Апокалипсис: Игры Смерти

До этого момента я еще ни разу не была в комнате, выделенной для Лиссы. Хотя комнатой это было сложно назвать. Две койки с ужасно твердыми матрацами (от моего у меня под утро болела спина) два стула и непонятные коробки, в которых, как потом выяснилось, лежали вещи. Лисса жила в этой комнате не одна, а с девушкой по имени Джил - девушка, которую она исцелила, девушка, которая являлась причиной нашего с Лиссой сейчас разговора. - В сотый раз повторяю, я не могла оставить ее умирать, - раздраженно воскликнула подруга, - если бы я ее не исцелила, то через два-три дня она умерла бы. Я не могла этого допустить. - А теперь у нас проблемы, - я разве, что не шипела. - Ни Кристиан, ни сама Джил не уверены, что будут молчать. - Я попробую уговорить их, - Лисса плюхнулась на свою кровать, это отдалось противным скрипом ржавых частей койки. Мне не нужна была наша связь, чтобы понять, что девушка устала от этого разговора и не хотела его продолжать, так как он уже исчерпал себя. Я была согласна с этим, однако, повинуясь лишь понятной мне логике, я продолжила говорить. - Даже то, что они не будут молчать, меньшая наша проблема, - я села на край кровати Лиссы и провела рукой по ее спине, чтобы успокоить ее разбушевавшиеся чувства. - Ты же знаешь, что использование силы Духа, приводит к сумасшествию его пользователя. - Это произошло только с Владимиром, - тихо, почти шепотом, произнесла она. - Но произошло, - так же тихо ответила я. - Если ты хочешь со мной дружески поболтать, совершенно не обязательно делать это так, - возразил Кристиан на мой жест. После того, как я ушла от Лиссы, мне в коридоре попался Кристиан. Не знаю, куда он направлялся, но я резко подошла к нему и прижала его к стене за шею, блокируя какие-либо попытки бегства. Я тяжело дышала, показывая свой гнев, которым не могла сейчас управлять. Все мои мышцы напряглись, думаю, что если бы не тот факт, что я находилась в поселении спасшихся и Кристиан одни из них, я бы без колебаний убила бы его. - Ты уже успел кому-нибудь растрепать про дар Лиссы, верно? - я злостно уставилась ему прямо в глаза. Любой бы уже испугался, а как еще, когда тебя держит неуравновешенная дампирка? Кристиан, видимо, к "любым" не относился, так как его глаза ничего не выражали кроме ответной раздраженности. - Конечно, я собрал всех и рассказал все в мельчайших подробностях, - съязвил он, - Лисса теперь бабка-целительница в первом поколении. Завтра будет целая очередь к ней. - Не язви, - я лишь сильнее прижала мороя к стене, но он даже не шевельнулся. - Вам двоим лучше молчать, - эти слова я буквально выплюнула ему в лицо. - А то что? - прошипел он. Около своего левого бедра я почувствовала жар. Стоило мне кинуть туда свой взгляд, как я увидела огонь, разгорающийся ярким пламенем в руке Кристиана. - Лучше убери, - предупредила я его, - я себя плохо контролирую, - я надеялась, что мой голос звучал как можно опаснее, но на него это никакого эффекта не произвело. Я отступила от Кристиана, он продолжал стоять у стены, но пламя потушил. На этот жест я усмехнулась. - Повторюсь, вам двоим лучше молчать. Теперь усмехнулся он. - Не думай, что я тебя испугался, ясно? - усмешка не сходила с губ мороя. - Даже если кто-то расскажет о Лиссе, ты ничего не сможешь сделать. После этих слов парень пошел дольше по коридору, не дожидаясь каких-либо реплик от меня. Очевидно Кристиан думал, что мне нечего было сказать. Он был прав. Впервые я не знала, что сказать. Я устало смотрела на малую порцию каши, которую мне выдали. После того, как мы вернулись с проверки капканов, я ужасно хотела есть, но овсяная каша с комочками отбивала любой аппетит. Не удивлюсь если меня стошнит. - И долго ты будешь на нее смотреть? - с интересом спросила Лисса. Казалось, сегодняшнего утреннего настроения в ней совершенно не оставалось. Конечно, она всегда легко забывала обиды. - Надеюсь, что сейчас она превратится в пиццу, - скучающе произнесла я, беря кашу в ложку и наблюдая, как она переваливается обратно в миску. Зрелище не из приятных. - Скоро и этого может не остаться, - возразила подруга, призывая меня есть Это. - Если, конечно, не организуют группу для похода в город. - Думаю, к этому как раз все и идет. Я вспомнила разговор, который завязался между Еленой, Дмитрием и Алексом, когда мы возвращались в лагерь. Я и Мейсон там лишь вставляли реплики. - Выбора не остается, - произнес тогда Алекс. Дмитрий был с ним согласен, но не Елена. - Я считаю, что мы сможем протянуть до перехода, - возразила она. - Но во время него мы все сдохнем, - вставил Мейсон, ясно выделяя последнее слово для большей уверенности. - Мейсон прав, - сконфуженно сказал тогда Дмитрий, смотря себе под ноги. - В любом случае нам нужно обсудить все с остальными. Сейчас все споры бессмысленны. Тогда все с Дмитрием согласились и закрыли эту тему, ну разве что Елена иногда ее открывала, но ни один из нас ее не продолжал. Мне почему-то казалось, что раз Дмитрий считает, что нужно организовать группу для похода в город, значит она будет организована. Глупость какая. - О чем ты задумалась? - спросила меня Лисса. Я внимательно посмотрела на девушку и заметила запекшуюся кровь в правом уголке ее губ. - Ты кормилась? - не отвечая на ее вопрос, задала я свой собственный. - Это так удивительно? - она улыбнулась. - Нет, просто... Эти два года, что мы с Лиссой провели лишь вдвоем среди лесов и скитаясь по маленьким городам, чаще всего кормила ее я. Кормильца-человека было трудно достать. Слава Богу, это не вызвало у меня сильного привыкания. но иногда мне до боли хотелось почувствовать ее клыки и получить кайф. Чертовы эндорфины. В дни, что мы находились здесь, я даже ни разу не заикнулась и даже не подумала, что Лиссе нужна кровь. Честно сказать, я не особо задумывалась о Лиссе. Укол стыда пронзил меня, и я отвела взгляд от подруги. - Тут есть немного людей, - просто продолжила она, - они здесь для этого. То, как она это произнесла, вызвало у меня приступ тошноты. "Они здесь для этого" Будто эти люди только для кормления и предназначены, впрочем так раньше считали практически все морои. Но не Лисса. Что я и почувствовала через нашу связь, она и не думала о таком. - Что ж, некоторые наши проблемы решены, - я почувствовала, как уголки моих губ немного приподнялись в подобии улыбки. - Точнее одна - твое пропитание. - Остальные тоже решаться, вот увидишь, - произнесла она и накрыла мою руку, лежащую на столе, своей, при этом ободряюще сжав ее. - А теперь ешь эту кашу. - Это сложно назвать кашей. - Нет, - заговорщицким шепотом возразила она. - Мне сказали, что это каша. Я верю в это, а ты верь в то, что наши проблемы решаемы.