Скрапбук Троллей: Розочка и Цветан.

       — У любой музыки есть право на жизнь! — произнёс тролль бирюзового окраса, он был замотан в необычный кусок бумаги, цвет которого, фиолетовый, переливался под лучами уходящего за горизонт солнца.        Рыжеволосый реггетон-тролль и k-pop тролльша голубого цвета переглянулись, видимо, их мысли звучали так: "А точно ли этот поп-тролль говорит правду? Стоит ли ему доверять?" Но эти мысли просто ушли из головы и Триоль, кивнув Вани головой, повернулся к Цветану и сказал:        — Ну ладно, продолжай мысль, поп-тролль.        — Ладно, но сначала развяжите меня, неудобно стоять завёрнутым в какую-то фольгу, и при этом с завязанным бантиком, выглядит не слишком хорошо для такого личного разговора, — фыркнул бирюзовый в привычном саркастичном тоне.        — Так, давай-ка ты лучше сначала нам договоришь ту мысль, которую ты начал, а потом уже поговорим о дальнейших планах, а то ты ещё убежишь, — усмехнулся Триоль и посмотрел на Вани, она хихикнула.        — Ух! Ладно! — сказал связанный юноша и посмотрев на солнце, которое вот-вот зайдёт и всё королевство окутает тьма, начал говорить. — Как говорила мне королева Розочка, все мы друг другу не чужие, и все мы имеем право на своё счастье. Да, поп-тролли пошли несколько столетий назад по неправильному пути, и мы осознаём свою ошибку, но ещё – это же было очень давно, неужели вы настолько злопамятны? Это дело наших предков. По поводу музыки – вам же самим неприятно, что королева Рокс хочет оставить только рок, она не может понять того, что у любой музыки есть право на жизнь. И к чему я клоню... нам нужно объединиться и вместе не дать Рокс завладеть всем миром! Вы со мной? — Цветан посмотрел на слушателей – они явно были воодушевлены его речью, поэтому слов не находилось ответить на вопрос.        И тут реггетон-тролли и k-pop-тролльши собрались в одну кучку и начали что-то бурно обсуждать. Бирюзовому уже было не удобно стоять на месте, но он терпел, нервно ждал их ответа. Спустя двух минут перешёптываний, Триоль подошёл к Цветану и развязал его, после этого реггетон-тролль сказал:        — Речь у тебя хорошая, развитая, ты здраво мыслишь. Думаю, из тебя получился бы прекрасный лидер. Тот же король, — от последних слов щёки Цветана покраснели – видимо, эти две банды всё же слышали его песню-мечтаний о любви к Розочке. Словно прочитав мысли юноши, рыжеволосый паренёк продолжил, — И да, Вани мне рассказала о той твоей песне у озера, не пробовал ли ты признаться своей той самой?        — А-а... э-эм... — бирюзовый всё ещё чувствовал вину на себе за то, что оставил королеву одну. Она сейчас даже возможно плачет, а он не любил, когда она плакала. Да, он видел лишь это однажды – в кастрюле на последнем Тролльдне, но ему хватило этого раза, чтобы пообещать себе, что он больше не допустит этого. Она. Никогда. Не будет. Плакать.        Но всё же он нарушил это обещание, данное им самому себе.        — Понятно, значит, пытался, но не вышло, — Триоль посмотрел на Цветана – тот смотрел на то самое озеро, в котором недавно отражались фигурки двух созданных друг для друга троллей. Ну, в его воображении отражались.               — Я-я... признался ей... только не самым лучшим путём, я пришёл к тому, что оставил её одну-одинёшеньку, и заставил её беспокоиться обо мне, и себя также заставил переживать. Я правда пытался признаться ей долгое время, но она не могла меня послушать. Но её тоже можно понять – она королева, у неё полно своих забот, и ей нет дела до такого зануды, как я, — бирюзовый буквально только что раскрыл себя незнакомцу, но ему нужно было высказаться. — И да, вы так и не ответили на мой вопрос – вы со мной? — тролль обернулся к бандам. Они просто кивнули головами, в знак согласия.        — Нам нужно немедленно отправляться в Вулкано Рок Сити, но сначала – сходить до Розочки и сообщить о том, чт...        — О нет! НЕТ! — Цветан улышал до ужаса знакомый голос, который пронёсся эхом по практически всей территории вдоль озера. Юноша с ужасом обернулся и посмотрел на песчаную дорогу, которая вела к поп-королеве.       Он побежал. Просто со всей чёртовой скорости побежал. Он не хотел опоздать, он не хотел её потерять.               Подбежав к месту назначения, он услышал вопли Розочки, такие как: "Отпустите меня!"; "Как вы смеете трогать мой народ!?"; "Я просто так не сдамся!" и тому подобное.        — Ч-что...? Поп-тролли... схвачены?... — прошептал Цветан. То есть, если бы он и вправду пошёл в деревню, то там ничего и никого бы не было... И тут бирюзовый перестал слышать голоса. Он выбежал на поляну и осмотрелся. Повернувшись в сторону, он увидел какого-то тролля недалеко, и с ним был другой тролль. Окрас у тролля, который был выше, юноше показался знакомым. Он пригляделся – это был Эники. Но что за непонятный старичок идёт рядом с ним? Ну в прочем, сейчас это неважно. Важно то, что бирюзовый понял: Эники с самого начала был предателем, как он и предполагал, а поп-королева его не послушала. Именно этот паршивец сдал Розочку рок-троллям. Цветану хотелось его догнать и отомстить как следует, но он увидел у озера что-то сверкающее. Юноша подошёл и увидел страницу скрапбука, то есть в такой момент жизни розовая тролльша снова занималась скрапбуккингом? Ах да, это же Розочка. Бирюзовый взял страницу в руки и посмотрел на неё, в ту же минуту он упал на землю, прижимая страницу к себе. По его щекам текли слёзы.        На странице был он и Розочка, на одной половине они держались за руки, а на другой они смотрели гневным взглядом друг на друга. Но это не суть. На обороте страницы ещё были строчки, написанные фиолетовым карандашом.

"Я долгое время была влюблена в него... можно сказать – с первого знакомства. Я боялась ему признаться, зная, что он отвергнет, ведь он как туча, а я солнышко. На самом деле, меня привлекали в нём больше всего его голубые глаза, да и сейчас привлекают. Я готова в них утонуть. И так и происходит. Именно поэтому мне порой страшно на него смотреть, а то засмотрюсь ещё, тогда подумает, что я какая-то сумасшедшая. А потом появился королевский статус, проблем стало больше, намного. Когда раньше я должна была просто следовать за отцом, то сейчас мне приходится делать всё самой. И это нелегко. А я хотела ему признаться. Но я забылась. Поэтому я называла ему другом, когда чувствовала, что делаю себе больно. Но я не знала, что от моих слов сердце раскалывается не у меня одной. Сейчас он признался мне, а после ушёл в деревню. И да, по моим щекам и впрямь в данный момент текут слёзы, ведь он единственный, в ком я нуждалась, нуждаюсь и буду нуждаться."

       Цветан по прежнему сидел на земле со слезами на глазах и в сотый раз перечитывал эти строчки. Он слышал эти слова голосом Розочки. Поэтому он читал и читал, его глаза уже устали. Но он продолжал читать. Он даже не мог додуматься до такого, он думал, что королева полюбит его только со временем, а тут речь про детскую любовь, которая развивалась с годами.       Внезапно бирюзовый почувствовал чью-то руку на своём плече. Он обернулся, это был Триоль.        — Самое время спасать мир, тебе не кажется? — улыбнулся он.        — Кажется. Теперь моё желание спасти королевство возросло до небес, — поп-тролль вытер локтём остатки слёз. Триоль подошёл к Вани и они начали о чём-то говорить.        Цветан тем временем подошёл к озеру, положил страницу скрапбука себе в волосы и посмотрев на своё отражение, прошептал:        — Я спасу тебя, Розочка...