love on high

      Первое, что заметил Дрим - это то, что его глаза были закрыты. Хотя это было довольно странно. В конце концов, почему бы просто не открыть глаза при пробуждении? Хотя, возможно, это было как-то связано с тяжестью в его глазах, в итоге понял Дрим.              В течение нескольких минут после пробуждения Дрим расслаблялся еще больше, ощущая странную легкость в своем теле. Это было странное чувство, его тело, кажется, парило на пушистом облаке, которое удерживало только теплая рука, которая в данный момент сжимала его собственную.              Подождите.              Стоп.              Второе, что заметил Дрим — это теплая ладонь, переплетенная с его правой рукой. Он распахнул глаза, чтобы понять, кто был этим человеком, потому что Дрим не помнил, как заснул или как кто-то держал его за руку.              И, черт возьми, почему ангел держал его за руку? Твою мать, он мертв, не так ли? Он умер и попал на небеса, и теперь этот прекрасный ангел держал его за руку, чтобы провести в загробную жизнь. “Что ж, это была хорошая жизнь” — беспомощно подумал он.              — Дрим, ты не спишь?              Что. За. Хуйня.              Ангелы - британцы? Почему он не знал об этом факте? Вдобавок ко всему, голос ангела был таким мягким и мелодичным, прямо как у певчей птицы. Черт, он, наверное, должен был ответить ангелу, запоздало мелькнуло у него в голове мысль.              — Дрим? Как ты себя чувствуешь?              — Лучше после того, как увидел ангела. — прохрипел Дрим, заставляя свои голосовые связки работать. Он облизнул потрескавшиеся губы и поморщился от боли, пронзившей челюсть. Его рот казался ужасно ватным.              Ангел быстро покрылся ярко-красным румянцем.              Дрим выплюнул ватный шарик, полный крови и слюны.              — Заткнись, Дрим. Почему ты его выплюнул? Он должен защищать тебя от смерти, не позволяя захлебнуться собственной кровью.              — Подожди, я не мертв? Тогда кто ты такой? — Дрим очень запутался. У него болел рот, и ничего не имело смысла.              — Дрим, ты не мертв. У тебя была операция по удалению зубов мудрости. — говорит мужчина раздраженным тоном.              Дрим непонятно промычал.              — Дрим, серьезно? Ты не помнишь, как целый месяц жаловался и ныл из-за того, что у тебя болели зубы?              Дрим покачал головой, и, о, это была плохая идея. Боль в челюсти начала пульсировать по всему лицу, и у него разболелась голова.              Это должно было быть заметно, потому что следующее, что он помнил - это руки на его лице. Холодные, тонкие и бледные пальцы нежно гладили его по щекам.              Мужчина наклонился слишком близко. Отсюда блондин мог сосчитать ресницы ангела. Дрим снова облизнул губы.              — Ты в порядке? — в голосе мужчины слышалось неподдельное беспокойство, и Дрим почти улыбнулся из благодарности, прежде чем очередной приступ боли заставил его рот скривиться.              — Ауч. Нет, мне очень больно. — слова Дрима звучали плаксивее, чем он хотел, пытаясь казаться круче с этим красивым мужчиной, но он ничего не мог с собой поделать. Боль становилась невыносимой, и он все еще не понимал, почему ему вообще было больно.              — Ладно, я позову врача. Я скоро вернусь. Поешь эти печенья, если сможешь, — мужчина нахмурился и когда его руки покинули лицо Дрима, чтобы дать еды, странная печаль наполнила его. Он не хотел, чтобы ангел уходил.              Он заскулил, протестуя, но мужчина просто успокаивающе похлопал его по руке.              — Я вернусь, не волнуйся. Сапнап скоро придет.              Дрим не понял, но ангел был таким добрым и великолепным, и даже если он был под кайфом или что-то в этом роде, Дрим попытался бы добиться расположения этого ангела несмотря ни на что. Поэтому он кивнул и сделал самое храброе лицо, на какое только был способен.              Ангел хихикнул и оставил легкий воздушный поцелуй на его лбу. Дрим не помнил, что он делал в своей прошлой жизни, чтобы ему так повезло, но он не жаловался.              Мужчина быстро ушел, а Дрим терпеливо ждал, медленно и небрежно жуя краешек печенья.              Прошло всего несколько минут, когда в комнату вошли двое мужчин, разговаривающих невозможно громко.              — Детка! Карл, послушай, мы должны записать его! Он под кайфом и будет говорить глупости, это будет так смешно.              — Да я понимаю, придурок, но сделай это с моего телефона, твоя камера - дерьмо.              — Кто вы, черт возьми, такие? — спросил Дрим сонно, сощурившись и уставившись на двух мужчин. Он не знал, что делать с этими шумными людьми, которые вторглись в его пространство.              На одном из них была белая бандана, светлые волосы слегка ниспадали на ткань. Другой был выше и держал пластиковый стаканчик (“Старбакс” — подумал Дрим), его ногти пестрели разными цветами, хотя с такого расстояния он не мог их точно различить.              — О, его величество проснулось! — воскликнул тот, что в бандане. Серьезно, почему люди не замечали, какими громкими они были?              Мужчина с накрашенными ногтями — Карл? — нахмурился, услышав вопрос Дрима:              — Подожди, Дрим, ты знаешь, кто мы такие?              Дрим покачал головой, его волосы чуть-чуть падали на глаза.              Мужчины одинаково свели брови и встревожились. Тот, что пониже ростом, велел другому позвать доктора или “Джорджа”, и мужчина кивнул. Двое обменялись телефонами, и высокий быстро вышел из комнаты.              — Итак… ты действительно не помнишь, кто я такой?              Неподдельное любопытство в голосе мужчины удивило Дрима. Это было большим контрастом на фоне прежнего раздражающего поведения. Блондин напряг свой мозг, пытаясь вспомнить любую деталь, какой бы незначительной она ни была, которая могла бы помочь ему вспомнить, кем был этот человек.              Воспоминания о детстве, невинности и ностальгии пролетели мимо, прежде чем он успел ухватиться за них, чтобы узнать об историях прошлого. Отголосок былых времен продолжал звучать в его голове.              Первые встречи, вспышки теплых объятий и какое-то пушистое животное—              — Пандас?              Облегчение захлестнуло Сапнапа:              — Я знал, что ты меня не забудешь, — он криво улыбнулся Дрима и спрыгнул, чтобы сесть на больничную койку. — Но я теперь Сапнап, — уточнил он, когда увидел, что лицо Дрима все еще было искажено от напряжения, вызванного попытками вспомнить.              Некоторое время они вдвоем молчали, Дрим был все еще вялым из-за обезболивающих и анестезии. Он жевал печенье, кусочки прилипали к его губам и коже вокруг рта.              Тихое бормотание нескольких человек стало громче, когда в комнату вошли две фигуры.              — ...воспоминания. Скорее всего, у него просто временная амнезия. Беспокоиться не о чем; как только действие обезболивающих закончится, весьма вероятно, что он вспомнит все, что было до операции, — успокаивал доктор.              — А что, если он не вспомнит? — беспокойство ясно слышалось в голосе британца. Дрим поднял глаза и увидел, как он хмуро смотрел на доктора, заламывая руки.              Доктор слегка улыбнулся ему:              — У нас есть варианты решений, если дело когда-нибудь дойдет до этого.              Ангел кивнул ему, и доктор в последний раз просмотрел досье Дрима, сделав несколько пометок на страницах, полных медицинского жаргона, прежде чем уйти.              — Как у него дела, придурок? — спросил ангел тихим голосом.              Сапнап вздохнул:              — Перестань забивать свою хорошенькую головку, с ним все в порядке. Хотя, возможно, тебе нужно снова представиться.              Красивый мужчина сел на стул рядом с его кроватью и взял за руку блондина.              — Привет, Дрим. Я Джордж.              — Вау, я тебе говорил, что ты прекрасен? — слова Дрима звучали искаженно из-за ваты, которая все еще была у него во рту.              — О, это хорошо. Это очень хорошо, — тихо хихикал Сапнап, вытаскивая телефон, который другой мужчина, Карл, оставил перед уходом.              Ангел — Джордж, напомнил он себе — мило покраснел и тихо пробормотал:              — Заткнись, Дрим.              — Интересно, ты модель? Ты такой красивый. Красивый, красивый, красивый... — хихикал Дрим, повторяя слова еще несколько раз, прежде чем Джордж легонько хлопнул его по руке с тихим “Дрим, прекрати”.              В палату вошел мужчина с накрашенными ногтями с несколькими коричневыми пакетами, пахнущими маслом и жиром:              — Я принес вам еду, оболтусы.              — Карл! — Сапнап вскочил с кровати, все еще держа в руке телефон, который каким-то образом еще оставался устойчивым.              Эти двое начали тихо препираться из-за потерянной картошки фри и соленых огурцов, но камера в руке Сапнапа была твердо нацелена на Дрима и Джорджа.              Говоря о Джордже, Дрим снова обратил свое внимание на мужчину рядом с ним. Джордж обводил маленькие круги на костяшках пальцев блондина, бледная кожа приятно контрастировала с легким загаром руки Дрима.              Его взгляд упал на их соединенные руки, и он быстро понял, что что-то было очень не так. Джордж носил кольцо. И это было не просто какое-то кольцо.              Он был женат.              Слезы навернулись на глаза Дрима, прежде чем он успел их остановить.              — Джордж! Нет!              Джордж немедленно вскинул голову, его плечи напряглись, а на лице нарисовалось беспокойство:              — Что? Что случилось? Ты в порядке?              Дрим всхлипнул и поднял их все еще соединенные руки:              — Кольцо… Я хотел жениться на тебе, — заскулил он.              Джордж на мгновение выглядел потерянным, прежде чем рассмеяться, откидываясь на спинку стула:              — Дрим, я не могу поверить.              — Не говори ему, Джордж, — по-детски сказал Сапнап. — Это будет забавно, просто смотри.              — Заткнись, Сапнап. Дрим… ты действительно женился на мне.              — Что?!              — Мы женаты, Дрим, — Джордж отпустил его руку, чтобы схватить пиджак, который висел на спинке стула и полез в один из карманов, дабы выудить еще одно кольцо. Оно было почти идентично кольцу Джорджа, за исключением размера.              — Это твое. — объяснил он.              Дрим трепетно ахнул:              — Это мое?              — Угу, — кивнул Джордж и снова поднял руку, чтобы надеть кольцо. Холодный металл казался знакомым.              — Я действительно сделал это? Я женился на тебе?              — Да, ты это сделал, дорогой, — щеки Джорджа все еще пылали.              — Боже, вы отвратительны, — возмущенно сказал Сапнап, шутливо давясь.              — Никто не говорил, что ты должен быть здесь, нет? — огрызнулся Джордж в ответ.              — О-о-о, дерзкий.              Дрим громко сглотнул:              — Ой.              С другой стороны комнаты Карл прихлебывал свой кофе.              — Эй, Джордж?              — Да?              — Мы уже целовались? — Дрим посчитал, что это был довольно невинный вопрос. По его мнению, у Джорджа были одни из самых красивых губ в мире, они выглядели мягкими и нежными. И после того, как их искусал Джордж, они были выкрашены в огненно-красный цвет.              Все, что Сапнап и Карл могли вспомнить, когда Дрим задал этот вопрос - это время после их медового месяца, когда двум друзьям пришлось колотить в дверь молодоженов в попытке помешать им заняться сексом в пятый раз в тот же проклятый день.              Карл и Сапнап синхронно вздрогнули при этом воспоминании, в то время как Джордж просто зарделся еще сильнее:              — Ешь свое печенье, Дрим.              Дрим нежно вздохнул:              — Твою мать, я действительно сорвал джекпот, не так ли?              Со стороны Джорджа донеслось сопение:              — Дрим. Печенье, пожалуйста.              За этим следовал тихий смех двух мужчин рядом, и сквозь хихиканье Сапнап прохрипел:              — О боже, он так влюблен.              Дрим жевал свое печенье с небольшой кривой улыбкой.              

—

                    Позже они вдвоем остались одни в своей квартире, устроившись на диване и смотря видео. Джордж сидел на коленях у Дрима после их борьбы из-за того, что блондин хотел послушать, как на видео он поэтично восклицал о красоте Джорджа, а сам брюнет был смущен от шквала комплиментов.              Видео закончилось хихиканьем Карла и сопением Джорджа. Дрим положил свой телефон на стеклянный стол рядом с диваном и уже приподнял руки, чтобы пощекотать своего мужа, но остановился. Джордж закрыл лицо руками, и Дрим нахмурился.              Он приподнял Джорджа, слегка разворачивая так, чтобы они оказались лицом к лицу.              — Джордж? — нерешительно спросил Дрим.              Слова старшего были едва слышны из-за его рук:              — Да.              Дрим развел бледные руки, сжимая его тонкие запястья:              — Ты прекрасен.              Джордж издал жалобный стон:              — Дрим. Остановись.              — Нет, я собираюсь говорить тебе, как сильно я тебя люблю, и говорить, что ты великолепный, и красивый, и неземной, и фантастический, до самой моей смерти.              Брюнет вздохнул и наклонился вперед, чтобы поцеловать его в губы, дабы попытаться его заткнуть. Какое-то время это работало, но достаточно скоро Дрим оторвался. Он приподнял Джорджа за подбородок, заставляя их встретиться взглядами.              — Скажи мне, что ты согласен, и тогда я остановлюсь.              Наступила пауза, прежде чем Дрим получил согласие от Джорджа:              — Хорошо. Я... красивый.              Дрим ухмыльнулся, широко и самодовольно:              — Вот так. Это мой мальчик!              — Ты такой идиот, Дрим.