Сделай мне больно

— Ляг на меня, — вальяжно произнес Разумовский, переворачиваясь на живот. — Серый, не забывай, как я раскачался в последнее время. Тебе же будет больно, — осторожно напомнил Олег. — Я сказал: ляг на меня, — повторил Разумовский уже немного жестче, и Олег начал аккуратно опускаться ему на спину, удерживая вес на руках и упираясь в кровать по бокам от своего возлюбленного. — Руки отпусти, — ожидаемо добавил он, чувствуя нерешительность Волкова. — Ну же, хочу весь твой вес на себе, Олеж. Олег, хоть и переживал за снова что-то удумавшего Разумовского куда сильнее, чем за себя, не мог ему перечить, поэтому, как и было велено, перестал опираться на руки и полноценно улегся на Сережу. — Как ты, все нормально? — осторожно спросил он. — Не тяжело? — Все хо-хорошо, — глухо прошептал Серый, которому явно было тяжеловато говорить. — Давно хотел почувствовать тебя на себе. Такой кайф — чувствовать себя полностью защищенным… тобой. С этой стороны о его затее Олег не думал. Действительно было приятно сознавать, что он закрывает Сережу ото всех бед, от целого мира. Никто не ранит Сережу, не причинит ему боль, Олег с радостью примет каждый удар на себя. Меж тем Серый, немного освоившись, принялся слегка потираться задницей об Олега, хоть и явно делал это с ощутимым усилием. — Хочу, чтобы ты орал от боли, Олеж, — ласково, но вместе с тем властно проговорил он, по-прежнему глухо из-за тяжелого Олега на нем. — Хочу выпороть твой член. Тем новым стеком. Кажется, должно быть очень больно. Что… уф-ф, думаешь? — Как будто я могу быть против, — усмехнулся Олег, ощущая, как слова Сережи, близость его тела и легкие движения его задницы быстро привели к практически каменному стояку. — Не устал, Сереж? — заботливо поинтересовался он. — Давай еще полминутки так полежим, — полузадушенно отозвался Серый (хотя душили в этой кровати исключительно Олега). Мысленно отсчитав ровно тридцать секунд, Олег снова перенес вес на руки и осторожно приподнялся, а затем откатился в сторону и улегся на спину. — Знаешь, после массажа камнями был похожий эффект, — уже более звонко проговорил Серый, принимая сидячее положение. — Было приятно, но ты и правда набрал мышечной массы на тренировках, — хихикнул он. — Спасибо, Олеж, ты самый лучший, — добавил Разумовский уже чуть более серьезно. Олег почувствовал, как щеки потеплели — от незаслуженной похвалы. Еще бы, он сегодня не вытерпел ни капли боли, наоборот, причинил ее Серому, которому явно было тяжело, а его с какого-то перепугу называют самым лучшим. — Кто-то мне обещал, что я буду орать от боли, — напомнил он, плавно переводя разговор на другую тему. — Не обещал, а озвучил свои желания, — соблазнительно поправил Сережа. — Обожаю причинять тебе боль. Знаешь же, как меня это заводит, — на этих словах Сережа наклонился к лежащему Олегу и звонко чмокнул его в щеку, отчего та снова потеплела. Удивительное дело — они вместе уже столько лет, столько всего перепробовали, а у Олега встает от одних только слов или пары прикосновений, а еще он смущается каждый раз, как в первый. Будто только вчера он предложил Сереже сбросить пар, как следует ударить его, чтобы тот не вспылил, не сорвался снова на детдомовских мальчишек и не оказался избитым сам. Будто только вчера Сережа в очередной раз колотил его как грушу, отчего у Олега безнадежно встал. Он и сам не понимал, от чего — то ли от близости лучшего друга, по которому он сох сколько себя помнил, то ли от гордости за себя, придумавшего такой отличный способ помочь Сереже, то ли от внезапно открывшихся мазохистских наклонностей. Будто только вчера Сережа приказал Олегу вытащить свой член и отдрочить, глядя Серому в глаза, а Олег не смог ему отказать, хоть и умирал от стыда — и безумного возбуждения. Меж тем Разумовский встал с кровати и принялся искать что-то на письменном столе, где царил невероятный бардак, перебирая пакет за пакетом. — Нашел! — воскликнул он, доставая черный кожаный стек с широким шлепком. Член Олега дернулся от предвкушения, а сам он встал с кровати и принялся расстилать на столе одноразовую скатерть. — Здорово, что мы купили этот стол, Олеж, — подал голос Серый, доставая смазку. — Идеально подходит под твой рост. — Так что, сделаешь мне больно, Сереж? — улыбнулся Олег. — Обязательно, — заверил его Серый. Олег встал вплотную к столу, укладывая на скатерть уже почти вставший член и подрачивая его до полной готовности. — А я разрешал тебе себя трогать? — в голосе Сережи появилась сталь. Он схватил стек и шлепнул Олега, попадая вместо члена по его руке. — Руки за спину. — Прости, — возбужденно простонал Олег, делая как было велено. Его член остался лежать на столе, жаждущий Сережиного внимания. Сережа, в свою очередь, не тратил времени зря. Он выдавил немного смазки прямо на головку, нежно размазал ее пальцами по всей длине и сделал несколько слишком медленных движений. — Сереж, давай уже, — не сдержался и выпалил Олег, гадая, получит ли за такую дерзость сладкие дополнительные удары. — Хочу, чтобы ты меня отшлепал как следует. Пожалуйста. — Ну раз ты так просишь, — ухмыльнулся Сережа и снова взялся за стек. Первый удар по головке обжег приятной болью. Последующие удары приходились то на ствол, то снова на головку, отчего Олег принялся стонать. На особенно сильных взмахах он шипел от боли, еще сильнее возбуждаясь. Олег перевел взгляд с собственного истекающего естественной смазкой члена на лицо Сережи. Тот аж сиял от удовольствия. Он всегда сходил с ума от причинения боли своему возлюбленному. А Олег сходил с ума от мысли, что Сережа так кайфует — и все благодаря нему. Сережа ненадолго прервался, чтобы добавить еще немного смазки — хотя Олегу казалось, что в этом нет нужды. А затем принялся наносить удары с удвоенной силой. Олег застонал еще громче, его член аж подпрыгивал на особенно сильных взмахах. На одном резком ударе по головке он инстинктивно отодвинулся от стола, впрочем, быстро исправив свою ошибку и вернувшись. Сережа с горящим взором пробормотал: «Ты за это получишь» — и теперь каждый удар был еще более яростным. Олег уже практически орал сквозь марево возбуждения — от нереальной смеси боли и удовольствия. И от осознания того, что делает своей реакцией приятно любимому человеку. Казалось, что получится кончить лишь от ударов, без дополнительной стимуляции, но имевший опыт в порке члена Олег уже знал, что это обманчивое впечатление. Он с радостью принимал удары, громко стонал и ждал, когда Сережа разрешит прикоснуться к себе. Еще несколько сильных ударов — сначала по стволу, затем точно по головке, и… — Можно, — наконец дал разрешение Сережа, ненадолго убирая стек. Олег сразу же выдернул правую руку из-за спины и обхватил член. Ему хотелось получить еще, по самому нежному местечку, и со всей силы. Он сделал пару движений, затем оголил головку и замер, удерживая член неподвижно. Казалось, Сережа прочитал его мысли — потому что немедленно нанес особенно жесткий удар стеком, а затем еще и еще. Теперь, когда Олег удерживал член, удары ощущались особенно ярко. — Сильнее… прошу… — прохрипел он. И когда только успел сорвать голос? — Куда уж сильнее, Олеж, — ухмыльнулся Сережа, явно радуясь такой просьбе. Он сделал более крутой замах и опустил стек еще резче. — Ай-ай, да, еще, — простонал Олег в забытьи, потихоньку начиная двигать рукой. Теперь часть ударов попадала мимо чувствительной головки, и Олег не знал, чего хочет сильнее — продолжить ласкать себя, толкая все ближе к оргазму, или же снова замереть, чтобы прочувствовать удары по полной. — Не останавливайся, Олеж, сделай себе приятно, вот так, — напутственно произнес Сережа, и Олегу не осталось ничего, кроме как подчиниться. Он задвигал рукой быстрее, чувствуя, что осталось совсем немного. Одновременно мечтая о сладком завершении и не желая, чтобы это прекращалось. Сережа бил четко и ровно, не делая пауз и явно ведя его к пику удовольствия. Олег почувствовал, что сейчас, уже, вот-вот… и бурно кончил, забрызгивая предусмотрительно расстеленную скатерть. Сперма выплескивалась толчками, он сделал пару движений рукой, в то время как Сережа ударил его еще несколько раз, делая оргазм острее. — Ты такой молодец, Олеж, так красиво стонал и так красиво кончил, — похвалил его Сережа, откладывая стек на стол и нежно целуя Олега в губы. — Отдохни немного, любимый, а потом я выебу тебя в горло. Договорились? — зачем-то уточнил он, зная, что Олег, как всегда, будет согласен на все. — Хорошо, Сереж, — сипло ответил Олег, явно не отойдя от урагана удовольствия. — Спасибо.