Соединённые души

Она убежала прочь, лишь бы никто не видел надвигающиеся слёзы в её бирюзовых глазах. Снаружи лицо было счастливым. Обычная, сияющая улыбка, но внутри душа каждую секунду разрезала на части. Очутившись снаружи дома, Эми глубоко вздохнула чистый воздух, осмотрев нежный тёмный пейзаж острова Сулани. Ночью было настолько тихо, что замолчав на минуту можно было сойти с ума от мёртвой тишины. Пальмы, которые на каждом шагу были и казалось, что они никогда не закончатся, пышные кусты тропических цветов и жемчужина — чистое яркое море, как цвет её глаз. Такой красивый вид, успокаивающий, давал прекрасный момент подумать о смысле жизни. Пока Эми начало окутывать спокойствие, было время оглянуться в прошлое. В её жизни было полно счастливых, так и грустных моментов. По началу всё шло хорошо. Любящая семья, друзья и парень, который на что угодно был готов. Но всё закончилось, когда познакомилась с Графиней Штрауд или кратко кошмар вечных кошмаров — Санай. Тут и началась жизнь, которую будет помнить до своей кончины. Не может быть, что один человек сможет испортить твою дальнейшую жизнь, но такое случается, и это произошло с Эми. При упоминании чёрной овцы, внутренний холерик просыпался, а доброта уходила на нет. А ведь раньше она всё что угодно делала, чтоб Санай её приняла в семью, но видимо не подходила под никакую категорию. А ведь и правда, Эми не была богатой или популярной, не имела звёзд родственников и тому подобного. — «Она никогда меня не любила и даже не пыталась принять в семью…» Ей никогда не было жалко графиню и при новости о смерти Санай, то Эми считала лучшим днём в её жизни. Большой ком в горле наконец то был убран, дышать стало легче, чем раньше. Теперь всё хорошо. Бернард снова с ней, у неё порядочный сын, подружилась с Себастьяном и Эдвардом. Но всё равно было не очень, особенно чувствовала при сыновьях Берни. Пусть она и стала для них новой мамой, но не считала себя членом семьи до сих пор. Сегодня день рождения старшего сына. Как же трудно видеть на Бернарда вместе с сыном, с пониманием, что он от другой женщины. — «Жизнь моя стала лучше, но чувствую себя не той. Как будто лишняя для этой семьи», — мысли всё больше душили мисс Уилсон. От долгих раздумий она даже не заметила, как высокий силуэт подошёл сзади неё. — Эми? — глубокий, бархатистый голос заставил выйти её из потока мыслей. Сильные мужские руки обхватили тонкие плечи, передавая своё тепло. Почувствовав, как мурашки пошли по светлой коже, Эми поняла кто стоит сзади неё. Повернувшись на 180 градусов, девушка лицезрела высокого мужчину с накаченным телом. Это был Бернард. Тот самый, наследник древней династии Стекеленбург. — Ты что-то хотел? — тихо спросила Эми, надеявшись, что Берни уйдёт поскорее. Но уходить он даже не собирался. — Почему ты ушла со дня рождения? Ты неожиданно ушла, — сегодня был день рождения Себастьяна и Эми помогала с организации уютного праздника. Бернарду было не понять, почему человек, которая предлагала помочь, внезапно убегала из вечеринки. Эми живёт с Берни 6 лет, но до сих пор не привыкла к такой жизни. Ей никогда не везло со Стеками, особенно сожителями парня. Как не вспомнишь, так в голову лезет: Санай Оуэн-Штрауд, Тиана или Доротея. Они были приступами плохих кошмаров 20 лет, с каждым годом, перерастая в обычное уныние. Но сейчас всё хорошо, что ей не угодишь на этот раз? — Просто хотела подышать воздухом, всё в порядке, — как бы не пыталась Эми скрыть печаль, дрожащий голос всё разоблачал. Терпеть нарастающие эмоции уже не было сил. Девушка даже не заметила, как упала на Бернарда, положив свою голову на его широкие плечи. — Эми, дорогая — произнёс Бернард. — Милая моя, что случилось? Эми не могла ответить. Ей было стыдно говорить. Ей было стыдно рассказать, что пытает в себе боязнь его сыновей из-за их матерей. Ей было стыдно признаться, что за 6 лет так и не привыкла к новой жизни, мечтая вернуться к вечному абьюзу от кобеля фотографа. Внезапно, девушка почувствовала на душе нарастающее спокойствие от нежных поглаживаний её по длинным волосам. Объятья вдруг стали крепче, как начала слышать его сердцебиение. Спокойное, готовое убрать всю напряжённость. — Я с тобой Эмочка, расскажи всё, что с тобой происходит, — эти серые глаза, этот переживающий взгляд. Глядя на них долгое время готов высказать всё что есть, ведь ты веришь, что человек тебе поможет. Все Бернарда считают холодным парнем у которого сердце твёрже булыжника. Ко всем он смотрел с высока, без какой либо улыбки. Даже к Доротеи не было такого спектра эмоций. Большой указательный палец провёл по мягкой щеке, убирая каждую слезинку. Подняв взгляд на Бернарда, она лицезрела красивую улыбку, даря счастье и упокой. Она решилась сказать, хоть и по прежнему боялась. Спокойно выдохнув, Эми начала высказывать всё, что скрывала 6 лет. — Я не могу привыкнуть к новой жизни. У тебя дети, у меня сын, всё хорошо, но не так! — тембр голоса всё увеличивался, доходил до паники. — Я боюсь подумать, что Себастьян и Эдвард никогда не примут меня, как мать, ведь по крови я им никто! — ноги начали дрожать. Один шаг и Эми бы упала на золотистый песок. Когда она закончила, её взгляд опустила вниз, желая не смотреть ему в лицо. Ей было страшно от гробовой тишины парня. Ничего, лишь шокированный взгляд в её сторону. — «Наверно он меня ненавидит» — так думала Эми. Ей хотелось уйти, убежать. Неважно куда, главное не позориться больше. Уже успела стать позором для Санай. Уже хотев уйти, Бернард взял девушку за руку и прижал к себе, как мог. Она потеряла дар речи. Мир как будто перевернулся. Девушка почувствовала надвигающиеся слёзы, но не из своих глаз, а от чужих. От Бернарда у которого сердце из булыжника. — Бернард? — спросила Эми. — Ты плачешь?  — «Что с ним происходит? Мне страшно подумать». — Эмочка, я обещаю, мы создадим любящую семью. Себа и Эдвард тебя полюбят, как настоящую маму. Я полюблю Эммета, как родного сына, — нервно шептал Берни прямо на её ушко, при этом крепко, прижимая Эми ближе к себе, боясь потерять её на навсегда, как было 20 лет назад. — Никто нам не помешает. Только ты и я, — эти слова растопили сердце девушки. То сердце, которое годами холодела. Слёзы теперь пошли из её глаз тоже. Не могла себе поверить в происходящее. Она только ближе прижалась к нему, как будто Бернард — смысл её жизни. Бернард первый, кто прервал объятья, протирая свои слёзы счастливо смотря на свою девушку. Её бирюзовые глаза дарили надежду в дальнейшую жизнь и он им доверял. В кое то веки, уголки губ девушки немного приподнялись. Как же он любит её улыбку, разглядывал всю вечность. — Пока мы наедине, я хочу тебе сказать, — неожиданно промолвил Бернард. Эми удивилась. Вдруг она почувствовала вновь сильные руки к своим. — Эми, Эмочка, моя любимая, прости меня дурака, который верил своей матушке об измене. — Да всё нормально, я тебя давно прости-, — не успев договорить, Бернард перебил её. — Я хочу измениться, обещаю, что ты никогда не почувствуешь ни грусть, ни уныние, ни злость в нашей семье, — Берни медленно встал на одно колено, доставая из задних карман плавок золотое кольцо с большим бирюзовым бриллиантом. — Эми Уилсон, готова ли ты стать женой наследника и быть миссис Стекеленбург? Слёзы текли рекой. Никак она не ожидала, что доживёт до предложения руки и сердца от Бернарда. Ей до сих пор казалось, что они были 17 летними подростками, которые боятся признаться родителям в отношениях. Эми пыталась скрыть весь спектр эмоций, но как тут можно было скрывать? На этот раз она плакала от счастья. Девушка не стала затягивать этот момент (Хотя очень хотела) и кратко ответила «Я согласна». Приподнявшись, Берни мягко взял руку любимой, надевая сияющее кольцо на безымянный палец девушки, оставляя на нём свой поцелуй. Теперь он мог лицезреть красивую улыбку, на которую сам готов улыбаться. Парень приподнял девушку, взяв на руки. Она обвила руками шею и уткнулась лицом ему в плечо. Их взгляды встретились. В них читалось только любовь и нежность. Пышные губы прижались к губам девушки, ласково, целуя своей нижней губой. Для счастья им уже ничего не надо было. Главное, что теперь они будут вместе и навсегда, без лишних людей.