Парк Горького

Звук мотора, машина. Эмиля куда-то везут. Куда? Он не помнил. Что произошло? Вспоминай. Вот он собирается гулять, выходит из подъезда, идёт куда-то, а потом… «Лучше бы не вспоминал…» — тело и сознание младшего медленно приходило в себя — «Дима… Где Дима?..» Он медленно открыл глаза и попытался поднять голову. Машина Масленникова, он за рулём. Увидев в зеркале что Эмиль очнулся, старший дал по тормозам и свернул с дороги. — Эмиль! Наконец-то ты очнулся! Ты так меня напугал… — Дима смотрел на него глазами полными страха и тревоги. Слёзы накатывались сами собой. — Тише, Эмиль, тише… Мы едем в больницу. Всё будет хорошо, я тебе обещаю — блоггер старался сам не поддаваться эмоциям. Понял ли он что случилось? Да. И он был готов лично прикончить того ублюдка, что посмел такое сотворить с его Эмилем.

***

Смотря на обмякшее тело младшего, на его состояние, у Масленникова всё внутри переворачивалось. Было так страшно потерять его. Но он дышал, был без сознания, но дышал. Дима быстрее унёс его в машину и не теряя времени тронулся с места. Нужно было отвезти его в больницу, осмотреть, убедиться что тот сильно не пострадал, потом сдать анализы, снять следы насилия… Старший боялся что не успеет, что этот вечер вполне может стать для Иманова последним. Но, к счастью, Эмиль сейчас сидел уткнувшись в плечо Масленникова и рыдал навзрыд. Живой. Главное, что живой.

***

Ещё через час они были уже в больнице. Серьёзных травм у младшего не было. Осталось только ждать результатов анализов и надеяться, что всё обошлось. Домой они вернулись поздней ночью. Иманов уснул в машине и Диме пришлось вновь нести его на руках. Он положил его на свою кровать и лёг рядом. Старший боялся, что у того снова будут кошмары. Масленников наконец понял свои чувства. Он любил Эмиля. Любил так сильно, что готов был разорвать каждого, кто посмеет навредить его солнцу. Он был очень зол, но понимал, что в этой ситуации уже ничего не сможет сделать. Единственное что он может — помочь Иманову пережить весь этот пиздец и больше никогда не оставлять его одного. Документы Эмильена были готовы, и в этот вечер Дима как раз хотел вручить их хозяину, но так и не дождался… Теперь же блоггер боялся, что младший, получив бумажки, тут же ускользнёт от него. Но не отпускать его было бы слишком эгоистично и подло. Поэтому Масленников решил чуть позже рассказать ему о своих чувствах и сразу отдать документы. И если Эмиль уйдёт, то так тому и быть.

***

После случившегося Иманов вёл себя отстранённо, всё время находился в своих мыслях и почти не выходил из комнаты. Но Дима поддерживал его как только мог. Несмотря на общую отстранённость, спать один Эмиль боялся, поэтому спали они теперь всегда вместе и не важно в какой комнате. Если Масленников работал допозна, то младший обычно сидел где-то рядом и нередко прямо там и засыпал. После чего до кровати его опять же приходилось нести. Из-за этого блоггер перестал так много времени проводить за монтажем. Конечно Диме нравилось засыпать рядом с этим кареглазым чудом, но не все было так гладко. Днём Эмиль нередко закрывался от Масленникова в комнате и плакал, а старший в это время сидел за дверью и говорил с ним обо всём, пока тот не успокаивался и не открывал дверь. Спустя несколько дней такие срывы закончились и теперь они иногда просто могли часами сидеть в абсолютной тишине рядом друг с другом. А ещё через некоторое время Иманов сам стал приходить к старшему и порой даже просил обнимашек. Но было кое-что, что Эмиль скрывал от Димы. Он не мог сдержать обещание и снова начал резаться. Воспоминания о той ночи не давали ему покоя и каждый раз возвращаясь к ним он не мог перебороть свои эмоции. Да, Масленников говорил, что если нужно всегда его выслушает, но сейчас разговаривать с ним об этом всём было очень неловко и сложно. Это казалось Иманову адом, поэтому он прибег к привычному способу борьбы с моральной болью и невысказанными эмоциями. Порезы он оставлял специально повыше, чтобы даже закатанные рукова не выдавали его нарушенного обещания. Иногда ему становилось так стыдно, что он боялся даже смотреть Диме в глаза. И блоггер понимал, что что-то не так, поэтому первый решил завести разговор, который мог изменить всё. — Эмиииль, можно я зайду? — ласково произнёс Масленников, стоя за дверью. — Заходи. Дверь открылась. Иманов сидел на кровати и вопросительно смотрел на старшего. — Слушай, нам с тобой надо поговорить. Эмильен нервно сглотнул, он боялся что его секрет расскроют, но с другой стороны даже хотел этого, так как сам справиться с этой привычкой он уже не мог. — Твои документы готовы, теперь ты сможешь устроиться на работу и я пойму если ты захочешь уйти, но перед этим я должен сказать тебе… — Дима слишком волновался, это было очень заметно. Прежде чем закончить предложение, он сделал паузу, собираясь с мыслями, чтобы наконец произнести — ты мне нравишься и не как друг, это не простая симпатия. Я люблю тебя, Эмиль. Такого Иманов точно не ожидал. Его одолевали смешанные чувства, конечно Масленников изначально был ему симпатичен, но он не надеялся на взаимность и долгое время отрицал свою привязанность к нему, а теперь… Теперь Дима был пожалуй единственным человеком, которому Эмиль действительно доверял.  — Тогда я тоже должен тебе признаться. Прости, я не смог долго держать обещание… — парень обнажил плечо и показал свежие царапины — Прости, Дим… Масленников догадывался, что Иманов не сможет сдержаться после всего пережитого и не был зол на него за это.  — Могу ли я помочь тебе справиться с этим?..  — Да, просто будь рядом. Я тоже люблю тебя, Дима. После этих слов Эмиль утянул старшего в поцелуй. Блоггер не ожидал такого, но на поцелуй ответил. Губы парня, на удивление, были очень мягкими. Возможно даже мягче чем у многих девушек.  — Значит ты останешься? — отстраняясь от поцелуя спросил Дима.  — Да — Тогда обещаю, что мы со всем справимся. И оба знали, что это действительно так.