Ветер воспоминаний уносит тоску

Сколько вы знаете развитий отношений? От ненависти до любви, или же от друзей до возлюбленных? А как-же любовь с первого взгляда? Наши герои познакомились совершенно случайно, но от незкомцев до друзей пол шага, а от приятелей до объектов воздыхание ещё меньше. —————— Алый закат освещал белую комнату. Королество свободных ветров. Пение птиц, разливающиеся вино и звон бокалов. Опять веселье, пляски. Редко такое происходило в стенах крепости, хоть и сам наследник был не прочь повеселиться. Ох, забыли представить. Барбатос — король свободных ветров, а для своих подчинённых обычный парень, по имени Венти. Его пение любили все. Весёлые баллады про горы, другие регионы, и о отважном путешественнике, что когда-то ступил на их земли. Его одежда белая, как снег. Шортики за лямках, шёлковая блузочка, с рукавами «епископ», чулочки, и ботинки. А на голове красуется цветок, с изящной короной, со вставками голубого цвета. Вся одежда светлая, лишь на кулоне и выше упомянутом головном уборе есть отдельные цвета. Эта заколка в виде бутона и амулет был подарком от старого друга. Память о былом времени. Ему не хотелось вспоминать это, снова видеть смерть товарища, но честь, память не позволяли снять. Он любил развлекаться, иногда забывая про свой долг юного правителя, уходя пару дней в себя, оставляя все обязанности на кого-то. Но, в случае опасности, город всегда защищён. Охраной всегда выступал его покорный друг и слуга, дракон Двалин. Хранитель четырёх ветров. Под распоряжением короля была целая армия, именуящая себя Ордо фавониус. Если вдруг юноша не мог составить план, или же снова уходил в себя, пропадая на пару дней, Магистр Джинн заменяла его, помогая королевству. Перейдём обратно к празднику. Люди с двух держав танцевали вместе, выпивая сладкое вино. Царь горы, или же каменное величие Моракс, решил наведаться к своему старому знакомому. Сидя вместе в кабинете, попивая алкоголь, мужчина рассказывал о своих торговых делах, упоминая и самую Снежную королеву, её величество Царицу. Столица ветров была поспокойнее, хорошее место для жизни. Торговые пути были открыты, а сам город держался на алкогольной индустрии. — Знаешь, Барбатос. — произнёс глава гео элемента, поставив бокал с недопитим вином на стол. — Ты сможешь перевоспитать человека? Дать повод для свободы? — Нууу. Моракс, я не буду обещать, но с моим народом. Возможно. А что такое? Обычно таких вопросов я не слышал. — тихо посмеявшись, остатки вина были выпиты залпом, так же поставив на маленький белый столик. С таким обществом можно было забыть обо всём, пуститься в веселье, наконец-то почувствовать свободу. Те, кто был в отчаяние, приезжали сюда, оставляя всё позади. А сам юноша мог перевернуть личность самого печального страдальца, показывая все краски жизни. — Один из моих подчинённых совсем отдался своей работе, я надеюсь, ты сможешь его отвлечь. — доставая из кармана мешочек с деньгами, положив на диван. Это был не просто человек, а один из его приближенных. Тот, что всегда защишал город ценой своей жизни. — Ой, неужели кто-то из твоих? Я не уверен, они все какие-то роботягиии, с ними так сложнооо. — проговорил мальчишка, смотря на него такими глазками, поправляя свой цветочек на волосах. Он знал лишь одного парня, и возможно, ради него и попытался бы. Защитник Якса, а в народе охотник на нечисть. Анемо мальчик, что был готов душу отдать за город. Виделись они лишь дважды, и то по счастливой случайности. За стенами города густой лес. Там темно и при свете дня, из-за чего монстров больше, чем народа. Гуляя по этим местностям, на ещё юного Венти напала орда нежити. Он уже хотел попрощаться с жизнью, как рядом оказался этот юноша, один разом убив всех. Ни слова не сказав испарился в воздухе, оставляя лишь после себя воспоминания. Вторая встреча произошла так же, но принц уже был постарше. Эти чудовища снова окружили его, но сделать ничего не успели, как были затянуты в глаз бури. Разворачиваясь заметил, как что-то быстро промелькнуло мимо и напало на врагов, а среди криков и хрипов послышался его голос. Парень в маске так заинтересовал юношу. Эти прекрасные волосы, голос, боевые умения. — Как зовут тебя, странник? — чёткий вопрос, в ответ на который лишь немой взгляд янтарных глаз. То, что загораживало лицо пропало, давая осмотреть милые черты. Их взгляды пересеклись, но тот больше ничего не сказал, снова исчезнув. —Да. Да хранит тебя ветер.— И на этом их встречи закончились. Оба и имён друг друга не знали, лишь голос, что врезался в голову. — Пойми, Барбатос, ты наша последняя надежда — и действительно, попытки были бессмысленны. Все пытались его переубедить, дать повод для нормальной жизни, для счастья, но не выходило. «Без выполнения долга, моё существование не имеет смысла», были его словами. — Ладно, по старой дружбе, Моракс. Покажешь, хоть кто это? — послышалось тихое имя. Сяо. Один из самых приближенных к нему людей, которому нужно помощь. «Тот самый», пролетело в голове юнца. Тёмные волосы и глаза, цвета кор ляписа. Одежда двух цветов: чёрная и бирюзовая. На нем надет костюм, который идеально подходит для незаметной ловли демонов и не привлекает к себе никакого внимания. В глазах людей других стран, он может показаться слегка загадочным, из-за его непривычного образа, но это своего рода изюминка. Чёрная жилетка на пуговицах, а под ней некая спортивная рубашка. Один длинный рукав, которым можно было закрыть брызги крови. А его ткань на поясе — специальный заказ от Чжун Ли, подарок на его день рождения, хоть он и не любит его праздновать, эта лента стала по-настоящему дорога для него. Ярко переливающаяся, словно поля с глазурной лилией, напоминает ему о радостных мгновениях в его жизни. Было тихо. Ни слова вымолвить не мог. Ему было сложно находить где-то, где много народу. Внизу люди, но самое главное, что перед глазами два правителя. Дыхание остановилось на пару секунд, воздух стал тяжёлым и твёрдым. Не вздохнуть. На Алатуса как будто что-то надавило со всей силы, парень упал на колени, испачкав белоснежный кафель смесью крови и грязи. Падение копья сопроводилось звонким, чётким звуком. — Я. — он и слова сказать не успел, как к нему подошёл Венти. Сев на корточки, теплые ручки подняли за подбородок, нежно водя по линии челюсти. Оставались еле заметные красные следы, раньше к нему никто и на пару метров не подходил, а тут прикосновения. Вокруг юноши была такая странная, тяжёлая и болезняя аура, находится рядом просто невыносимо. В ответ лишь улыбка, нежная и ласковая. Голубые глазки настойчиво пытались поймать бегающий взгляд. — Не вежливо так себе вести, посмотри на меня, Сяо — с ухсмешкой произнёс молодой человек, заправляя его растрепанные, небрежные волосы за уши. Из-за волнения он не мог как-то реагировать, просто замерев в ожидании чего-то. Ореол ощущений вокруг якса стал ещё более напряжённым. Тяжко находится рядом, но правитель не отступал, похлопав его по плечу. — Отдохни пока. — взгляд золотых глаз упал на Чжун Ли, что сидел на диване всё это время, наблюдая за их взаимоотношениями. Так же, обернулся и Барбатос, с милой улыбкой смотря, как будто говоря «Объясни ему всё». — Ты остаёшься в Мондшате на неопределённый срок, это не оговаривается, теперь будешь под контролем Барбатоса. Это для твоего же блага — спокойным тоном произнёс мужчина, вставая с дивана. Но, ответа он так и не услышал, ведь ушёл. Охотник на демонов совсем ничего не понял, единственное, что крутилось в голове, его по сути продали. Некое перевоспитание в городе выпивки, песен и свободы. Мир как будто рухнул, а голова снова опустилась, закрывая лицо кровавыми руками. За что с ним так? Это и есть кара божья? Находиться здесь просто отвратительно. Куча людей, пьяниц. Тошно. — А теперь здравствуй. Меня зовут Барбатос, для тебя я просто Венти. — с милой улыбкой произнёс юноша, спустив свою руку к груди. Лёгкий ветерок подул на него, проявляя анемо знак, в качестве привязки. Договор был в том, что парень не мог покидать границы Мондшата, пока не поймёт, что значит быть счастливым. Но сам охотник не мог встать на ноги, он так и сидит, как застывшая статуя, не имея возможности подняться с белоснежного пола. Его как будто прижимало чей-то грубой рукой. Подняв свои глаза, в них читалась злоба, отчаяние и боль. Неужели Моракс продал Якса другому правителю? Неужели он ему уже не нужен? Парень всё ещё в ярости, которая никак не отступает. Потеряв самообладание, рука потянулась к копью. Хотелось разгромить здесь всё, сломать бетонные стены в маленькую крошку, и в ней же закопать наследника. Одним резким ударом повалив брюнета, а остреё нефритового коршуна оказалось у трахеи. Животный взгляд, как будто на бедного оленёнка напал кровожатный волк, что сейчас разорвёт его на кусочки. Еле сдерживал себя, чтобы не воткнуть ему орудите в шею, заставляя глубоко вздохнуть и медленно выдохнуть. — Что это всё значит? — тон, срывающийся на крик и шипение. Желание разбить его черепе выражалось агрессией в голосе. Он считал, что это нечисть какая-то. Наложил свою привязку, хотя знал, что тот верный «Каменному величию». Барбатос смотрел на него, и единственное, что читалось в взгляде, это страх. Так много, что можно захлебнуться. Тихим, напуганным голосом произнеся имя Чжун Ли, стараясь как-то призвать обратно. Сработало. Сяо, почти в прямом смысле, оторвали от главы города. Стараясь успокоить, тот, как маленький ребёнок вырывался, пытаясь выйти из крепкой хватки. — Успокойся! Тебе надо нас выслушать! — успокоить его была задача не из простых. Кинув на диван, молодой человек начал медленно приходить в чувства, снова опустив голову. Сам то мальчик был в порядке, шею не задели, лишь пару ушибов. Когда тело адепта остыло, а мысли пришли в норму, ему всё рассказали. Рекс ляпис давно хотел, чтобы тот стал более. Социальным. Хоть на некоторое время отдохнул, завёл новые знакомства, понял, что значит жить в радости. Алатус, понимая свою оплошность, опускает взгляд вниз, закусывая нижнюю губу до крови. — Прошу меня простить, господин Барбатос. — проговорил юноша, сжимая челюсть от злости к самому себе. Такая большая ошибка заставила залиться красным цветом. Уши и щеки горели от стыда. В ответ лишь молчание. Глава Ли Юэ снова ушла, а парень так и молчал, сев рядом. Ещё раз заглянув ему в глаза, обхватывает руками за плечи и притягивает к себе, рассплываясь в милой улыбке. — Я научу тебя свободе. — тихо хихикнув, сказал Венти. Да, рядом с парнем было так тревожно находится, как будто вот-вот что-то произойдёт, но, раз дал обещание, надо выполнять. Так и прошло их знакомство. Неудачное, но всё же. Юноша всегда сидел в комнате, выходят только тогда, когда из людей оставался лишь наследник. В комнате всегда чисто, ну, без учёта того, что постельное в крови. Чёрной, как уголь, но и обычной, человечиской. Месяц за месяцем проходил, а оба открывались друг другу. Сердце замирало, когда снова взгляд падал на него, а на лице появлялась дурацкая улыбка. Он заменил ему друзей, семью, радости в жизни. Парень ценил время, проведённое с ним, особенно прогулки вечером по полям, получая последние лучи теплого солнца. Сослали Якса с целью того, чтобы он стал более социальным, завёл новые знакомства. Разговор у него завёлся лишь с владельцем винокурни и таверны «Доля Ангелов», Дилюком. Люди рядом с ним перестали ощущать страх и беспокойство, хотя легкое чувство тревоги осталось. В тайне Алатус обожал его пение. После очередного боя, когда силы были на исходе, музыка успокаивала грешную душу. Ночью, когда прислуга ушла по домам, в зале снова послышалась мелодия лиры. Тонкие пальцы аккуратно затрагивали струны, а звук слышался и на втором этаже, где был молодой человек. Тихо спускаясь по лестнице, дверь в комнату открылась. Юноша сразу же заметил это, обернувшись, увидев свет прекрасных глаз. Понимая, что тот снова пришёл послушать, продолжил играть. Голос стал громче, чётче. Подходя уже к кульминации, всё затихло. Ни голоса, ни мелодии. И снова взгляд упал на парня, что аккуратно выглядывал из-за угла дверного проёма. Лира легла на мягкий диван. Он встал, слегка потянувшись. Лёгкая блузка спадала с плеча, оголяя белую кожу. Мгновенние и правитель испарился, оставляя после себя бархатные перышки. Охотник был в удивление, из-за чего сразу же вышел, оглядываясь по сторонам. Ветерок дул со спины. Так вот где он. Напрыгнув с объятьями, юноша охватил всю грудь молодого человека, чувствуя исходящие тепло. Алатус вздрагивает от неожиданности, невольно затоихв дыхание, чувствуя сумасшедшие биение сердца. — Ты ведь знаешь, что подслушивать не хорошо? — с лучистой улыбкой произнёс паренёк, смотря на него такими глазками. Сейчас, рядом с адептом, находится было даже приятно, возможно это влияние окружения здесь, или же самого Венти. Он был как чистая мелодия, не раскрытая до конца, хранившая много тайн. — Что же тебя заставило прийти ко мне посреди ночи? — Господин Барбатос. — парень чувствовал узел внутри, неприятный, сводящий с ума. Такое чувство, что сейчас произойдёт что-то плохое. Но нет, ладошка спустилась ниже, нежно взяв за руку. «Что происходит?» Пронеслось в голове. Звонкий, как будто детский смех залился по комнате. Маленькие шаги, на которые тот сразу же согласился, молча идя за ним. Белый коридор, украшенный цветами и нежно-голубыми лентами. Так красиво, так спокойно. Большие деревянные двери распахнулись. Город, прекрасный Мондшат. Людей на улице нет, полная тишина. Милые голубые глазки уставились на него, как будто звав с собой. Он никогда не бывал где-то, кроме леса, а там поля с реками, величественные горы и обрывы, с которых открывается вид на море, на саму Инадзумы. — Хочешь я покажу тебе свободу? — тихим, нежным тоном произнёс Барбатос, протягивая свою руку. Холодная ладонь легла на кисть, в этот момент парень как будто очнулся и ощутил, что вернул себе свой разум. Было достаточно лишь его смеха, одного разговора, одного прикосновения. Он больше не одинок, у него появился смысл. Одним шагом Якса вышел, вместе с правителем. Тот, с самой счастливой улыбкой из возможных, повёл его к одному месту, где и сам часто сидит. Долина ветров. Рядом с парнем всё приобретало новые краски. Ему тепло, в присутствие Алатуса всегда так. Он чувствовал, как сердце забилось быстрее. Ведь взял его руку в замок, Сяо был близко, как никогда. Принц не понимал, что с ним, почему так реагируете, но. Ему это нравилось. Прийди туда, мальчишка развалился возле дерева, закидывая руки за голову. Необычайное спокойствие накрыло охотника на демонов. Он лишь молча сел рядом, смотря в даль. Небосвод закрывала густая листва дерева, что росло там. Умеретворение залило их с ног до головы. Внутри стало так легко, он не чувствовал тяжести, как будто все грехи за спиной искупились. Их взгляды пересеклись. Щечки правителя слегка покраснели, а с уст сорвался тихий, радостный смех. Он лёг к нему на колени, продолжая улыбаться. — Ну что же ты сидишь? Гладь меня давай, я ведь не просто так лёг. — тон был таким, как будто заигрывал с охотником. — И перчатки свои сними, я хочу чувствовать твои руки — уже более приказным тембором произнёс Барбатос, а милая лыба сменилась на хитрую ухмылку. А парень, в свою очередь, лишь молча выполнил его просьбу, положив всё рядом. На пальцах были длинные ногти, покрашенные в бирюзовый, уходящий в голубой. Угадайте, кто же их покрасил? Верно, Венти. Теплая, влажная от смущения ладонь легла на темные волосы, аккуратно, даже как-то неуверенно поглаживая. Повисло молчание. Оно никого не тревожило, в такие моменты и в правду хотелось помолчать, остаться на едине с мыслями и душой. Но, эту тишину разорвал голос принца, а глазки снова уставились на него. —Слууушай. А ты знаешь, как это любить человека? — такой вопрос застал юношу в расплох. Он не был готов к такому разговору. Для него, чувство как «любовь», было не знакомо. Рядом с мальчишкой, он чувствовал себя спокойно. Его необъяснимо тянуло к юнцу. Хотелось прикосаться. Слышать голос. Чувстовать нежные руки. Ощущать запах сеселий и вина. Неужели это и есть влюблённость? — Господин Барбатос, я не знаю. К вам я испытываю что-то очень странное. — с лёгким волнением произнёс Якса, отведя свои золотые глаза. К чему весь этот разговор? Было так неловко, он боялся сказать лишнего. — А вы знаете, как это? На лице правителя выступил румянец. Сначала лишь тихий смешок, а затем уже полноценный ответ. — За это время, что я пытался научить тебя свободе, оказалось, что я сам не до конца был ей верен. Но благодаря тебе, я понял, что такое свобода. Свобода — это чувства, что мы испытываем, какие они не были, а к тебе, я испытываю. — он резко замолчал, приподнимаясь с его колен. Сидя к адепту спиной, не было видно, как глаза забегали. Момент X. — Любовь. Ты мне нравишься, Сяо. Алатусу не дали ответить, как сидя на коленях впился в губы. Нежным, ласковым поцелуем, без нотки похоти. Неумело, парень начал отвечать. Вот оно, настоящее счастье, которое так хотелось донести король свободных ветров. Отстраняясь, большой палец прошёлся по его нижней части, смотря на острые клыки. — Я читал твои записи, то, что ты ко мне чувствуешь, это любовь — тихо произнёс молодой человек, снова накрывая чужие уста своими. Ответ уже более напористый. Руки мальчика обняли за шею, зарываясь рукой в тёмные, мягкие волосы. А Сяо взялся за талию, прижимая тёплое тельце к себе. Вот оно, их счастье, их свобода. Король не мог больше таить свои желания, медленно ерзая. Венти давно уже не девственник, даже сейчас мог начать. Внутри связался мучительно приятный узел. Всё его тело горело от желания прикоснуться, поцеловав, облизать, изучить каждый изгиб, каждую часть туловища без каких либо преград, трогать руками и губами. — Сяо, а тебя когда нибудь ласкал ветер? — с ухмылкой на лице произнёс паренёк, заправяя выпавшую прядь волос, смотря с некой похотью. Взгляд адепта пал на слегка приоткрытую грудь, в момент отвернувшись, стараясь подавить свои мысли, жажду тела. Через пару мгновений, что-то горячее выпирало из-под ткани чёрных штанов. Это сводило с ума юного правителя, хотелось полностью заполучить его тело, не отдавать никому, хранить как свою элементалью энергию, просто быть рядом с любимым. — Ты ведь хороший мальчик, верно? — взяв за маленькую цепочку на шее, юноша потянул, тем самым оказавшись прямо у губ парня, смотря на столь прекрасную грудь. — Мораксу не следует об этом знать, это наш маленький секретик. — похотливым, со страстью в голосе произнёс глава Мондшата, потянувшись к своей рубашке, быстро растегивая маленькие пуговицы. Скидывая лёгкую блузочку на его колени, перед парнем, впервые, предстал его торс. Хрупкий, маленький и худой. Робм на груди светился тусклым голубым светом, так же как и глаза. Разврат медленно захватывал и Якса, желание брало верх. Всё таки он сдался, стягивая белые шортики, оставляя лишь чулки. Юноша вскинул брови, а глаза расширились от удивления, его действия были смелыми, что и вызвало некий шок. Цепляя и нижнее бельё, Сяо полностью снял, положив на остальные вещи. Руки ходили по всему телу охотника, поглаживая, слегка надавливая ногтями. Распуство, жажда, страсть, любовь, называйте как хотите, но им совсем крышу снесло. Хотелось взять друг друга так грубо, не давая покоя этой ночью. Одним резким движением своими бедрами по чужому паху накотило ещё одну волну удовольствия, выдавлия из лёгких тихий, хриплый стон. Сладкая пытка для адепта. Казалось, что это его долг. Долг, доставлять удовольствие своему любимому. Венти так властвовал над ним, а тот молча принимал, позволяя делать с собой всё, что он хочет. Одним ловким движением верхняя одежда Алатуса полетела на землю. Тонкие пальцы нежно водили от шеи до паховой зоны, под конец остановившись внизу, быстро развязывая тканевый ремень. Он слегка зажмурил глаза, на его щеках румянец стал ещё ярче от возбуждение. Дыхание участилось. Король молча вытащил стоячий, горячий и мокрый половой орган своего партнёра, медленно, как будто дразня, водя рукой. Это так грязно, так развратно и неправильно, но оба больше не хотели идти назад. Извращенное удовольствие переполняло парней. Смазка активно выделялась, что упрощало задачу. Он, теряя всё своё самообладание, снова растворился в жарком поцелуе, наконец-то убирая руку. Руки на талии сжимали кожу всё сильнее. Их поцелуй разорвался не так, как планировали. Резким движением мальчишка оказался под ним, смотря с лёгким удивлением. Приоткрытые, от неожиданности, губы сменились на довольную улыбку. Медленно, но уверенно раздвинул свои ноги, закидывая на бедра охотника. — Давай, я полностью в твоём распоряжение, Сяо — на вздохе произнёс молодой человек, проведя рукой по горячей щеке. Желание полностью накрыло Якса. Его глаза светились ярко, а сердце неистово колотилось. Наклонившись к шее, дыхание прожигало бледную кожу, но тут, почувствовались острые клыки. Насыщенно-красный след проявился на белом покрове. Парень совсем не умел это делать, даже представлений о секс не было. Но, изящные, аккуратные изгибы его хрупкого туловища так манили к себе, просили ласки и любви. Правитель командовал им, рассказывая, как надо. Наступил тот долгожданный момент, юноша наконец-то начал вставлять. Он старался быть мягким, не позволял сейчас страсти взять вверх, но не выходило, ему хотелось, чтобы тот стонал, выгибался под ним от сильных толчков, умолял продолжать. Грубым движением он зашёл во всю, давая ему привыкнуть. Громкий, протяжный стон сорвался с его сладких губ, а на глазах проявились капли слёз. Растяжка была не плохой, но лёгкая боль всё равно присуствовала. Начав рвано двигаться, он невольно наращивал ритм, сжимая его ягодицы всё сильнее. Мальчишка приходил в немой восторг от каждого движения, а с уст доносились сладкие, тихие стоны. Ускоряя темп, он старался войти всё глубже, чтобы удовлетворить все потребности своего партнёра. Но, тут, снова сорвался сладкий крик удовольствия, Якса, по случайности, прошёлся по простате. Один глазик прикрылся, а второй лишь на половину. На лице появилась дурацкая улыбка, это было так приятно и необычно. Тесное кольцо мышц сжимало его член, выводя и самого Алатуса. Он никогда больше не сможет описать это блаженное чувство. Невозможно передать словами прекрасное ощущение, что раздавалось током удовольствия по всему телу. Собственное тело правителя полностью предало его, выгибаясь под грубыми толчками, он как будто молил продолжать близость. Венти начала колотить мелкая дрожь, ещё одна волна удовольствия накрыло с ног до головы. Вздохи, стоны слышались только от юноши, но тут и тихий рык. Сяо не мог больше сдерживаться. Хриплое, тихое рычание после каждого движения. Очередной поцелуй. Их языки сплетались в жарком танце. Отрываться не было желания, но воздуха и так совсем не хватало. Было безумно хорошо, но, узел внутри стал тянуть ещё сильнее. Адепт почувствовал быстро приблежающуюся развязку, что сводила его с ума. Темп стал быстрее, срываясь на влажные, резкие толчки. Ещё пару жёстких движений и он кончает, протяжно и глухо простонав, ощущая слабую дрожь по всему телу. Это было прекрасное ощущение, внутри всё заполнилось до краёв, из-за чего то и сам изливается, попадая на красные щеки охотника. Его постиг сладкий оргазм, словно на момент мозг отключается. Наконец-то расслабление. Вытаскивать не хотелось, ведь его детородный орган так сжимало, доставляя ещё больше удовольствия. Аккуратно высунув, на землю потекла белая жидкость. — Господин Барбатос, как вы?.. Я поддался страсти и наверное сделал вам очень больно. — тихо, стараясь вернуть в норму своё дыхание, сказал юноша, вытерая его семя с щеки. В ответ лишь молчаливый, грозный взгляд. Якса, чувствуя напряжение, покусывал внутреннюю сторону щеки, понимая, что стыд накрывает его, как одеяло. Но, тут звонкий, радостный смех. Нежная улыбка Барбатоса привела парня в обратное состоянии. Это был один из его лучших разов, может так влияло то, что они были вне дома, а может дело в охотнике. — Сяо, мне жуть как понравилось, ты был на высоте. Я тебя люблю, мой дорогой — с улыбкой произнёс юноша, взявшись двумя руками за его лицо, снова поцеловав. Вот оно, их счастье, их смысл. Каждая минута вместе стоила так много. До встречи с Венти, единственным, которого он мог вытерпеть, был Моракс. Точнее, с кем он мог спокойно находиться. Он никогда не чувствовал себя хорошо от своих эмоций, потому что думал, что не должен их испытывать или поддаваться им. Ведь его долгом было защищать. Но как только он встретил этот озорной ветерок — все изменилось. Он понял, что такое любовь, что такое быть счастливым, радостным, это все словно нежный, успокаивающий бриз, переплетающий локоны его волос, подле алого заката. Два ветра нашли друг друга, сплетая свои судьбы. «Ветер надежд, наполняй паруса, Мне нужны твои лёгкие крылья Ты печали мои, унеси в небеса, Дай мне свежие силы.»