Никогда не говори никогда

Намджун поправил очки на переносице и нахмурился, вчитываясь в историю болезни пациента, медицинская карта которого оказалась неприятно объёмной. Сокджину диагностировали клиническую депрессию почти полгода назад, а состояние до сих пор не стабилизировалось, не было даже заметных улучшений в его самочувствии, что вследствие привело к привлечению более квалифицированного специалиста, коим и являлся доктор Ким. Намджун редко соглашался на сотрудничество с клиниками, не любил быть заложником системы и предпочитал любым предложениям о повышенной заработной плате свои частные сеансы психотерапии. Что же такое особенное он нашёл в данном случае? В общем-то ничего, разве что имя пациента, Ким Сокджин, показалось ему знакомым, и психолог из чистого любопытства решил проверить, не его ли давний друг оказался в столь затруднительном положении. К сожалению, случайности случаются. Отказаться от возможности встретиться с Джином спустя четырнадцать лет Намджун просто не мог, и уж тем более не мог отказать клинике в оказании необходимой ему помощи. Внимательно изучив историю болезни, оценив все положительные и отрицательные изменения в состоянии Джина за время, проведённое под пристальным наблюдением врачей, Ким невольно задался вопросом: в какой момент этот некогда весёлый и добрый парень свернул не туда? Конечно, не ему было рассуждать об этом после того, как именно они расстались четырнадцать лет назад, но ядовитые цветки беспокойства нещадно прорастали в лёгких, забивали дыхательные пути, пуская свои колючие корни прямо под кожей. Этот пациент буквально поселился у Намджуна в голове. На то были причины. Перед приёмом доктор Ким проснулся непривычно рано и почти все время до выхода слонялся по квартире с кружкой в руках и морскими узлами в голове, которые то затягивались, то распутывались на тех или иных воспоминаниях. Намджун не был уверен, что Джин вспомнит его. С другой стороны: мог ли он его забыть? Выбрав нейтральную рубашку и простые чёрные брюки, психолог отправился на встречу с судьбой, от которой ожидал либо ничего, либо слишком много. С Джином всегда было так: чрезмерно или недостаточно, без промежуточных категорий. День выдался пасмурный. Неприятный моросящий дождь сопровождал Намджуна на протяжении всего пути, до тех пор, пока двери клиники не захлопнулись у него за спиной, отрезая от здорового мира. Ещё одна причина категорической нелюбви Кима к подобным заведениям: больная атмосфера. Иногда ему даже казалось, что стены больницы дышат, смыкаются вокруг него, намереваясь прожевать и выплюнуть, что со временем происходило с многими пациентами подобных заведений. Остановившись перед дверью выделенного ему кабинета, Намджун глубоко вдохнул, настроился морально и потянул за ручку, переступая порог. Оказавшись в объятиях небольшого кабинета, бедно обставленного мебелью (в помещении буквально не было ничего, кроме двух диванчиков и низкого журнального столика между ними), Намджун прошёл внутрь и доброжелательно улыбнулся мужчине, которого санитары привели раньше. Сокджин выглядел отрешенным. Он забрался на диван с ногами, притянул колени к груди и обхватил их руками, максимально закрываясь для диалога. Взгляд мужчины был прикован к тому, что происходит за окном: он явно нечасто бывал на улице с тех пор, как клиника стала для него домом. Сердце Намджуна замерло от этой картины, хотя ничего необычного для своей практики он не увидел. С этим человеком все было по-другому. Устроившись напротив Сокджина, Ким закинул ногу на ногу и постарался расслабиться. Прочистив горло, мужчина открыл блокнот и щёлкнул ручкой, надеясь привлечь внимание пациента таким образом. Обратной связи он так и не получил. - Доброе утро, Сокджин. Увидели что-то интересное? Мужчина стрельнул в доктора взглядом и уголки его губ дернулись в попытке изобразить улыбку. Джин выглядел так же, как и четырнадцать лет назад: пушистые тёмные волосы, пухлые губы и мягкие черты лица. Годы сделали его разве что привлекательнее. Намджуна огорчил только взгляд старого друга - пустой и безрадостный, словно жизнь давно покинула его, оставив пустую оболочку, больше смахивающую на призрак прошлого, нежели на живого человека. Постучав пальцами по коленке, Сокджин тихо усмехнулся и отвернулся от окна, все ещё не собираясь устанавливать зрительный контакт. Журнальный столик представлялся ему более интересным. - Доброе? Да, конечно. Здесь всегда нужно говорить о хорошем, если не хочешь получить в ответ что-то плохое. Я просто люблю дождь. Пускай не смотрит, но к диалогу расположен - подумал Намджун и все-таки расслабился. Голос Кима, хоть и с ровными интонациями, успокаивал психолога. Он знал, что Сокджин любит дождь. Знал, и не мог сказать ему об этом, чтобы не переходить черту формального общения и не подставляться, как специалист. Пока что. - Холодный осенний или тёплый летний? Джин все-таки улыбнулся уголками губ, довольствуясь возможностью поговорить на отстраненную тему. - Любой. Дождь разный. Летом он тоже бывает холодным, а осенью - тёплым. После дождя воздух такой свежий. Намджун кивнул, невольно вспоминая историю, связанную с дождём и этим человеком. В груди защемило, и доктор смог лишь повторить улыбку своего пациента вместо ответа. Джин выругался, когда угодил в глубокую лужу и по щиколотку промочил джинсы. Весело засмеявшись в следующий же момент, он крепче сжал чужую руку и побежал быстрее. Намджун отставал, старался обходить или перепрыгивать лужи, но друг не оставлял ему выбора. За считанные минуты они оба промочили ноги. В конце концов, затащив Намджуна под карниз, Джин прижался к его груди и крепко обнял, чтобы снова не оказаться под беспощадным ливнем. До автобусной остановки оставался всего квартал, но бежать дальше - значит промокнуть до нитки. Карниз, под которым они спрятались, плохо защищал от холодных капель, да и вообще был достаточно маленьким, посему Джин только ближе прижимался к Намджуну, пальцами цепляясь за его расстегнутую рубашку, накинутую поверх футболки. - Не успели, - с досадой сообщил Намджун, приобнимая парня в ответ. Ему было семнадцать, Джину всего на год больше. Они познакомились в городской библиотеке, и с тех пор стали периодически встречаться, чтобы вместе сидеть над скучными пособиями для подготовки к грядущим экзаменам. Младший учился хорошо и показывал настоящие успехи в учёбе, старшему не хватало усидчивости, но он хотя бы старался. - Ну и ладно, дождёмся следующий. Джин любил дождь. Даже сейчас, прячась от капель, он зачарованно разглядывал серое небо и скрывающиеся за стеной воды очертания города. Намджун в это время разглядывал его самого. - Через дорогу есть кофейня, давай зайдём туда? - старший кивнул в сторону нужного крыльца и поднял взгляд, встречаясь с Намджуном глазами. Последний отчего-то смутился и неловко отвернулся, невнятно отвечая что-то вроде "хорошая идея". Ещё раз щёлкнув ручкой, Ким отложил блокнот на неудобный подлокотник и внимательно посмотрел на пациента, сдерживая желание прямо спросить о том, что случилось, и как он вообще здесь оказался. - Может быть, вам нравится что-то ещё? - было очевидно, что разговор лучше начинать издалека. Сокджину же было очевидно все, что Намджун счёл очевидным. Взгляд старшего на мгновение загорелся, он поднял голову и также внимательно посмотрел на психолога, из-за чего Киму стало немного не по себе. Некоторое время они сидели молча: один ожидал ответ на свой вопрос, второй, подобно кобре, готовился к броску. Пожав плечами, Джин опустил ноги на пол и откинулся на спинку дивана, приобнимая себя в защитном жесте. Конечно, он узнал сидящего перед ним человека, но тот ещё не заслужил его доверие. - Мне нравитесь вы, - беспечно сообщил пациент и весело хихикнул, с любопытством наблюдая за реакцией Намджуна. Все это больше походило на дипломатическую встречу: каждая из сторон имела определенные представления о своём оппоненте и прощупывала почву, выясняя границы допустимого для выдвижения дальнейших требований. Вот только если Джин представлял себе мотивы психолога, Намджун оказался не в лучшем положении - он все ещё понятия не имел, с чем имеет дело. Спокойно выдержав взгляд старшего, доктор снисходительно кивнул и сложил руки на колене. - Это сеанс психотерапии, а не курсы пикапа. Вы понимаете, почему здесь оказались? Джин закатил глаза, совсем не обрадованный таким ответом. Подавшись вперёд, мужчина упёрся локтями в свои колени и недобро прищурился, полушёпотом интересуясь: - Ты ведь помнишь меня, Джун-а. А я помню тебя. И ещё я помню то, что ты здесь не работаешь, не настолько сильно умом тронулся, как тебе, вероятно, сказали. По спине Намджуна пробежали мурашки. Сейчас его пациент, нет, когда-то близкий ему человек, больше напоминал того, кто страдает от психоза, а не от дистимии, к которой близился его диагноз на основе предоставленной документации. Доктор прочистил горло и невольно глянул на входную дверь. Кажется, Джину было некомфортно в этом месте, что совсем не удивляло Намджуна, учитывая то, как в подобных клиниках могли относиться к пациентам. Ему и самому было некомфортно находиться в таких условиях. - Я помню, - также тихо согласился Намджун и потёр переносицу, чтобы унять неожиданно появившуюся головную боль. Джин в этот момент поднялся на ноги, обошёл журнальный столик и остановился напротив мужчины, протягивая ему дрожащие руки. - Давай потанцуем, Джун-а. Меня всё равно не выпустят, пока не закончится страховка, а ты всё равно никогда не вернёшься в это место. Никому до нас дела нет. Не хочу тратить время на пустую болтовлю, раз уж удача улыбнулась мне. Будто зачарованный, Намджун заключил чужие ладони в свои, чувствуя, как дрожат тонкие пальцы Джина, поднялся на ноги и сделал шаг вперёд, позволяя мужчине увлечь себя в танец. Старший казался ему невероятно хрупким: тонкие запястья, бледные щёки, стройная фигура. Джин и раньше не весил лишнего, но не до откровенной худобы. Намджун устроил ладонь на его талии и притянул ближе к себе, прикрывая глаза. Пустая бутылка со звоном упала и откатилась под кровать, но Джину не было до неё никакого дела. Потянув Намджуна на себя, он принялся двигаться в такт музыке, то прижимаясь ближе к парню, то увиливая в сторону от его рук. Алкоголь в крови поднимал градус веселья, а Джину казалось, что он пьян вовсе не от выпитого, а от компании человека, который сейчас неловко повторяет его собственные движения, пытаясь подстроиться под музыку. - Хён, я правда не умею танцевать, - Намджун тихо засмеялся, поймал друга за талию, не позволяя отстраниться на этот раз, и озорно прищурился, отдаваясь алкоголю и чарующей атмосфере. Джин закинул руки на шею младшего, крепко обнял его и поцеловал в уголок губ, не собираясь слушать неуместные возражения. - Я тоже, но это и не обязательно. Мне хорошо с тобой, - промурлыкал Ким, ещё раз прижимаясь губами к чужим губам. Намджун углубил поцелуй, обнимая парня уже двумя руками, стал двигаться медленнее, пока их танец не превратился в плавные покачивания на одном месте. Песня на телефоне переключилась, и комната наполнилась спокойными мелодиями, будто бы атмосфера сама подстраивалась под настроение двух молодых людей, совсем не обращающих внимание на музыку в данный момент. Оторвавшись от поцелуя, Джин повернулся спиной к кровати и потянул Намджуна за собой, падая на мягкие простыни и весело хихикая. - Джун-а, когда я поступлю в институт за границей, ты ведь будешь мне писать? Младший согласно закивал, устраиваясь рядом с Джином и переплетая их пальцы. - Через год я тебя догоню. - И больше мы никогда не расстанемся? - Никогда не говори никогда. Их губы снова встретились, а Намджун случайно уронил на пол телефон, задев его локтем. Джин принялся в шутку ругать его за неуклюжесть, но не позволил отстраниться, чтобы поднять ненужный на данный момент сотовый. - Никогда не говори никогда, - тихо проронил доктор, когда чужой подбородок коснулся его плеча, а Джин прильнул к его груди всем телом, позволяя направлять танец самостоятельно. Они покачивались на одном месте, как и четырнадцать лет назад, потому что Намджун за все эти годы так и не научился танцевать, а Джину другого и не хотелось. Погладив младшего по плечам, Ким тихо засмеялся и потерся щекой о ткань его рубашки, обращая внимание на ненавязчивый парфюм. Мужчина обнял Намджуна за шею и пожевал нижнюю губу, беспокойно поглядывая на дверь, опасаясь, что она откроется, а его уведут санитары. - Однажды ты уже бросил меня, так к чему это все? Под кожей неприятно засаднило, Намджун поджал губы и ничего не сказал, прекрасно понимая, что его оправдания не помогут, да и уже давно никому не нужны. Он медленно погладил Джина по спине, обдумал происходящее и шумно выдохнул. На данный момент ему не хотелось говорить, не хотелось быть психологом и находиться в этом месте. Намджун планировал найти его однажды, встретиться снова и объяснить все, что не сказал когда-то, но точно не в такой обстановке. Он слишком долго ждал подходящего момента, за это время Джин перестал ждать чего бы то ни было. - Как ты вообще сюда попал? - Пришёл на консультацию к психологу, по глупости подписал бумаги, которые даже не прочитал, и вот я здесь, - мужчина засмеялся, надрывно и глухо, но почти сразу замолчал, решив не развивать свою мысль. Намджун тяжело вздохнул, догадываясь, что Джина просто обманули, и в его усугубившемся состоянии виноваты только некомпетентные врачи и руководство клиники, заинтересованное исключительно в медицинской страховке и тех средствах, что они с неё получают. Коррупция - не новость, даже если речь идёт о медицине. Отстранившись от мужчины, Намджун ласково погладил его по плечам, заглянул в глаза и с уверенностью заявил: - Я сделаю все, чтобы вытащить тебя отсюда, а потом мы поговорим. Но сначала придётся обсудить всё по делу. Джин слабо улыбнулся в ответ и отстранился от Намджуна, возвращаясь на свой диванчик. Подобрав ноги, они снова устремил взгляд в окно, огорченно вздыхая из-за того, что дождь закончился. - Если не исчезнешь без следа и в этот раз, буду рад выпить с тобой кофе. Что у тебя там по протоколу? От доктора не скрылось явное недоверие мужчины, но винить его в этом было нельзя. Он сел на место, взял блокнот и тоже посмотрел в окно, собираясь с мыслями. Ситуация изначально казалась Намджуну сложной, но он даже представить себе не мог, что столкнётся с вопросами юридического характера. Так или иначе, мужчина был рад, что источник проблемы находиться не в его компетенции. Значит, психическое состояние Джина не настолько критично, ему можно помочь, неважно, какого рода помощь придётся оказать. Покинув кабинет, Намджун почувствовал себя пустым, словно внутри что-то оборвалось, перекрывая доступ к кислороду. Когда-то давно он поменял сим-карту, чтобы отпустить Джина из своей жизни, и не тормозить его на пути к своей цели. Сегодня он сел в машину с мыслью о том, что больше не оставит его один на один с неизвестностью, плевать, чем это закончится в дальнейшем. Никогда больше.