Сияние луны

      Варка молча слушает отчет по всему произошедшему, косится с опаской на Кэйю, а потом махает рукой. Если бы этот щенок хотел что-то сделать, то уже давно перебил всю деревню. - Об этом стоит доложить в город. – тянет он. - В следующей поездке. – соглашается Дилюк, но на его плечо мягко опускается ладонь. - В этот раз ты останешься с семьей, Дилюк. Пора бы уже задержаться чуть дольше, чем на месяц. – Кэйа размышляет недолго. – Мне пора уходить. Но я еще загляну к тебе, братец. - Но… - он не понимает, не знает, чего ожидать от него. - Сами решите этот вопрос, а пока дайте мне осмыслить все. – староста деревни выпроводил мужчин за дверь, и Кэйа расслабился.       Он шел легко, прыгуче, мягко. Дилюк остановил его у своего дома, схватив за руку. Гневно впился взглядом в печальное лицо брата. - Они откопали откуда-то эти знания, и мне важно знать, кто это сделал. – Кэйа говорил это как само собой разумеющееся, держался ровно. – Я вернусь. Альбедо еще месяц будет тут, ты знаешь, где его найти. Нам надо проследить за Беннетом.       Он замолкает. Тяжело выдыхает и притягивает Дилюка к себе, крепко обнимая на прощание. - Год, два? Так ли важно, когда мы с тобой пересечемся вновь, братец? – он шутливо ударяет Дилюка по плечу, смеется нервно, ненавидя всем сердцем долгие расставания. - Только вернись, а то малышкам будет скучно без их дяди, брат. - Какие речи, Дилюк. – в глазах оборотня искреннее счастье, восторг, а от того уходить еще сильнее не хочется. – Что там нравится твоим девочкам? Привезти из города ткани, гребни или может какие украшения, а? - Привези обратно себя, мы будем рады видеть тебя в доме, Кэйа.       Дилюк уже сам обнимает и похлопывает брата по спине и машет. Кэйа исчезает почти сразу, сливается с местностью.       Беннет мучается от кошмаров первую неделю. Просыпается с ощущением остывшего тела на руках, с болью на груди и каким-то теплым шепотом. Он мечется на кровати, и сбегает в одну из ночей из деревни. Ищет в лесу Рэйзора, ушедшего от людей после всех событий. Они встречаются на поляне. Глаза волка печальные вдруг озаряются блеском растущей луны, видя, как его солнце медленно идет во тьме, ведомый тоской и болью. Волк встречает его своей мягкой шерстью, когда Беннет падает на него. - Как же я устал, Рэйзор.       Пальцы зарываются в густой мех, находя оставшиеся раны на теле, легонько проводя по ним пальцами, очерчивая. Люди жестоки. Алчность, жажда знаний, силы – медленно губит ярых фанатиков и их жертв. Беннет раздраженно откидывает свои мысли в сторону, чуть приоткрывается глаза, видя тонкий серп растущей луны. И в его зеленых глазах отражается ее блеск.       Волк обращается внезапно. Однако парень не сразу понимает, когда вместо мягкой шерсти он стал ощущать тепло горячего тела человека. Беннет откидывает голову на плечо Рэйзора, зарывается руками уже в волосы, массирует шею, кожу, медленно переходит на плечи. Разворачивается лицом к нему, когда чувствует легкий укус, когда чувствует язык проходящий по оставшимся от острых зубов царапинам. Беннет тянется выше, утыкается носом в шею, чуть прикусывает кожу, вторя действиям своего волка. - Я чувствую волка, Беннет. – голос Рэйзора стал уже родным, теплым. - Тебе, наверное, кажется, - почему-то опасливо шепчет юноша, - там же была какая-то ошибка, да? - Запах меняется. – волк начинает изучать организм человека, утыкаясь носом в место своего укуса, что почти исчез за все это время, хотя и не должен был.       Он нервно смеется от замечаний оборотня и лишь вымученно обнимает его, желая ощутить тепло и родство душ.       Альбедо так же делает вывод об изменениях, когда утром они приходят к нему. Дилюк узнает об этом вторым, уже ожидая, как тяжело придется местным, когда через пару недель в полнолуние разнесется новый вой волка. Беннет нервничает, но ближе к сроку стал засыпать крепче. Без снов, как это было раньше, без переживаний.       Рэйзор вновь появляется в деревне и нарывается на лай собак, но те лишь жалобно стали поскуливать, когда древняя кровь ударила по ним волной. Кэйа был прав, когда говорил про их дальнее родство.       Джинн уже не пугается внезапных визитов ночного гостя, встречая того кружкой чая и теплым одеялом. Девочки на утро оказываются в крепких объятиях парня и с красивыми цветами в волосах.       В такие визиты Беннет просыпается сразу, ощущая его присутствие у кровати. Затаскивает на нее и смущенно скрывается в шее, зарываясь в любимый запах. Рэйзор обнимает парня мягко, не давит, вдыхает ставшим более отчетливым запах листвы и костра с искрящимися шишками.       За неделю до полнолуния его солнце признается, в желании обладать всем им, в желании быть обладаемым. И Рэйзор смеется, улыбается счастливо, разлохмачивает неаккуратно отстриженные ножом волосы. - В ночь охоты.       Дилюк нервно поглядывал на незнающую о всех этих событиях Джинн, на жителей и беззвучно просил сына не подвергать никого опасности, когда тот уходил в поход. - В полнолуние, да? – мама смотрит лукаво, натыкаясь на осознающий все взгляд мужа. – Кэйа жил с нами долгое время, ты действительно думал, что я не замечу? - Возможно. – Дилюк сокрушенно смеялся над возмущенными репликами жены. – Идите уже.       Луна с каждым днем влияла все сильнее, Беннет больше оглядывался по сторонам, пытаясь найти раздражитель или стоящих рядом людей, однако не находил или те были достаточно далеко. Все чаще в глазах по ночам расплескивалось серебро, бликами садящееся в зелень. Все чаще Рэйзор внюхивался в искрящий запах шишек и ожидал, ожидал мучительно, когда проснется волчонок. И не смотря на все предостережения, не смотря на присутствие Альбедо все вышло болезненно. Кости ломались, изменялись и было бы странно, если бы Беннет не сопротивлялся. Однако мягкий голос наставника, давление древней крови вывернули человека наизнанку, представив миру нового, потерянного в ощущениях волка. Альбедо даже улыбнулся схожести с ним, Кэйа бы точно оценил, если бы увидел, как песчаного оттенка волк пытается впервые встать на лапы, как тот прислушивается ко всему, как смешно дергается нос. Луна рассекала мех небольшими переливами, когда тот сделал шаг, когда чуть подпрыгнул и уверенно ткнулся головой в бок серого оборотня, признавая. Альбедо понимающе улыбнулся обернувшемуся в последний раз перед охотой Рэйзору. И алые глаза счастливо сверкнули, вторя искрам голубых. Беннет убежал первым, чуть неуверенно, спокойно, изучая все, что попадалось ему на пути. А Рэйзор подгонял, головой показывая, куда им стоит идти. Их первое место отдыха, разговора. Обращенный удивленно смотрит на озеро перед ними, на довольного волка, на сотни брызг, что поднимаются вверх звездами, когда тот прыгает в воду. Парень повторят движения старшего, прыгает в воду и создает сверкающий отражением неба дождь, каплями застывающий мгновениями этой ночи. Рэйзор зовет дальше, убегая вглубь, когда его перегоняет светлая тень Беннета. Он прыгает вверх, через обрыв, вспоминая как ощущалась мощь тела в их первом путешествии, как сокращались мышцы под его ладонями. Беннет учится и взлетает, как это делает волк, как это делает оборотень. В сиянии луны мчатся две тени, переплетаются меж собой и играючи кувыркаются в поляне, заполненной ветряными астрами, так редко встречаемыми в этом густом лесу. Встревоженные светлячки взлетают сияющими желтыми огоньками вверх, создавая теплую атмосферу воздушности. Беннет счастлив, опьянен эмоциями. Все то напряжение, что скручивалось все сильнее в пружину, наконец отпустило, разлетевшись на кучу искр. Рэйзор останавливается на том самом месте у горы, и поет песню. Юноша вторит ему, раскрывая душу. Где-то вдалеке слышит вой Кэйа и усмехается: эксперимент этого фанатика оказался успешным, не без вмешательства Альбедо, но все же еще живы их знания среди народа. В деревне вновь нарастает паника, но вышедший к людям староста останавливает людей, сообщая, что их не тронут, сейчас волки далеко от них. Джинн смеется, когда видит переполох, Дилюк чуть растягивает губы в подобии улыбки, отпивая чай. Девочки давно спят, хранимые сонным духом. Один лес живет размеренным ритмом, где в свете ночи тянутся часы, где в свете звезд идет охота. Друг на друга, на мир, на ощущения. И оба волка отдаются бегу целиком.       А запыхавшиеся, у озера, они вновь сидят рядом, плечом к плечу, переводят дух. Беннет первым тянется к шее, первым кусает за плечо, оставляя метку и Рэйзор шипит, осознавая боль человека в тот день, сам уже обновляя метку на изменившемся теле парня. Они счастливо улыбаются, пока их тела очерчиваются светом, пока в озере мелькают круги от всплывающих рыб, пока лес наполнен звуками жизни. Засыпают в пушистых объятиях друг друга, когда неба касается предрассветная серость, когда мир замирает, угасает на недолгие полчаса, чтобы после взорваться новыми красками, новым переливом.