ангел

Ночь, опустившаяся на небольшой городок, оповещает жителей о том, что пора тушить свечи и укладывать непослушных малышей спать. Тёмное время суток хранит в себе много чужих тайн: слёзы, которые обжигают румяные щёки и попадают в рот, оставляя на языке солоноватый привкус; или же крик отчаяния, ведь его невозможно больше подавлять... А ещё ночь приносит болезненные воспоминания, неожиданно вспыхивающие в памяти. И ведь не объяснишь, что им здесь не рады, не попросишь уйти, потому что не послушают... Чимин любит ночь. Ведь она дарит ему покой и наслаждение. Тишину, которую он не может слышать в стенах собственного дома. Каждый день все Боги собираются вместе и делятся интересными историями о новых землях, на которые им удалось посмотреть; о незабываемых вкусах вин с чужестранных рынков; о разнообразии врагов и сладостных победах. Чимин слушал эти рассказы слишком долго. Он хочет на свободу. К многочисленным рекам и морям, которым, кажется, нет конца; к различным островам и их людям, чтобы убедиться в том, что всё не заканчивается стенами его дома; к природе, где сменяются времена года и показывают свою истинную красоту, не фантомную. Ему хочется посмотреть на все эти вещи своими глазами. Увидеть то, что находится дальше горы Богов. Он устал сидеть в четырёх стенах и ждать того самого дня, когда его дары проявятся. Боги смешны. Они правду знают и понимают. Даров у него нет, он лишь обычный мальчишка со своими мечтами и желаниями. Поэтому юноша сбежал под покровом ночи в мир людей. Подальше от дома, от вечных пиров и многообразия вин, многочисленных разговоров и излюбленной фразы отца: «твоё время придёт». Чимин устал ждать, когда оно придёт, именно поэтому сейчас он бежит навстречу своему времени и не боится неизвестности, которую хранит в себе этот мир. Парень устал ждать и бояться. Чимин будет скучать. По необычным зверькам в их небольшом саду, по привычной жизни без забот и хлопот, по ночным разговорам с матерью на небольшом балконе, с которого был виден город. Но сейчас Чимин наслаждается долгожданной свободой и с интересом разглядывает пустеющие улицы, людей, бегущих куда-то в спешке, и многочисленные дома. Он ещё немного блуждает по тихим улочкам, прыгает по каменистой дороге, разглядывает необычные растения, пока окончательно не выходит из городка. Юноша машет ладошкой какой-то девочке, рассматривающей ворота, та хихикает и прощается с ним. Этот мир завораживает его с самого детства, притягивает из-за своей неизвестности и уже давно подтрунивает над врождённым любопытством парня, что сейчас ведёт его. А куда? Не особо важно.

***

Чимин садится под деревом и заинтересованно оглядывает небольшую полянку, наблюдает за солнцем, которое постепенно тянется ближе к горизонту, чтобы через пару часов уступить своё место второму небесному светилу - луне. Молодой человек в пути уже пару дней и начал понимать, как устроены эти города и небольшие деревеньки, в которых он остаётся, чтобы переночевать. Было непривычно зарабатывать свои первые монеты с помощью игры на флейте, не зря он забрал её с собой из Отчего дома. Чимин обнимает руками колени и заинтересованно глядит на юношу, вплетающего очередной цветок в разноцветный венок. Рядом с ним крутится любопытный мальчишка. Чимин неуверенно поднимается с насиженного места и подходит чуть ближе, присаживаясь на траву позади. Всё же за людьми ему интересно наблюдать. — Тэхён, Тэхён, — зовёт парня малыш и продолжает, когда видит, что на него обратили внимание. — А вот когда я вырасту, смогу такие же плести? — ребёнок поглядывает на венок в чужой руке и хлопает своими большими любопытными глазками. — Если ты не будешь цветы в ладошках сжимать и стебельки отрывать, то, может, и сможешь, — пожимает плечами юноша и завязывает узелок, а затем показывает малышу своё творение. — Дай мне, — мальчишка тянет ладошки к венку, который Тэхён тут же поднимает над головой. — Не куксись, Чонгук-и, — паренёк улыбается и наблюдает за надувшимся малышом, а затем чмокает того в пухлую, детскую щёчку. Чимин расплывается в радостной улыбке, глядя на них. Взгляд сам по себе возвращается к Тэхёну, который сейчас уворачивается от попыток защекотать его. По полянке разносится смех юноши и недовольное пыхтение ребёнка. Чимин прикрывает глаза и чувствует, как под кожей разноцветными огоньками вспыхивают тёплые чувства. Он никогда такого не испытывал. Ему хочется поделиться этим, чтобы полянку окутал нежный звук и окунул всех в те же чувства, что и у него. Парень подносит к губам флейту и начинает тихую мелодию, не открывая глаз. По всему его телу разливается тепло, исходящее откуда-то изнутри, пока губы неконтролируемо пытаются расплыться в нежной улыбке. Мягкая мелодия заполняет полянку, на которой стихли все посторонние звуки. Кажется, все желают услышать тихую легкость, которой Чимин умело владеет и переплетает со своими чувствами. Он не сразу замечает, как к нему тихонечко подбегает малыш и заинтересованно смотрит на молодого флейтиста. Чонгук цепляется взглядом за мягкие, совсем невесомые движения пальцев, из под которых выходит нежная мелодия, и радостно улыбается. Ребёнок отходит подальше и неуклюже перебирает ножками, вырисовывая в воздухе лишь ему понятные движения. Тэхён присаживается рядом с флейтистом и наблюдает за маленьким танцором, который путается в своих же ногах и падает попой на траву, испуганно хлопая большими глазками. Чимин прерывает игру и откладывает флейту. Он смотрит на мальчишку, неловко отряхивающего свои штанишки, и уже намеревается встать, чтобы помочь, но его неожиданно тянут за запястье, и он остаётся на том же месте. — Не переживай, жить будет, — улыбается парень и протягивает свою руку. — Я Тэхён, а там мой брат Чонгук. — Чимин, — он улыбается в ответ и заинтересованно смотрит в сторону малыша, который бежит к ним. — Я упал, — надувает щёки ребёнок и смотрит на брата с каким-то недовольством. — Почему ты мне не помог, а если бы я сам не встал? — Но встал же, — по-доброму улыбается Тэхён и сажает мальчишку к себе на колени, обнимая пухлощекое чудо. Ребёнок хмурит бровки и уворачивается от ласки брата, пока тот хихикает и перебирает копну детских волос. Чонгук поглядывает на незнакомца и теперь больше заинтересован в его созерцании. — Не зли-и-ись, — тянет Тэхён и всё же выпускает брата из своих объятий. Малыш завороженно осматривает флейтиста и подползает к нему поближе. Чужие глаза мерцают от переливающегося в них тепла и доброты, пока на пухлых губах играет сияющая улыбка, а ещё ребёнок замечает небольшой носик. Он кажется Чонгуку очаровательным. Малыш не может оторвать глаз. — Я Чимин, а ты Чонгук, верно? —ребёнок неуверенно кивает. — Чимин, — мальчик произносит чужое имя с предыханием и улыбается довольно. Красивое. Ему нравится. Чонгук берёт в свои ручки, аккуратные руки Чимина и заинтересованно рассматривает их, пока старший неловко смеётся и розовеет щеками. Тэхён наблюдает за этим и чувствует, как в душе появляется мягкое, нежное чувство. Оно словно мёд заполняет его своим теплом и приторной сладостью. До мурашек по коже приятно и неописуемо волшебно. — Ангел, — внезапно выносит свой вердикт ребёнок и довольно улыбается, когда новый знакомый пытается спрятать раскрасневшееся лицо. — Чонгук, мы вроде уже говорили на эту тему, — нотки строгости слышны в бархатном голосе Тэхёна, что младшему не нравится. Тот поднимает неуверенный взгляд на брата и кивает. — Извини, ангел, я не хотел тебя смущать, — мальчик улыбается, подскакивает, уворачиваясь от рук недовольного брата, и убегает подальше. Чимин закрывает лицо ладонями, пытаясь остудить полыхающее лицо и унять быстро бьющееся сердце. Тэхён цокает и обращает внимание на флейтиста. — Ты извини его, он любит говорить то, что в голову придёт, — хмыкает юноша и улыбается, когда Чимин убирает ладони от лица. — Но признаю, тут уж ты сам виноват. — А я что сделал? — растерянно хмурится парень. — Родился ангельски красивым, — Тэхён дарит ещё одну свою очаровательную улыбку, пока Чимин задыхается от такого заявления. Кажется у него температура поднимается, рядом с этим человеком, иначе как объяснить его внезапно вспыхнувшие щёки, залитые алым румянцем. Противозаконно вот так безнаказанно говорить людям такие вещи, а затем притягивать к себе этой прелестной улыбкой! — Ты... — Тэхён, — кричит малыш и внезапно подбегает к ним, хватая брата за руку. — Уже вечер, нам надо в город. — Зачем? — юноша смотрит на него слегка потерянно, пока перед глазами лишь чужое полыхающее лицо ангела. — Как это "зачем"?! — вспыхивает Чонгук, пытаясь поднять Тэхёна. — Сегодня ведь танцы! Старший с минуту смотрит на ребёнка, а затем резко поднимается и, повторив слова Чонгука, бежит за их вещами, оставленными чуть подальше. Чимин растерянно наблюдает за происходящим и, откровенно говоря, не знает, что ему делать. Малыш, словно прочитав его мысли, внезапно оказывается рядом и заглядывает в чужие карие глаза. — Ангел, на одной из улиц этого городка будут танцы, пойдёшь с нами? — спрашивает Чонгук. — Я никогда не танцевал, — растерянно отвечает Чимин. — Научим, — Тэхён подходит к ним и протягивает руку. — Так идёшь? Флейтист дарит ему тёплую улыбку и протягивает свою ладошку. Кажется, сегодня он исполнит ещё одну свою мечту: научиться танцевать. А пока он уверенно идёт рядом с Тэхёном и разглядывает необычные дома, Чонгук бежит впереди и восторгается, смотря на то, как постепенно загораются огни вдоль просторной улицы. — Чимин, — зовёт его Тэхён, тот сразу же поворачивается к одному из своих спутников. — Ты веришь в Богов? — Конечно, — радостно улыбается и кивает. — А ты слышал историю об одном из них? — Тэхён слышит возгласы Чонгука о том, что они пришли, и тянет Чимина на одну из свободных плит, на которых сидят другие люди. — О Богах есть множество историй. Кого ты имеешь ввиду? Тэхён наблюдает за младшим братом, когда тот всё же пропадает в толпе и замечает, как людей рядом с ними становится меньше — идут танцевать, ведь музыка уже обволакивает своей мелодией всю округу. — О Боге, у которого нет божественных сил, — шепчет Тэхён и смотрит на парня, который неверяще глядит на него. Он не раз слышал истории о себе, как и о многих Богах. Люди в них верят и сами же рассказывают другим о подвигах их защитников, об их божественных силах и как сильных, так и слабых сторонах. — Впервые о таком слышу, — шепчет в ответ Чимин и отводит взгляд. — Расскажи. Тэхён улыбается, глядя на мелькающую в толпе макушку Чонгука, а затем смотрит куда-то в пустоту и вспоминает всё, что слышал. — В последнее время ходят легенды о том, что в божьем храме родился мальчик. — так же шепотом начинает Тэхён. — Другие Боги принесли малышу множество даров, которые должны были дать ребёнку счастье, любовь и здоровье, а так же силу, — парень поворачивается к Чимину и смотрит ему прямо в глаза, пока тот на мгновение теряется в чужих омутах. — Этот малыш быстро вырос и всю свою жизнь прожил среди Богов, любивших его и души в нем нечаявших. Но ему не этого хотелось. — И чего же он хотел? — шепчет флейтист, пытаясь пересилить внезапно появившийся ком в горле. — Свободы. И поэтому он решил уйти. Исчезнуть. Потеряться, — отвечает ему Тэхён и тянет за собой. Юноша притягивает Чимина ближе к себе и слушает приятную музыку, выходящую из под рук её творцов. А божье дитя слепо следует за ним, в надежде спрятать заслезившиеся глаза в чужих объятиях. — Говорят, у него доброе сердце. Он неописуемо красив, и окружающие чувствуют, как он зачаровывает их своей доброй и нежной аурой. Я бы хотел встретиться с ним. Они вместе плавно движутся вслед за музыкой, но каждый думает о своём, пока мелодии меняются одна за другой. Тэхён прижимает Чимина ближе к себе и легко скользит по каменным дорожкам, пока чужое тело доверчиво следует за ним. Юноша чувствует чужую неуверенность и зажатость, поэтому мягко улыбается и успокаивающе гладит чужую напряженную спину, шепча куда-то в пряди волос тихое «расслабься». И Чимин действительно расслабляется, впервые ощущая такую окрыленность и легкость. Они танцуют тягуче медленно, не замечая ничего вокруг: как люди постепенно начинают расходиться, музыканты делают пару перерывов и лишь после продолжают играть, как Чонгук наблюдает за ними, пока солнце постепенно появляется на горизонте. Когда Тэхён отрывается от созерцания чужих глаз, он понимает, что ночь прошла. Сонные жители постепенно открывают свои лавочки и раскладывают товары, музыканты убирают свои инструменты и уже собираются в следующий городок, детишки выбегают из домов и пытаются обогнать друг друга. Чимин растерянно смотрит на него и неуверенно убирает свои ладони из чужих. Юноша дарит ему свою квадратную улыбку и замечает младшего брата, уснувшего на одной из плиток. — Чонгук, — вздыхает парень и подходит к малышу, подхватывая его под попу и укладывая на своё плечо. Чимин завороженно наблюдает за этими удивительными людьми и следует за Тэхёном, когда тот зовёт его за собой. Он провожает небольшую семью до дома, продолжая слушать рассказы юноши о Богах, пока сам вспоминает слова матери: «Нам нельзя любить людей.» Что ж, сбегать тоже нельзя. Видимо, Чимин нарушит ещё не одно правило. А пока что он машет небольшой ладошкой Тэхёну, прощаясь с ним, и идет куда глаза глядят, пока ветер играет с его волосами, а утреннее солнышко скользит по улыбающемуся лицу. Он уходит уже достаточно далеко и не может увидеть, как где-то у окошка стоит Тэхён и смотрит ему вслед. — У этого Бога правда доброе сердце и улыбка красивая, — сонно шепчет Чонгук, старший ему кивает.