У тебя слёзы на глазах, у него целый горизонт.

Холодный ветер, будто лезвием ножа, бил в затылок. Ваня по прежнему сидел на краю крыши, смотря вниз. Сердце пульсировало, а сознание отказывалось воспринимать произошедшее. Его больше нет. Внутренний голос предательски часто напоминал Ване об этом. Внизу, на дороге, сейчас валялось умершее тело его друга. Неописуемый ужас. Ваня смотрел на него, но казалось, что не видел его вовсе, будто смотрел в пустоту. Его взгляд затуманился, и всё, что он мог сейчас видеть, — это светящееся от радости лицо Сережи. Как давно он его таким не видел? У кудрявого были проблемы, а Ваня даже не удосужился поинтересоваться этим. «Он же твой друг... Какого черта ты не смог даже узнать, что с ним происходит?!» — кричало сердце, изнываясь. Покрасневшие глаза уже не источали из себя ничего, даже слез. Они пусты, как и были пусты когда-то глаза Серёжи. Холодок то и дело проходил по окоченевшему телу Вани, заставляя того приходить в реальность. «Ты должен идти. Помоги ему» Ваня взял всю свою силу воли в кулак и оторвал взгляд от пропасти, а затем встал. В этот момент самое главное было сосредоточиться. Нужно взять себя в руки и дойти до низа. Ради него. Ради Серёжи. «Соберись»

***

Выйдя из подъезда, Ваня обошёл дом. Район, где лежало тело Серёжи было безлюдным. Наступили уже поздние сумерки. Дойдя до места, Ваня остановился в метрах пяти и с тяжестью проглотил комок в горле. Вот он. Постояв на месте минуты две, он наконец решился подойти. Сел на корточки возле умершего и четко смотрел на него. На лице Серёжи застыла еле заметная улыбка. Под глазами виднелись большие синяки. Лицо выглядело умиротворенно.

светло-голубой рассвет снова укладывает спать

— Думаешь освободился от проблем? — сказал укоризненно Ваня, голос которого подрагивал. — Надеюсь, что освободился... Помолчав минуту, он добавил: — Иначе это была бы твоя самая огромная ошибка. Хотя это и так твоя самая огромная ошибка... Ваня отвлекся от рассматривания Сережиного лица и взглянул на тело. Особых повреждений практически не было, кроме головы. Из нее шла огромная струя крови. Она заполонила всё пространство вокруг головы и плечей Сережи. Ваня подставил два пальца к сонной артерии кудрявого. Глупо, но он хотел проверить. Пульса, очевидно, не было. — Ну ты и дурак, — произнес негромко Ваня. Со стороны могло показаться, что он говорил это самому себе. Кто знает, может это действительно было так. — Так не хочется с тобой расставаться, — сказал он это, и сердце тут же сжалось. — Но я не могу смотреть на твое такое глупое лицо, — на глазах снова выступили слезы, а на лице появилась лёгкая ироническая улыбка. — Ну вот какого черта ты улыбался при падении?! Ваня не выдержал. Слезы градом полились из него. Тело поразила новая дрожь, а сознание билось в истерике.

ложиться смысла уже нет, он вынуждает закрывать

— Почему ты решил так глупо со мной попрощаться?! Почему не объяснил причину?! Я думал, мы друзья!! «Я не хотел делать тебе больно» — голос Серёжи вдруг всплыл в голове. Ваня не понимал, его поехавшее сознание говорит это или сам Сережа. Первое было более разумно, но Ваня всей душой надеялся, что это Сережа. — Я... Я люблю тебя. «И я тебя люблю» — знакомый голос снова раздался в голове. — Я бы так хотел сейчас принять твоё приглашение на горки. «Я знаю, Ванюш, я знаю» — Прости, что не принял приглашение сразу же. Я ужасно виноват перед тобой. Как я могу загладить свою вину?

глаза, чтобы не видеть всё, что ты успел(а) потерять

Ответа не последовало. Сережа ушёл. Теперь он будет посещать Ваню только в его мыслях. Приходить к нему каждую ночь и напоминать об этих несчастных горках. Ваня будет винить себя в его смерти до скончания своих дней. Он не забудет своего кудрявого друга. Он ни за что не сможет забыть сиянье когда-то радостных глаз.