Счастье на двоих

Говорят, что у близнецов есть своя особенная, магическая связь. Если в беде один, то чувствует другой. Если счастлив один, то и второй. А если вы, при этом, обладаете телепатическим синдромом, то это Джек Пот. В любой для вас ситуации вы узнаете, что происходит с другим человеком. Нужна ли вашей копии помощь?! Вы можете разительно отличаться друг от друга, но при этом быть одним целым. Так и было, между братьями Мия. Саму был человеком спокойным, рассудительным. Имел более тактичный характер и спокойный нрав. Ему не особо нравились толпы вокруг него и внимание. Он любил готовить и хорошо поесть. В этом, была его некая страсть. Играть в волейбол ему нравилось, но это не было конечным пунктом его жизни. У него были, абсолютно, другие планы. Ввязался по большей части он только из за близнеца, который был неугомонным шилом в заднице. Но соперничать между собой и видеть, как Цуму злится и бросается в драку каждый раз, было забавно. И что греха таить?! В этом, они были схожи. Взрывным темпераментом. Правда Саму был отходчивым, пока второй злился, тот успевал остыть и простить этого придурка. Но говорить об этом, не было нужды, пусть мучается. Хотя... тут играла еще и гордость. Что бы не было, а этого у братьев не занимать. Каждый любил стоять на своем до последнего. Из-за чего, они часто получали от бабушки. Перепалки каждый день, ругань у единственной раковины, кто первым чистит зубы, драка за последнюю булочку и карамельный пудинг... Саму не уступал ни в чем. Единственное, что он мог отдать по доброй воле, было место в волейболе. Он скрывал это от близнеца всеми возможными способами. Если тот узнает, будет скандал. Пусть он и никогда не признается в этом, но они любили играть вдвоем. Толи привычка с рождения, толи сильный дух соперничества, толи непреодолимая связь... Но, это было не отнять. Саму хорошо умел скрывать свои чувства от всех, но не от него. Как бы не старался шатен, это было просто невозможно. Второй хоть и старался не интересоваться его проблемами и не лезть в чужой огород со своими граблями, но переживал, что было видно невооруженным глазом. Он пытался всячески помочь, при этом, давая возможность Осаму самому решить часть своих неурядиц. Если уж плакал один, то где-то на другом конце земли, рыдал и другой. Они были, как небо и земля. Но, их нерушимая нить родства, всегда напоминала о себе. Цуму же был, наоборот, крайне эмоциональным и взбалмошным. Не говоря уж о том, каким он был шумным. Ему нравились толпы и находиться в них. Все должны были показывать его ценность. Саму ненавидел эту привычку брата, но терпел. Парень привык все решать на горячую голову, а потом лишь разбираться в ситуации и думать. У него был свой вкус в еде, одежде, интересах, фильмах, отличавшийся от близнеца. Он был готов на все, чтоб играть в волейбол если не до конца своих дней, то до последнего вздоха и желания, держать мяч в руках и касаться легкими движениями пальцев. Он совершенно не узнавал Саму, когда тот, по той или иной причине отлынивал от тренировок или сложных подач. Блондин искренне не понимал, как брат, может обходить стороной такой прекрасный вид спорта. И не сказать ведь, что тот был не талантлив. Нет, просто ленив. У второго был другой склад ума. Осаму был одомашненным, как Ацуму же являлся ребенком улицы. Родители всегда удивлялись тому, как они не похожи. В них была одинакова только внешность, хотя, если приглядеться повнимательней, различия виднелись сразу. Их манеры и повадки выдавали с головой. Поэтому, когда мальчики хотели подшутить над бабушкой, та сразу поняла кто есть кто, и наказала их за эту выходку. Как бы они не старались ее обмануть, одевая одни и те же вещи, она чувствовала особенность каждого. Цуму бесило, что у него есть близнец. Парень любил выделяться и отличаться от всех. Он хотел и стремился быть лучшим, а тут, получалось так, что их сравнивали каждый раз. Что не могло не злить. Но и, что он был, его радовало. Он мог без слов определить настроение другого себя. Они мысленно делились всем и переживали все вместе. Так было легче что ли. Многие считали, что им проще в этом. Не нужно искать родственную душу, ведь она уже была дана ранее. Но, никто не понимал, как же тяжело, если задыхался один, то умирал и второй.