Что было бы, если

Саша замялась и немного смутилась, хоть и это не было заметно. Аня уже была с подушкой в руках и ласково провела Сашу между ног. Та инстинктивно приподнялась и Ане удалось подложить под ее живот и таз подушку. Она удобно согнула Саше одну ногу в колено почти прижав ее к бедру и та почувствовала как расслабилась окончательно. — Не двигайся. — чуть громче чем до этого сказала Аня после поцелуя в плечо. Аня заняла максимально удобную для неё позу. В немного новом положении для рыжеволосой фигуристки, которая так и продолжала лежать на животе, надрывисто вздыхая, Аня продолжала её щипать и делать сильные засосы, переодически заходя туда, где было совсем мокро. Каждый раз замечая кроткую реакцию Саши на это, фигуристка мило улыбалась и продолжала снова. Вскоре Аня сосредоточилась своими пальцами на тех губах, что совсем были влажными и вовсю пульсировали. Она чуть больше раздвинула бёдра Саши. Проникнуть одним тонким пальцем внутрь было совсем несложно. Саша чувствовала сильное возбуждение и совсем была расслаблена, возможно даже не совсем почувствовав проникновения. Она глубоко и прерывисто дышала, в ее мыслях не было совсем ничего. Состояние сравнимое с эйфорией. Она понимала, что до пика ей осталось немного. И Аня это чувствовала. Она прильнула к небольшой точке между ног, поцеловав ее также, как грудь. Клитор был наполнен и совсем горячим. Вставив второй палец, Аня одновременно прикусила где-то рядом, от чего Саша снова коротко простонала. Именно в сочетании с такими действиями темноволосая продолжила. Она двигалась неспешно, добавляя немного боли и сильно надавливая внутри. У Саши медленно сокращалась всё, но она продолжала ещё дышать, оставляя тихие и естественные звуки после каждого вздоха. Ее свободная рука впилась в постель, а волосы передавали мелкую дрожь и пульсацию всего тела, еле заметно колышась на теле. Продолжая те же действия, довести фигуристку до большего и конечного удовольствия не составляло трудности. Но Аня ощущала прилив какой-то небывалой нежности, желая дать почувствовать Саше как можно больше. Она резко остановилась, заметив как на горячем теле фигуристки пробегают небольшие мурашки. Это было вовремя. Аня ласково перевернула Сашу за плечо одним движением, позволяя ей лечь на спину. Ее тело было совсем податливым, теплым и мягким. Саша чувствовала какое-то растворение с окружающим. Темноволосая подвинулась к ней и медленно развела бедра. Она села на колени между ее ног и снова раздвинула ее миниатюрные и горячие губы. В этот раз она вошла сначала двумя, а потом с силой добавила третий и одновременно поцеловала ту маленькую точку, которая невыносимо пульсировала последние мгновения. Не отпуская ее, она игралась с ней словно с языком своей любимой рыжей девочки буквально несколько секунд. Стоило чуть больше надавить внутри, как Аня почувствовала, что Саша замолкает и ее таз поднимается вверх. Сашу трясло еще несколько секунд, ее руки впились в волосы Ани, а мышцы сокращались и сдавливали тонкие пальцы внутри. Она чувствовала проходящие импульсы по всему телу, накатывающиеся волны не проходили, стоило Ане сделать хоть какое-то малейшее движение. Ее грудь замерла, и только после глубокого вздоха она кажется пришла в себя. Саша немного привстала, чтобы взять Аню за запястье и вытащить ее руку. В это время голова темноволосой фигуристки уже лежала на прессе Саши, Аня ласково гладила ее с внутренней стороны ног. Несмотря на жестокость, Саша всегда была застенчивой. Но кажется сейчас она словила самое больше ощущение стеснения и не решала даже посмотреть в глаза фигуристке, которая довела ее до чувств, которые занесли слишком высоко. И Аня чувствовала это. Как всегда. Она встала, коротко посмотрела в слезящиеся от перевозбуждения глаза Саши и крепко прижала к себе. — Саша, ты такая красивая... Такая... Аня гладила ее по волосам, чувствуя как уставшая Саша словно тает у нее на плече. Она все еще смущалась, хотя приятное чувство полной разрядки по всему телу уходить никуда не собиралось. Аня в это время ощущала небывалый прилив нежности, удовольствие от того, что только что человек, которого она хотела больше всего в этой происходящей череде невероятных событий, сейчас испытал удовольствие именно от нее. Ещё несколько минут они сидели вместе, пытаясь больше узнать друг друга через лёгкие прикосновения. — Холодно? — спросила Аня, когда почувствовала что фигуристка словно сжалась. — Немного… Аня попыталась закутать Сашу в одеяло, но та встала с кровати и быстро одела висящую кофту на спинке кровати. — Аня, пойдём. — немного охрипшим голосом сказала Саша. Она потянула фигуристку за руку и повела ее к креслу, которое стояло около окна, успев при этом выключить единственный работающий ночник в комнате. Оттуда прекрасно был виден город. А вот увидеть девушек было почти невозможно — слишком высоко. Саша взяла Аню за плечи и стала усаживать ее в кресло. — Садись ко мне. — Аня протянула руки к стоящей рядом Саше уже севши в кресло. Она улыбалась совершенно искренне, ее глаза горели. Вместо этого Саша села на колени ни к Ане, а на свои и на пол. Она подвинулась ближе и оказалась прямо напротив. Больше всего ей хотелось показать в ответ то, что чувствует к темноволосой, находясь здесь. Традиционный взгляд Саши из под лба сейчас был совсем не злым, а скорее покорным и одновременно невероятно нежным. Аня стала ловить себя на мысли, что чувствует себя снова неловко, словно заставляет что-то делать Сашу. Но рыжей это определенно нравилось. И если она уже чувствовала приятную усталость после того, как Ане удалось ее довести до потерянного состояния эйфории, то Аня чувствовала только нарастающее возбуждение, стоило лишь вспомнить стон или вид Саши, лежащей на животе... Саша к Ане хотела только ласки. Она аккуратно сняла с нее все, что было ниже пояса. И если Сашу Аня видела еще тогда, в ванной, то ее саму обнаженной вот так не видел никто. Рыжеволосая положила одну ногу Ани на подлокотник кресла. Аня оказалась в совершенно неловком для нее положении, казалось что все, что только что раскрылось сжалось, а она почувствовала сильное смущение, хотя телесно в такой позе чувствовала себя очень удобно. Не заметить это было нельзя, поэтому Саше пришлось все же привстать, чтобы поцеловать Аню в макушку, одновременно проводя руками по внутренней стороне ног. Саша вернулась в свое изначально спланированное положение на колени перед Аней. Еще несколько минут она гладила ее, наблюдая как темноволосая расслабляется, ее голова совсем облокачивается о спинку, а глаза закрываются. Аня стала размеренно дышать и Саша не стала долго ждать. Сначала короткий поцелуй чуть ниже пупка, постепенно опускаясь ниже, Саша сама закрыла глаза. После нежного поцелуя клитора, Саша знала что делать с ним дальше. Обе фигуристки просто чувствовали друг друга. Аня понимала что осталось буквально несколько мгновений. Сказать что она испытывала такое раньше — нет. И сказать, что она чувствует что такое испытать ощущение, после которого она скажет Саше остановится, тоже было нельзя. Саша понимала что делает она это словно в благодарность за то, что было несколько минут назад с ней. Поэтому она совсем не спешила. Кажется, Саша даже успела погрузится в какие-то свои мысли, до того момента как Аня инстинктивно попыталась отпрянуть от себя рыжую фигуристку. — Ань, все хорошо? — чуть испуганно, но так тихо спросила Саша. Аня уставши улыбалась после продолжительного сокращения мышц где-то внизу и проходящих мурашек по всему телу, и уже тянула одну руку к руке Саше. Саша залезла на кресло, но все еще была в смятение. — Конечно — шёпотом ответила Аня. — У меня не было такого... Обе девочки как и в начале стали гладить друг друга по волосам. Говорить не хотелось совсем, а только смотреть в окно, рядом с которым они только что закончили воплощенные фантазии обеих. — Ты все таки замёрзла. — сказала Аня. — Пошли. Аня силой потянула Сашу обратно в кровать и на этот раз ей быстро удалось ее укрыть. Саша почувствовала приятное тепло и как будто снова закрылась в себе, словно ничего и не произошло несколько минут назад. Ее глаза сомкнулись и лишь сквозь телесные ощущения она смогла понять, что Аня ложится рядом, все ещё боязливо, но как всегда ласково, обнимает ее со спины. Утро «...И не брошу на полпути, не скажу что не могу...» В наушниках у Саши на повторе играла именно эта песня, а в ее руках был телефон. Она сидела на кровати, в то время как Аня еще крепко спала. Саша: «Прости, что не ответила вчера. и спасибо за песню, как ты ее нашел?» Марк: «знал ее давно, скоро увидимся?» Саша: «хочется поскорее)» Саша не знала что происходит у нее внутри. Она другая. И скорее всего она стала другой именно после этой ночи, когда позволила объять искренней любовью ту, что забрала у нее самую заветную мечту с детства. Что это было? Понять невозможно. Хочется ли продолжения начатого этой ночью? Ответить нельзя. А что ей делать дальше? Она не чувствовала пустоту, она чувствовала свободное пространство внутри и в этом она явно находила отличие. В ее душе где-то навсегда запечатались слова Медведевой о ее судьбе, навсегда отпечатались слова объявляющего ее второе место, навсегда высечены красивые слова Ани, и где-то сейчас начинают проявляться слова о том, что это всего лишь половина пройденного пути.