Не трожь его, он мой! (Персональный купидон 2)

После того самого случая с Тайным Сантой прошло несколько месяцев. О союзе Бакуго и Мидории, который, кстати говоря, многие бы считали невероятным, знала одна лишь Очако. Ну, о нем еще, правда, случайно прознал Киришима, но больше никто. До некоторого момента… – КАКОГО ФУА ФЫ ФУФ ФАФУФФ!!! – прокричал разъяренный Айзава. Всемогущий едва успел заткнуть ему рот, пока тот не начал материться. Тошинори измученно поглядел на класс 1-А. Он еще не помнил такого случая, чтобы кто-то из учеников смог ТАК выбесить Шоту. Пора классному руководителю подавать в отставку… Мидория испуганно оглядел разрушения. Да уж, такого масштаба разрухи он еще не видал… Весь ряд общежитий был расхерачен в хлам. Весь. Абсолютно. Одни обломки остались. На улице стояли все ученики Юэй, успевшие выбежать из зданий. Многие понеслись спасать тех, кто не успел убежать. Были раненые. Много раненых. Кому-то даже отрубило руку. Сейчас этим невезунчиком занималась Исцеляющая Девочка. Летального исхода не было. Что же могло послужить началом таких разрушений? Изуку закрыл лицо рукой, вспомнив, из-за чего все началось. К Мидории начал подкатывать Тодороки, а Бакуго это, естественно, не понравилось. А в лицо ж сказать нельзя, Шото потом такие слухи распустит, что хоть с крыши прыгай. Ну Кацуки и вызвал того на поединок. А Тодороки что, Тодороки ж как раз надо было покрасоваться перед Деку. Ну он и ответил. И все бы ничего, но вмешался Иида, который побежал разнимать одноклассников. А те внезапно отскочили в сторону. Ну и Тенья врезался со всей дури в стену своего общежития и раскрошил ее. На шум прибежала Урарака и завизжала, от этого визга Тодороки потерял концентрацию и чуть не спалил Бакуго, а у того от огня начало взрываться все и вся, что привело к разрушению соседнего общежития. На улицу выбежал весь 1-А, кроме нескольких человек - Токоями, который спал, Асуи, которая искала Очако в общежитии, и Мидории, которому было стыдно на это смотреть. В бой вступил Киришима, которого Бакуго отбросил взрывом невесть куда, и тот снес собой еще одно здание. Подключилась Кьека, которая своим звучанием вывела из строя абсолютно всех, окончательно разрушила свое и соседние здания, и вдобавок разбудила Токоями. А тот, проснувшись в кромешной тьме, не смог совладать с Темной Тенью, которая вырвалась и уничтожала оставшиеся корпуса до тех пор, пока ее не утихомирили. Виновники происшествия разошлись в разные стороны. Бакуго сразу, как увидел Мидорию, подошел к нему и стал рядом. – Не сдох в этом балагане? – негромко спросил Кацуки. – Каччан, ты издеваешься? – Изуку ошарашенно посмотрел на блондина. – Ты устроил такое, а потом спрашиваешь меня, живой ли я? Это было слишком безрассудно! – Этот Половинчатый сам напросился, – раздраженно фыркнул Бакуго. Мидория вздохнул. В конце концов, если бы не Деку, этого всего и не случилось бы. В который раз он оправдывает свое прозвище… Ну за что ему это все, а?.. Впрочем, тут же появился другой вопрос – где им всем теперь жить? Среди этой разрухи существовать будет невозможно, а родители многих учеников, в преддверии майских праздников, уехали на каникулы. А о новых общежитиях можно забыть – бедный Айзава сейчас готов чуть ли не вешаться, Всемогущий – тоже, одна лишь Полночь сочувствующим взглядом смотрела на ребят. Как же все сложно… Наконец Шота обреченно вздохнул, и с помощью Тошинори присел на скамейку, чудом уцелевшую от разрушений. Воцарилось молчание. Сотни напряженных лиц уставились на Айзаву, ожидая его вердикта. В конце концов это его класс устроил такое, а, соответственно, его решение сильно повлияет на мнение директора Незу. – Чтобы такое было в первый, и в последний раз, вы меня поняли? – наконец сказал Стиратель, уставшими глазами глядя на свой класс. Ученики 1-А широко раскрыли глаза, после чего радостно и быстро закивали головами. Такой шанс упустить нельзя. Если учитель добрый – класс тоже должен быть соответствующим, а то учитель будет злой. Это известная истина, давно зазубренная каждым студентом из Юэй. – Цементос, – Айзава кивнул в сторону прибывшего героя. – Сооруди для них временные пристанища, пока это все не будет отстроено. Цементос кивнул. – Сейчас все будет! Миг – и перед учениками образовался цементный куб с дверью и окнами. Мидория выдохнул. Все же, это лучше, чем спать на деревянных обломках, кусках черепицы и торчащих штырях арматуры. – Места в таких "кубах" будет очень мало, – предупредил Шота. Сзади остановился недавно подошедший директор Незу, иногда кивающий головой в знак согласия. – Надо будет спать по два человека вместе, иначе не поместитесь. К счастью, вас как раз 20 человек. И чтобы жалоб по этому поводу я не слышал, особенно от вас. Можете распределяться по парам. Свободны. Киришима сразу же подошел к Каминари. Асуи направилась к Урараке. Да и почти все, собственно, быстро нашли себе пару. Остались лишь несколько человек. Изуку переминался с ноги на ногу, боясь подойти к Кацуки. В конце концов, никто же не знает, что они вместе! Он не заметил, что Бакуго уже направлялся к нему. Правда, блондина опередил Тодороки. – Мидория, – начал гетерохромный. – Ты не будешь возражать, если… – Он будет возражать, – довольно громко процедил сквозь зубы Кацуки. – Бакуго? – Шото повернулся к красноглазому и поднял брови. – А ты тут при чем… – Еще как причем, Половинчатый ублюдок! – прорычал Бакуго, поднимая руку, в которой заискрились взрывы. – Каччан, ну хватит уже! – Мидория подбежал к блондину и схватил руками его ладонь. Не хватало еще, чтобы они повторную бойню устроили. Тодороки перевел взгляд сначала с одного на другого, потом с другого на первого, потом опять обратно, после чего приподнял правую бровь. – Так вы друзья? – удивленно спросил Шото. – Это тебя волновать не должно, гребаный Половинчатый, – злобно цыкнул Кацуки, беря за руку Мидорию и разворачиваясь к новому месту жительства. – Помни лишь то, что, если ты хоть как-то прицепишься к нему, – он указал на Изуку. – Я тебе бошку снесу, понял? С этими словами раздраженный блондин и красный как помидор Мидория победно удалились в "куб". Шото почесал макушку, осознавая произошедшее. Сзади вдруг послышались треск, громкое "АЙ!!!" и трехэтажная ругань. Это скамейка, на которой сидел Айзава, проломилась под его весом. Да уж, если бы это случилось чуть раньше, возможно, их бы вообще оставили жить на улице. Но уже все, решение принято. Осталось только найти пару, за чем гетерохромный и отправился.

***

Ночь. Но никто не спит. Все с удивлением смотрят на двух учеников 1-А, у которых, по мнению большинства, еще только недавно были напряженные отношения. Но тем не менее, эти двое – Мидория и Бакуго – сейчас так тихо, так по-домашнему уютно лежат в обнимку, негромко посапывая. Что ж, наверное, после этого никто даже и не вздумал бы приставать хоть к кому-то из них. А им двоим больше ничего было и не надо.