Монстр под кроватью

       Очередной период трезвости закончился, так и не успев толком начаться. Отец алкоголик дал передышку семье на два дня, временно перейдя на пиво, в попытке выйти из запоя, но что-то пошло не так и вновь на столе стоит беленькая. В период запоев отца семейства тёмное существо не получало подношений от своей любимой жертвы, так как про самого ребёнка забывали и питался он в основном за счёт бюджета гос учреждения. Школьная столовая не могла похвастаться шведским столом, а дома ребёнка баловали фруктами или сладким только по праздникам, да в исключительных, не свойственных в повседневной жизни, проявлениях любви и заботы, так что монстр обходился без так полюбившихся ему цитрусовых уже пару месяцев. Чудовище не сильно расстраивалось, для него лучшим десертом был детский страх. Взрослых он тоже пугал, но редко, повзрослевшие дети теряли свой шарм. Страхи становились более блёклыми и не вкусными. Взрослые пугались реже, с ними прелюдия в виде завывания ветра или скрипа половиц не действовала. Взрослые страхи в основном однотипные: деньги, секс и боль. В разных вариациях они повторяются, нет разгула фантазии, в то время как дети испытывают страх более ярко, проявляя море эмоций при этом. Страх темноты, шорохов под кроватью, разных животных, что родители не любят и разумеется особые, не типичные страхи, скажем съесть малину с маленьким червячком и после жить с ним внутри живота, пока тот не проест путь наружу или красивых бабочек, порхающих с цветка на цветок может бояться, только один малыш на миллион. Взрослый максимум испытывает неприязнь к улиткам, а несмышлёное дитя из Индонезии до истерического визга боялось их, думая, что они присасываются к людям и управляют ими словно марионетками.        — Папочка, не надо — раздаётся детский крик, монстр знает, что Джек получил очередной синяк. Чудовище представляет, как растекается огонь боли по маленькому телу, сначала он почувствовал всплеск страха, за которым последовал звон, удар выбил ненадолго ребёнка из реальности, конечно он не потерял сознание, нет, это боль притупила восприятие, в момент когда она растекалась по нервным окончаниям малыш забыл про страх, существовало только ощущение страдания и не справедливости, оседающие на подсознании чувством вины.        Навещая ребёнка, чья мать была психологом, монстр нахватался разной информации по психологии, та женщина предпочитала читать своему чаду не сказки на ночь, а энциклопедии по психологии и другие научные труды по этой тематике. Так у детей в возрасте от 5 до 12 логика еще только формируется. В связи с этим у ребенка живущего в семье алкоголиков появляется мысль, что родитель пьёт из-за него, это своего рода защитная реакция: «Это все из-за меня», «Потому что я плохо себя вел» думается ребёнку и как следствие уверенность, что если измениться, не расстраивать родителей, и папа тогда больше не будет пить! А папа, увы, как пил, так и пьет, пятерки и хорошее поведение ситуацию не спасают… Тогда у ребенка формируется ложное чувство вины, ребенок подавляет его, оно может углубляться и деформировать психологически личность малыша. Эта психологическая травма не способствует счастью и благополучной судьбе в дальнейшем*. Пройдёт пара лет и к вине прибавится стыд за желание избавиться от своего несчастья, рано или поздно мальчик глубоко в душе будет желать своим родителям смерти и тёмная сущность это почувствует и добавит в копилку страхов Джека ещё один… Монстр сыто улыбнулся. Он как никто другой знал, что с его появлением в спальне Джека счастья стало в разы меньше, мальчишка больше не видел счастливых снов, ведь тёмное существо лично нашёптывало ему каждую ночь кошмары, а если и давал передышку мальцу, то счастья во сне ребёнок не находил, максимум сон без сновидений.        Размышления под кроватного монстра прервал его любимец, влетевший в комнату и с разбегу прыгнувший под кровать, вопреки своему по-детски малому размеру ощутимо придавливая монстра к стене.        — Мелочь, тебе совсем жить надоело? — гневно шипит тёмный, хватая тонную шею и сдавливая до болезненного хрипа. Глаза мальчишки полны страха, ему трудно дышать, через нос не получается из-за предшествующей слезливой истерики, а через рот мешает сильная хватке, передавливающая трахею. Из уголка рта сочится кровь, кулак отца разбил нежную кожу на губах, завтра мальчишке будет больно говорить, нижняя губа увеличится в несколько раз и посинеет от удара. Монстр провёл по губе, смахивая крупную красную каплю из трещины. От прикосновения ребёнок вздрогнул и издал непонятный, сдавленный звук, похожий на протест или всхлип боли.        — Не хочешь чтобы прикасались к больному месту? — вкрадчиво интересуется чудовище — Ты ожидал защиты и сострадания к твоей боли? — Монстр состроил выражение наиболее похожее на сожаление — Малыш, ты ни к тому пришёл, если я один раз защитил тебя от отца, это не значит, что я сделаю это повторно. Когда он придёт я вытолкаю тебя к нему в руки и из темноты буду наблюдать, как тебя будут избивать за… за какую провинность сегодня ты наказан? — Джек не мог вымолвить и слова, даже если бы захотел. Видя как посинели губы у ребёнка монстр всё-таки ослабляет хватку на шее. Ожидая, что получив свободу малыш бросится наутёк, но тот только увереннее потянул к нему ручки. Удивительно, испугавшись не на шутку Джек упорно тянулся к причине собственного ужаса. Чуя чужой страх монстр никогда не останавливался, выпивая всё без остатка из жертвы, а теперь видя истинный страх мальчишки, в нём самом что-то надрывается и он нерешительно, но все же протянул к нему руки в ответ, подтянув его к себе, прижимая испуганного мальчишку. Обнимая худое тельце в чудовище зародилось чувство напоминающее удовольствие, такое не понятное, ранее не испытываемое. Страх и ужас приводили чудовище в экстаз, но это человеческое создание, своим дружелюбием затронуло струны о существовании которых монстр не подозревал.        — Джек, успокойся — монстр провёл рукой по светлым волосам — Ты мой и страшится будешь только меня — на этих словах ребёнок сильнее зарылся лицом в одежду чудовища, пряча счастливую улыбку, он понимал, что не такой реакции ожидает от него иномирное существо, но ничего не мог с собой поделать, объятья, которые дарил ему монстр несли вопреки его ужасающей сущности спокойствие и такое желанное тепло, которое он не получал от родных. Джек готов был вытерпеть любые кошмары со стороны чудища, лишь бы это мгновения покоя не кончалось и он чувствовал себя защищённым в объятьях более страшного существа, чем его отец, которому не позволят прикоснуться к нему, ведь его монстр рядом. Джек так и уснул в объятьях ужаса, который мягко перебирал пряди его волос до самого утра.

***

       Монстрам не требуется сон как людям, они могут спокойно без него обходиться годами, сон необходим людям, чтобы отдохнуть, расслабиться, отрешиться от событий дня, а нелюди лишены такой необходимости, в отличие от слабых людишек. Чёрный человек сам не заметил, как ближе к рассвету погрузился в дрёму под тихое сопение мальчишки.        Пробудился жёлтоглазый от шевеления у себя под боком, хрупкое тело затекло от лежания на твёрдом полу без движения всю ночь, ребёнок во сне сильнее прижался к созданию тьмы, как к родному доброму существу. Если вчера поражённый таким поведением монстр снёс близость мальчишки, но сегодня другой день и совершенно другое настроение, лишённое мягкости и великодушия.        — Мелкий, выметайся быстро, пока я не передумал не есть тебя.        От неожиданного оклика Джек подскочил, позабыв в какое место забрался. Подорвавшись встать мальчишка стукнулся об каркас кровати, ойкнув от неожиданности, на что монстр не добро рассмеялся. Пытаясь вспомнить где он и как оказался в темноте, мальчик потирал ушибленное место.        — Тебе для ускорения чего не хватает? Откушенного уха будет достаточно? — в полутьме наступающего утра было видно, как чудище расплывается в зловещей улыбке от уха до уха. Как в первую их встречу челюсти раскрылись в зверином оскале. Джек за мгновение выполз из-под кровати, до того как огромная челюсть сомкнётся на его плече. Очутившись на слабоосвещённом полу ребёнок не мигая смотрел на тёмное пространство, ожидая, что из-под кровати покажется когтистая серая рука и потащит его обратно в царство теней.        — Ты боишься, Джек — ребёнку показалось, что его имя попробовали на вкус. — Вчера ты был смелее. — малыш сидел на полу не шевелясь, ожидая, скажет ли что-то ещё чудовище или последует за ним в центр комнаты.        — Дядя, я как вас зовут? — осмелился нарушить молчание Джек.        — Сколько раз тебе повторять, никакой я не дядя — злобно шикнул монстр появившись в полный рост перед ребёнком. Мужчина с хищными чертами лица не скрывал своего раздражения. Он был выше папы, выше любого взрослого, которого он знал, обратил внимание мальчик.        — Тогда как мне к вам обращаться? — Уважительное отношение подкупало чудовище, и он смягчился.        — Если ты так хочешь знать имя, то зови меня Питч или Блек.        — Хорошо. А сколько вам лет? — поток глупых вопросов возобновился, воодушевлённый ответом, ребёнок продолжил проявлять интерес к потустороннему соседу.        — Мелочь, не беси меня, а то обращусь твоим отцом — мальчишка при его упоминании побледнел.        — Вы и так можете? — спросил он севшим голосом, прикасаясь к опухшей за ночь губе.        — Я всё могу, я же воплощение страха — он растворился в тени, оставив горящие глаза и оскал белых как лезвия зубов. — Я способен воплотить любой твой кошмар в жизнь — Питч находился в дальнем, самом тёмном углу, где утренний свет не настигал его. Мальчик в страхе отползает к столу, стоящему у окна. Ловчего и жертву разделяет полоска света, на которой появляются длинные тени, тянущиеся узловатыми пальцами с длинными когтями к босым ножкам ребёнка. Мгновение и ничего нет, комната как раньше без ползающих теней по стенам, монстра нет, но Джеку не спокойно, монстр не мог так спокойно уйти, он выжидает. Мальчик осматривает убранства комнаты, всё, как обычно: незаправленная кровать с простым белым постельным бельём, стены с приколотыми к обоям рисунками, не большой ящик с игрушками и приоткрытый шкаф с одеждой. Странно, ребёнок был уверен, что закрывал его, когда переодевался в домашнее. Пока малыш не догадался кто прячется в шкафу, на него обрушился поток теней, в центре которого был истинный ужас. Простое «Бууу» сорвалось с тонких губ Блека, заставив мальчишку снова забиться под кровать.        Монстр не спеша подошёл к кровати, он знал, что мальчишка слышит его каждое движение.        — Странный выбор места, что бы спрятаться, обычно дети прячутся под одеяло с головой, а ты залез в место где обитаю я — Питч резко поднимает сползший край одеяла и встречается с испуганными голубыми глазами. Как же ему нравилось пугать этого ребёнка. Он расплылся в довольной ухмылке.        Удовлетворившись полученным результатом монстр отступил от кровати и оглядел комнату. Ремонт как в детской, так и во всей квартире не делали лет пятнадцать. Старая мебель, кое-где отклеившееся обои, трещины на потолке. Достаточно аскетичный вид для комнаты ребёнка, игрушки видимо достались по наследству от родителей, новых практически нет, а единственными яркими пятнами были детские рисунки на стенах. Для своего возраста ребёнок рисовал не плохо, особенной популярностью у него пользовались снежинки, он любил зиму и рисовал каждое её проявление — снеговики, каток, игры в снежки и главное семья на фоне новогодней ёлки, в этот рисунок было видно, что вкладывалось особое старание, жаль, что эта мечта не сбудется. Джек не увидит трезвого отца, для него уже нет пути назад, только спускаться на большее дно. Если окажется достаточно умным и сильный, то сможет уйти из семьи и зажить нормальной жизнью, впрочем, нормальной она никогда не будет, его психика уже травмирована, пока это не заметно, но с годами в этом доме всё будет только хуже и хуже, а значит и атмосфера упадка и боли глубже проникнет в сердце и поведение будущего взрослого человека. Возможно он будет выглядеть совершенно нормальным, но его внутренний мир будет полон боли, постоянного ощущения собственной ненужности, несоответствия, внутренней пустоты, тревоги, стыда и вины. Несчастное детство навсегда оставит след на его дальнейшем поведении.