Реквием души

      Всё повторяется раз за разом. Смерти, слезы, боль и понимание о своей никчёмности давят на грудь, заставляя тяжело дышать. Затуманенному разуму сложно объяснить все опасные неровности его жизни. Однако же, ты продолжаешь вставать и идти вперёд, подавив в себе жажду истошно закричать и забиться в угол, скрывая себя от чужих взглядов. Долго ты ещё продержишься? Хватит пытаться защитить и спасти всех. Ты на грани и прекрасно понимаешь это. Если тебе всё-таки удастся перейти грань, то поверь, вернутся обратно уже не получится. Это дорога всегда была в один конец, но когда она закончится зависит от тебя. Однако, сможешь ли ты уберечь то, что тебе было когда-то так дорого, даже в таком состоянии?       Дыхание совсем сбилось. Молодой парень, лежавший в луже своей же крови, смотрел в небо, пытаясь понять как до такого дошло. Вокруг него слышался парад голосов, но всё они казались монотонными и неразборчивыми, лишь один из них был столь приятен и понятен ему. Он был таким тёплым и нежным с нотками волнения и горечи. Однако, сейчас единственное, что хотел парень, это не слышать его вообще. Раздался звук мигалки скорой помощи, голосов стало больше, а тот единственный стих. Глаза закрылись. Благоговейное чувство свободы и пустоты наполнило еле дышащее тело. Он умрёт? Неужели, после всего того, что ему пришлось пройти и почти на финишной прямой, ему придётся распрощаться с жизнью? Нет, так не пойдёт. Сердце выровняло ход, заставляя врачей удивится происходящему. Впервые за их работу, им пришлось увидеть того, кто всем своим видом хватался за любой шанс выжить. Вот-вот, вы сами увидите, как человек, полностью потеряет себя, оставляя остатки разума позади. Он сломался. Единственное, что осталось из незавершённого, это вновь увидеть того, кто стал этому первопричиной.       Тихое пиканье аппарата жизнедеятельности разносилось эхом по всей больничной палате, в которой сидело двое. Молодая девушка с розово-каштановыми волосами, обрезанными в каре до плеч, молча сидела рядом с койкой, растирая вновь и вновь набегающие потоки слез по лицу рукавом, а в углу комнаты, также молча оперевшись на стену, стоял парень с блондинистыми волосами чуть ниже плеч, смотря своими тёмными, словно пустая бездна, глазами в пол, боясь поднять взгляд на еле живого, сильно побитого друга и его плачущую возлюбленную. — Вы же были друзьями, разве нет? Почему ты сделал это, Манджиро? — тихо, дрожащим голосом спросила девушка, поворачивая голову в сторону парня и нарушая долгую тишину. — Я не помню. Весь тот момент, как в тумане. — тихо ответил парень, продолжая сверлить пол взглядом. — Когда я пришёл в себя, он уже был в таком состоянии.       Сейчас, тот самый непобедимый Майки, боялся посмотреть в глаза девушке лучшего друга, зная, что в её взгляде будет гореть ненависть и злоба по отношению к нему. Он и сам себя ненавидел за то что сотворил, но уже к сожалению ничего не вернуть. Хината отвернулась и положила свою дрожащую руку на ладонь любимого, словно немощно вопрошая, чтобы тот наконец открыл глаза и взглянул на неё снова нежным и любящим взглядом.       О всём том, что произошло, Майки рассказал Коконой. Обычно спокойный парень, любящий только деньги, стоял перед ним, сдерживаемый лишь Раном Хайтани, и кричал. Его подчинённый отчитывал его за каждый нанесённый по телу Такемичи удар, за каждый его синяк и за каждую сломанную косточку. — Если он снова вернулся к нам, значит в будущем произошло, что-то страшное. Он ведь даже не успел рассказать что именно. — сказала девушка немного увереннее. — Я уже понял. — парень ненадолго замолчал. — Хина, я знаю, что недостоин твоего прощения, и называть себя его другом я тоже не имею права, но… — Манджиро не успел договорить.       Хината резко вскочила со стула и подойдя к Майки в плотную, со всей силы ударила того по щеке. Парень удивлённо посмотрел на девушку, положив на место удара руку. Из глаз Хинаты ручьём текли слезы, скатываясь ровной струйкой по щеке и падая на пол. — Идиот! Манджиро, ты — идиот. Ты — его друг, даже после этого. Зная его, он даже в таком состоянии уже простил тебя. Да, то что ты сделал, не очень красиво, но всё же, сейчас ты здесь, так же как и я, волнуешься о его жизни. — крикнула на того Хина, взяв за плечи и встряхнув.       Майки снова опустил голову. Она права, чтобы не случилось, он его друг и ему нужно находиться рядом, поддерживать и саму Хинату, и лежащего в коме друга. — От Чифую я узнала вчера некоторые моменты, которые ему рассказал Такемичи. — сказала Хина, пытаясь привести хаотичные мысли в порядок, и наконец отпустив парня. — Если я правильно помню, то вернулся он из-за тебя. — Что? — переспросил парень, не веря услышанному. — Я не знаю подробностей. Чифую сказал, что мне лучше не знать. Я и не стала выпрашивать у него что-то ещё. — ответила Хината.       Девушка взяла Манджиро за руку и осторожно потянула за собой, подводя к койке. Они оба посмотрели на Такемичи, веки которого медленно задергались, а потом глаза и вовсе открылись. Парень сморщился от резкого удара света по лицу. Он посмотрел в потолок, а потом повернул голову, посмотрев на стоящих рядом людей. По телу Хины прошлась дрожь, а Майки просто прикрыл веки. Они оба ждали этого момента, когда те горящие и жаждущие жизни глаза вновь взглянут на них. Но их ожидания не оправдались. Взгляд Такемичи был холоден и пуст, он был лишён даже малой капелькой жизни и веры во что-то лучшее, казалось будто бы даже беспросветная мгла, спокойно ушла бы в темень, если бы стала ровняться с пустой глаз Мичи. Парень вновь отвел взгляд, смотря в пустоту. — Такемичи, ты как? Тебе что-то принести? — спросила Хина, не скрывая волнения в своём дрожащем голосе. — Я в порядке. Нет, ничего не надо. — как-то холодно произнёс Такемичи. — Значит, я выжил. Что ж, ладно. — Прости, Такемучи, я сильно виноват перед тобой. — тихо протараторил Манджиро себе под нос.       Такимичи перевел взгляд на друга и улыбнулся. Однако, эта улыбка была словно кукольная, ненастоящая, не живая, натянутая кем-то свыше. — Всё в порядке, Майки. Я же жив. Всё остальное лишь мелочи жизни. — сказал Такемичи.       Ханагаки медленно приподнялся и сел. По всему телу прошлась ноющая боль, которая сильнее всего чувствовалась в рёбрах и руке, которая была перебинтована и прижата к телу. Разум всё ещё затуманенный, хотя с самого своего пробуждения он пытался привести мысли в порядок.       Он жив, но почему? Разве то, что с ним произошло не должно было прекратить его страдания? Или остатки того Такемичи, который был раньше и был силён духом, не дал в последние минуты своего правления над телом опустить руки? Возможно так оно и было, но сейчас разбираться во всём было слишком трудно.       Пустые глаза посмотрели на Манджиро, пытаясь сфокусироваться на размытых очертаниях. Такемичи протянул здоровую руку и взял холодную ладонь парня в свою. — Это я должен извиниться. Я не уберёг Дракена. — с ноткой печали сказал Такемичи. — Ты не виноват. Это я всё испортил. — сказал Майки, падая на колени, перед Такимичи, опуская голову и роняя набежавшие слезы.       Тут Такемичи резко осенило. Тот голос, что был один ему понятен среди того хаоса, был голос принадлежащий Майки. Он слёзно просил его не умирать, не бросать его. Мичи так же вспомнил, что Манджиро, до самого приезда скорой, держал его за руку, уложив свою голову ему на грудь, вслушиваясь в медленное сердцебиение. И сейчас, он стоит рядом с ним. Это значит только одно. Будущее изменилось. Но имеет ли это смысл? Такемичи больше не видел смысла бороться. Даже если бы не изменилось ровным счётом ничего, или всё стало бы только хуже, он бы не стал что-то менять. Мичи просто бросил бы всё и ушёл, навсегда забывая о прошлом. Усталость сковала тело, заставляя Ханагаки отпустить руку Майки и принять лежачие положение.       Вот, до чего его довели вечные перемещения во времени и нескончаемые потери близких ему людей.