История о том как немца русскому отдали в рабство

Ах, осень, какое прекрасное время года. Листья падают в золотом танце, украшая это слякотное время года. Но только не в этот день. 23 сентября 1945 года, проигрыш ныне бывшего великого фюрера Третьего Рейха, который сейчас ехал в машине со своим злейшим врагом. В кратце — был суд, где решалось чьей же псиной он станет. Добился этого красноармеец СССР. Ох, сколько злости было на лицах других победителей, и сколько радости для Союза. Выбить элитную псину, еще и так просто. Ехали они уже вечером, молча. Говорить было нечего. Сколько радости и горя. Страны живут намного дольше чем люди, даже которые уже не в мировой арене. Это было радостью для русского, и как понятно печалью для немца, сейчас можно было наблюдать за окном красивый вид на русские, золотые от осени, леса в закате алого солнца. Прекрасно, он бы нарисовал это, но, увы, бумагу и карандаши нацист увидит ещё не скоро. Иногда зевая, Рейх продолжал смотреть в окно машины, подперев рукой голову. Глазки смыкались давая понять, что все это утомило блондина. Русский же следил за дорогой, чтобы не пропустить ничего, что могло привести к аварии. СССР иногда поглядывал на Тройку через зеркало заднего виденья. Порой хотелось вернутся в прошлое, но этого не возможно. Машины времени еще не придумали. И вот спустя часа два езды русский все же решил начать с ним разговор. – Ну что, доигрался? Немец озлобленно зыркнул на него и оскалился. – Не твое дело, тварь. – Я бы тоже не был бы рад когда проиграл на двух фронтах и потерял двоих сыновей. Тот хмыкнул, и зло улыбнулся, видя злое лицо нациста, он в свою очередь просто фыркнул и отвернулся, продолжая смотреть в окно. Так после этого мини-диалога прошел ещё час-полтора, и они прибыли на место назначения. Рейха пришлось насильно вытаскивать за локоть, после вести в дом, а там уже с ним разбираться в плане душа, одежды и еды, хоть и остальным победителям он обещал вести себя с ним довольно жестоко, Союз вполне хорошо накормил блондина, иначе бы подох раньше времени. Как же он любил эти волосы. Они были довольно мягкие и пушистые. СССР быстро потрусил головой. «Нет, Союз, он твой враг и точка.» — с такими мыслями он пошел в свою комнату, оставляя нациста одного на кухне, а сам начал готовиться к вечеру.

***

Прошло пару часов, а может и не пару. Уже стемнело, было часа три ночи. За окном дул сильный ветер, срывая листья с веток. Полумесяц светил во всю, а фриц сидел на диване, размышляя. Он не мог представить, что теперь будет жить со своим врагом, минимум лет 200, а то и вечность... Рейх чуть позднее услышал звук открытия двери. Повернув голову в ту сторону он увидел фигуру большевика. Молча он подошёл и сел рядом с ним, после неожиданно для Рейха Советский повалил его на старый, потрепанный и пыльный диван, чего нацист явно не ожидал. – Что ты творишь?! Ты совсем из ума выжил?! — завопил он, после ему закрыли рот рукой, и начали целовать шею, попутно снимая с него верхнюю часть одежды. Вообще немца он давненько хотел изнасиловать. Хотел что бы он почувствовал ту боль, только физически, а не морально, как русский. Как правило моральная боль сильнее физической... А если постараться, то можно и передать ее физически. Аккуратно начиная расцеловывать его грудь, Совок полез рукой к нему в нижнее белье, начиная грубо растягивать его анус. Рейх сопротивлялся, но это было бессмысленно. Только себе больнее сделает – Сопротивляться бессмысленно, — муркнул Советы на ухо подрагивающего немца. Начиная снимать с себя низ одежды, его забавляло то, что его враг начал сильнее трястись от страха, осознания, что с ним хотят сделать. Ну что же, хоть спасибо должен будет сказать за то что со смазкой трахнут. Сняв с нацика боксеры, русский подставил свой член к его анальному отверстию, начиная тереться головкой об него, а после начал аккуратно входить в Рейха, смотря как он корчится от боли. Как же было тепло и узко. Достаточно узко, даже растяжка не помогла. Входя в него половиной своего органа, оба увидели бугорок на животе. Злобно улыбаясь Совет вошёл полностью, слушая вопли Рейха, коий надрывал голос. Начиная двигаться через минуты три коммунист смотрел на немца, на его скорченное лицо, по которому стекали слезы, капая вниз на матрас и прищурено смотря в ответ. Прекрасно. Нацист не мог глотать слюну. Рот буквально невозможно закрыть из-за беспрерывного хрипа. Горло болело. Сорвал такой приятный голосок. Он пытался оттолкнуть Совета, но силы не равны ни капли. Оргазм получит от такого секса только один. Горячая жгучая жидкость наполнила нутро Рейха. На последок громко простонав, он без сил уволился на столь старый диван. Тройка смотрел на злобную и одновременно довольную рожу Совета. Он оделся, накрыл его одеялом, и ушел. Теперь такой трах был раз на месяц, если не больше.