В унисон

— Эй, посмотри на меня, Тони.

— М-м?

Питер мягко взял руку Тони и приложил ее к своей груди, выравнивая дыхание. Какое-то время они просто лежали на траве, слушали сердцебиения друг друга, чувствовали, как ритмы заполняли их тела, отдаваясь небывалому спокойствию на душе.

— Запомни его. Раз, два, три…

— Что?

— Это мои секунды. Секунды моей жизни. Запомни их, пожалуйста.

— Романтик чертов, хорошо. Тогда и ты мои, понял?

— Разумеется.

Они отнеслись к этому обещанию серьезно. Однако один из них все же солгал. Старк всегда знал, каким лжецом был прохвост Паркер.

***

      Нью-Йорк. Декабрь. Пора бы уже готовиться к Новому году, покупать подарки, но мне все еще приходится торчать в четырех стенах, проверяя работы студентов. Ах, как бы я хотел вернуться в те времена, когда можно было сдать быстренько сессию и пойти со спокойной душой валять дурака, отрываться с однокурсниками, устраивать предпраздничные вечеринки, приглашая абсолютно всех, даже тех, кого ты и в помине не знал! Начинаю себя определять, как старика, хотя мне только тридцать пять — самый расцвет сил. Да и сохранился я неплохо — у меня до сих пор могут паспорт в магазинах спрашивать!       Проведя целый день за кипой бумаг, проведением лекций и общением с перспективными молоденькими студентами, мне стало вдруг так интересно узнавать людей, говорить про их любимые увлечения, про ненавистные мне чувства и будущее. Будущее для меня была и есть неоднозначная вещь, которая больше всего меня смущала в этой жизни. Потому я никогда не любил говорить о нем, ведь попросту не знал, куда может меня или моих ближних повернуть судьба. Я могу строить грандиозные планы, а что-то маленькое, ничтожное раздавит их в щепки. Не стоит полагаться на нечто непостоянное, как на свое будущее.       Пеппер все так же следила со стороны за тем, чтобы я не перенапрягся, как это обычно бывает. Иногда мне приходиться прятаться за грудой эссе и проектов, которые на постоянной основе приносят ученики. Не могу поверить, что каких-то двенадцать лет назад я мог беспрерывно заниматься подготовкой к парам, проверкой интересных работ, претендующих если не на нобелевку, то на какую-нибудь премию точно. Прожив в маленькой деревне, в которой все в точности такие же, как ты, оболдуи, не перестаешь удивляться гению обычных студентов. Иногда хотелось узнать другую их сторону, которую когда-то я увидел в одном прекрасном человеке. Его личность показалась мне настолько многогранной, таящей в себе множество неразведанных черт характера, что просто начинаешь сомневаться во всем своем окружении: а знал ли я кого-нибудь хоть когда-нибудь по-настоящему? Пробовал ли мне кто-то открыться, и мог ли я этого не заметить? Пеппер устало потерла виски и улыбнулась мне, когда я перевел на нее свой взор. Я… Я помню, как пытался понять тебя. Вместо скромного и ненужного «прости», я скажу: «Спасибо, что стала частью моих приятных воспоминаний».       Последние строки очередного проекта выделялись особенно сильно: студент решил, что не будет лишним разбавить нудный текст оригинальной шуткой, а остальная часть вся пестрила на полях личными заметками, которые он, видимо, забыл стереть, написав карандашом. Среди них были и маленькие смайлики, недоумевающие со смешными очками. Это напомнило мне свою еще юность, те несчастные и беспризорные шестнадцать, когда меня, совсем зеленого, пытались споить все, кому не лень, а я с похмельем просыпался и садился за исследования, черкая на полях глупые замечания, над которыми потом смеялись мои преподаватели.       Я любил тогда глупыми записками передавать своим девушкам комплименты и предложения сходить на свиданку, а спустя девять лет мне довелось встретить того, для кого эти слова имели значение не больше пыли. С ним нужно было тратить лишнее время с помощью касаний, запоминая каждое прикосновение и то тепло, что он дарил мне каждую секунду.       Поттс, пройдя вглубь аудитории, повесила пальто на стул подле меня и сложила руки за спиной, разглядывая мое задумчивое лицо. Мне оставалось совсем немного до окончания рабочего дня.       — Сегодня они были намного дотошнее, чем раньше, да? — спросила тихо она, стараясь не мешать сконцентрированному мне. — Я слышала, что кто-то распустил слухи о твоем прошлом. Для всех ты та еще темная лошадка.       Я ответил не сразу. Мне обычно все равно, что на уме у только пришедших первокурсников. Но в этот раз молодежь действительно перегнула палку.       — Нет того, что могло бы испортить мою репутацию, мисс Поттс. Даже пара слухов о моих похождениях. Но мне лестно, что всех так это волнует.       — Они думают, что…       — Что моя возлюбленная умерла, и потому я никогда не говорю о своей личной жизни? Что ж, они правы, однако главное, чтобы они на отлично сдали последние экзамены. А вам следовало бы получше следить за своей группой. Вам все понятно, мисс Поттс?       — Да, мистер Старк.       Я грустно ухмыльнулся, стараясь показать ей несерьезность своих слов. Она же, спустя долгое время общения со мной, огрубела от моих замечаний, что можно было заметить по ее вечно сжатым губам и напряженной походке. Каждый раз, когда я вижу ее задумчивой, слишком серьезной из-за меня, просыпается желание опуститься перед ней на колено и умолять больше никогда не слушать меня и не воспринимать на свой счет. Мне хочется видеть твою солнечную улыбку почаще, как раньше. И так слишком много хмурого выпало на мою долю.       Тяжело вздохнув, я мягко хлопнул по пачке с исследовательскими работами и качнул головой в сторону выхода из аудитории. Пеппер, подняв слишком виноватый взгляд, кивнула, взяла свое серое пальтишко и направилась к двери, не став ждать меня. Трудно заметить, когда эта уже взрослая девушка держит обиду, а когда она просто над чем-то всерьез размышляет. Разве я, слишком импульсивный и высокомерный, могу быть для кого-то той самой «темной лошадкой»? Разве не ты всегда понимаешь меня с полуслова?       — Эй, Пеппер! — воскликнул я, стоя у своего стола.       — Да, мистер Старк? — недоуменно посмотрела она, заправив за ухо выпавшую из копны блондинистых волос прядь.       — Прости меня.

***

      По приходе домой мне пришло сообщение от Мишель Джонс — призрака моего смутного прошлого.

От кого: Призрак. Кому: Вы.

Что-то тебя не видно в последние дни. В очередной запой хоть не ушел?

20:13

      Только она могла так тонко постебаться над моей вредной привычкой, от которой я не смог избавиться даже с посторонней помощью. А ведь все дело во мне и только. Я бы никогда не переборол ее, полагаясь лишь на помощь друзей. У меня не настолько железная сила воли.

От кого: Призрак. Кому: Вы.

Игнором меня не напугать, Старк.

20:15

      Да, только не тебя. Это я прекрасно знаю и помню после тех летних каникул. Мы ведь не очень хорошо тогда ладили. Меня ты не особо волновала в отличии от твоего дрожайшего друга, над которым ты так щебетала, словно мамочка. Ха… Ты уже совсем не та, что раньше.

От кого: Призрак. Кому: Вы.

Почему ты не пришел вчера? Он тебя ждал.

20:19

      Я выключил телефон, больше не проверяя те сообщения, что она слала. Такое наглое проникновение с головой в мою жизнь, мои мысли и чувства меня ужасно раздражало, заставляя кулаки сжаться. Почему из всех людей именно ты никогда не пыталась меня понять? Что мне сделать, чтобы ты перестала появляться в неожиданный момент и все портить, погружая меня вновь в то вязкое болото, из которого я не мог выбраться долгие годы?       Телефон перестал издавать отрывистые сигналы, и я на секунду глянул ее последние слова:

От кого: Призрак. Кому: Вы.

Он сказал, что подождёт тебя в последний раз завтра. Только попробуй упустить этот шанс.

20:20

      Мишель и её излюбленные трюки… Ты совсем не изменилась.

***

      Сигарета в моих руках уже истлела наполовину, а я медленно выпустил дым из своего рта, наблюдая за приходящими с цветами и уходящими без них людьми. Одни выглядели совсем подавленно, а другие уходили с поразительным равнодушием, как можно лучше стараясь не показывать свои эмоции. Может, некоторые и вовсе клали букеты на могильные плиты только из чувства обязанности умершему. Я же пока не входил на территорию кладбища, небрежно держа букет красных и синих паучьих лилий и ища взглядом его место.       После того, как людей стало значительно меньше, я с горем пополам направился к нему.       Почему в последний раз, Питер? Ты решил оставить меня? После стольких лет, когда надежда во мне давным давно угасла, когда я перестал ощущать себя полноценно, а ты все продолжал глумиться надо мной, держа подле себя? На что ты надеешься, Питер? Что я продолжу жить без тебя, будто ничего между нами не происходило? Ты прав. Так оно и будет.       Паучьи лилии всегда ассоциировались у меня с нашим местом у того пруда. Красные похожи на твои мягкие щеки, которые всегда сгорали под солнцем быстрее, чем все остальные части тела. Синие же напоминали обложку твоего любимого учебника по физике, который ты никогда не выпускал из рук. Теперь они лежат на твоей могиле. Надеюсь, тебе понравится.       Я люблю и буду любить, Питер. Всегда. Только перед нашей разлукой тебе, мальчишка, нужно извиниться за все, понял? Извиняйся сейчас же за то, что влюбил меня в себя, что заставил пролить слезы близких, что оставил одних Мишель и Неда. За то, что забыл наш ритм в унисон.       Прощаю.

***

      — Извините, мистер Старк…       — Да?       Последний день перед выходными. Обычно студенты уже перестают приходить к этому времени, празднуя во всю сдачу экзаменов. Только исключения оставались на дополнительных, разбирая некоторые непонятные им темы со мной. Я очень люблю дискуссировать с молодежью, потому назначаю себе в убыток еще немного пар на свободное время. Иногда мне дарят подарки особенно благодарные ученики. Очень компрометирующие подарки.       — Простите, что задаю такие вопросы, но… У вас появлялся в жизни настолько важный человек, что вы не можете перестать думать о нем? Просто мне бы хотелось, чтобы вы поделились со мной советами по этому поводу. Вдруг это… ненормально, — она явно замялась, отводя взгляд в сторону. — Надеюсь, поймете.       — Почему я должен не понять? Вы еще молоды, у вас все впереди, — я улыбнулся, настраивая благоприятную атмосферу. — Да, у меня был такой человек.       — И вы совсем не могли выбросить мысли о нем из головы?       — Да.       — Вы любили этого человека?       У девушки загорелись искренним интересом глаза. Такой тип студентов мне нравился больше всего.       — Скажу больше: мы встречались.       — И как это?       Я недолго подумал, ухмыльнулся и показал жестом на стул, приглашая присесть.       — Присядь. Давай лучше я тебе расскажу одну интересную историю, которая приключилась со мной летом две тысячи десятого…       Именно так я перестал чувствовать себя одиноким.