Затмение Куроко Тецуи

Идзуки с облегчением услышал заверения Сэнгоку-сэнсэя, что, хотя Кагами и усугубил его травму, его ноги не нуждаются в помощи. Ему просто нужно было больше отдыхать, и теперь это была гарантия того, что он не сможет играть в первую неделю Чемпионата против Сейшинкана. Испуганное лицо Кагами вызвало у него желание рассмеяться, если ситуация была подходящей для этого. Кагами, это была одна из игр, в которой второкурсники могли сражаться сами по себе, а не с концом света, как предполагало его лицо. Или это были слова доктора, которые заставили Кагами сделать такое лицо. Сэнгоку-сенсею было не до смеха: «Если ты не позаботишься об этих красивых и здоровых ногах, я их ампутирую и отдам тому, кто оценит это больше тебя». Да, Киеси был прав, что его врач был страшнее, чем тот, который он получил в Лос-Анджелесе. — Кроме того, не забудь потом взять с собой другого безрассудного мальчишку из соседнего дома. Как бы он ни был очарователен по отношению к здешним старикам, клянусь, я видел более спокойных детей до школьной поездки. Идзуки только рассмеялся. — Если я снова увижу его здесь, то завалю его еженедельный вечер Ханафуды. Хьюга, который догнал его, чтобы проверить состояние Кагами, густо покраснел. — Нам так жаль его… мы вернем нашего идиота-резидента, сэнсэй. Он низко поклонился. — Они оба. Кагами что-то бормотал на заднем плане. Туу Гакуен Они видели Куроко Тецую по видео, или, скорее, просто мельком видели его, потому что разведчики не могли хорошо разглядеть этого парня. Журналисты спортивного журнала забыли этого парня на три года, когда он был частью неудержимой команды Тейко, так что ничего удивительного здесь нет. По крайней мере, они узнали бирюзовую копну волос и кожу, такую бледную, что она казалась почти прозрачной. Они также были проинформированы о его уникальном стиле игры, но все же- -Его присутствие… это так чертовски тонко». Была объединенная мысль индивидуалистического баскетбольного клуба Туу. Вакамацу прищурился. — Он выглядит таким слабым, и Аомине серьезно его слушает? «Думаю, если я не сосредоточусь, этот парень исчезнет из моего поля зрения», — подумала Суза. — А он даже не двигается! -Куроко Тецуя-сан был вице-капитаном Аомине-сан, верно? Еще одно поколение Чудес! Мне страшно! Кисе-сан тоже страшный, и он тоже… Подожди, он не страшный? Мне очень жаль, что я не боюсь! Имаеси прищурился: «Видеть — значит верить, я знаю, что в старой команде Аомине полно нелепых игроков, но… Куроко Тецуя совсем не такой эпатажный, как остальные. — Заключил он, — человека не так уж трудно заметить! — Он вообще человек?! — Неудивительно, что его считали мифом. Аомине демонстративно проигнорировал своих разинувших рты товарищей по клубу в пользу того, чтобы спросить своего бывшего партнера. — Эй, Тетсу. Ты пришел читать мне нотации, как Кисе? Куроко ответил не сразу, а вместо этого перевел взгляд на Кисе, блондин выпрямился, как шомпол. — Куроко-чи… Он повернулся к общей зоне команды Туу. — Добрый день, приношу глубочайшие извинения за то, что прервал ваше обучение, Туу-сан. Затем из всего, чего они никак не ожидали, вице-капитан «Поколения чудес» отвесил им глубокий извиняющийся поклон. — А также за то, что пришел в твой спортзал без разрешения… это очень невежливо с нашей стороны. Он взглянул на Кисе, который поспешил последовать его примеру. Имаеси и Суза почувствовали, как у них защипало в глазах. — Я знал, на что подписываюсь, когда Тренер выбрал Аомине, но… -Когда я вижу кого-то из этой группы таким вежливым и скромным, мне хочется плакать из-за короткой соломинки по имени Аомине Дайки. Вакамацу тоже был на той же волне, что и его старшеклассники: «Может ли наша команда получить возмещение?! Теперь я уверен, что Тейко обманул нашу школу! — Это была его первая встреча со старым товарищем по команде Аомине, и оба они в сто раз дружелюбнее своего туза. — Кисе-кун, возвращайся к Кайдзю. Ты не имеешь права прерывать их обучение. Губы Кисе задрожали. — Это вина Аомине-чи! Он указал на загорелого подростка, не желая быть единственным, кто взваливает вину на свои плечи. — Черта с два он мой, идиот блондинистый! — Ахумине-чи не смей меня так называть! -Хаааа? Твои оценки не лучше моих! — По крайней мере, я все еще знаю, что детский сад не входит в число трех великих японских садов! — Ты тоже не можешь их перечислить, Кисе! Имаеси был удивлен, он знал, что Аомине бросил академический вызов и едва поцарапал минимальную проходную отметку из-за Момои. Похоже, туз Кайдзю был таким же, просто модель была более разумной, чем казалась. Он отложил эту крошечную мелочь в дальний угол своего сознания, кто знает, пригодится ли она позже. Куроко Тецуя тяжело вздохнул. — Вот и все наши трехлетние усилия по сохранению нашего имиджа. Он что-то пробормотал себе под нос. Имаеси нахмурился: ему показалось, или драка между Кисе и Аомине превратилась в беззаботное подшучивание, как только этот парень вошел? Кроме того, его реакция на их детское поведение подразумевает, что это была обычная рутина в Тейкоу. Он никогда бы не подумал, что Поколение Чуда обладает такой динамикой вне двора. -Аомине-кун, Кисе-кун. Тон, который использовал бледнокожий мальчик, был немного глубже, и два туза заткнулись. Кисе и Аомине обменялись взглядами: «Тетсу/Куроко-чи сердится!» — Этот темный взгляд и лед в его глазах не могли не вызвать сомнений. Суза подавил желание захлопать в ладоши. Имаеси не упустил из виду, как глаза Аомине поплыли от простого изменения тона в голосе Куроко Тецуи. Он задавался вопросом, как Куроко Тецуя и Акаши Сейдзюроу держат в узде эгоистичных вундеркиндов вроде Аомине и Кисе Реуты? — Кисе-кун. Туз Кайдзю вздрогнул: «Что я должен сказать Касамацу-сан, что их туз ищет неприятностей в другой школе?» Кисе побледнел при имени своего нынешнего капитана, мгновенно протрезвев. — Фу… — Ты уже в старшей школе и теперь Ас, я не должен говорить тебе, чтобы ты не был таким импульсивным и не ввязывался в детскую драку с Аомине-куном. Я думал, ты более зрелая. Другой Туз запротестовал: «Эй, Тетсу, это косвенное оскорбление, я правильно расслышал?! Мой уровень и Кисе… — Как будто Аомине-чи умеет говорить! — воскликнул Кисе. Я никогда не был так плох, как ты! — Ха-ха?! Аомине зарычал. — И вообще, почему ты на стороне этого Кагами?! То, что Кисе собирался сказать дальше, сменилось сдавленным звуком, когда он получил обычный тычок Куроко под ребра. — Довольно с вас обоих, Кисе-кун… Мы злоупотребили нашим несуществующим гостеприимством в Туу. — Сказал он, таща за шиворот все еще парализованного Кисе. — Аомине — часть Туу, поэтому его капитан и тренер должны обращаться с ним так, как это правильно и подобает. — Он только что бросил мне вызов, не так ли? — возмутился Имаеси. Суза был в равной степени шокирован: «Тонкое присутствие или нет, но он все еще бывший вице-капитан Поколения Чуда, и он просто вежливо намекает, что Аомине — наша ответственность «. Не говоря уже о том. — Он только что ранил Кисе-куна, а наш Туз, похоже, ожидал такого же обращения? Аомине держались за бока, удивляясь, почему его не бьют. — Тетсу, ты… Странное выражение лица у их Туза, отметил Имаеси. — Очень разумно, Аомине теперь наш… он может говорить, но не может обращаться с Аомине, как тогда, в Тэйкоу. С другой стороны, нынешний капитан Кисе, должно быть, предоставил Куроко Тецуе полную свободу действий. Имаеси испытывал искушение сделать то же самое, но это не будет выглядеть хорошо для него и его команды, если их Туз будет обработан посторонними. В случае Кисе Реуты подражатель не был таким непослушным, как Аомине, и Имаеси знал, что капитан Кайдзе был сторонником дисциплины. Касамацу Юкио мог себе это позволить, а Имаеси — нет. — Подожди! Вакамацу окликнул быстро удаляющееся Поколение членов Чуда. — Мы не можем иметь дело с Аомине! Он неисправим, он не слушал нас, даже нашего капитана! В любой другой день баскетбольный клуб Туу оценил бы возможность раз в жизни увидеть ошеломленное выражение лица своего капитана-садиста из-за неосторожного замечания их Центра. Вакамацу даже не заметил, что только что ударил Имаеси по лицу этим крошечным откровением о своей неспособности контролировать своего Туза перед посторонними и всем их клубом. Суза нервно потер затылок. — Вакамацу прав, но… он такой мертвый. Имаеси жутко улыбнулся: «Вакамацу, тебе, кажется, скучно жить». Вот и его достоинство капитана, вплоть до пламени. — Он даже не назвал нас семпаем! Даже нашего капитана этот болван просто называет — сан! Как будто плотина только что открылась, Вакамацу наконец нашел кого-то, кому он мог пожаловаться. — Только сегодня Аомине украл бенто Сакурая, сломал наш обруч и ударил меня коленом в живот! Кисе, который только что пришел в себя, посмотрел на бедный обруч на полу: Куроко нахмурился, Кисе нервно отвел глаза. Неужели Кисе Реута просто небрежно намекнул, что это обычное явление в Тейко? — То, что я повторяю это, не оправдывает меня, Кисе-кун. — По крайней мере, на этот раз не Куроко-чи придется заполнять документы на замену, хе-хе-хе… Имаеси и Суза сочувственно посмотрели на Куроко. — Я уверен, что Касамацу-сан будет счастлив поручить тебе тройную тренировку ног и выносливости. Кисе жалобно взвизгнул, он знал, что его нынешний капитан выслушает Куроко. Они были очень настроены, когда дело касалось дисциплинирования Кисе. Подражатель послал Аомине обиженный взгляд, Туз только нахмурился. — А Вакамацу-сан прав? Центр с энтузиазмом закивал. Аомине фыркнул на заднем плане: «Почему ты ноешь на Тетсу, ха-ха! Вакамацу! — Зовите меня сэмпай! Это был рефлекторный ответ Вакамацу. — Вакамацу-сан. Блондин с более светлыми волосами, чем у Кисе, вздрогнул, он забыл о Куроко. — Мне очень жаль, но с моей стороны было бы неправильно вмешиваться в работу вашей команды. Вакамацу сдулся: «Но с Кисе Реутой ты…» — Капитан Кайдзю доверил Кисе-куна мне по какому-то делу, в котором я нуждаюсь в его помощи, и тот, кто назначает ему наказание, все еще сам Кайдзю. Аомине нахмурился, ему было странно слышать, что он больше не отвечает за Куроко. — Щиплет… — ТЕТСУ-КУУУУУН! Розовое пятно, знакомое Туу, обрушилось на мальчика с бирюзовыми волосами. — Я так по тебе скучаю! Она просто должна была прийти в самое неподходящее время, и Куроко снова не смог оправдаться. Обычно ему было не так уж трудно сбежать, может быть, ему просто не повезло. И если бы Мидорима-кун был здесь, он бы рассказал Куроко о своем нижнем месте в Оха-асе. — Момои… вы с Куроко-куном… Суза замолчала. Момои просияла: «Он мой парень!» Большинство членов клуба повернулись к Аомине, как подсолнух к солнцу. — Разве наш туз не ее парень? — С другой стороны, Момои никогда не вел себя так близко с Аомине. А еще… чтобы цветок их клуба был повсюду вокруг этого парня… -Так завидуй, умри! Аомине и Кисе могли сказать, что тень собирался сказать свое обычное отрицание, но печальное лицо Момои остановило его. Как только ее настроение поднялось при виде его, она тут же сдулась, как воздушный шарик. — Тетсу-кун! Мне так жаль Аомине-куна. Она зарыдала, уткнувшись лицом ему в грудь и крепче обняв его. Аомине застонал: «Женщина! У меня от твоих перепадов настроения голова болит! Момои свирепо посмотрел на него, — я же сказал тебе, что Кагами-кун ранен, и ты бросаешь ему вызов! Сейрин в ярости на нас! Затем она повернулась к Куроко, который восхитительно не протестовал под ее крепкими объятиями. — Я был неосторожен и сказал Аомине-куну, как найти Кагами-куна… А когда я не смотрел… Он… он… Куроко вздохнул и ласково потрепал расстроенную девушку свободной рукой. — Момои-сан не виноват, Аомине-кун должен взять ответственность на себя. Затем он добавил: — Я уверен, что мои старшие не сердятся на вас. В конце концов, Момои-сан всегда старалась изо всех сил. «Тетсу-кун» Момои растаял, как шоколад под солнцем. «Ух ты, какой опытный джентльмен за работой», — с благоговением подумала команда Туу. Аомине фыркнула: «Ах, всегда легче иметь дело с Сацуки, когда Тетсу рядом». — Кроме того, в этом инциденте Аомине-кун не единственный, кто ошибается. Он демонстративно проигнорировал возмущенное выражение лица Аомине. — Кагами-кун и трое других моих учеников будут наказаны за это. Например, температура в спортзале упала на несколько градусов. Момои нервно заерзал, — Хм, но… Кагами-кун, Фурихата-кун, Кавахара-кун и Фукуда-кун не виноваты. Кисе яростно закивал, он испытывал к ним глубочайшую симпатию как бывший ученик Куроко. — Чтобы хлопать, нужны две руки. — Сказал Куроко тоном окончательности. — В моих инструкциях совершенно ясно сказано, что они должны делать, а что нет. На это Момои и Кисе закрыли рот, в то время как Куроко не проповедовал о том, чтобы быть всегда правым и абсолютным вице-капитан Поколения Чуда никогда не был снисходителен к плохому поведению, которое компрометирует их игрока и команду. Кисе знал, что в прошлый раз его легко отпустили, потому что он был частью Кайдзю, для Кагами и ко, однако… В пределах полномочий Куроко было наказать их. — А теперь прошу меня извинить… Момои крепко схватил его за руку, — Тетсу-кун… Она бросила осторожный взгляд на Аомине и обратно, одарив его своими лучшими умоляющими глазами. Куроко задумался на три секунды, прежде чем обреченно вздохнул: «Кисе-кун… возвращайся к Кайдзю, чтобы получить свое наказание». Кисе выпрямился, — я позвоню Касамацу-сан позже. «Uuugh…no милосердие, как всегда. Команда Туу в унисон потерла глаза: «Он что, только что скулил? А эти воображаемые щенячьи уши и хвосты, которые мы сейчас видим? Кисе бросил на Аомине последний взгляд, прежде чем выйти из спортзала Туу. — Мне очень жаль, но..... Имаеси-сан, верно? Капитан, говоривший на осакском диалекте, криво улыбнулся. — Могу я одолжить Аомине-куна на несколько минут? — Почему ты спрашиваешь разрешения у Имаеси-сан, Тетсу? — запротестовала Аомине, прежде чем он успел ответить. Вакамацу зарычал, отвечая за него. — Потому что Имаеси-сэмпай — ваш нынешний капитан! Что ж, Имаеси полагал, что Вакамацу придется пожить немного дольше из-за этого замечания. — Я тебя не спрашивал! Имаеси проигнорировал их непродуктивный спор: «Конечно, Аомине слушает тебя лучше. Делай, что хочешь, лишь бы он вернулся к нам целым и невредимым. Конечно, он не мог прикоснуться к Аомине, но был чертовски уверен, что призрачный игрок понял намек. Куроко Тецуя прищурился: … Если у вас есть опасные игроки, мы будем еще более осторожны «. Улыбка Имаеси стала еще шире. — Ах ты, дерьмовый капитан, я же не собака! Он взвизгнул: «Тетсу, мое ухо! Мое ухо! Туу со смесью ужаса и смущения наблюдал, как их неудержимого туза выволокли из спортзала за уши, как капризного ребенка. Это успокаивало их сердца, как охлаждающий бальзам. А через десять минут их Туз вернулся, и их мозг закоротило, когда Аомине рассеянно подошел к баскетбольной тележке в углу игры и начал тренироваться в одиночестве. Никто не заметил, что их менеджер снова ушел в самоволку, слишком занятый, чтобы не пялиться на Аомине слишком открыто. Имаеси только вздохнул: «Мне действительно нужно попросить чаевых позже». И он думал, что Ханамия достаточно неуправляем для Кохая, тогда опять же Некоронованный генерал или нет, его не такой милый кохай считается мелкой сошкой, которая все еще играет в игры разума. Аомине просто снес свою попытку бульдозером, Туз был слишком апатичен ко всему. -Учитывая, кто был моим капитаном в средней школе, ты думаешь, я не узнаю таких, как ты? Очевидно, то, что сказал Имаеси, когда Туу попытался завербовать его, на самом деле не задело Аомине за живое, он знал, что задумал Имаеси. Зная, что за игрок Акаши Сейдзюроу, и его короткое взаимодействие с Куроко Тецуей только что, это было неудивительно. -Только что я облажался, показав свой цвет Шестому Фантомному игроку. — Ну, парень все равно заметит это в их будущем матче. Сейрин, на следующий день Появился Кагами, и он не осмеливался смотреть в глаза своим старшеклассникам. Особенно их Тренер и Куроко, потеющий под их взглядами. — Ну, ты выглядишь достаточно виноватым, чтобы мы больше не бранили тебя. — Заключил Рико. Куроко, который что-то писал в своем блокноте, вмешался: Если они доберутся до Средней школы, их ждет тренировочный лагерь, и Кагами знал, что он мертв. Рыжеволосый задрожал: «Какова вероятность того, что Куроко забудет мой долг?» Нет — это был парень с безупречным результатом в экзаменационном тесте, и если он помнит все до единого — йоши, не будучи сэнгоку отаку, как капитан, шанс был ничтожно мал. — Хм… Куроко… — Крикнул Кагами, когда остальные члены команды Сейрин начали растягиваться на полу, а сам сел на сцену своего спортзала, просто разминая руки. Тень приостановил разминку, — Да? — Ты уже знаешь, что я встретил Аомине. Он кивнул, выражение его лица по-прежнему оставалось пустым. — Хм… Он, кажется, отличается от других твоих бывших товарищей по команде, ну… немного похож на Кисе, так как он, кажется, высоко ценит тебя, но и не совсем так же?.. Куроко наклонился, вытянув руки, чтобы дотянуться до пальцев ног, пока Изуки помогал ему растягиваться. Заканчивают последний отрезок своего разминочного меню. — Это потому, что… — Аомине-кун был моим партнером и лучшим другом в средней школе. Тишина… — А?! Как ты можешь быть лучшим другом с этим придурком?! — Недоверчиво спросил Кагами. — Ну… ты дружишь с Кисе и Мидоримой, так что Аомине, я полагаю, не такой уж большой скачок. Он что-то пробормотал себе под нос. — Хотя я понимаю, к чему ты клонишь, пожалуйста, воздержись от сквернословия в моем присутствии, — сказал ему Куроко самым сухим тоном, на который был способен, и Кагами быстро извинился. — И это все? — Э-э… А как насчет света и тени? Он также рассказал мне эти… Куроко вздохнул: «Ах, это…» Наступило долгое молчание, растянувшееся, казалось, на целую вечность, и Кагами подумал, не превратятся ли Орлиные Глаза Идзуки-сэмпая в лазерный луч Супермена, потому что рыжеволосый почти чувствовал жар, исходящий от обычно спокойного старшего. Другие старшеклассники тоже выглядели так, будто хотели его съесть, серьезно — все, что рассказывал Тейко, было наземными минами в Сейрине. — Поскольку мы играем против Туу после Сейшинкана, я полагаю, будет справедливо, если все будут проинформированы об этом… Наконец Куроко сжалился над ними и прервал молчание. — Свет и Тень — это просто название комбинационной игры в Тейкоу, нашем самом стандартном курсе. Это не звучало просто… — В основном вращаются вокруг Аомине-куна и меня, так как он был тузом Тейко. — Добавил Куроко ровным тоном. — В основном это не так уж отличается от того, что я сделал сейчас, но… С фокусировкой на самом ярком игроке, свет… это затруднит мое неверное направление, и выносливость моей команды не будет истощаться так сильно. У нас также есть больше возможностей противостоять нашим противникам «. Фурихата в замешательстве нахмурился: «Хм… это немного странно, я думал, что Поколение Чуда — это неудержимая команда, так почему же они должны быть такими сдержанными в командной динамике?» Команда, полная монстров, игрок просто обязан был одолеть своих противников. Куроко вздохнул — такое обычное недоразумение. «Поколение Чуда» начиналось не как конечная команда, которой мы известны… мы работали, чтобы достичь того, что мы есть, как и все остальные». — В самом деле? — Недоверчиво воскликнул Кавахара. Кагами фыркнул: «Конечно, вы все это сделали, Поколение Чуда или нет, я не думаю, что вы родились с баскетболом в руках». Вот почему Кагами заслуживал того, чтобы быть Асом, как Киеси, несмотря на свой талант, он признавал тяжелую работу. Он также странно осознавал реальность того, что талантливые тоже усердно работают и оставят менее талантливого работягу в пыли, по сравнению со своим старым партнером, Кагами, по крайней мере, был более зрелым в этом отношении. Хотя именно из-за невинности и незрелости Аомине он верил в Куроко Тецую достаточно, чтобы оставить свою обычную должность, и именно поэтому Куроко так усердно работал, чтобы заставить Аомине сиять ярче. — Как сказал Кагами-кун, все начинают с нуля. Поколение Чуда начиналось как группа талантливых первокурсников в Тейкоу с достаточным потенциалом, чтобы продвинуть их до самого обычного места «. — Исключая тебя? — нахмурился Кагами. — Я аутсайдер, я не очень хорошо сдал экзамен на обычного игрока, поэтому начинаю с третьих струн. Кагами слышал, что большая школа сгруппировала своих игроков по навыкам, но до третьего места? — Я присоединился к команде только после того, как они выиграли свой первый интерсредний матч. Мы готовились к «Нэшнл» осенью, когда я выработаю свой стиль игры и заработаю место постоянного игрока». — Место, которое я не получу, если не Аомине-кун и Акаши-кун. -Хех?! Трудно было представить, что Аомине помогал Куроко, ну, нехорошему Куроко третьей струны. В конце концов, Аомине относился к менее талантливым игрокам, таким как Фури и ко, неуважительно, как к муравьям. Его голубые глаза сузились. — Аомине-кун не был таким, когда учился в средней школе. — Значит, раньше он был не таким придурком? Коганэй задумался. Куроко подавил желание улыбнуться. — Полагаю, это слово могло бы описать нынешнего Аомине-куна, но старый Аомине-кун — Баскетбольный Идиот, который думает, что мир — это солнце и радуга, пока у него есть баскетбол. Тишина… — Ты даже можешь назвать его чистым… Игнорируя его очень рано развивающийся интерес к определенной части тела женщины. — У него даже была очаровательная любимая теория, что тот, кто любит баскетбол, — хороший человек. На это Кагами и их старшеклассники тут же возразили: «Ни в коем случае, но-вааай — баскетбол или нет не определяет чью-то порядочность как человека». Трио первокурсников вспотело: «Почему наши старшекурсники и Кагами видят, что они должны так сильно это отрицать?» — Там группа головорезов из Мэйдзе, — сказал Идзуки. На виске Хьюги вздулась вена, — И есть один ублюдок из школы богатых детей, чье ироничное имя я предпочел бы не упоминать. — В тенистой части Лос-Анджелеса много крутых баскетбольных кругов, — пояснил Кагами. — Хорошие игроки или нет, но у некоторых из них работа не совсем честная. Моя учительница особенно тверда в том, чтобы не принимать расходные материалы от игроков, на которые она не давала разрешения. Даже если закуски или напитки были должным образом запечатаны в упаковке. Они были правы, а потом Куроко снова заговорил об Аомине, который тогда был еще совсем ребенком. Прежде чем мы уйдем от темы… — Как бы я ни был не согласен с политикой Тейко сейчас, нельзя отрицать, что благодаря ей мы стали такими же сильными, как сегодня. Само мое существование в качестве Шестого Призрачного Игрока зависело от того, что Тейко сделает все возможное для победы… — Из того, что я слышал, Тейко выиграл свой первый чемпионат в вашем поколении достаточно легко, чтобы сделать имя пяти вундеркиндам. Хьюга заметил: «Это информация из вторых и третьих рук, но было ли это так сильно преувеличено?» Глядя на Поколение Чудес, которые сейчас оправдывают свое название, трудно было поверить. — Общественное мнение так бы и сказало… — признался Куроко, — Но правда в том, что мы оправдываем свое имя только со второго курса… в то влажное лето Междуречья. Аомине-кун расцветает первым… — Второй год… — Рико подперла рукой подбородок, — Это из-за физического превращения ребенка в подростка или из-за чего-то еще? Глаза Рико расширились, когда она посмотрела на Куроко, который просто кивнул. 'Kuroko-kun…. Ты… — Мы предвидели, что это произойдет, но… Флэшбэк -Тренер Широгане, насчет Аомине-куна… Широгане Кодзо приостановил писать и искренне улыбнулся призрачному игроку. — Это благодаря тебе… и Акаши-куну, который вел их спереди и поддерживал из тени… независимо от того, насколько велик потенциал игрока, он обычно не расцветает так рано …» Он почти смирился с тем, что это происходит в старшей школе, когда они больше не находятся на его попечении. -Акаши-кун не такой зрелый, как ты, или, скорее… Он замолчал. — Он еще не видел мир таким огромным, как ты… Широгане Кодзу был одним из немногих людей в Тейко, кто знал его настоящую историю. Что ж, для человека с его связями это было неизбежно. — Тренер Широгане, — тяжело вздохнул Куроко, — зачем я вам понадобился? -Рано или поздно Аомине-кун поймет, что любви к баскетболу недостаточно… его огромный талант может стать клеткой, которая изолирует его. Куроко прищурился:…Это вполне возможно. В то время он не воспринимал тренера Широгане всерьез. Или, скорее, он так и сделал и переоценил себя, Аомине был в порядке после той небольшой беседы во время прогулки после школы. Куроко думал, что с Аомине все в порядке, но потом… соперник, на которого смотрел Аомине… сдался ему. -Единственный, кто может победить меня, — это я сам. Он, Акаши… Даже тренер Широгане переоценил себя, думая, что они способны справиться с неизбежным исходом воспитания огромного потенциала Поколения Чудес, имея в виду только победу. Конец флэшбэка — Мы выиграли наш второй чемпионат… в более плавном плавании, чем первый, благодаря Аомине-куну. Куроко закончил. — Остальная часть Поколения Чудес догнала нас вскоре после этого… и к нашему третьему году наш третий чемпионат подряд даже не стоит упоминания. Первокурсники Сейрин вспомнили непревзойденную скорость Аомине и свою беспомощность остановить его: «С таким зверем в команде, это точно». — Ты деморализовал всю баскетбольную команду средней школы, — сглотнула Рико. Это было не обвинение, а утверждение. Внезапно вялое и бесстрастное отношение его школьных товарищей по клубу обрело для Кагами такой смысл. Он сталкивался с Поколением Чудес одно за другим, но никогда не представлял себе, каково это — чувствовать себя на противоположных сторонах одной команды. Один из них уже был намного выше других тузов, команда, составленная из этих монстров… Они могли надеяться только на второе место. -Мы слишком сильны вместе… — Эту фразу сказал ему Куроко, самую высокомерную вещь, которую Куроко когда-либо говорил ему, и Кагами обнаружил, что эта фраза была простой правдой, а не хвастовством. — Хех! Что, черт возьми, за чушь «Единственный, кто может победить меня, — это я сам»? Кем он себя возомнил? — Туз Поколения чудес. — Уточнил Фурихата. — Он студент-спортсмен, а не гребаный профессиональный игрок, — прорычал Кагами. — Кагами… язык. — Извини, я имею в виду… — смущенно пробормотала рыжеволосая. — Я не знала, но теперь я знаю, какое большое дело в Японии — Поколение Чуда… Но там все еще есть уровень Colege и даже профессиональный уровень! Черт возьми! Это Япония — ну, не обижайтесь на Японию, но это не совсем выдающаяся страна, известная баскетболом! Только потому, что вы, ребята, уничтожили баскетбольную площадку средней школы… — Это не то достижение, которым мы гордимся, — невозмутимо ответил Куроко. — Ну, ты еще не на вершине мира! — Аомине силен, — крикнул Кагами, — и я знаю, как это паршиво — видеть, как игроки Средней школы так легко сдаются! Сейрин закатила глаза в унисон: «Говорит парень, который списывает японский баскетбол со счетов, прежде чем стать владельцем слишком много раз, чтобы сосчитать». Сейрин старшеклассники обыграли Кагами как команду, а когда дело дошло до индивидуального мастерства, он также был ниже Поколения Чудес. Кагами покраснел так же, как и его волосы: «Прости, ладно! Я уже раскаиваюсь! Но… я хочу сказать, что… Куроко! «Hai?» — Ты должен просто ударить этого придурка за то, что он идиот! Если ты думаешь, что он и твоя старая команда ошибаются! Рико вспотела: — Не знаю, как тебе жилось в Америке, но в Японии — особенно как спортсмену — нельзя бить тех, с кем не согласен. — Не говоря уже о том, что я не могу быть дикарем, как Кагами-кун. — ЧТО?! — И еще… Как бы мне ни не нравилась их нынешняя игра, я играю против них не для того, чтобы доказать свою правоту. — Торжественно закончил Куроко. — Тогда за что ты сражаешься? — нахмурился Кагами. — Я… В зале воцарилась тишина, и Кагами понял, что задал неправильный вопрос, который Куроко не был готов задать. Веселый голос разорвал напряженный воздух, вырвав их из задумчивости. — Почему все такие мрачные? Где мой теплый прием? Вмиг настроение подхватил веселый голос, требовавший внимания от их команды. Это была первая встреча Кагами с пышным и сильным деревом Сейрин. Чемпионат Лиги (Сейрин VS Сейшинкан) Сейшинкан ухудшился, в баскетболе средней школы не было ничего нового. Особенно для Туу, ведь Имаеси устроил тренировочную игру перед Интерхаймом, чтобы оценить их силу против команды национального класса. Они выбрали Сейшинкан просто потому, что это была такая же атакующая команда, как и у них, играть против железной стены Сейхо было бы больно, и Шутоку получил Мидориму. Однако они быстро пожалели об этом, потому что Сейшинкан так слаб, что Аомине легко раздавил их. В то же время они также погасили всякую надежду, оставшуюся в их тузе, что Баскетбольная трасса Средней школы станет вызовом тому, что он больше не будет в неудержимой команде. — Я все еще хочу, чтобы он пришел посмотреть этот матч с нами… В Лиге чемпионов эти две игры происходили в один и тот же день, но в разное время, так что зрители могли смотреть обе. Туу уже имел их утром против Мэйсэя, и Аомине быстро убежал, набрав 80 очков. Их туз даже не соизволил досмотреть матч до конца. У Сакурая, по крайней мере, хватило порядочности извиниться (опять же, это был Сакурай), что ему пришлось спешить домой, потому что его попросили забрать маленькую кузину из детского сада и посидеть с ней целый день. — Просто радуйся, что он придет. — Суза, — тихо пробормотал вице-капитан. — Он уже пропустил много предварительных игр… Момои вздохнул: «Мне жаль его, я думал, его настроение улучшится после того, как Тетсу-кун поговорит с ним». Щелевидные глаза Имаеси дернулись: … Я тоже так думал, Аомине остался на тренировку в тот день после ухода Куроко-куна. — Не такая уж большая практика, поскольку Аомине практически монополизировал один из своих переносных обручей и лениво бросал один мяч за другим, как прецизионная машина. Ленивая машина, которая не могла промахнуться. — И все же… Если Сейрин выиграет эту игру, они вычеркнут свою прошлогоднюю квоту… Вакамацу раздраженно скрестил руки на груди: «Я не очень доволен этим, мы задолжали Шутоку за прошлый год». Им посчастливилось оказаться в том же квартале, что и Шутоку в прошлом году. — Ну… Сейрин в рулоне, так что… А? В унисон все старшие игроки Туу наклонились вперед, не сводя глаз с центральной линии корта, где десять игроков выстроились для приветствия перед игрой. — Они ведь шутят, верно?! — О чем думает Призрачный Шестой Человек? Это не смешно! — У Тетсу-куна нет чувства humor…so Я не думаю, что… он шутит. На корте на стороне Сейрин была команда всех первокурсников, кроме их Стреляющего Охранника Хьюги. Скамейка Сейрин — Фурихата-кун выглядит так, будто вот-вот упадет в обморок. — Он раскачивается, как будто его вот-вот унесет ветром, — сказал Идзуки, сияя своим товарищам по команде. Коганэй, похожий на кота игрок Сейрина, раздраженно посмотрел на него. — Пожалейте наших первокурсников… это их первая официальная игра. — Фукуда-кун выглядит самым спокойным. — Но он все равно сильно потеет, — заметил Цучида. Рико пожала плечами: «В суде огромное давление, лучше бы им сейчас с этим смириться. Официальная игра отличается от практической игры, они не так плохи, как если бы мы просто использовали их с места в карьер… но вся близкая игра против Сейхоу и Шутоку научила нас, что мы не можем оставлять нашу печальную скамейку запасных слишком долго на всем пути к Национальной сборной «. — Сейшинкан выглядит взбешенной… Они думают, что мы их недооцениваем, — пробормотал Кагами. — Мои ноги больше не болят, так что… Рико ударил его за это: «Заткнись, Бакагами! Вчера мы ходили на обследование, и врач сказал, что ваши ноги еще не полностью восстановились! Если ты не чувствуешь боли, это еще не значит, что ее не будет, когда ты будешь играть! Кагами сдулся на это: «Мне очень жаль… Но Сейшинкан». — Мы не недооцениваем их, мы пробуем новую наступательную стратегию. Куроко-кун предлагает это, потому что он замечает, что Фурихата-кун — совсем другой человек, чем Идзуки-кун. — Интересно, разумно ли выставлять Фурихату-куна сейчас? Цучида задумался. Идзуки пожал плечами: «Куроко решает это ради нашей команды». Их тень была тем, кто больше всего думал о своей команде, так же как и их тренер и капитан. Если они все это одобряют, то сомневаться в этом нет причин. Фурихата Коуки почувствовал, как его желудок перевернулся, спина похолодела, и в тот момент, когда он вышел на корт, на него навалилась невидимая тяжесть. Он нервничал, играя в тренировочных матчах, но по сравнению с ними это давление казалось легким похлопыванием по спине. Просто добраться до центральной линии вместе с Кавахарой и Фукудой уже действовало на нервы. — Все в порядке, все в порядке. — Сказал их капитан, хлопая их по спинам так сильно, что они чуть не спотыкались. — Я прикрываю твою спину, так что любая корзина, которую получат наши противники, будет возвращена мной должным образом… Услышав это, они почувствовали облегчение. — Хотя я бы предпочел, чтобы вы этого не делали… получил его в первый год? Мне все равно, Король это Запада или кто-то еще, но как игрок Сейрин ты должен выкладываться по полной! «Hai!» Куроко выскочил рядом с ними, каким-то образом удивившись тому, что его голос принес утешение. — По сути, капитан говорит, что, поскольку мы все из Сейрина, он доверяет вам выкладываться на 120%, как обычно. — Но Куроко… Фукуда сглотнул: «Это страшно…» Они были проинформированы об их плане, они знали свою роль и усердно тренировались для этого. Однако они все еще боялись потерпеть неудачу и разочаровать своих старших. После нескольких тренировочных матчей перед отборочным раундом их стремление к корту и мячу успокоилось, так как они знали, что еще недостаточно хороши. — Все в порядке. Куроко, ветеран их команды, явно не разделял их чувств. — Мы привели вас в суд не только для того, чтобы выиграть, но и для того, чтобы расти и получать удовольствие… и я верю, что вы сделаете все возможное ради нашей команды. Конечно, они это сделают! Это был основной принцип Сейрин, Куроко безошибочно вбил его им в голову. После всех тренировочных матчей с Куроко и просмотра официальных игр, которые он играл с их завсегдатаями, они знали, что бояться нечего. Они не будут часто видеть его, но он был вездесущей тенью при дворе, которая всегда будет поддерживать их. Фукуда был самым высоким, и, глядя на высокий Центр Сейшинкана, который был примерно того же роста, что и Кагами, он знал, что наводка была проигранной битвой. Поэтому, когда он прыгал, он не сводил глаз с мяча, чтобы не протянуть руку, а внимательно следил за тем, куда он полетит. Куроко наблюдал, и малейшая зацепка, независимо от того, как рано, была ценна. И так как Куроко мог двигаться на один-два-три шага впереди всех игроков на земле к мячу, потеря первоначальной наводки ничего не значила, если тень знала, куда летит мяч, и крала его вместе с течением игры. Фурихата поймал мяч, который перешел к нему, грубая текстура мяча немного успокоила его, когда он бросился вперед. — Сохраняйте спокойствие, наблюдайте за своими товарищами по команде и обороной с другой стороны… — Это был человек к человеку, и они поставили двоих на капитана Хьюгу, типично, поскольку они забыли о Куроко —по иронии судьбы нашем самом опасном игроке, — но это означает, что они уже списывают игроков Сейрин как низших и уверены, что переиграют их по отдельности. Итак, по какому маршруту он должен идти? Флэшбэк -Фурихата-кун, ты знаешь, в чем разница между тобой и Идзуки-сэмпаем? — Я… у меня нет Орлиного глаза, и мне все еще нужно улучшить свой дриблинг и стрельбу? Куроко вспотел. — Хотя ты все правильно понял, я не это имел в виду… -Э-э? -Ты создан для другого типа стиля… — Сказал Куроко, лениво крутя баскетбольный мяч на кончике пальца. — Честно говоря, ты совсем не подходишь в качестве ПГ для стиля Сейрин «Беги и стреляй», ты слишком осторожен и не умеешь быстро принимать решения. Фурихата чувствовал себя так, словно кирпич за кирпичом падали ему на голову, Он знал, что робок, и именно поэтому его страсть велела ему быть мужественным и стремиться быть лучшим в чем-то! И все же — было больно слышать это от Куроко. С другой стороны, трио первокурсников было предупреждено о грубом и беспощадном наставничестве Куроко. Это был парень, который провел три года в непобедимой школе, у них было так много членов, и их динамика была ближе к профессиональной команде, чем к школьному клубу. -Это значит, что ты подходишь для противоположной, медленной игры. -Значит, расслабляющая игра… -Я не это имею в виду. Куроко мгновенно опроверг это. — Помнишь Цугаву-куна из Сейхоу? Фурихата кивнул: «Несмотря на то, что Кагами-кун сильнее и выносливее, он быстрее всех устает в первом тайме. Защита Цугавы-куна от давления не только блокировала игру Кагами-куна, но и заставила Кагами-куна превзойти себя. Он нервно сглотнул. — Могу я повторить это с моим баскетбольным мячом? -Да, тебе еще рано делать это в одиночку. На это он сдулся: «Но с помощью всех ты это сделаешь». Конец Флэшбэка У него на спине были товарищи по команде, он не мог потерпеть неудачу! Трибуны, команда Touou Счет полз вверх черепашьим шагом, что совсем не походило на игру между двумя атакующими командами. Это действительно сбило Имаеси с толку. — У Сейшинкан есть преимущество. По словам Сузы, на данный момент счет в первой четверти с оставшимися 2 минутами был 7-12. Момои согласилась, делая пометки в своем блокноте. — Новички довольно хороши, их бейсик солиден… для маленькой школы подготовка Сейрин так же хороша, как и для национальной классной школы. Их тренер Аида Рико — студентка, но она также дочь бывшего центрового национальной команды «. Также не было бы натяжкой сказать, что она имеет сходство с Момои с точки зрения мастерства, но делает это скорее как тренер, чем как менеджер. Она прищурилась. — Если она продолжит поправляться, Аида Рико может стать кем-то вроде тренера Широгане. — Я знаю, что нужно ожидать неожиданностей, но… Имаеси замолчал: «Сейрин не нужно было идти до конца в противоположную сторону, как они обычно играют». — Да, но для них это не так уж плохо, — сказала она, прищурившись. — Более медленный темп означает, что эффективность дезориентации Тетсу-куна продлится дольше. И еще… На корте наступательная игра Сейшинкана была прервана кражей у Куроко. — Сейшинканы недооценивают Сейрин и провоцируют ее на опрометчивую атаку. Так что с таким медленным темпом их первый год был создан, Сейшинкан… — Перегружают себя, чтобы получить больший отрыв. Имаеси закончил: «В своей спешке они забывают, что у Сейрина все еще есть игроки второго курса, свежие и готовые в следующем квартале… какой жестокий стратег у Сейрин. Он взглянул на Момои, — Хотя рискнуть использовать первокурсников, чтобы провести их первую официальную игру против Сейшинкан… Скорее всего… Куроко Тецуя… Момои мило покраснела, — я снова влюбляюсь! Она выплеснулась наружу, и игроки из Туу медленно отошли от фейерверка сердец и искр. -А — А — а… он самый лучший, раз зашел так далеко в ожидании моего анализа! Как и следовало ожидать от человека, которого я люблю! Затем ее глаза сузились, на губах заиграла ухмылка. — Но Тетсу-кун, такой вызов просто зажег во мне огонь, который превзошел твои ожидания. Пока их талантливый менеджер уезжал в свою страну лала, Вакамацу не мог не прокомментировать ситуацию. — Должны ли мы обижаться, что наш менеджер относится к матчам как к флирту? — Я не понимаю девушек. — Я думаю, это просто Момои. Начиная со второго тайма, Сейрин начал подменять свой первый год рядом начинающих игроков. Начал с Идзуки Шуна, который набрал темп обычного стиля бега и стрельбы Сейрин, а затем Митобэ. Сейшинкан играл так, словно кто-то только что подтянул под себя ковер, убаюканный медленным темпом первого тайма, у них не было никаких шансов. Сейрин победил со счетом 76-69, что было больше, чем у Сэйхо и Шутоку. К тому времени, когда игра против третьего короля Токио закончилась, Сейрин получила название Мятежной Звезды, которая свергла трех Королей Токио. На обратном пути в Сейрин Небо было мрачно-серым, словно отражая настроение их туза. Никто, кроме троицы первокурсников, не смотрел на угрюмого Кагами, занятого поиском зонтика, который они приготовили из своей сумки. — Мои ноги уже в порядке. Кагами безуспешно пытался убедить свою команду, но ему оставалось только продолжать попытки. В левой руке он держал мини-баскетбольный мяч, отрабатывая ловкость рук в автобусе. Если бы не эти занятия, он бы уже сошел с ума от скуки. — Пожалуйста, позволь мне сыграть на следующей неделе… сэмпай-тати… — Семпай… Кагами действительно выглядит так, будто хочет заплакать. — Сказал Фурихата, внутренне он был впечатлен их старшими, и Куроко совсем не выпучился от всех просьб Кагами. К несчастью для Кагами, второкурсники и Куроко уже ожесточились от мольбы Киеси. У их второго туза была лучшая версия щенячьих глаз, и они терпели его нытье о том, что их не пускают больше полугода. Их капитан вытащил синий зонт и открыл его как раз в тот момент, когда начали падать капли воды. — Это для его же блага. Хьюга холодно сказал: «И это всего лишь еще одна неделя, после этого Кагами будет позволено заставить эти бедные ноги двигаться, чтобы избавиться от скованности». Рико кивнула, изящно держа свой ярко-зеленый зонтик. — Если он будет хорошо себя вести, мы выставим его на матчи против Туу. Услышав это, Кагами оживился: «Семпай… Тренер… БЛАГОДАРЮ ВАС! Такой чистосердечный Баскетбольный Идиот, вот почему они его любили. Они чувствовали себя немного виноватыми, играя с этим парнем в кнут и пряник, но это было для его же блага. Тем более что Кагами дал понять, что знает свой предел и играет небрежно, не обращая внимания на все остальное, если они не держат его на земле. Им не сказали, как Поколение Чудес превратилось в монстров, и ни один взрослый в Тейко не остановил их, но Куроко сказал, что спортивный комитет Тейко больше заботился о победе, и одного этого было достаточно, чтобы Рико и ее второкурсники пришли к выводу, что люди, которые предполагают руководить Поколением Чудес, выпустили их на свободу. В обмен на славу они бросили этих детей. Вот почему, когда Кагами приземлился к ним на колени — они все еще не могли поверить в свою удивительную удачу, — они сделали все, чтобы позволить ему расцвести в полную силу, но в то же время убедились, что он знает свой предел и границы. Они были там, чтобы он мог на них положиться. Они также сделали это для Куроко, потому что знали, что повторение Тейко снова сломает мальчика. Рико никогда не могла избавиться от булавочного укола, похожего на боль, которую она испытывала всякий раз, когда Куроко общался со своими бывшими товарищами по команде, зная, как он был убит горем за них и как сильно пытался вернуть своих друзей. — А, это собака. — Монотонно произнесла их тень, отрывая игроков Сейрин от их размышлений. Они повернулись в сторону и увидели сцену, которая выглядела так, словно была вырезана из старой школьной манги. Шел дождь, в коробке лежал милый щенок с надписью «Пожалуйста, позаботься обо мне». Куроко сидел на корточках перед маленькой собачкой с голубыми глазами, черно-белой шерстью и лапал свою коробку, чтобы дотянуться до их призрачного плеера. Куроко на мгновение заколебался, прежде чем поднять щенка с коробки. — Куроко! Держать щенка, как вы сказали… Ну… Их Тренер рванулась вперед и взяла щенка в свои любящие объятия, воркуя детским лепетом, а на заднем плане распускались цветы. — Ой, милашка-пирожок! Ты такой пушистый, откуда взялся чу? Кьяа~» Куроко, будучи джентльменом, поднял зонтик над их восторженной каретой. — Тренер… он очень милый. — Правильно! Рико согласилась, по-совиному моргая от знакомых голубых глаз, которые смотрели на нее с восхищением. — Хм, эта собака кажется мне знакомой… Баскетбольный клуб Сейрин в унисон переводил взгляд с щенка на их тень. -ГЛАЗА! ВСЕ ДЕЛО В ГЛАЗАХ! Каков был шанс найти собаку, похожую на вашего товарища по команде? — Это должно быть предопределено судьбой! — Заключил Идзуки, сияя вместе с их Тренером. Там была собачья версия его любимого кохая! Коганэй присоединился к драке: Тогда мы назовем этого щенка Тецуя Нигу! — А-а-а, почему ты его так назвал?! Теперь мне кажется, что собака у нас уже есть! Мы не можем уйти! Пожаловался Хьюга, не то чтобы он думал, что они могут бросить щенка, который так похож на Куроко. Цучида пожал плечами: «Ну, я знаю, что бабушка и дедушка Киеси любят домашних животных». Киеси сказал им, что у него была собака, но она умерла несколько лет назад. Центр планировал получить еще одного из приютов для животных, но его травма отменила этот план. — Я думаю, Киеси-сан не будет возражать против собаки, и мы можем… — Се… Сэмпай, помоги! Ка… — сдавленный голос Фурихаты отвлек их внимание от щенка, и они увидели, что трио первокурсников в беде. Кагами прятался за спиной Фурихаты и выжимал жизнь из бедного мальчика своей железной хваткой. Фукуда и Кавахара безуспешно пытались заставить Кагами отпустить их ПГ. — Кагами, что с тобой?! — Ду-дог! Я не гожусь — с ними… Тигр из их команды испугался щенка, который даже не достигал его колена, и были ли это слезы, которые они видели в его глазах? — Кагами! Фурихата багровеет! Коганэй завыл, когда они с Митобэ бросились спасать своего бедного младшего. — А теперь она зеленая! Резиденция Киеси, 10 вечера Технология сделала дружбу на расстоянии удобной даже для того, кто не привык поддерживать контакт. Это было его оправданием, чтобы вообще не связываться со своими старыми друзьями, теперь же, с удобством онлайн-видеозвонков и социальных сетей, стало ясно, что он просто не хочет встречаться со своими старыми друзьями. А еще лучше — забыть о его существовании. Не то чтобы он оборвал все контакты со своими старыми друзьями и знакомыми, просто со своими собратьями-атетелами. Он еще не сбежал от своих товарищей по команде Тейкоу и верил, что только после того, как вернет своих школьных друзей, сможет постоять за своих старших друзей. — Тетсуя, ты еще здесь? — Ах да, так… ты скоро вернешься в Японию? — вырвал Куроко из задумчивости. — Спросил он в ответ, на экране его ноутбука был Химуро Тацуя, талантливый японец, которого они встретили в Лос-Анджелесе. — Через несколько недель, — кивнул Химуро, — и я уже запишусь в «Юсен». — Заверил он Куроко. — В самом деле, если это лучшая баскетбольная команда в Аките, я присоединюсь к ним без всяких подсказок. Ты слишком беспокоишься за этого Мурасакибару-куна. — Из всех моих старых товарищей по команде я действительно беспокоюсь о нем больше всего. Его интерес к баскетболу никогда не был стабильным, и всякий раз, когда они с Акаши спрашивали об этом, Мурасакибара упоминал, что его Тренер часто злится. По-своему все его собратья по Поколению Чудес имели свою незрелую сторону. Кисе и Аомине были похожи в своей жажде веселой игры, в отказе Мидоримы выйти из своей скорлупы и в Акаши… — Но я буду твоим соперником. — Разве ты не этого хочешь? Теперь, когда у меня в команде твой младший брат? Услышав это, Химуро успокоился: … Как он? Тайга… Шун написал мне по электронной почте, что он ранен и ведет себя довольно трудно со всем своим нытьем. — На пути к выздоровлению… однако он не самый лучший пациент. То, что произошло с Аомине, уже было водой из-под крана, потому что после их разговора стало очевидно, что у его бывшего партнера не было злого умысла. Это было обычное дело с тех пор, как его расцветающий талант начал иметь неприятные последствия для Аомине, он набросился на него, не думая и не осознавая, что делает с другими людьми, если ему не говорят. Это не помогло, Аомине был слишком горд, чтобы извиняться, Куроко просто надеялся, что Аомине не попытается сделать что-нибудь глупое во время их игры из-за этого. — Типично для Тайги… Химуро раздраженно вздохнул: «Кстати, о травмах, как Кийоши-кун? В последний раз я слышал о нем, что он выздоравливает. — Дуется, потому что мы даже не пригласим его на наш матч… Химуро рассмеялся на это: «Хотя он понимает, что нужно не показывать наши руки раньше времени, а также акклиматизировать его обратно в нашу новую команду, требуется время… он просто ничего не может с собой поделать. — …Он, должно быть, подвозит Хьюгу-куна к стене больше, чем обычно. Химуро так и не получил шанса сыграть Киеси, парень довольно часто приезжал на их игру в Лос-Анджелес в инвалидной коляске. Жаль, Киеси был потрясающим игроком. — Все в порядке, Кагами-кун превзошел Киеси-семпая, когда дело дошло до того, чтобы свести капитана с ума его последним трюком. ХИмуро вспотел: «Пожалуйста, позаботься о нем, Тайга слаба, но я знаю, что ты сделаешь хорошую работу. Я постараюсь подружиться с Мурасакибарой-куном, как ты сказал, но я не уверен, что кто-то вроде него может быть другом такого баскетбольного идиота, как я. — Не беспокойся…. Он был моим товарищем по команде, большинство его друзей — баскетбольные идиоты. Также… Любимая теория Мурасакибары-куна состоит в том, что все, кто делится с ним закусками, — хорошие люди. Химуро вспотел при этих словах: «Ладно, так что подобраться к нему легко… И все же — не слишком ли он уязвим, если кто-то хочет скормить ему что-то опасное? Похоже, он будет очень требователен к обслуживанию. — Все мои бывшие товарищи по команде очень требовательны к обслуживанию. — И еще, Химуро-сан, — сухо признал он, — ход твоих мыслей опасен, как всегда. — Ну что ж, мне все равно интересно подружиться с таким потрясающим игроком, как он, и… просто считай, что я отплачиваю Сейрин за то, что она так заботится о моем младшем брате. — Сказал Химуро, и печальная улыбка изогнула его губы. — Если бы я следил за своим большим ртом… Тайга мог бы стать лучшим игроком, но я обременяю его ненужным эмоциональным багажом из-за своей слабости». Он замолчал, увидев мрачное выражение лица Куроко. — Мой брат огрызался, когда я не смотрел, мое бездействие и пара строк, которые я бездумно скормил ему, когда мы были молоды, косвенно являются причиной этого. — Сказал он голосом, более сухим, чем пустыня Сахара. — Ты просто просишь брата отнестись к тебе серьезно. Что Кагами и должен был сделать, рыжая голова не была полностью безупречна во всем этом испытании. Конечно, Химуро мог бы быть спокойнее и лучше сформулировать свое желание, но Кагами не должен верить, что их братство было для Химуро менее важно, чем баскетбол. Кагами должен был знать после многих лет общения с Химуро, что старший мальчик был черносотенным парнем, чье лицо не соответствовало его настоящей личности. Химуро вспотел от этого, он сблизился с Тетсуей из-за их схожих, но не совсем обстоятельств с фигурой младшего брата. — Правильно… Он не мог пожаловаться Тетсуе на свою неудачу в качестве старшего брата, потому что Тайга все еще была права, как дождь, по сравнению с Сэйдзюро Тецуи. В котором, судя по описанию Идзуки, молодой Акаши большую часть времени казался идеальным отличником, но как только вы доберетесь до его плохой стороны, вам лучше бежать на другую сторону холма. — Между прочим… Тетсуя~ Им лучше уйти от их общей щекотливой темы. — Почему у тебя на коленях клон в форме собаки? Пес игриво тявкнул на Химуро, радостно виляя хвостом. — Мы нашли его несколько часов назад, его зовут Тецуя Нигу. Химуро вспотел: «Как творчески с твоей стороны». Сейрин и их смысл имен никогда не меняются. — Между прочим… когда ты расскажешь Шуу о своей старой команде? Ребята в нашем районе стритбола все до смерти напуганы тем, что частота его расхаживаний, как у хищника в клетке, увеличилась за последние несколько недель. Куроко заставил своего бывшего капитана пообещать не спрашивать, во что превратилась его старая команда, не то чтобы он пытался скрывать это вечно. Если Нидзимура разозлится еще больше, когда в конце концов узнает об этом, то это тоже прекрасно. Куроко выглядел обиженным: … Я просто хочу задержать извержение Нидзиямы. Химуро усмехнулся. — Если он узнает, что мы сделали, — тень отвел глаза от экрана, — я боюсь, что он вылетит следующим рейсом в Токио и избьет нас всех. Они заслужили это и даже больше, но Куроко предпочел бы принять это предложение от Нидзимуры после того, как он постучит какой-то смысл в остальном Поколении Чудес в суде. — По крайней мере, я думаю, он пощадит тебя. — Он оставил команду Сэйдзюроу, а я… это коллективная ответственность. Во всяком случае, они с Сэем получат еще по бутерброду с костяшками пальцев. Не помогло и то, что жизнь в Америке по какой-то причине удивляет и без того короткий запал Нидзимуры. — Мой обожаемый кохай~ Вы знаете, что произойдет, если вы… — Кий фон потрескивает суставом. Пока он жив, они с Акаши отказывались признавать, что их немного пугают угрозы, которыми Нидзимура швырялся, как конфетами, в основном в Аомине и Хайдзаки в средней школе.