Живое / Мёртвое

Арсений Мне не давал покоя тот разговор в столовой. Не нужно быть вампиром, чтобы заметить недовольство Оксаны тем, что рассказал Антон. Конечно, Шастун отрицал всё, говорил, что всё в порядке и ничего плохого не произошло, но эта реакция казалась странной для меня. Что такого он мог ей сказать, раз она вылетела из столовой как ошпаренная? Сегодня мы договорились встретиться с Антоном после школы. Он сказал, что хочет что-то проверить, но не сказал, что именно. Перед встречей я совсем не чувствовал страха, только волнение, из-за которого пересохли губы и колотилось сердце. Мы сели в машину и поехали в тот лес, где он открыл мне правду о себе. Отойдя от оживленной дороги на достаточное расстояние, он резко остановился и произнёс, глядя в глаза: — Я долго думал, и понял, что хочу кое-что попробовать. Я раньше не делал этого, но сейчас мне бы очень хотелось. — И что же это? — мой голос охрип то ли от недостатка кислорода, то ли от возникшего в голове предположения. Едва касаясь пальцами, Антон одной рукой обхватил меня за талию, другой — приподнял мой подбородок и направил мои губы навстречу своим. Его кожа была холодной, что больше распаляло меня. Он целовал меня нежно и бережно, боясь причинить боль и разбить на кусочки. Во время поцелуя я открыл глаза и увидел, как тяжело давалось ему это: мышцы напряжены и готовы в любой момент прекратить. Только мягкие холодные губы были расслабленны, и с каждым прикосновением они становились теплее от моих губ. Я снова закрыл глаза и почувствовал, как его язык скользнул по моей нижней губе и проник в рот, кончиком слегка задевая зубы и нёбо. Но я не стал следовать его примеру. Мои зубы не причинят ему вреда, но его зубы — зубы вампира и они могли стать последним, чего я когда-либо коснусь языком. Антон слегка сжимал мою талию правой рукой и ближе притягивал к себе, отчего в паху затянулся узел и стало жарко. Левой рукой он мягко гладил мою шею, оставляя след из мурашек. Закончив поцелуй, он отстранился и посмотрел на меня прикрытыми и замутнёнными желанием глазами. — Вроде всё прошло хорошо, — Антон слегка улыбнулся, перевёл взгляд на мои губы. — Есть ещё кое-что, что мне бы хотелось проверить. Антон медленно опустил руку с талии на бедро, отчего у меня тут же подкосились колени. Не знаю, есть ли у вампиров какие-то чары, способные взять под контроль волю человека, но сейчас я был готов согласиться на что угодно, лишь бы не отходить от него ни на шаг. Я кивнул. Шастун снова поцеловал меня, но уже более уверенно и напористо, а затем вжал меня в рядом стоящее дерево. Хорошо, что не ёлка и ствол оказался более-менее гладкий, иначе вся спина была бы в царапинах. Оторвавшись от губ, Антон спустился к шее и коснулся её губами, затем ещё и ещё, спускаясь ниже, отчего дыхание моё становилось чаще, а тело вздрагивало от каждого прикосновения. Коснувшись губами ключиц, он стал медленно расстёгивать рубашку, отмечая долгим нежным поцелуем каждое место, где раньше была пуговица, в конечном итоге оказавшись возле пупка. Антон не спешил, но делал всё настолько уверенно, будто это происходит с ним не впервые, и только холодные руки и губы напоминали о том, кто он такой. Шаст расстегнул ширинку на моих штанах, спустил их вниз вместе с трусами, и тут его движения стали менее уверенными, чем пару минут назад. Он снова поцеловал низ живота, мой член коснулся его шеи и ноги задрожали. Я схватился за его голову, чтобы не упасть, и запустил пальцы в шелковые волосы. — Ты точно не против? — спросил, глядя на меня снизу вверх. От увиденного я не мог прошептать в ответ ничего кроме: — Точно. Достав язык, Антон медленно прошёлся им по всей длине, оставив на нём слюну, затем вернулся обратно к основанию. Он пару раз облизал правое яичко и вдруг полностью засунул его себе в рот и стал посасывать. Я застонал и согнулся пополам, держа голову Шаста уже двумя руками. Мне хотелось, чтобы это закончилось поскорее и одновременно не заканчивалось никогда. Откинувшись назад, я закрыл глаза, стараясь не смотреть вниз, чтобы вид Антона, стоящего на коленях передо мной, не возбуждал меня ещё больше, но это не срабатывало. От тихих стонов Шаста, который и сам кайфовал от процесса, и от хлюпающих звуков меня бросало в жар и я застонал громче. — Анто-он, — я не мог сдержать крика. — Возьми его, пожалуйста. Антон улыбнулся, а затем член наконец оказался у него во рту. Сначала он погружал его неглубоко, головкой задевая щёку и верхнее нёбо, и языком проходился по уздечке. Он втягивал щёки и создавал ими вакуум, от чего на кончиках пальцев ног начало приятно покалывать. Затем он стал погружать глубже и я уже мог чувствовать стенки его горла. Ещё немного и я взорвался бы прямо там посреди леса, хорошо, что вокруг не было ни души. Он двигался всё быстрее, одной рукой гладя меня по ягодицам, а другой двигаясь вдоль члена в такт с головой. Я больше не мог сдерживаться, это было выше моих сил, поэтому всё закончилось быстрее, чем мне хотелось. Я потянулся было к нему, чтобы доставить то же удовольствие, что и он мне, но Антон резко отпрянул от меня. В его глазах горело что-то, чего я никогда не видел раньше: в них плескался страх. — В чём дело? — я не мог понять, где ошибся. Взглянув на область его паха, я увидел, что ему бы тоже хотелось, но я не понимал, в чём причина отказа. — Ты не понимаешь, этот опыт может убить тебя, — прорычал Антон. — У тебя что, ядовитая сперма? Антон пристально взглянул на меня, не понимая, шучу я или нет. Я и сам не понимал. Решив, что на этом мы сегодня закончим, я принялся застегивать свою рубашку и натягивать штаны. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я перевел тему. — Знаешь, Антох, ты меня обманул, получается. — Это в чём же? — Говорил, что кровосос, а на деле… Антон легонько хлопнул меня по заднице и я, рассмеявшись, хлопнул его в ответ. В этот момент сквозь листву пробился один маленький солнечный луч, который заставил кожу Антона сиять как новогодняя елка. — Что это? — я протянул руку и дотронулся до ключицы, а затем взглянул на пальцы. Казалось, что кожа сверкает так сильно, что должна оставлять мерцающий след при касании. — Так красиво. — Это кожа убийцы, Арс, — в голосе сквозило отчаяние. Антон старался не встречаться со мной глазами, словно стыдился своего сияния. — Теперь понятно, почему вы живёте в Питере. Солнце здесь редкий гость. Антон кивнул. — Я не хотел, чтобы ты это видел. Прости. — Ты такой красивый, Антон, — я мягко провёл кончиками пальцев по тем местам на коже, где его касалось солнце. — Тебе не за что извиняться. Схватив Антона за руку, я потащил его к машине. — Поехали, никто не должен тебя видеть. Тебе нужно в тень. Антон Прошло пару дней, а я всё не мог выкинуть из головы то, что произошло в лесу. И дело было не только в том, что там случился мой первый секс. Я поражался своей выдержке и тому, как запах Арсения больше не имел надо мной власти. Да, от него всё ещё скапливалась слюна во рту и мои инстинкты заставляли тело хотеть выпить его кровь, но сексуальное желание оказалось намного сильнее. Получается то, чего я боялся больше всего, оказалось самым простым. Даже сложно представить, что раньше просто находясь рядом с Арсением я еле сдерживал себя, но, оказавшись ближе некуда, все сложности мигом испарились. И ещё я понял, насколько же мне повезло с Арсением. Он способен принять меня таким, какой я есть. С одной стороны, это глупо, ведь по сути я представляю опасность для него, но с другой — поведение Арса заставляло меня испытывать ещё больше теплых чувств к нему и хотеть защищать его от всех, кто может причинить вред, даже от самого себя. — Арс, есть планы на эти выходные? — мы как обычно вместе сидели на биологии и я решил воспользоваться этим. — Ну, послезавтра дискотека, но если ты передумал, я не расстроюсь. — Не передумал, но есть предложение насчёт завтрашнего вечера. Мы с Серёжей и Оксаной собираемся играть в карты, в дурака. Не хочешь посмотреть? Как раз ожидается гроза, а мы играем только в такую погоду. — А почему именно в грозу? — О, узнаешь, — я не смог сдержать улыбки от одной только мысли о том, каким будет лицо Арса, когда он всё увидит. В субботу вечером я заехал за ним. Арс вышел из подъезда одетый так, как никогда не одевался в школу: рваные на коленках обтягивающие чёрные джинсы и футболка с широким вырезом, оголявшим ключицы. Я сглотнул слюну, скопившуюся от увиденного. Запах и голод были совсем не при чём, всему виной эта одежда, которая так сильно подчеркивала всё самое возбуждающее в Арсении. Он сел в машину и его запах заполнил мои лёгкие. Если бы не моя способность к самоконтролю, я бы уже давно трахнул его во всех позах, а затем выпил бы до дна во всех смыслах этого выражения. Повезло ему, что именно я на него запал, а не какой-то менее принципиальный вампир. Мы приехали ко мне домой. Раньше квартира казалась мне вполне обычной, но ровно до того момента, как я привёл туда Арсения, в голубых глазах которого я видел так много восторга и удивления. Именно его эмоции делали моё жилище самым прекрасным местом не земле. — Ого, — прошептал он, — совсем не склеп и не древний замок. — Мне же нельзя выделяться, забыл? Арсений кивнул, увлечённо рассматривая обстановку. Сначала он прошёлся вдоль моего огромного стеллажа с книгами, затем рукой провёл по спинке дивана, который стоял посреди комнаты и был усыпан мягкими подушками, задевая взглядом два кресла и журнальный столик, стоявшие возле дивана. Кухни здесь не было, как и кровати, поскольку мне это было не нужно. Зато в самом углу комнаты стояло огромное белое фортепиано, которому лет больше, чем мне. — Антон, а где живут твой отец, Сергей и Оксана? Я замешкался. Наша семья была настолько обеспеченной, что мы смогли поселиться отдельно друг от друга, чтобы не бесить лишний раз, а когда нужно, просто приходить в гости. Не спугнёт ли это Арсения и не натолкнет ли на новые вопросы? Выдавать их секреты я не собирался, хоть Арс мне и сильно нравился. — Они живут отдельно, — я решил дозировать информацию, чтобы словами прощупывать почву. — Это потому что ты вампир, да? Я кивнул. Арсений сам не представлял, насколько он мне упрощал задачу. По сути я ему ни разу не соврал, они действительно живут отдельно и я вампир. — Антон, а как ты стал вампиром? Вот и приплыли. Вопрос, на который ответить честно не получится. Я смотрел в глаза Арса и понимал, что не хочу его потерять и врать ему я тоже не хочу. Но я не мог поступить иначе. — Я был смертельно болен лихорадкой Эбола. Мы всей семьей ездили в Африку, там я и подхватил её. Отец был в отчаянии и ему пришлось обратиться за помощью к вампиру. Поэтому я и выжил, только у этого оказались свои побочные эффекты. Судя по реакции Арсения, он мне поверил. Он подошёл ко мне и крепко обнял, будто я умирал не когда-то давно, а прямо сейчас. В целом, история была правдивой, только вот вампиром, обратившим меня, был Стас. В дверь постучали. — Это, наверное, Серёга и Оксана, надо открыть. Нехотя разжимая объятия, Арс отпустил меня, из-за чего я даже немного расстроился. Я бы вечность провёл, тая в его руках.