Я пишу твое имя

Я пишу твое имя.

      Это началось пару недель назад. Он проснулся с бешено колотящимся сердцем, волосы прилипли ко лбу, мокрые от пота. По ощущениям он пробежал пару кругов вокруг экватора. Так началась их история.       Кай сидел на краю кровати, зарывшись пальцами в волосы. В голове царила пустота, а перед глазами стояла она. Девушка, которая снится ему уже вторую неделю подряд. Зовет его с собой, заливисто смеется, но стоит приблизится, она ускользает, словно песок сквозь пальцы.       Но сегодня ему удалось ее догнать! Взять за руку, развернуть к себе улыбающееся лицо. Она прекрасна. Молочная кожа, глаза цвета аквамарина, прямой нос и пухлые губы, идеальное лицо обрамляют золотистые кудри. Она была прекраснее образов от Леона Франсуа Комера.       И теперь он увидел каждую черточку ее лица. Запомнил малейшую деталь…       Кай подорвался с кровати. Нужно быстрее перенести образ Незнакомки из снов на бумагу! Пока в памяти свежа каждая ресничка и милая родинка на скуле.       Быстрыми, размашистыми движениям он снимал отпечаток своей памяти. Плавные линии прерывались резкими штрихами, на стол летела грифельная крошка. Пальцы быстро измазались, будто он работает на шахтах.       Только Кай не замечал ничего вокруг. Он вновь окунулся в атмосферу сказки и счастья, которая окружала Незнакомку. В голове звучал переливистый смех, руки ощущали мягкость ее кожи. Он глубоко вдохнул, будто чувствуя ее запах. Это датура?       Минут через двадцать беспрерывных попыток отпечатать на бумаге образ родился он. Первый портрет его, Кая, Незнакомки. Она улыбалась, а глаза лучились самым ярким и чистым светом, который он когда-либо видел. В них таилась щемящая нежность.       За окном уже рассвело, на прикроватной тумбочке отчаянно надрывался будильник. 7:00. Он не сразу понял, откуда доносится противный писк. Теперь же, отключив звук, Кай тяжело вздохнул: пора окунаться в суматошный день. Его ждут. Ждут студенты, работники музеев, где проходят его выставки, его ждут многие люди. Но он ждет лишь свою Незнакомку.       Одеться, позавтракать, идти в академию, просветлять юных художников. Говорить важные и умные вещи. Идти в музей, договариваться о выставке, продлить ее еще на неделю, разговаривать с начальством. Говорить умные и важные вещи. Сидеть в парке со стаканчиком эспрессо и смотреть на гуляющих людей. Наконец можно не говорить умные и важные вещи.       Дома, не включая свет, Кай перекусит яичницей с беконом. Составит список продуктов, которые нужно купить, ведь в холодильнике даже повесившаяся мышь сошла бы за деликатес. Он усмехнулся, неужели пришло время для глупых и странных мыслей? Насвистывая незатейливый мотивчик какой-то прилипчивой попсовой песенки, Кай принял душ и лег в прохладную постель. На него с «ИЗОстены» смотрела Незнакомка. Приснится ли она ему сегодня?       Мысли водили хоровод вокруг одного единственного образа. Кажется, это называется гиперфиксацией. Он не очень силен в психологии, ему неинтересно копошиться в чувствах людей. Ему интересно их изображать, детально, гиперболизировано, схематично. Счастье, гнев, грусть, эйфория – в несколько штрихов можно уместить многое.       Но теперь ему никак не понять себя. Почему эта Незнакомка так запала ему в душу? Он где-то читал, что во сне мы не можем придумать лицо, всех этих «сонных» людей мы уже видели когда-то. Лишь бы вспомнить где он видел именно ее.       С такими мыслями, ворочаясь с одного бока на другой, Кай проваливается в беспокойный сон.        К нему тянутся сгустки тьмы, в нос ударяет металлический запах. Его руки в чем-то липком и теплом, в темноте не видно, что это. Он подносит ладони к лицу, вдыхает знакомый запах. Это кровь?! Сердце колотится, как птица в клетке, кислорода отчаянно не хватает…       Кай оседает на колени. Почему он не может вдохнуть? Продлить таймер жизни еще на четыре минуты? Каких-то жалких четыре минуты!       Страх с глухим стуком бьется в голове, тело немеет, а на глаза опускается колючая темнота. Он не видит ни лучика света, его будто закрыли в тесной коробке без окон и дверей.       Он сидит на коленях, сгорбившись и держась рукой за горло. В легкие, наконец, поступил воздух. Сердце немного успокоилось, будто он после спринтерского забега все же смог отдышаться. Но вокруг до сих пор царила чернильная тьма.       Кай вскинул голову. Неужели послышалось? Но нет, он действительно слышит смех. Переливчатый, счастливый смех. В мире лишь один человек может смеяться так. Его Незнакомка.       Он озирался по сторонам, пытаясь понять откуда доносится звук. И теперь он ее видит. Такую же, как и в прошлый раз. Только в коротких кудрях можно увидеть венок из одуванчиков. Она прекрасна.       Кай завороженно смотрит на нее. Вновь запоминает каждую ее черту. Фотографирует эту волшебную девушку на пленку памяти. Он вновь ее нарисует. Завесит портретами все стены! Она всегда будет рядом с ним.       Постепенно темнота стала растворяться. Он увидел зеленую лужайку, голубое небо и солнечные лучи, играющие с листвой на деревьях. Прекрасная Незнакомка на фоне прекрасного пейзажа. Он запомнит, а потом отпечатает на холсте. Она будет рядом.       Знаете что? Кай не хочет просыпаться. Он бы с удовольствием остался во сне навсегда. Но этому не суждено сбыться. Над ухом, там в реальности, нещадно надрывается будильник. Пора бы уже сменить эту мерзкую мелодию.       Кай провел рукой по лицу. Вставать не хотелось совершенно. Тело будто придавило каменной плитой, а не обычным пододеяльником. Чугунная голова намертво прилипла к подушке. Он прикрыл глаза, но раздался повторный сигнал будильника, взывавший к совести и разумности.       Он со стоном поднялся с теплой постели. Началась ежедневная рутина: умыться, почистить зубы, приготовить завтрак, одеться и идти на работу. Говорить умные и важные вещи.       А, вернувшись, домой он начал писать картину. Прекрасная Незнакомка, вокруг прекрасный пейзаж. У него не было большого холста, но это совсем не смущало Кая. У него было большое воображение, а на пленке воспоминаний сохранилась четкая картинка.       Задумчиво водит кистью по холсту. Мысли заняты Незнакомкой: где он мог ее видеть? Почему она приходит в его сны. Ведь она не боится его кошмаров, которые очищает своим светом. Она дарит тепло, спокойствие и нежность, что таится в глубине синих глаз. Художник внутри него видит совершенство, эстетический идеал, но человек видит светлую душу, которая способна только созидать.       Так проходит еще один день из жизни Кая Лемана – художника и преподавателя, человека, чьи сны озаряет своим светом прекрасная Незнакомка.       Дни собираются в недели, а он все рисует свою грезу. Ее портреты были написаны углем, сангиной, тушью, акварелью, маслом, акрилом. Последние два дня он работал над огромным пастельным портретом.       Мелки крошились, пачкая руки и одежду. Третья за день чашка кофе, синяки под глазами и бледная кожа. Кай стал напоминать тень самого себя. Он стал мало есть и спать, не отвечает на звонки. Только ходит на работу и пишет портреты своей Незнакомки. Она смотрела на него со всех стен в его спальне, а один из портретов встречал входящих в квартиру людей.       Друзья пытаются вытащить его из дома, накормить, растормошить. Но все без толку. Теперь он не отвечает им на звонки и не открывает двери. Отключил звонок, а когда начинали стучать просто включал наушники почти на полную громкость.       Единственное, чего не коснулось появление Незнакомки в его жизни – работа. Он все так же каждый день, кроме заслуженных выходных, ходил в академию. Все так же увлекательно вел лекции и практики. Студенты его обожали. Но теперь все переживали и гадали, что же случилось с их замечательным преподавателем? Почему он ходит белее мела, а его некогда выглаженные костюмы сменили безразмерный свитер и джинсы?       На этот вопрос ответ не знал и сам Кай. Ему в один день просто стало лень придерживаться образа строгого и правильного профессора. Он устал от этой маски. Или устал от людей, для которых он эту маску так старательно изображал?       Недели складывались в месяцы. А он все так же рисовал ее. Изо дня в день. Писал ее портреты будто молился неведомым богам. Будто однажды она сойдет с одной из многочисленных картин. Тогда бы он стал самым счастливым человеком на планете! Ведь его муза снизошла бы до него.       Засыпая ночью, он думал о ней, строил в голове сюжеты, которые иногда даже снились ему. Он будто отрастил крылья, взрастил в своей душе счастье. Жизнь вне сна стала ему надоедать, казалась пресной. Каю казалось, что в его жизни нет ярких красок, хотя за окном царила в самом своем разгаре весна.       Время влюбленных затронуло и его сердце, но все друзья и родные говорили, что он свихнулся. Какая может быть влюбленность в выдуманного человека? Все говорили, будто его Незнакомка лишь плод богатого воображения художника. Этакая профдеформация. Он ведь в поисках референсов перерывает половину интернета, часто наблюдает за людьми. Просто увидел где-то на фотографии ее, а дальше играется бессознательное Я.       Ему советовали обратиться к специалисту. Теперь он не разговаривает с родителями и друзьями. Устал спорить с ними до хрипоты, до надрыва голосовых связок. Что толку, если его не хотят слышать? Зачем доказывать, что ты абсолютно нормальный?       Но на самом деле ему было страшно. Вдруг и правда проблемы? Или ему назначат лечение, которое лишит его возможности видеть ее вновь? Он не готов терять ту, что дарит ему такие восхитительные эмоции.       Кай закрылся. От всех, от родных, друзей, студентов. Он, как моллюск, защищающий драгоценную жемчужину, просто захлопнул створки своей раковины. И чем громче до него пытались достучаться, тем плотнее смыкались края его защитного панциря. Он недоступен, занят, его затянул шторм в душе. По прошествие нескольких месяцев, Кай совсем исхудал, жилистое тело стало показывать ребра. Под глазами залегли многотонные мешки и темные тени. Голова вечно болела, он стал рассеянным, постоянно клонило в сон.       Студенты волновались и задавали вопросы, но он просто отмахивался, мол, слишком много работы, вот он и выглядит неважно. Ничего серьезного, правда. Он не любил, когда о нем беспокоились. Это даже временами раздражало.       Кай бежал с работы, развивая сверхзвуковую скорость, лишь бы вновь окунуться в объятья сна или взяться за стилус. Он жаждал видеть ее повсюду. Ладони потели от волнения, сердце выпрыгивало из груди, пока он бежал домой. Кай не обращал внимание на прохожих, соседей, которые, завидев бегущего мужчину в мятой рубашке, крутили пальцем у виска. Он их даже не видел.       Вдруг он замер. Быстро повернулся вправо. Неужели показалось? Но нет. Кай увидел Ее. Свою мраморную Незнакомку. Она стояла в толпе людей у остановки. И смотрела прямо на него, загадочно улыбаясь.       Кай не верил своим глазам. Черт возьми, да он до трясучки боялся, что она окажется миражом! Он боялся, что просто сейчас закроет глаза, и она испарится, словно утренняя роса. Его мир только что перевернулся.       Подъехал автобус, срыв собой остановку. А когда транспорт уехал, ее на остановке уже не было. Растворилась, как дымка тумана поутру. Будто и правда не было ее.       Кай поспешил записать номер автобуса, что увез его грезу. От волнения руки тряслись, пальцы упорно не хотели попадать на нужные клавиши. Теперь в заметках, отмеченных звездочкой, хранилась самая важная для него информация. А на пленке памяти запечатлелась их первая встреча в реальном мире. Вдох, выдох. Дыши размеренно, глубоко. Теперь он надеялся, что найдет ее. Докажет всем, кто говорил ему о сумасшествии, что она реальна. Она где-то в этом городе. Состоит из плоти и крови. Она может быть рядом отведенную им вечность на этой земле.       Дрожащие руки не могли даже удержать ключи от квартиры. Но, уронив их пару раз на пол, Кай все же смог войти в свою берлогу. На автомате сменил костюм на домашние тапки и одежду, вымыл руки, что-то съел, даже не почувствовал вкус. Златовласая Незнакомка полностью завладела его сознанием. Он думал. Нужно было продумать все до мелочей. Что Кай ей скажет? Куда позовет? Не испугается ли она? И миллионы подобных вопросов вертелись в его голове. Он волновался, как мальчишка перед первым свиданием. Строил в голове диалоги. А в это время из-под его руки вновь выходил ее портрет. На этот раз углем.       На следующий день он, с тревогой смотря на часы, бежал к той самой остановке. Его задержали на работе, и он очень боялся опоздать. Приложение в телефоне бесстрастно показывало, что тот самый автобус прибудет через три минуты. И вновь увезет его Незнакомку.       Но ее не было. Ни на остановке, ни в окрестностях. Кай обошел три близлежащих квартала. Сам не знал зачем. Наверное, надеялся. Надеялся, что она просто опоздала на этот автобус или что-то в этом роде. Хотел встретить ее вновь.       Кай вернулся к остановке. Он ее подождет. Вдруг она все же придет? А пока он ждал, пальцы сами набрали номер начальства. Совсем не своим голосом, Кай отпрашивался на завтра с работы. Приводил какие-то непонятные аргументы, придумывал убедительную причину.       И его отпустили, хоть завтра и середина недели, а у него три лекции и два практикума. Отпустили. Губы растянулись в глупой улыбке. В улыбке мальчишки, которому удалось обмануть родителей и не идти в школу. И теперь, как только они уйдут на работу, их ребенок побежит к такому же другу-прогульщику. Но он не собирался бежать к другу, как делал в детстве. Он собирался прийти к этой самой остановке. Сесть напротив с красками и холстом и ждать. Ждать с утра до вечера. Должна же она прийти, верно?       Но ни завтра, ни через неделю она так и не пришла. Он проводил у этой проклятой остановки каждую свободную минуту! Но не встретил свою Незнакомку. Ни разу. Судьба будто смеялась над ним! Как будто играет с котом лазерной указкой. Даже если кошачья лапа накроет красную точку, то он не поймает ее. Но Кай все пытался поймать треклятый луч.       Через месяц он потерял надежду увидеть ее вновь где-то помимо сна. Уж там Незнакомка появлялась каждый день. Вернее – каждый сон. Едва Кай уплывал в царство Морфея, слышал ее мелодичный смех, который стал для него самой чудесной музыкой.       Он уже месяц как перестал ходить на ту самую остановку, высматривать тот самый автобус. Время близилось к зиме, а значит на носу сессия. Работы было навалом и даже за карандаш взяться времени не было.       Сердце уже перестало ускоряться при виде златовласых девушек. Он перестал видеть в каждой из них свою Незнакомку. Так почему именно сейчас, когда дел выше крыши, она вновь появилась рядом? В толпе с противоположной стороны дороги. Стояла и улыбалась своей чудесно улыбкой и смотрела прямо ему в глаза.       Кай словно завороженный пошел к ней навстречу. Нога уже ступила на проезжую часть, но его кто-то одернул. Прямо перед ним промчался автомобиль, громко сигналя. Незнакомки в толпе уже не было.       Кай, повернувшись, поблагодарил спасшего его человека. Сердце упало в пятки, кожа побледнела. Его. Только. Что. Чуть. Не. Сбили. Кай сам чуть не попал под колеса.       Дома он осел на кафель в ванной. В голове раз за разом проносилась сцена того, как в него на полной скорости летит машина. Вой сирены скорой помощи, белые больничные стены и запах лекарств не хотели уходить из мыслей. Воображение художника играло с ним злую шутку.       А через час все дурные мысли Кай пытался утопить на дне стакана с виски в ближайшем пабе. Топиться они отчаянно не хотели. Цеплялись за мозговые извилины, шептали на ухо всякие мерзости:       «Это она виновата-а-а…» - шипели они: «Из-за нее все бе-е-еды…»       Но он гнал эти голоса и мысли прочь. Мир становился расплывчатым, тело стало легким, будто невесомым, а голова наоборот тяжелела. Хотелось лечь на барную стойку и заснуть.       Кай тряхнул головой, зря конечно, ведь его тут же повело в сторону. Но как только в глазах перестало двоиться, он встал со стула, расплатился и уже собрался уходить, как взгляд зацепился за фигуру в белом.       Он присмотрелся, провел по лицу ладонью и даже хлопнул себя по щеке. Но видение не исчезло. В паре метров от него стояла златовласая Незнакомка. Она вновь улыбалась и глядела ему в глаза.       А Кай снова пошел к ней на встречу, как притянутый магнитом кусок железа. И, лишь подойдя почти вплотную к девушке, понял – не она. Не его греза. Да и смотрела девушка вовсе не на него, а за его спину.       Кай тяжело вздохнул и пошел домой. Там он принял холодный душ, подготовил на утро таблетки и воду. Губы скривились в грустной усмешке: совсем стареешь, парень. И, как только голова касается подушки, разум отключается, уступая место сну.       А во сне ее нет! Совсем. Куда она исчезла? Почему не пришла сегодня?       Кай проснулся в тревожном настроении. За эти несколько месяцев он привык к ее ежедневному присутствию. Он радовался ее появлению, как ребенок радуется приходу дня рождения или Рождества.       Ее глаза, смех, фарфоровая кожа и золотые кудри. Она перевернула его мир, стала для него Музой. Она его переломный момент. Он полюбил ее.       Почему же она не пришла сегодня?! Его руки тряслись, голова гудела, пока Кай смывал водой остатки .ужаснейшего в его жизни сна. В нем была пустота и абсолютное тихое одиночество.       Он, как и любая медийная личность, боялся одиночества. Страх забвения преследовал его с самого начала творческой карьеры. И заставлял Кая двигаться дальше, всегда быть лучшей версией себя. Поэтому он был лучшим в своем потоке, выпустился с красным дипломом и золотой медалью.       И спустя пять лет упорной работы, бессонных ночей, постоянных вложений в себя его заметили. Сначала в социальных сетях, потом в новостях начало мелькать его имя: Кай Леман - Художник с большой буквы. Таким стал его первый заголовок.       Жизнь пошла как по маслу. Поступали заказы на картины, продавались уже написанные. Его приглашали работать в анимационные студии, его иллюстрации появлялись в книгах и на обложках. Музеи хотели с ним сотрудничать.       Но он вернулся в академию искусств, где когда-то учился. И сам стал преподавателем. Его любили студенты, уважали коллеги. Он любил свою жизнь.       Но когда появилась Незнакомка, Кая будто подменили. Все, к чему он так стремился перестало его интересовать. Работа, студенты, музеи - все это стало для него второстепенным. Будто это не он, а кто-то другой когда-то стремился к этой жизни.       Кай обрел новую цель: найти Незнакомку, стать для нее важным, нужным. Ведь сама она стала его кислородом. Без нее он не видел смысла жить, задыхался.       С видом обреченного на казнь, он шел привычным маршрутом на работу. Голова начинала болеть от обилия мыслей и вопросов. Но все их модно было свести всего к одному слову: почему?       Но вдруг в толпе мелькнула она. Прошла мимо, будто и не знала его вовсе!       Кай пошел быстрее, желая догнать и остановить ее. И, вот удача, у светофора они поравнялись. Счастью его не было предела!       Он взял ее за руку, но она вырвалась и испуганно посмотрела на него. Улыбка сползает с лица. Кай обознался, перепутал свою Незнакомку с абсолютно чужой девушкой.       Он хотел было извинится, но светофор загорелся зеленым, и девушка убежала от него, будто он маньяк. Он вздохнул. Может он и правда его чердак немного подтекает?       Он усмехнулся. Что за бредовые мысли лезут в голову? Он, конечно, очень неординарная личность, но не сумасшедший же!       Прошла неделя. Ее все нет, а виски стал его компанией на вечер. Он все еще ждал ее. Каждый. Чертов. День.       Кай осунулся, его мучила бессонница, аппетита не было. В академии его старались обходить из-за непереносимого амбре хронического алкоголика. Все видели изменения, и они никому мне нравились. Совсем.       В последнее время для Кая мир поблек. Стал серым и пресной, потерял свою прелесть. И только портреты своей Незнакомки он видел яркими и красочными. Эти портреты заставляли его улыбаться и проживать новый день.       Сегодня он подерется в баре. Выпустит пар и ему станет легче. А завтра сам будет называться на драку, потому, что ему это нравится. Нравится бить, нравится уворачиваться.       Сегодня он пришел в бар не для того чтобы выпить и расслабится. Он пришел бить и уворачиваться. Губы исказила кривая ухмылка. Сегодня он не планировал получать удары в ответ.       Кай сел за столик у дальней стены. Там лучший угол обзора: весь зал как на ладони. Теперь он ждал.       Ждать пришлось не очень долго. В пятницу подобные заведения наполняются быстро. А напиваются посетители еще быстрее. Всем охота расслабиться после тяжелой, или не очень, рабочей недели.       Теперь же, подначивая словесности, Кай провоцировал какого-то изрядно выпившего человека. Последний даже успел его толкнуть и пару раз, прежде, чем получить кулаком в челюсть.       Но Кай никак не ожидал, что друзья избитого им человека вызовут полицию. Он не подумал, что в баре работают камеры, на которых отчетливо видно каждое его действие.       Теперь же, за свою недальновидность и глупость, ему предстоит провести за решеткой несколько дней, а после заплатить немаленький штраф. Но это только распаляло пыл.       Кай уже сделал выводы. Во первых, драка в баре - плохая затея, там каждый угол обозревает камера, да и людей много. Во вторых, человек должен быть не только пьян, но и одинок, иначе можно снова попасть в камеру временного, правда уже до суда, заключения. И в третьих, сразу сильно бить не стоит, так не интересно.       Сидя на скамье в своей временной клетке, Кай смаковал пережитые эмоции. Вспоминал хруст пальцев, клацанье зубов человека и приятную боль в кисти, которые сопровождали удар. Ему понравилось.       Но тут на задворках сознания мелькнула другая мысль: зачем? Зачем он поступил именно так? Не пошел в спортзал, не купил грушу или еще что-то в этом роде? Зачем ему для разрядки драка с обычным, да еще и пьяным, человеком?       Эти и подобные вопросы со скоростью света мелькали в голове, не прибавляя спокойствия. Напротив, он подумал о том, как бы на эти его действия отреагировала бы Незнакомка.       Кай побледнел, глаза потушили, а улыбка сползает с лица. Она бы не одобрила, быть может, даже испугалась бы его. Он бы напугал ее!       В мозгу отпечаталась лишь одна фраза: она тебя боится. Поэтому не приходит, она не хочет видеть его таким. Обозленным, получающим удовольствие при виде чужих страданий.       Теперь он все понял! И больше не будет ее пугать, он слишком зависим от нее. Он нуждается в ней. И она для него превыше собственных желаний.       Сегодня ночью Незнакомка вновь украсила собой его сны. Озарила кошмар своей улыбкой, забрала смехом покой.       Кай, словно уставший путник, пил свои эмоции. Захлебывался радостью, нежностью и эйфорией. Присутствие Незнакомки было его личным наркотиком. Самым пьянящим опиумом.       Через месяц после выхода из-под ареста, Кай окончательно ушел с поста преподавателя. Ему перестала приносить удовольствие работа со студентами. И теперь он мог всецело посвятить себя в работу над своими картинами. По большей части они являются портретами его Незнакомки. Но даже если из-под его рук выходил пейзаж или натюрморт, позже на нем появлялась она.       Его холостяцкая берлога стала напоминать картонную выставку в галерее или профиль известных девушек в социальных сетях. Все вертикальные поверхности были уверены полотнами, а на полках красоваслись аккуратные полки карандашных набросков.       Кай уже давно не выходит из дома. Продукты ему привозят курьеры, родные и друзья даже перестали пробовать дозвониться, ведь он уже несколько месяцев не брал трубку. А единственный человек, который пытался связаться с ним, это его мама, но и от нее звонки не принимались.       Кай полюбил закат, не за красоту конечно, ведь он обозначил скорый приход ночи и сон. А во сне приходила она: его любимая Незнакомка.       Но однажды в его дверь постучали. Кай подумал, что это очередной курьер, и даже не глянул в глазок. А за дверью стояли люди в белых халатах и мать. Его обожаемая мама привела к нему санитары.       Он плохо помнил, что было после, ему что-то вкололи и вскоре Кай заснул. Проснулся уже в абсолютно белой больничной палате, прикованный к постели и с капельницей, воткнуть в вену. Рядом с окном на стуле сидела мать.       Он был шокирован. Это она сдала его на попеченье белых халатов. Но почему? Что он сделал не так? Он же совершенно нормальный! Тогда почему его привязали к кровати, будто он сошел с ума?       От малейшего движения кровать громко заскрипела. Женщина, спящая сидя у окна, вскинула голову и обвела палату сонным взглядом. И, осознав кто она и где, бросилась к постели сына.       Она даже что-то говорила, но Кай не слышал ее. Глаза заволокло пеленой слез, а губы беззвучно произносили одно единственное слово: почему?       Голос постепенно обретал силу и, совсем скоро, по палате разносился крик. Простой вопрос: "почему?" - прерывался всхлипами. Кая накрыла истерика, из которой он не видел выхода.       Но путь решения этой проблемы знал пришедший на крики врач. Он незамедлительно ввел успокоительное и попросил женщину покинуть плату. Та выполнила просьбу с отчаянием в глубине глаз и мокрыми от слез щеками.       Кай отвернулся, продолжая шептать свой вопрос. Он не хотел больше видеть эту женщину, она в его глазах стала предателем. С такими мыслями он уплыл в глубокий сон, лишенный сновидений. Теперь он ее больше не увидит.       Утром его встретила головная боль и слабость во всем теле. Мутный взгляд медленно прошелся по палате. Он четко понимал, что его отсюда выпустят не скоро. Это же доказывал решетки на окнах и ремни на руках и ногах.       Он усмехнулся. Кто бы мог подумать, то его запишут в сумасшедшие? Кай точно об этом никогда не думал. И тем более не мог предположит, что путь сюда ему проложит самый дорогой человек на свете.       Теперь он вычеркнуть ее из своей жизни. Она для него умерла, а эта женщина стала не ближе случайного прохожего. Как бы это больно не было, но Кай не хотел жить в ожидании удара в спину. Как там в пословице говорится: предавший однажды, предаст дважды?       Из глаз текли слезы, а в голове проносились воспоминания из детства. Забавные случаи, постоянные падения падения первый выпавший зуб, первый класс, первая несчастная любовь, первая заметка в газете. Мать была рядом, она была самым близким и родным человеком. Была той, которая всегда поддерживала, не смотря ни на что!       Кай доверял ей безоговорочно и любил больше жизни, посещая каждое свое достижение ей, благодаря за подаренную жизнь. Тем больнее было осознавать случившееся. Ведь он не безумен!       В палате звучали всхлипы и сбитое дыхание. Здесь человек прощался с прошлым и сжигал мосты, опаляя при этом сердце и душу.       Но долго страдать не получилось. В ослепительно белое помещение вошла медсестра. И она вновь вколола ему успокоительное, но в меньшей дозе. Кай прекратил истерику, в голове вмиг образовалась пустота, а в груди коркой льда покрывалось сердце.       Пустым взглядом он наблюдал за медсестрой, которая хлопотала над ним, как насадка над ципленком. Сначала она представилась и открыла форточку, потом подняла верх кровати, чтобы Кай мог сидеть, затем попыталась накормить. При этом медсестра постоянно улыбалась и разговаривала с ним. Вежливо и медленно, как с очень капризным ребенком.       Кай усмехнулся. Он именно так и представлял обращение с душевнобольными. И на вопрос о прогулке получил вежливый ответ: "Конечно, но сначала Вы должны хорошо поесть и принять свои лекарства, мистер Леман."       Так прошла большая часть дня, спокойно, можно даже сказать апатично. Пока не прекратили свое действие лекарства. Тогда Кай вновь начал ощущать гнев и тоску. Мир подернулся мутной пеленой.       В себя Кай пришел уже утром. Ему что, вновь вкололи большую дозу успокоительного? Он буянил, кричал, истерил? Он не помнил. Память казалась карандашным рисунком, по неаккуратности размазанным рукой. Он вроде и был, но разобрать что и где не не получалось.       В таком ритме прошла его первая неделя в заточении. Он старался вести себя спокойно, слушался медсестер и врачей, но ближе к вечеру его настигла срыв. Истерика стала лучшей подругой, а успокоительное скоро будет течь по венам вместо крови.       Пару раз приходила женщина, но он не хотел ее видеть и начинал буйствовать. Он видел ее слезы, но ему было плевать. Она подрывала его спокойствие, как боевой снаряд. И ее попросили пока не приходить. Кай надеялся не увидеть ее больше никогда.       Постепенно гнев сошел на нет, а его заменила попытка подкупить медсестер и врачей. Он обещал им любые деньги в обмен на его выписку. Но они лишь мотали головой и внушали ему, что за стенами больницы его ждет рецидив.       Но когда Кай отрицал факт болезни с ним соглашались, корректируя список лекарств и их дозы. Его не воспринимали всерьез. И его руки опустились. Вскоре его разум скатился в депрессию. Действия и реакции стали заторможены. Сонливость сменила бессонница и так по кругу. Он сбил режим сна, не всегда принимал пищу, хоть его даже отвязывали на время под строгим наблюдением врачей.       К нему приходили разные специалисты: от психологов до психоаналитиков. Но ни один из них не видел психологических отклонений и нарушений, не считая явной депрессии.       Кай им не доверил секрет его Незнакомки. Да и не видел он ее с тех пор как попал сюда. Сколько уже прошло дней? Или счет уже следует вести месяцами? Он не помнил, но медсестра говорит, что прошло уже семь недель.       Почти два месяца. Он не виде ее и даже начал забывать некоторые черты прекрасного лица. В памяти отпечатались только глаза цвета аквамарин. Прекрасны глаза, на дне которых плескается нежность.       Эти воспоминания вызывали счастливую улыбку и не давали Каю скатился в черную бездну отчаяния. Они заставляли жить дальше, придавали сил. Он был паинькой: выполнял все назначения врача, послушно отвечал на вопросы и перестал буянить. Все ради того, чтобы его поскорее отпустили. Ведь так это работает? Чем активнее ты сопротивляешься, тем больше у врачей оснований продолжать "лечение".       Поэтому Кай был послушный и ждал.       Еще через пару недель его перестали притягивать к кровати, но продолжали наблюдать за ним день и ночь. На улицу не пускали, хоть он и просил. На закономерные вопросы получал лишь один ответ: пока рано.       Ему пытались доказать, что он болен, и только в этих стенах его могут исцелить. Так и говорили - исцелить! Как же мерзко и пафосно. Он даже и не думал, что еще есть настолько лицемерные люди.       Каждый считал себя умнее, и каждый пытался убедить Кая, что заботится о нем. Но холодные глаза и жесты выдавали этих людей, обнажали истинную суть. Для них он не больше, чем биомусор. Кусок мяса, за который неплохо так платят.       Недавно вновь пришла та женщина. Она пыталась с ним поговорить, но Кай не хотел её слышать и слушать. Он просто смотрел в одну точку, а в голове проносились воспоминания о Незнакомке. Женщина вновь плакала, но его сердце ни разу не дрогнуло. Да и как может дрогнуть кусок льда?       Он попросил медсестру больше не пускать эту женщину к нему. Ведь она нарушает его душевное спокойствие. И его просьбу выполнили. Больше к нему никто не приходил.       Ещё через месяц терапии, Кай, наконец, смог выйти на улицу. И плевать, что за ним наблюдали, а территория больницы ограждена высоким каменной забором с колючей проволокой сверху.       Он даже и не думал сбегать, ведь тогда все его старания обернулись бы прахом. Его бы снова начали привязывать к кровати и вкалывать огромные дозы снотворного. И он бы ещё несколько месяцев видел небольшой кусочек неба лишь в окно через решётку.       Но сейчас он дышал полной грудью, наслаждаясь весенним солнцем и запахом влажной от росы травы. С поистине детским восторгом он разглядывал набухающие на деревьях почки и первоцветы.       Кай до одури любил весну и очень соскучился по улице. Его переполняла радость и умиротворение. Он ощущал пусть ложную, но свободу. Мир вновь заиграл красками.       В это день Кай попросил медсестру дать ему карандаш и несколько листов бумаги. Он принял решение, которое далось ему слишком трудно. Но ничего не попишешь, нужно жить дальше и отпустить прежние обиды и чувства.       И вновь из-под его руки начали выходить портреты Незнакомки. Руки помнили её лучше, чем разум. Они помнили даже небольшую ролику на правой скуле. Кай вновь проживал каждое мгновение, проведённое рядом с ней. Вспоминал все свои и её эмоции. И самозабвенно рисовал так полюбившиеся ему черты. Улыбался, а из глаз текли слезы, ведь он прощался.       Когда слезы и бумага кончились, на подоконнике, стола в палате не было, красовались десять ее портретов. Он огляделся дело рук своих и удивлённо расширил глаза. На последнем нарисованном наброске красовалась надпись. Он поднёс лист ближе к глазам, боясь, что ему показалось.       Но нет, в верху листа его рукой было выведено слово. Одно единственное, оно отозвалась отозвалась его груди теплом и озарило душу светом. Ее имя. Это было ее прекрасное имя! Морриган. Он произнёс его вслух, пробуя на вкус каждую букву.       Но откуда он его знает? Она ведь никогда с ним не говорила, только смеялась и все. Но это было и не особо важно. Теперь Кай сможет её отыскать.       Осталось только выбраться из этой ловушки. А для этого нужно быть максимально послушным и не вызывать у врачей никаких подозрений. Ведь в случае таких улучшений его точно выпишут, верно?       Кай знал, что быстро покинуть это место не выйдет. Но он даже предположить не мог, что там его продержут ещё полгода. Он удивлён, что и вправду не сошел с ума! Почти год находится в лечебнице для душевнобольных! Это самый ужасный опыт е его жизни.       За это время он так ни разу и не поговорил с матерью. Поэтому в день выписки не ожидал увидеть ее у ворот больницы. Его обида прошла, хоть и оставила горький осадок. Но разговаривать он с ней не смог, хоть и шли они бок о бок, а потом ехали в одной машине.       Мать, чувствуя его настроение молчала, хотя и хотела о многом спросить и обнять сына. Но он казался ей таким холодным и далёким, даже чужим. И она ощущала вину, жгучую и колючую. Она начала почти сразу сомневаться в своём решении, но муж не дал пойти на попятную.       Но теперь сын отдалился, стал холодным и даже чужим. Она понимала, что он вряд ли согласился бы на подобные меры. Пришлось прибегнуть к хитрости, и она жалела, хоть и видела положительный результат.       Кай больше не хороших о какой-то Незнакомки из снов, стал вновь отвечать на звонки, начал набирать потерянный вес. Осунувшееся лицо разгладилось и перестало по цвету напоминать мел. Как она мать очень радовалась и одновременно расстраивалась, ведь с ней он так и не начал.       Даже спустя месяцы Незнакомка так и не появилась в его жизни, а рука не поднималась вновь написать её портрет. А в один прекрасный миг её портреты на стенах стали для него молчаливый напоминанием о днях, проведённых в стенах больницы. И он снял их, некоторые выставил на продажу, другие просто отправились в мусорку.       Кай осознал, с чем, вернее с кем, были связанны его беды. Ведь он не только попал в лечебницу, но и потерял работу, рассорился с семьёй семьёй, друзьями. Но что ещё главнее: его записали в сумасшедшие.       Когда к нему в руки попал телефон, Кай первым делом захотел узнать, как о нем говорят в СМИ. И понял самое страшное для себя. О нем забыли. Последняя новость о нем вышла примерно семь месяцев назад. Заголовок гласил, что художник с мировым именем - Кай Леман сошел с ума. Но в статье не было толком никакой информации. Даже не указывалось где и по какой причине он получает лечение.       На самом деле эта новость была больше похожа на фейк. И в комментариях разразился целая война между его фанатами и хейтерами. Одни были уверены, что у Кая просто появился новый масштабный проект, поэтому и не мелькает в социальных сетях и СМИ.       Другие отчаянно доказывал, что видели его бегающим за чайкой с отчаянными криками, даже прикрепляли какое-то видео. Якобы на нем точно он. А значит сошел с ума.       Среди прочих были и люди, которые сочувствовали Каю и его семье, ведь это такое горе. Его чуть ли не хоронили.       Это было так странно, видеть такое количество самых разных и странных теорий. Парочку он даже записал в свой ежедневник, думая воплотить их в картины.       Но теперь пришла пора восстать из пепла, как чертов феникс и показать, что его ещё рано списывать в утиль. Он решил взять за правду теорию о масштабном проекте и начал творить.       В голове рождались образы и мотивы. Руки сами записывали в заметках текст презентации, да и просто мысли, рождающиеся в воображении. Его новые картины будут о безумии. Безысходности тех, кого записали в список душевнобольных. Он не хотел молчать, душа кричала о пережитом. Ведь он в какой-то момент думал, что и правда болен.       К сожалению, тех, кто побывал в таком учреждении ждут определённые трудности. Преподавать он больше не сможет, только если сам будет основателем арт-школы. Но ему этого не хотелось, хоть такая мысль периодически мелькает.       А может... может рискнуть? Он очень любил преподавать, ему нравилось следить за юными художниками, которые с горящими глазами шли к своей цели. В них он видел себя и неизменно вдохновлялся.       Пару недель, работая над своим проектом, Кай взвешивал все за и против. У него ещё не было опыта в ведении бизнеса. Он считал себя слишком молодым и ветреным, чтобы связывать себя такими обязательствами. Оправдывает ли себя риск?       Ещё неделю Кай изучал рынок. Востребованность, резюме потенциальных соискателей, своди счета и цифры. Даже начал искать помещение. Параллельно шла работа над проектом, названным "Грани безумия".       А уже через месяц Кай подписывал оформление аренды. Искал рабочих, нанимал дизайнера и спорил с ним о лучших решениях. Они даже успели подраться, напиться и подружится за время совместной работы. Так в ещё не открывшейся школе появился ещё один преподаватель. И кай уже жалел будущих учеников. В ноябре Кай торжественно разрезал ленточку на входе в школу и впустил первым кота, которого увидел на улице. Тот с деловым видом обошел помещение, разглядел каждый угол, а после вальяжно разлегся на преподавательском столе в одной из классных комнат.       Кай решил, что это добрый знак, ведь именно тут он будет проводить свои занятия. Да и кот этот ему понравился: чёрный с белыми носочками и воротничком. А желтые глаза настолько умные, будто понимает все.       С тех пор в его холостяцкой берлоге появился кот по имени Дэми. Он определённо принёс в жизнь Кая ярких красок и смешных случаев. А все карандаши и кисти превратились в любимые кошачьи игрушки.       Неделю спустя все студенческие места были заняты. И ребром стал вопрос о расширении и введении онлайн курсов. Спрос на курсы в его школе был огромен! Может это связано с его персоной?       Так прошло почти два года. Количество желающих все прибавляется, поэтому полгода назад он купил целое здание. И вперёд вперёд новой: ремонт, дизайн, оформление всех документов.       Его бизнес шёл в гору, а студенты приезжали из разных стран. Многие занимались на онлайн курсах. Да и преподавательский состав вырос до десяти человек, четверо из которых вели только онлайн курсы.       А теперь пора встречать новый поток студентов, которых курирует Кай. По традиции, он встречает их в холле и знакомится. Далее по плану экскурсия по школе, демонстрирование их преподавательской тактики и ознакомительный получасовой урок. Ведь не каждому может подойти его учебный подход.       После его экскурсии ушло пять человек. Но Кай не расстроился, на их место придёт ещё десять. Не зачем менять свое поведение ради потенциальных клиентов. Они все равно не оценят. Поэтому его тактика - быть честным и прямолинейным. Из-за этого его школа имеет высокий рейтинг и так востребована. Сейчас он просматривал договора своей новой группы. Проверял, чтобы не было ошибок, накладок, ну, и заочно знакомился с ними. Пытался запомнить имена и лица, корректировал учебный план, опираясь на их возраст. Приятно удивлялся каждому иностранному ученику, ведь они редко когда идут на оффлайн курс. Но среди новеньких из двадцати человек уже трое были из-за границы.       Остался последний договор и можно идти домой, на сегодня работы больше нет. Он уже порядком устал за сегодня.       Но, едва он прочитал имя, сердце пропустил удар. В голове мелькали картины почти трёхлетней давности. Сны, явь, драки и больница.       Он сглотнул и вновь прочитал имя девушки. Да, он не ошибся. Ее зовут Морриган. Морриган Риттер. Ладони вспотели, дыхание сбилось. Не может быть!       Кай бросился к шкафу с документами: там хранятся ксерокопии паспортов студентов. Он лихорадочно перебирая бумаги, выискивать ту самую.       А когда нашёл начал нервно смеяться. Как он не заметил её в толпе новеньких? Почему не обратился внимания на знакомые золотые кудри? Но самый главный вопрос: что она забыла в его жизни, когда он уже и думать о ней забыл?       Кай не знал ответ на эти вопросы. И Морриган вряд ли знает. Она наверняка даже не подозревает о том, что они в какой-то степени знакомы. Но вдруг...       Свои пустые глаза открыла слепая надежда. Вдруг у него появился шанс? Шанс быть счастливым рядом со своей давней грезой.       Надежда хрипло шептала на ухо планы на будущее. Они с Морриган будут вместе, их ждёт счастье. И Кай захотел в это поверить, захотел следовать шёпоту надежды.       На следующий день он пытался узнать о Морриган как можно больше. Хотел знать о ней все.       Через неделю они пошли на первое свидание.       Через месяц стали жить вместе.       А через год готовились к свадьбе.       Кай и Морриган нашли друг друга даже вне сна. А он до сих пор помнил, что когда-то давно, в прошлой жизни, написал её прекрасное имя. Тогда он думал, что попрощался с ней навсегда.       Они вновь встретились. Теперь он самый счастливый человек в мире. Но это уже совсем другая история.