В ту ночь.

Вновь утро, но теперь первым проснулся Салли. Он повернулся к другу и вспомнил о вчерашнем разговоре, из-за чего сердце пронзила колкая тревога. Аккуратненько спустившись на пол, Фишер натянул протез и сделал вывод, что нужно сходить к отцу и сообщить, что он уйдёт гулять. Ларри ведь всё равно ещё спит. Так он и сделал. Тихо вышел из комнаты, старался быть тихим и в лифте, но это было невозможно, — старый механизм весь трещал и отзывался новым стуком при подъёме на этаж выше. Вышел Сал, ругая и лифт, и Эддисона, и всю эту чёртову планету. И вот уже дверь номера, такая же знакомая, как и дверь в подвал. Салли заходит внутрь, уверенно идёт к комнате отца, но останавливается перед дверью и поправляет хвостики. Чем-то важным для него была эта детская и дурашливая прическа. Сал стучит в дверь, ждёт несколько долгих секунд и входит в комнату. Отец спит за компьютерным столом, и первая мысль в голове Салли была безмятежной. "Так заработался, что уснул за столом.." Но Сал переводит взгляд на кровать и обнаруживает смятые банки из-под пива. И следующая мысль была несколько раздражённой или, лучше сказать, гневной. "Да он просто вливал в себя алкоголь всю ночь!" Салли выходит из комнаты так быстро, будто надеясь, что надоедливые мысли сами по себе отцепятся, и он обо всём забудет. У себя он берет помятую пачку сигарет, лихорадочно достаёт оттуда одну, снимает протез и прикуривает, прислоняясь спиной к двери. Да, комната и одежда провоняются дымом, но какое ему дело до этого, когда отец не может совладать с собой и забыть уже Диану! Может, это немного жестоко, немилосердно или бесчеловечно, но Сал ведь нуждается в чем-то большем, чем неестественно спокойная улыбка на лице Генри, которой легковерный Салли всегда так доверяет. Он выбрасывает сигарету в окно, смотрит вниз, шутя, что полетел бы следом, если бы не Ларри, который его ещё ждал. А какая разница? У Ларри есть любимый человек, являющийся ему хорошим другом. Сдался ему вообще Салли? Но Сал смог совладать с собой и отойти от открытого окна. Вновь надел протез и как можно быстрее вернулся вниз, даже не оставив записки для отца перед уходом. Может, он даже не проснётся до прихода сына. Ларри сидит на кровати в своей комнате, да так вычурно, словно только что занимался чем-то, но услышав шаги, быстро всё попрятал. — Всё нормально? — Сал садится рядом и смотрит на друга. — Конечно, чувак. — Ларри улыбается, но улыбается так, будто не выспался. — А ты куда ходил? — К папе, сказать, что пойду с тобо гулять, а он.. опять напился. — Салли замученно опустил взгляд, а Ларри потрепал его по плечу и притянул в свои объятия. — Да всё нормально будет, не парься так.. — Ларри старается поддержать и делает это совсем неумело, но так по-родному, как делает всегда. — Ты курил? — Да. — Салли даже и не собирался это скрывать. Он лишь отстраняется от друга. — Воняю? — Весь воняешь. — Ларри улыбается, а Салли, сам того не заметив, повторяет за ним. — Так что.. идём к твоему этому.. — Салли не хочет произносить слово "возлюбленный" или что-то связанное с ним. Он слишком ревнует Джонсона ко всем, наверное, даже к Эшли, но толком и себе признаться в этом не может. — Да идти никуда не надо. — Ларри загадочно лыбится, а Салли совсем ничего не понимает. "Этот парень уже здесь? Так рано? Видимо, они и вправду близкие друзья." — Почему не надо? — Фишер смотрит на Джонсона, прямо в карие глаза, будто желая найти в них ответы. — Он уже здесь. — Ларри отвечает. Но это совсем не то, что хотел услышать Сал. Он надеялся, что Ларри вдруг разлюбил этого парня или не захотел ему признаться. Конечно, Фишер хочет счастья для друга, но он уже слишком к нему привязался, чтобы с кем-то делить. — И где он? — Сал немного опускает взгляд, попадая на губы Ларри. — Прямо передо мной. — Джонсон продолжает улыбаться, а Салли поворачивается назад. Не увидев никого, он вновь смотрит на Ларри и тут же понимает. Фишер здесь и он друг шатена. Так может быть?.. — Ты имеешь ввиду, что это я? — Салли спрашивает это медленно, боясь ошибиться, разбить последнюю надежду. Ларри кивает. А Сал чувствует, как его сердце взлетает на воздух и взрывается, останавливается и вновь начинает биться. Пальцами он сжимает рукава своей кофты и неторопливо поднимает взгляд на глаза Ларри. Тот смотрит на Фишера, похоже ожидая ответа. — Я рад.. — Салли просто не находит, что ответить, утопая в смешанных чувствах. Он так хотел, чтобы Ларри не был с другим парнем, но не понимал, что думает о нём, как о ком-то ближе лучшего друга. — Не взаимно.. — Видимо, хочет спросить кареглазый, но Сал его перебивает. — Подожди ты! — Он неуверенно стягивает со своего лица протез и быстро приближается к Ларри, оставляя на его губах неловкий и очень короткий чмок. — Сам подумай. Ларри улыбается и радостно обнимает Фишера, повалив его на кровать. — Ты меня раздавишь, Лар.. — Он смеётся, и Ларри тоже начинает смеяться, утыкаясь носом в грудь Сала. — Так ты об этом с Эш говорил, да? Салли очень смущён, но старается казаться решительным и непоколебимым, хотя Ларри точно слышит громкий стук его сердца. — Ага. Она как-то поняла, что ты мне нравишься. — Ларри вновь радостно улыбается, а Сал зарывается рукой в его волосы.. Вечер. Эш уже обо всём знает, поэтому примчалась сразу, как смогла, чтобы посмотреть на "голубков", так она выразилась. Сал сидел в старом кресле-мешке и жутко смущался, притягивая колени к своей груди и пряча в них лицо. Ларри ещё пытался поцеловать его или обнять, но Салли каждый раз отбивался и прятался по всей комнате, прикрываясь тем, что Эшли и так уже много знает, поэтому ей нельзя видеть что-то большее, а если сильно хочется, то пусть идёт и читает книжки, представляя, что речь в них идёт о Салли и Ларри. Эш на это коварно заулыбалась и сказала, что отныне будет читать только самые пошлые и самые гейские. Салли из-за этого так засмущался, что издал какой-то непереводимый визг и схватился за свои хвостики, зажмуривая глаза, чтобы точно никого не видеть, а Ларри, защищая принадлежащий ему комочек смущения, выпроводил Эшли за дверь, на что она лишь звонко рассмеялась..