Пожар

Картман ничего не сказал, а просто развернул телефон экраном к Кайлу. На экране был очень длинное текстовое сообщение: « Прости, Эрик, я не могу быть с тобой. Который раз я тебе уже это говорю. Мы расстались и на этом все. Я больше никогда не вернусь к тебе, как бы ты ни просто, ни умолял. Возможно, я уже нашла нового парня, и им являешься не ты. Спасибо тебе, конечно, за хорошие деньки вместе, но плохих дней было в разы больше и я за них не благодарю. Прости.» - Сейчас я ей напишу, что если мы расстанемся, то я покончу жизнь, - сказал Эрик и принялся что-то писать. Кайл выхватил телефон из его рук и сказал: - Зачем ты так? - Что «так», - недоуменно спросил Картман. - Ну, зачем ты, каждый раз когда вы расстаетесь, пишешь ей что не можешь без нее, что ты покончить жизнь самоубийством? – спросил Кайл. – Ты же только мучаешь ее. И себя - Но я люблю ее, я не могу представить жизни без нее…- промямли Эрик. - Почему же ты тогда так к ней относишься? – спросил Кайл. – Разве, когда любишь человека не желаешь ему только хорошего? Если ты правда любишь ее, то отпусти. Не нужно унижаться, изображая святого мученика, в то время как в отношениях ты просто-напросто издеваешься над Хайди. - Я не хочу ее отпускать! – возмутился Картман. – Почему я один должен страдать?! Кайл понял, что ничего он ему не объяснит, поэтому решил узнать побольше о Хайди и Картмане. Впервые за долгое время ему стали действительно интересны их отношения. - А почему вы не можете поладить? Ты же ее вроде как любишь, да и она тебя… - спросил Кайл. – Может, у вас языки любви разные? Ну, там, по-разному любовь выражаете? - Я не знаю какой у нее язык любви. Мы не говорим о таком,- ответил Эрик. - А у тебя какой язык любви? – поинтересовался Брофловски. - Ненависть… На несколько секунд стало очень тихо. Кайл просто не мог это осознать. Разве такое бывает? Как это вообще возможно, что язык любви – ненависть… В этот момент к нему пришло осознание того, насколько Картман противоречивый человек. Но он решил не молчать, а задать вопрос об этом. Возможно, ему было интересно, а, может, он не хотел сидеть в тишине, которую так судорожно пытался избежать с утра. - Ненависть?... Как это вообще возможно?.. Ну, то есть, я всегда максимально разграничивал эти понятия…- Кайл посмотрел в глаза Эрика. – Ненависть это когда ты желаешь человеку только плохого, он тебе противен и ты даже находиться рядом не можешь, а любовь – это наоборот… - Я не знаю, Кайл, но каждый раз, когда я понимаю, что люблю кого-то я начинаю ненавидеть его, - Эрик, впервые за весь разговор, назвал Кайла по имени., - это очень странное, смешанное чувство… Черт, я не умею описывать свои мысли и эмоции. Но, если бы наши отношения с Хайди были каким-то природным явлением, то это был бы полный штиль, который в следующую секунду становится страшнейший штормом. Повисло молчание. Но оно не было неловким или пугающим, нет, скорее, каждый думал о чем-то своем, но при этом парни друг на друга не смотрели. Кайл вспомнил, что хотел налить себе кофе, после чего он поспешил к кухонному шкафу. - Налей мне тоже, Кайл, - попросил Эрик. Он был немного угрюм, но не зол. - Хорошо…- ответил Кайл,- хорошо, Эрик. Брофловски вспомнил, что так и не отдал телефон Картману. Он достал его из кармана и протянул ему. Картман немного неловко взял его и положил в карман. Ему, почему-то, больше не хотелось писать Хайди. Единственное, что он сейчас, пожалуй, хотел – это принять горячий душ и лечь в кровать, но не спать, а поразмыслить. День был слишком трудный. Он допили кофе в гробовой тишине, которую никто не спешил разрушить. Потом Картман немного неловко встал из-за стола и спросил: - А когда Стэн освободится? - Я не знаю, -ответил Кайл, - он сказал только что отец его зовёт. Наверное, к вечеру освободится. Впервые за долгое время Кайл посмотрел на часы. Они показывали 10:30 утра. Всего полтора часа прошло с тех пор, как он позвонил Картману. Но эти полтора часа сильно сказались на отношении Кайла к другу, да и Картман почему-то поменял к нему отношение. Ну, по крайней мере, Кайлу хотелось так думать. Пару минут они ещё молчали. Кайлу не хотелось быть одному, поэтому он не спешил прогонять Эрика. А Картман не мог понять чего он хочет больше : остаться одному или побыть вместе с другом. Но он решил, что, пока что уходить ему не хочется. - Может, пойдем на улицу, - нарушил тишину Кайл. - Ну давай, - ответил Эрик, - погода сегодня хорошая. Кайл подошёл к тумбочке, на которой лежали ключи и жестом показал Картману, что пора выходить. Закрыв дверь, они почему-то пошли куда-то, не имея определенной цели.