души. – Да, малыш Юни, пока вы «разговаривали», - отсмеявшись, произнес Хосок и показал кавычки в воздухе. – Мы с ребятами немного почитала твои записи, оставленные в библиотеке и начали искать то, что необходимо. Я не совсем понял, кто такой Ансельм, но поспрашивав наших жрецов, я узнал, что когда-то давно в наших краях жил один из величайших магов с таким именем и одной из его специализаций были руны. Так вот, как я понял, нам нужно найти какие-то рунные камни, соединить их чем-то, после чего мы получим нужный нам камушек. – Подробностей нам никто не рассказал, потому что их почти никто не помнит, но вроде как его записи после смерти хранятся в главном хранилище, за который и отвечает клан Чон, - добавил Намджун. – Ещё мы с Тэ пытались узнать, что за зелье, но этого нам не удалось, раздосадовано сообщил Чимин, поглаживая живот. - Возможно ответ будет у этого Ансельма в записях. – Спасибо вам. Что ж, - почесал голову Юнги и обратился к Хосоку, – тогда ты сможешь отвести меня в это хранилище? Попробую поискать там. – Конечно, как будешь готов, сообщи. После этого ребята ещё немного поговорили и посмеялись, Джин наконец-то накормил завтраком Юнги и он, открытый к новым познаниям, отправился вместе с Хосоком и Тэхеном в хранилище, который решил, что помощь другу не помешает.