Не скрывай свои эмоции.

Как известно жизнь нужно проживать. Но не в случае с Николаем. Он выживает. Каждый месяц белокурый запирается в своей спальне, не давая никому войти. Это может продолжаться неделями, пока он сам не выйдет с привычной клоунской улыбкой. Что Гоголь там делает не знал никто, и как выживает тоже. Было ли у вас такое чувство, будто внутри пустота? Черная дыра. Бездонная и поглощающая всю жизненную энергию. Состояние, когда хочется смотреть в стену и ничего не делать. Да, просто смотреть в стену. Не думать, не размышлять, ничего. Просто смотреть тупым взглядом в серую от пыли стену квартиры, пока не станет лучше. Когда глаза уже красные от слез, голос сорван из-за безвольного крика, а сердце болит от эмоций. Иногда Гоголь желает не чувствовать ничего. Всю свою жизнь он кажется другим психом и заядлым шутом- оптимистом, но кто же знал, что закрывшись в комнате, он будет реветь, кричать до потери голоса? Что мутные глаза уже ничего не будут видеть, а руки будут предательски трястись когда он выйдет за дверь, хоть на лице и будет уставшая улыбка. Каждому нужен отдых. Коле нужен отдых от жизни. От эмоций. От себя. В этот день все Крысы покинули дом в своих целях, кроме тихого Достоевского и затихшего в своей комнате Гоголя . Уже давно все упустили попытку открыть дверь, так что обычно звука щелчка замка не было слышно. Он знал. К нему не придут. Он всех достал ,и все только рады что он ушел на несколько дней. Он верил в это. Но нужно ли? А вдруг кто- то волновался за него? Возможно даже этот Федор, такой холодный и мрачный, рассудительный и строгий, способен переживать за обычного подчинённого? Возможно. Возможно он так же скрывает свои эмоции, только не за придурочной улыбкой, а за маской холода и безразличия? Все возможно. В доме была гробовая тишина. Лишь стук тонких пальцев о клавиши ноутбука. Федора эта тишина напрягала, но он ничего не делал. Он не знал почему бездействует. Его волнует состояние Коли. Он волнуется за Колю, но ничего не делает. Брюнет встал из-за стола, забирая со стола пустую чашку чая. Достоевский прошел на кухню, дабы сделать новую чашку прекрасного напитка. Ёмкость оказалась на кухонном столе, пока рука открыла шкафчик и замерла. Он уловил какой- то звук из коридора. Рука опустилась, а сам Федор обернулся. Этот звук был почему- то до боли знакомым. Именно его он слышал по ночам, пристроившись у стены, которая отделяла его от ...Гоголя. Он слышит Гоголя. Он слышит как его голос вновь надрывается, но быстро утихает, заканчиваясь тихим хрипением. Он плачет? Этот клоун, который всегда всех достаёт и жутко улыбается, плачет? Федор незамедлительно прошел из кухни к двери шута. Тихо открыв ее, он заглянул во внутрь. Николай сидит на полу, зарываясь руками в волосы. Белые локоны были распущены от привычной косички, что безумно ему идёт. Карта, которая всегда закрывала его правый глаз, а так же цилиндр лежали на столе. –Коль...– А может этот Дьявол способен на сострадание? Губы дрогнули, когда на него поднялся взор карих глаз. Такие пустые. Правый совсем не живой, кажется и слеп вовсе, пока левый лишь затуманен и наблюдает за вошедшим. На лице расползалась усталая улыбка, пока из глаз продолжали течь горькие слезы, капая с подбородка. –Коля, ты чего?..– Немного растерянный Достоевский подошёл ближе, опускаясь и садясь на одно колено перед Николаем. Гоголь удивлённо посмотрел на него, пытаясь сфокусировать взгляд. Тщетно. Все размыто прозрачными слезами которые так и наполняют два шоколадных ядра-радужки. –Д-Дос-кун, я в поря-дке. Не волнуйтесь– Через силу натянув улыбку на лицо произнес Коля. Белокурого судя по всему не волновали слезы, которые выдавали все его плохое состояние. Нет, не плохое. Ужасное. Он устал. Он ужасно себя чувствует. Ему не хорошо. –Гоголь... Боже, прости– Блондин даже не успел и пискнуть как его обняли... Достоевский мягко прижал его к себе, утыкаясь носом в теплую шею подчинённого. –За что, Дост-кун? Вы ничего не сделали...– Протянул Николай все так же улыбаясь. Он думает это поможет? Возможно и получится солгать что он в порядке. Солгать... –Вот именно. Я ничего не сделал когда тебе было плохо– Колю похлопали по плечу. Блондина буд- то с цепи сорвало: он навзрыд закричал уже охрипшим голосом, которого к слову и не было слышно, он давно его сорвал. Слезы ручьями текли из карих глаз, пропадая в ткани белой рубашки в которую сейчас утыкалось белое лицо парня. Достоевский, обнимая его и гладя по спине думал. Что же он такое? Как так? И тут до него дошло. Он- человек сломанный событиями. Надломленная ветка ужасным ветром жизни. И что бы не было лишних вопросов, он пользуется инстинктами. Скрывает все за улыбкой и шутовской личностью. Боится, что его осудят за то, что он так надрывается на жизнь. Боится, что отвергнут за мягкость. Боится, что бросят. Боится показывать себя. Свои эмоции. Это инстинкт самосохранения. Он боится боли. Поэтому Николай скрывает свою настоящую личность за улыбкой. Скрывает так же как и Достоевский. Федор настолько глуп, что до него дошло это только сейчас. Каждый раз запираясь в комнате его подчинённый, его Коля страдал, извиваясь в боли.

–Прости– –Прощаю–

Карие глаза, не видели уже Слезы заполнили радужки, Не давая свету пройти. Блондин ослеплённый болью, Без надежды на Свет. Свет сам пришел к нему. Свет, который сам поглощён Тьмой. Свет, который утонул в пучине жизни, Но помог ему ,жертвуя собой. Ледяная душа разбилась внутри. Сострадание к Дьяволу пришло. Ангел, с потухшими глазами смотрел на него, Ожидая боли кончины. Но Свет, резво обнял его, Приласкал, И сказал не держать в себе всю боль, "Я рядом, я с тобой". Хоть и нет мне прощенья, Ведь я бросил тебя, В начале агонии. Бросил ,изнывая от боли. Теперь я вижу тебя, Слышу боль твою. Прости меня, Ангел. Теперь я рядом, Я с тобой ...