Минет для брата 2

Услышав этот вопрос, серебристоволосый автоморф немного сник, прикрывая огромный шрам рукой. Последствия того необдуманного поступка до сих пор преследуют Турика в ночных кошмарах. Старший брат громко вздохнул: -Ты действительно хочешь знать об этом? -Да, это же как-то связано с твоей неудавшейся студенческой жизнью? -Что ж, раз ты так хочешь знать правду, то тогда присаживайся, мой рассказ обещает быть очень интересным, — Турер Ви сложил руки на груди и, взглянув в окно, начал говорить. А мы тем временем, переносимся на несколько лет назад, когда трава была зеленее, а Турик только окончил школу. Серебристоволосый омега тогда и представить себе не мог, чем окончится его обучение в одном из престижных университетов их города. Тогда был тёплый и солнечный первый день сентября, взволнованный Турик шёл в учебное заведение, молясь, чтобы ему попалась нормальная группа. И с одной стороны это было действительно так, но это не значит, что не нашлось плохих ребят, которые затянут серебристоволосого в неприятности. Турер Ви, зайдя в нужную аудиторию, сразу же заприметил компашку из нескольких автоморфов, злобно разглядывающих всех вокруг. Серебристоволосый автоморф сразу для себя решил, что ни в коем случае не будет пересекаться с ними и омега выполнял своё обещание самому себе до одного момента…шли недели и месяцы, Турер Ви старался прилежно учиться, хоть у него это и не всегда получалось. Те задиры оказались какими-то крутыми гонщиками, которые любили поиздеваться над теми, кто слабее. Турику повезло, что он был закалён к подобным действиям ещё со времён школы, но и его стороной не обошли. В один прекрасный день к серебристоволосому подошёл один из них, предлагая омега устроить небольшой заезд где-то под мостом. Немного подумав, Турик всё же решил поехать с ними, понимая, что его отказ мог быть наказуем. Парень с ярко-синим ирокезом на голове улыбнулся во все свои кривые зубы, а затем, похлопав серебристоволосого по плечу, удалился к своей банде. Вечером того же дня Турер Ви, после удачного заезда, стал частью этой компании, не зная, к чему это приведёт в будущем. Тогда Турик изменился до неузнаваемости: серебристоволосый отрастил волосы, которые до сих пор не хочет подстричь, стал плохо учиться, а иногда даже и прогуливать занятия, но самым страшным было то, что серебристоволосый автоморф стал агрессивным, и пристрастился к курению. Тогда родители не обращали особого внимания на то, чем занимается их старший сын, ведь им надо было делать с близнецами уроки. Совсем расслабиашийся Турик стал покуривать даже дома, не боясь ничего. А потом произошло то, из-за чего всю эту банду мамкиных гонщиков отчислили, а Турер Ви чуть колёса не откинул. Тогда на улице шёл сильный дождь, но разве это могло остановить наших отчаянных гонщиков? Несколько автомобилей неслись по скользкому асфальту на огромной скорости, давая угла на поворотах. Заехав на мост, соединяющий два берега, на которых располагается их город, серебристоволосый автоморф почувствовал, что теряет управление над собой и его несёт в другую сторону. Пытаясь как-то изменить ситуацию, Турик, втапливает педаль газа а пол, выкручивая руль, да только это делает ситуацию ещё хуже. Потеряв контроль над собой, неуправляемый седан несётся прямо на встречную полосу. Благо, в тот момент там никого не было, но это не спасло автоморфа от сильного удара об ограждение моста. Увидев, что их кореш пострадал, «друзья» не бросаются ему на помощь, пока другие свидетели ДТП пытаются привести Турика в чувства. Серебристоволосый омега уже успел принять свой человеческий вид, лёжа на спине, полностью залитый машинным маслом. Автоморф ненадолго пришёл в сознание, он с трудом разлепил веки и усталым взглядом обвёл всех. Не успел Турер Ви ничего понять, как неожиданно резкая боль, словно ток ударила его лицо. Не сдерживая себя, омега орал, как резанный, когда в его фарах начало темнеть, вскоре он вновь потерял сознание. Серебристоволосый автоморф дальше запомнил лишь отрывки воспоминаний, словно его мозговой чип решил стереть воспоминания того страшного дня. Турик помнил лишь то, как его везли в госпиталь, а стоявший над ним врач-механик, внимательно посмотрев на пострадавшего, произнёс: -М-да, личико, тебе, конечно, неплохо так распотрошили, ну ничего, я тебя быстро на колёса поставлю, — Турик видел, как молодой автоморф в медицинском халате улыбнулся пострадавшему, обнажая свою белоснежные зубы. А потом снова пустота, которая прекращается лишь тогда, когда серебристоволосого переводят из реанимации в обычную палату, где его ждут родители. Папа-омега, увидев перебинтованную голову сына, тут же кидается на него с объятиями, крепко прижимая к себе родного ребёнка. Турик был ещё очень слаб из-за того, что питание мог получать только через капельницу, поэтому больше походил на оживший труп, нежели нормального здорового омегу. Рядом с родителями так-же находились и маленькие близняшки, с любопытством наблюдая за тем, как папа кормит Турер Ви каким-то супом. Белобрысый Чейз стоял рядом со старшим братом, с ужасом рассматривая синяки на руках, оставленные иглами капельниц. Морковник, же не знал, чем ему заняться, поэтому носился по всей палате, пока папа не заставил черноволосого успокоиться. Отвлекшийся родитель не заметил, как Чейзер положил свою детскую ладонь на худую от болезни руку серебристоволосого. Турер Ви заметил это, улыбнувшись правой стороной рта, на которой было меньше шрамов. Серебристоволосый автоморф положил свою руку младшему брату на голову, нежно потрепав белоснежную макушку Чейза. Так шло время, Турик потихоньку приходил в норму, Чейзер до сих пор помнит, как долго старший брат восстанавливался после лечения. Хорошо, что это осталось в далёком прошлом, от которого у серебристоволосого автоморфа остался лишь огромный шрам. Окончив свой рассказ, Турер Ви переводит взгляд на младших братьев, ожидая от них ответной реакции. Первым очнулся Морковник, он подскочил на месте, тыча пальцем в Турика, быстро проговорил: -О, я помню, как отец тебя на руках носил, ты тогда даже на ноги встать нормально не мог. -Да, тоже помню это. Я тогда полгода не мог с кровати нормально встать, что уж тут говорить. -Нам с Чейзом было строго-настрого запрещено заходить в твою комнату и шуметь там. -Но тем не менее ты, дорогой мой Морковник, всё равно умудрялся оказываться в комнате и играл в моём компьютере. -Ой, так ты не спал тогда… — черноволосый автоморф сделал вид, будто смутился, прикрывая бампер рукой. Наблюдавший за этим Чейзер не смог себя сдержать, громко рассмеявшись. Тут же широкая улыбка растянулась и на лице Турика, серебристоволосый автоморф обнял Морковника за плечи, потрепав того по голове.