Мой сухой хворост обрёл свою зажигалку

      Спросонья Микаса аккуратно заползла на рядом лежащего Ривая, удобно устроившись на его груди. От её шебуршений мужчина приоткрыл глаза и положил на голову брюнетки руку, слегка поглаживая.       — Хороший стратегический ход, — заметил он, — я вроде не собирался убегать.       — Ты мне должен чистосердечное признание, — тихо отозвалась она, не поднимая головы и бормоча прямо в него.       — Тогда я буду говорить, только ты не спи.       И он рассказал обо всем, что связывало его с подземным городом, про разговор с дядей в захудалом баре, про запах женских духов и про свои чувства за эти сутки. Когда он подошёл к концу захватывающего повествования, девушка уже лежала рядом на животе, подперев голову руками и внимательно слушала.       — И вот, Микаса Аккерман, так я понял кое-что. Я каждый день всё больше к тебе привязываюсь, потому не могу уже представить своё утро без тебя, надеюсь ты тоже. Когда тот парень докасался до тебя, мне хотелось руки ему вырвать, веришь? Мне уже не двадцать лет, не восемнадцать и даже не шестнадцать, поэтому я понимаю насколько больно и тяжело отпускать дорогих тебе людей. Раньше я думал, что привязываться к людям — наиглупейшее занятие, но с тобой я понял, что в этом и есть смысл существования. Мне чтобы жить достаточно знать, что ты в безопасности, лежишь тут рядом и смотришь на меня, как будто хочешь съесть.       Он обратил взгляд на девушку, что действительно так засмотрелась на него, что уже была готова полезть в рот, чтобы слушать дальше.       — Знаешь, Леви, когда мы танцевали с тем мужчиной, я молилась, чтобы ты никогда об этом не узнал. И я поражена твоему самоконтролю, — ответила она, хаотично водя пальцем по его руке.       — Теперь ты должна мне танец, — сказал он и встал с кровати.       Ривай надел только брюки и начал стаскивать с постели Микасу, что сначала не особо поддавалась. Но когда та наконец поднялась, они встали друг напротив друга в классическую для вальса позицию. На девушке было только нижнее бельё и рубашка мужчины, расстёгнутая на пару пуговиц сверху. Они закружились в танце на своём импровизированном балу, влюблённого глядя друг на друга. Такие милые бытовые моменты очень глубоко откладываются в памяти возлюбленных. И оба думали каждый о своём, но их мысли так же переплетались вместе, как и тела. Микаса хотела, чтобы этот момент никогда не заканчивался, и думала, что смогла бы так провести целую вечность. С одним единственным мужчиной в этой уже такой родной комнате. А Леви всё думал, ещё с прошлого вечера, как пойти с ней вдвоём дальше, но пока его сдерживали некоторые обстоятельства. Когда танец начал надоедать, мужчина аккуратно подхватил Микасу за одно бедро и поднял ногу вдоль своего тела наверх, наклоняя девушку назад так, что та непроизвольно запрокинула голову, и пылко поцеловал в оголенную шею, поддерживая под поясницу. Аккерман одной рукой держалась за его шею, не собираясь мешать ласкам, по которым уже успела соскучиться. Мужчина бережно полизывал её кожу, пока наконец девушка не подняла голову и не привлекла Ривая в поцелуй. Он чрезмерно аккуратно и медленно двигал губами, больше дразня, чем целуя, причём намеренно. А Микаса особо не собиралась церемониться.       — Это твой первый поцелуй? — с саркастичной улыбкой прошептала она ему в губы, — не волнуйся, я буду нежной.       — Это я буду нежным, чтобы ты осталась цела, — ответил он ей, глядя прямо в глаза и ухмыляясь.       Он позволил ей выпрямиться, после чего одним движением усадил на край кровати, прямо перед собой. Леви сначала легонько ухватил девушку за шею сильной рукой и наклонился к губам, смотря на неё хищным взглядом, с вызовом и оценивая, как отреагирует брюнетка на его обращение. Она хотела было потянутся за поцелуем, но в ответ почувствовала лишь сильнее сдавливающую глотку руку, не дающую получить желаемое. А мужчина по-прежнему оставался очень близко, так, что она ощущала его горячее дыхание, но он дразнил, показывая своё превосходство. Микаса быстро всё поняла. Эта животная страсть в его глазах отдавалась дрожью по всему телу.       — Пожалуйста, Леви, — весьма жалко промолвила она, — целуй меня.       Как бы сильно он не хотел быть жёстким и властным в таких эротических заигрываниях, но устоять перед ней не мог. Тогда мужчина отпустил её шею, попутно слегка поглаживая место соприкосновения и сделал вид, что на этом всё закончится. Но вдруг резко подхватил девушку на руки, прижимая спиной к стене напротив кровати. Обхватив его ногами, она начала снимать рубашку, пока Ривай медленно покрывал её поцелуями, опускаясь ниже по мере того, как она расстегивала пуговицу за пуговицей. Она была такой горячей и красивой, такой манящей всем своим видом. Когда с одеждой было покончено, мужчина уже хотел перейти на другие ласки девичьего тела, но оба резко остановились. В дверь на первом этаже кто-то настойчиво стучал. Они быстро переглянулись. Сперва растерянно, потом огорченно, а потом в глазах Леви загорелся огонь ненависти. Аккерман быстро спрыгнула с его рук и удалилась в ванную, чтобы не попасться на глаза незваному гостю. Ривай был готов уничтожить человека за дверью. Он быстро надел свою же рубашку, которую только что сняла девушка и спустился вниз. Когда он резким движением открыл, то столкнулся лицом к лицу с Майором Ханджи. Сказать что он не ожидал — ничего не сказать.       — Я смотрю ты не в настроении, — прощебетала она, виртуозно проскальзывая в дом и впихивая в руки мужчины пакет.       — Я смотрю ты не вовремя, — недовольно ответил тот, подходя к крану на кухне, попутно кидая гостинцы на стол и наливая себе воды.       — У меня радостная новость, тебе понравится — так и сияла та, устраиваясь на диване.       — Где-то я уже такое слышал, — саркастично ответил Ривай, — а точно, это мне говорила Микаса перед балом, на котором её хотели продать в проститутки и чуть не убили нас всех. Кажется, твоя идея была?       — Ну ничего, спасли бы твою Аккерман, — тихо хихикнула женщина.       — Что хотела то?       — Вот смотри какой сегодня утром в штаб прислали документ, — она потрясла бумагой, которую всё это время держала в руке, — тут чёрным по белому написано, что за твои личные заслуги на королевском балу по поимке преступников с тебя снимают обвинения и настойчиво рекомендуют вернуться на службу! — завершила она, едва не лопаясь от счастья, — Леви, ты теперь снова Капитан Разведки! Зови скорее Микасу, расскажем ей!       Женщина уже открыла рот, собираясь что есть сил закричать и позвать девушку, но Ривай быстро подлетел к ней и успел закрыть рот рукой.       — Орать не будешь? — спросил он, всё ещё не отпуская её.       Зоэ ничего не поняла и нахмурилась, демонстрируя недовольство, но слегка кивнула.       — Пока не скажем, это будет сюрприз. И мне нужна твоя помощь.