Пятьдесят оттенков синего

ПОСЛЕДСТВИЯ

К Л А В А

***

Было ли мне стыдно? Я не знаю. Внутри меня переворачивались различные чувства, в котле восприятия и сознания варились вопросы и возможные варианты исхода событий, но после такого мой мозг напрочь отказывался думать логически и я приняла самое ужасное решение, которое только можно было получить из данной ситуации, — молчать до тех пор, пока меня не замучает совесть и я признаюсь Диме (конечно же, сбавив продолжительность произошедшего), что у меня был секс с другим и достаточно классный, и я больше не могу так жить. Я лежала на столе, ощущая своей обнажённой спиной холод стекла. Мой взгляд был направлен в потолок, но боковым зрением я видела Егора: он уселся в кресло и прожигал меня взглядом. Его поза была из разряда «только я здесь хозяин, а ты вставай на колени и повинуйся». Его жилистые ладони расположилась на подлокотниках, фаланги изредка дрожали. Отвернув голову, я тяжело вздохнула, прикрыла глаза и снова провалилась в свои раздумья. Что я имею от этой встречи? Ответ всего на один вопрос, записанный секс на камеру и вялость от оргазма. Секс — это очень хорошо, и я была бы не против им конечно же заняться, будь это не рабочий час или встреча, а здесь.. я повела себя просто отвратительно по отношению к своей работе. Я лучший работник нашей компании, заслуженный журналист, на меня надеется вся аудитория, когда я провожу интервью с их любимыми артистами. А я только что позволила трахнуть себя на камеру, отвлечь себя от работы, несмотря на то, что у меня карьера стоит всегда на первом месте, даже если я очень чего-то хочу. Этот человек.. сидящий рядом и смотрящий на меня, как хищник на жертву, просто свёл меня с ума, я повела себя безумно, — словно в гипнозе произошло наше соитие. — О чём думаешь, Клавдия? — хриплый голос оказался совсем рядом, практически надо мной, у самого уха. Дрожь ударила по ногам как кнутом, заставляя подавить судороги. — Ни о чём, — отрезала я, поворачивая голову. Льдины в глазах напротив блестели неизвестным мне огнём. — Ты сорвал интервью. С чем мне теперь ехать в офис? — высказала я ему с резкой претензией. Брови Егора удивлённо подлетели вверх, губы дрогнули и в итоге нарисовалась ухмылка. — Мне ещё никто после секса так грубо не высказывал о том, что я якобы сорвал работу. — Всё бывает впервые, — язвительно ответила я, вставая со стола, и начиная натягивать одежду. Когда я надела костюм и снова окунула ноги в туфли, на меня напало внезапное огорчение. Я была безумно зла на себя на удивление не просто за измену, а за то, что сорвалось это чёртово интервью. Мне доверили его как хорошему журналисту, положили огромные надежды на плечи, а в итоге я пришла к какому-то отменному извращенцу, который умело уложил меня на стол, трахнул и теперь только Бог знает, что нас ждёт. — А ты та ещё штучка, походу. Хорошо выглядишь, — он одаривает меня мелодичным комплиментом, но моё лицо только искажается непонятной эмоцией и шумный выдох недовольства катится по кабинету. — Зачем ты полез ко мне? — я обернулась, чтобы посмотреть в его глаза. Чёрная густота пролилась на его зрачки цвета ясного неба, и теперь в них отражалось бушующее море. Внутри неприятно натянулись нервные окончания. — Высокова Клавдия Вадимовна, двадцать пять лет, заслуженный журналист, окончила престижный ВУЗ Москвы и работает по специальности, — чётко проговаривая мою биографию тихим, спокойным голосом, Егор встал, массивно направляясь ко мне. Я начала пятиться назад, сконцентрировав взгляд на его лице. По-прежнему ни одна мышца ни дрогнула, лёгкая улыбка застыла на губах. — Чего ты хочешь? — я пыталась убежать до тех пор, пока моя спина не врезалась в ледяную стену. Холод растянулся по коже табуном мурашек. Егор загнал меня в угол, массивно расставил обе руки по сторонам от меня, образуя некую клетку, из которой мне побег воспрещён. Наши взгляды встретились, — айсберг проходится по борту моего сознания и я постепенно начинаю тонуть в ледяном море. Нос парня касается моего, и тёплое дыхание проходится по щекам. Сердце замирает, а после резко врезается в грудную клетку, заполняя помещение моим громким и быстрым сердцебиением. — Ты не просто так здесь появилась, Клава. И больше от меня не убежишь, — шепчет мне прямо в губы. Я нагло засмеялась, потому что подобный бред слышала только в каких-нибудь супер страстных фильмах, или замечала в романах, но в жизни.. если он хочет показаться до безумия сексуальным и подражать своему нарисованному образу, над которым сильно постарались его поклонницы, то у него это максимально плохо получается. — Зря ты смеёшься, Высокова. Совсем скоро всё поймёшь, — Егор так ласково гладит меня по щекам, заключив лицо в обе ладони, проводит подушечками по губам, опускается к шее, от чего у меня в животе нервные импульсы скапливаются в тугой узел, начинающий давить на матку и распространять приятные разряды тока по всему телу. — Интервью за тебя напишет моя помощница и пришлёт на почту. Я возьму папку с вопросами, чтобы ничего не выкидывать от себя и не придумывать лишнего. Отправляйся домой, тебе нужно отдохнуть. — Крид отходит от меня, и всё приятное внутри мгновенно обрывается, с рокотом отражаясь на моём сознании. Я ничего не ответила. Схватила свои вещи и убежала. Впервые. Я никогда так быстро не одевалась, никогда отчаянно не убегала от образовавшихся проблем. Я никогда не позволяла выставлять себя дурой и нагло играться с моей гордостью. Я вернулась домой помятая. Пучок испорчен и волосы мне пришлось завернуть в хвост; костюм мятый; лицо окрасилось в непонятный цвет из-за испорченного макияжа, который я пыталась подправить влажными салфетками в машине. Мысли ходуном ходили в голове, танцевали румбу, слишком сильно нагружали и доставляли дискомфорт. Я не хотела думать, пыталась опустить, но всё равно проваливалась в бездну постоянных раздумий. Что это за человек? Кого он из себя представляет? Как живёт? К чему сказал ту странную фразу и оставил меня ни с чем? Зачем поцеловал? Почему полез? Для чего мы переспали? Что он имел ввиду, говоря о том, что теперь я никуда не убегу? Это всё скапливается в голове, от чего кровь неприятно пульсирует в висках мигренью, вынуждая оставить все эти вопросы, сходить в душ и лечь спать. Но я не могла. Может, он просто сумасшедший, который любит придаваться своим сексуальным фантазиям и обожает ролевые игры в постели? Господи.. во что я ввязалась? За всю свою карьеру у меня никогда не было проблем, а с этим человеком, абсолютно непонятным и левым у меня нарастает одна огромная неприятность, с которой мне придётся разбираться в одиночку, а всё из-за того, что я, — дура, — ответила на поцелуй и по моей же глупости мы переспали. Я ещё умудрилась просто сбежать, вместо того, чтобы с ним поговорить и выпытать всё, что мне необходимо знать. Но я сочла лучшим исходом трусливый побег. Дошла до ванной комнаты я в ужасном омуте. На сознание опустился густой туман, мешая мне думать, и когда я остановилась напротив большого зеркала, решила, что на сегодня хватит. Я поспешно сняла с себя одежду, кинула в корзину с остальным грязным бельем и залезла в душевую кабину. Струи проточной воды неслись по телу, разгоняя накопившееся за целый день напряжение. Ароматным гелем я сильно проходилась по коже, пытаясь смыть с себя чужие прикосновения и поцелуи. Вдоволь постояв под кипятком, я замоталась в чистое полотенце и вышла из ванной комнаты, направляясь в спальню. — Малышка, ты уже вернулась? Привет.. а чего не предупредила? — я вздрогнула, услышав голос Димы где-то сбоку, пока копалась в шкафу с нижним бельем в поисках наиболее удобного. — А.. привет, — тихо начала я, отводя глаза. Совесть постепенно затягивает удавку на шее. — Да просто.. думала, что ты уже спишь, не хотела беспокоить.. короче, я сама очень устала и не хотела нагружать тебя, — быстро проговорила я какой-то бред, махнула рукой и отошла к кровати, начиная одеваться. — Понятно.. — как-то тускло вздохнул парень и присел на постель, внимательно за мной наблюдая. Я взглянула на него и слегка нахмурилась. — Что-то не так? — поинтересовалась я, складывая мокрое полотенце и вешая его на руку. — Да нет.. всё хорошо, — Курышкин осторожно и нежно взял меня за бёдра, сжал мягкую ткань халата и подвинул к себе ближе. Я встала меж его ног и сильно закусила нижнюю губу, стараясь подавить ком в глотке. Парень уткнулся носом в мой живот, и я напряжённо выдохнула, закрыла глаза и зажмурилась. — Я так скучаю по тебе... — Чувственно признаётся Дима, прижавшись ко мне уже щекой с ужасной силой. Я чувствую его любовь, она окружает меня ласковыми объятиями и согревает, но я не могу того же дать в ответ. Моя любовь противится, отворачивается, устраивает внутреннюю борьбу и громкие скандалы. — Я тоже.. — нагло вру я, зарываясь пальцами в чужие волосы, осторожно их оттягивая, изо всех сил стараясь проявить взаимную нежность и ласку, но действия так и выражают отвращение. — Дим.. слушай, я очень хочу спать, мне завтра в офис. Пожалуйста, давай ляжем, — буквально взмолилась я, и когда парень отпустил меня, я сняла халат, надела пижаму и нырнула под одеяло. Мысли наконец улеглись в голове и я уснула, провалившись в глубокий сон.

***

Я проснулась со следующей мыслью: мне срочно нужно передохнуть. Вечером мне необходим клуб, много алкоголя, громкая музыка, активные танцы и очень хорошая подруга, которая сможет меня выслушать и поддержать. Я собралась в офис слишком быстро, даже Дима не успел проснуться, а я уже выходила из квартиры с яблоком во рту. Одолев пешком всего две лестницы, я выдохлась и всё же поехала вниз на лифте. Выйдя из подъезда, я села в такси, так как сегодня я намерена веселиться и трезвой домой не возвращаться, и поехала в офис. Пока водитель вёз меня до Москвы-Сити, я за всё время не трогала телефон, и наблюдала за дорогой. За окном проносились высокие здания, мелькали лица людей, и мне было как-то необычно. Внутри царили странные чувства после вчерашнего до сих пор. Когда машина остановилась, я расплатилась с мужчиной и вышла из салона. Меня противно окутал ледяной весенний ветер, забравшись под пальто. Пожав плечами от холода, я вздрогнула и когда автомобиль уехал, освобождая мне путь, я сильнее сжала ремень сумки и направилась в офис. — Высокова Клавдия Вадимовна, даже десяти нет, неужели Вы так любите свою работу? — я почти дошла до дверей высотного здания в хорошем настроении, но внезапно я услышала голос Егора за спиной и всё моё тело окутали мурашки, а солнечное сплетение резко затянулось, и мне пришлось подавить желание согнуться пополам от волнения. — Булаткин Егор Николаевич, представьте себе, я безумно люблю работать. А вот Вы, похоже, нет, — я ядовито улыбнулась и повернулась к блондину лицом. Сегодня он выглядит на свои деньги и имя. На нём спортивный костюм чёрного цвета, белые кроссовки на ногах, а за спиной ужасно красивая машина — «Ламборгини», — огромная, мощная, дорогая. И она очень идентично сочетается со своим хозяином, — выглядит угрожающе и величественно. Егор усмехнулся, достал из салона какую-то папку и начал медленно подходить ко мне. Его глаза цвета ясного неба впиваются в меня, пронизывают насквозь, и внутри всё стягивается довольно приятным спазмом. Стыдно признавать, но мне нравится это напряжение между нами, странные диалоги и сам парень, — симпатичен и даже сексуален. Но всё происходящее мне нисколько не симпатизирует. — Своё рабочее время я никогда не пропускаю. Просто у меня есть свободный час, поэтому я решил заехать к тебе и отдать интервью. Оно уже готово, — Крид вручает мне папку и смотрит на меня сверху-вниз. Я нахмурилась, открыла её и начала листать. Прочитав несколько ответов, мои глаза резко расширились, и я с ужасном захлопнула эту злосчастную папку, а затем сильно пихнула её обратно в руки Егору. Странно, что он даже не пошатнулся, не посмотрел на меня в удивлении, а лишь спокойно наблюдал и чего-то смиренно ждал. Видимо, моего взрыва. — Что это за ужас, Булаткин?! — резко и громко начала я. — Я никогда не делаю таких интервью! Ты сделал этот помойный страх любого заслуженного журналиста для своих интересов, который не примет ни моя компания, ни любая другая! Чтоб я такого больше не видела! — строго отчитала его я, но блондин даже не дёрнулся. Он молча всё впитал в себя, глубоко вздохнул, кинул папку обратно в салон машины и только потом улыбнулся. — Ну.. раз такое дело, то нам нужно ещё раз встретиться. Как тебе такой вариант? — мои брови удивлённо взлетели вверх. — Ты же не любишь интервью. Для чего устраиваешь? — Я же сорвал твою работу. Хочу искупить вину. Боссу скажешь, что у меня появились дела и я перенёс нашу беседу. Дашь свой номер телефона? Я напишу. — Никогда. Через главного свяжешься. Я улыбнулась ему, пожала плечами и наконец оставив Егора в недоумении, скрылась за стеклянными дверями офиса. Как только я перешла порог лифта и нашего отдела, на меня налетел Олег Анатольевич. Лицо его было красным от злости, на лбу заметно пульсировала вена, а сам он размахивал руками, сжимая листы. — Где интервью с Кридом?! — Он отменил интервью, перенёс на неопределённый срок из-за дел. — Прекрасно… — со свистом выдыхая, Олег Анатольевич скрывается в длинном коридоре. Я усмехнулась и подошла к стойке, за которой уже стояла Анна. — Привет. А что с главным? — усмехнулась я, кивая в сторону мужчины, который яростно носился по кабинетам и кричал на всех. К такому поведению все привыкли, поэтому не особо возмущаются или пугаются. Ради интереса можно просто узнать причину. — С женой поругался, — улыбнулась девушка, подперев щёку кулаком. Я хихикнула, кивнула и пошла дальше, к своему кабинету.

***

Я опускаюсь на колени. Жилистые руки, покрытые множеством татуировок, слишком грубо коснулись моих висков, проникая пальцами в распущенные волосы, затягивая крепкий хвост. Тихий стон сорвался с губ, за что я получила поощрение, — хватка на волосах ослабевает, и тогда я покорно поднимаю голову, позволяя члену проникнуть в мой рот. Закрыв глаза, начинаю сосать, — глубоко, усердно, стараясь обвести языком каждую вену. — Высокова.. сосёшь ты, конечно, хорошо, но всё же я целый день мечтал тебя выебать раком на твоём столе, — голос Егора будоражит моё сознание. Кровь стучит в висках, мурашки окутывают тело. Смотрю в его глаза, и цвет у них как у бушующего океана во время шторма. Он возбуждённо наблюдает за тем, как я медленно встаю, и мои ноги сразу гнутся под весом собственного тела. Меня возбуждает не только наполовину обнажённое тело напротив, которое ждёт, пока я лягу на стол животом вниз и дам себя трахнуть. Я безумно завелась от той мысли, что офис сейчас абсолютно пуст, и Егор Крид сейчас будет заниматься сексом со мной в «аквариуме». Стеклянные стены для меня сейчас как сотни глаз, наблюдающие за нами. Я чувствую не только то, как раздевается моё тело, я чувствую, как оголяется моя душа. Наклонившись, покорно жду, когда Егор пристроится сзади. Слышу, как парень отодвигает моё кресло в сторону, а его руки на моих бёдрах внезапно оказались схожими с ударами тока. Едва я прикрыла глаза, мне пришлось снова их раскрыть, да с такой силой, ведь член Егора просто пронзил моё лоно. О, Господи!.. Это ощущение заполненности завязалось узлом под солнечным сплетением; ощущалось колючими импульсами на конце пальцев и заставило колени согнуться. Набираю полную грудь кислорода, и он сразу начинает жечь лёгкие. Толчок. Мой громкий стон. Ещё толчок. Стон. Толчок. Стон. Толчок. Стон. Чужие и горячие пальцы стимулируют мой клитор, увеличивая удовольствие от фрикций, а я напополам сломаться готова в руках Крида. На столе быстро надоедает и мы переместились в кресло. Теперь я наездница, и оседлав Егора, начинаю активно двигать тазом. Приятные ощущения льются на моё итак раскалённое тело кипятком. Егор лишь подливает «масла в огонь»: целует мою шею, грудь, обсасывает соски и оттягивает зубами чувствительную кожу, вынуждая меня срываться на крики. И мне было не стыдно.