Вместе? Вместе.

Кадеты бегают по тренировочному полю круг за кругом. Когда Дот Пиксис отворачивался хоть на секунду, многие переходили на шаг и пытались перевести дыхание. Они бегали так с 5 утра и продолжали до 7. Командир не давал поблажек и выжимал все соки из каждого, даже не смотря на пол. 104 корпус он толи ненавидел, толи наоборот любил. Хотя, может ли этот старый изюм вообще любить кого-то? Слишком непривычно. Пока те, кто успевал избежать взгляда и не палиться на том, что отлынивает от бега, те кто всё-таки попал в категорию «спалили», отжимался до 7 пота. Кадетам дали целых 3 минуты на отдых, сегодня у Пиксиса хорошое настроение. — Я щас сдохну… — Конни лежал на земле лицом вниз, его заставили отжиматься. — Аа, так есть хочется… — Саша жалостливо завыла и схватилась за живот, тот издал громкий бурлящий звук. — Ты с утра съела 4 тарелки с кашей, как в тебя вообще влезает столько? — Жан сидел на земле вместе с Марко, вытираещему пот со лба. — Сейчас бы в тенёк… — мечтательно проговорил Ботт, прикрывая глаза. — Время на отдых закончилось минуту назад, всем штраф. 30 кругов быстрым бегом, марш! — старый Дот вернулся. Изнурительная тренировка закончилась за полдень, у кадетов появилось свободное время, которое им разрешалось потратить на себя. — Чем займётесь? — Спрингер, лежащий на своей койке, спрашивал у парней на что те потратят свой день. — Мы с Жаном пойдём в бар, хотим расслабиться сегодня, — Ботт спрыгнул со своей койки и подошёл к двери. — Так что нас не будет до вечера, чао, — Кирштайн вышел из комнаты, а Марко вслед за ним. — Нас с Бертом тоже не будет до вечера, — Райнер вышел из комнаты бросив только одну фразу, Гувера же с оставшимися парнями не было, возможно, он ждал своего друга перед входном в здание. — У всех планы какие-то… — лысоголовый лёг на кровать, положив руки под голову. Он никуда не планировал идти. В комнате никого не осталось, кто-то шёл свидание, кто-то веселился с друзьями. Одному Конни нечем заняться. Жан и Марко шли по шумной улице. Дети бегали и играли во всё, что видят. Торговцы предлагали прохожим купить их продукты якобы выращенные в специальных условиях, по такой же схеме работали и торговцы украшениями. — Эй, красавчик! — продавец-зазывала обращалась к Марко. — А? — Ботт повернулся к зазывале. Женщина подозвала его и парень подошёл к лавке, не смотря на возражения Жана. — Не желаешь купить парную цепочку из натурального чистого золота, да ещё и с изумрудом? Каждая девушка будет рада такому подарку, тем более парному с молодым человеком, — женщина говорила ласково, чтобы словно загипнотизировать парня. Она описывала обычную позолоченную цепочку со странным зелёным камнем, который навряд ли был драгоценным, как будто собственными руками достала его из какой-то проклятой гробницы с фараоном. — Спасибо, но у меня нет девушки, — виновато ответил парень с веснушками, слабо улыбаясь. — Можно как-то побыстрее, мы опаздываем, — ворчал Кирштайн, зная уловки торговцев. — Оу? Эм… Тогда может вы со своим парнем будете их носить? — покраснев, сказала женщина, не переставая попытку сунуть свой товар подороже. — Ясно, прощайте! — Жан взял своего друга за запястье и потащил подальше от «сумасшедшей», как он сказал, женщины. Парни подошли к зданию, местному бару. Его название было «лавка», хозяин бара в шутку назвал его так, чтобы парни и мужья отпрашивались у своих девушек и жён фразой «Мы с мужиками в лавку» Зайдя в бар, их поприветствовал бармен и по совместительству его хозяин. Он был хорошо знаком с семьёй Кирштайна и часто приглашал зайти к нему. — Жан! Зашёл-таки, ещё и с другом! — высокий мужчина с чёрными волосами и козьей бородкой поставил 2 стакана на бурную стойку. — Дядя Клос! Да, решил тут заскочить, знакомься, Марко, мой лучший друг. Марко, Клос Раух, хороший друг нашей семьи. — Очень приятно, — Клос протянул руку. — Взаимно, — Ботт также протянул руку, пожимая её. — Воу, вот это хватка! У тебя хороший друг, Жан, — Раух потряс руку для убедительности своих слов. — Знаю, — довольно улыбаясь, сказал Кирштайн. — Чего желаете? По первой кружке счёт заведения. — Мы с Марко по пиву, а дальше посмотрим. В итоге ребята выпили около 4 кружек пива, Жан совсем опьянел, а Марко как ни странно прямо держался на ногах. Ребята заказывали из закусок только орешки, которые быстро закончились. Ботту пришлось практически тащить Жана на себе. Положив его руку себе на плечи, Марко шёл и пытался удержать равновесие и идти прямо, потому что Жана носило из стороны в сторону. — Уф, Жан, от тебя воняет алкоголем… — Ботт вдохнул и громко выдохнул. — Мгм!.. — Кирштайн подавил рвотный рефлекс, но за ним последовал следующий и парня вырвало. Благо Марко быстро среагировал и увёл его на край дорого, чтобы того не вырвало под ноги проходящих людей. Жан вытер остатки рвоты со своего лица и дальше пошёл также как и до этого. — Золотые цепочки! Браслеты из драгоценного камня! — продавец-зазывала всё ещё продавала украшения, но уже сдвинулась поближе к людному месту, где люди часто гуляли по вечерам. Жана потянула туда и недолго выбирая, что взять, он вернулся обратно к своему другу, протягивая ту самую цепочку, которую предлагали Марко. Парень нацепил первую цепочку себе на руку. — Жан… — укоризненно смотрел на друга парень с веснушками. — Но эта цепочка для настоящих друзей… Давай помогу! — Кирштайн подошёл к Марко сзади и надел на него цепочку с искусственным изумрудом. — Жан! — смущённо повернулся к нему Ботт. — Пошли обратно в корпус, Марко, — пьяный Жан взял своего друга под руку и повёл назад, в кадетный корпус. Ребята спали как убитые. Следующий день прошёл как и обычные, но ночь… На небе не было ни одной звезды. Оно казалось глубоким океаном, на дне которого ничего нет кроме горы забытых трупов. Все спали, как никак 2 ночи. Все парни спали после тяжёлой вечерней тренировки, одному Ботту было не до сна. У него была странная бесоница, не смотря на вполне насыщенный день со своим другом. Марко вздохнул и встав с кровати подошёл к скрипучей двери. Попытавшись тихо открыть её и посмотрев на реакцию своих сожителей, вышел на улицу. Парень посмотрел на полную луну, освещающую ночь как маяк в океане. Тёмное время суток было тёплым, но из-за слабого ветерка Марка поёжился. — Чего не спишь? — Жан вышел на улицу за своим другом. — О, Жан? Я думал ты спишь… — Ботт повернул голову в сторону Кирштайна. Марко присел на ступеньки. — Я спал, пока ты не решил открыть дверь, — зевая, сказал Жан и облокотился о стену за Боттом. — А ведь сегодня вечером ты говорил, что будешь спать без задних ног, — усмехнулся Марко. — У меня вообще-то чуткий сон, — закатывая глаза проговорил Жан. — Хах, — хихикнув, парень с веснушками продолжил смотреть на небо. — Чего смеёшься? — Кирштайн не понимал о чём думает его друг. — Вспомнил как ты мне цепочку парную надел, пьяный, — Марко сделал акцент на «пьяный». — Я серьёзно?.. Боже… — делая жест «рука-лицо», Жан залился румянцем. — Слушай, а ты почему решл в конскую полицию пойти? — Марко, повернул корпус тела к другу. — Чтобы быть подальше от Титанов и иметь всякие привилегии. Ну, ещё чтоб с тобой вместе служить, — пожимая плечами ответил парень, тоже смотря на луну. Вместе? — Жан подошёл к Марко и подал ему руку, чтобы тот встал оперевшись на него. — Вместе, — взяв Жан за руку, Марко встал. — Пошли спать уже, — Жан пошёл обратно в корпус и Марко вместе с ним. — Марко… — Жан стоял перед братским костром. Титаны прорвались сквозь стену и 104 корпус отправился залатать дыру, но не все выжили… Марко. Марко Ботт погиб. Он спас Жана, но тот не смог спасти своего лучшего друга… Он не смог отплатить ему тем же и больше никогда не сможет. Не сможет увидеть его улыбку и услышать его голос. Он не сможет сделать с ним абсолютно ничего. Кирштайн сжал руку с костью и цепочкой, единственным, что осталось от его друга. Он не смог даже похоронить его как следует, Ботта просто бросили к остальным безымянным людям в костёр. Вместо конной полиции, как мечтали Марко и Жан, Кирштайн отправился в развед корпус. Он поклялся отомстить за своего друга и желает погибнуть, отомстив за Марко, чтобы умереть со спокойной душой.