Пусть никогда не займётся заря

На следующий день я приехал в лабораторию раньше брата. Макс полночи где-то пропадал, и лёг спать очень поздно. Я решил его не будить. У меня были свои планы на это утро. Когда я подошёл к двери нашего кабинета, то заметил возле неё стройную девушку в длинной синей юбке и с чёрным платком на голове. Мне было известно, что так одеваются в Городе-за- Стеной только верующие в Единого Бога женщины. Я тяжело вздохнул. Только этого нам с братом ещё не хватало! Было известно, что верующие в Единого Бога весьма отрицательно относились к разработке вакцины против Вируса. Они говорили, что с помощью неё мы оставим печать Дьявола на их душах. Впрочем, я всегда не понимал причём здесь вакцина и душа? И как на чью-то душу можно вообще поставить печать? Но дело совсем не в этом. Верующие в Единого Бога часто устраивали нечто вроде митингов и пикетов (проводить их разрешал сам Президент) и на них они демонстративно обвиняли нас в служении Дьяволу. Я подумал, что эта девушка пришла сюда для того, чтобы убедить меня перестать служить сатане. Мне захотелось снова сесть в лифт и поехать на первый этаж. Но мужчина должен не бояться отвечать за свои поступки. А я далеко не трус. Быстрыми шагами я сократил расстояние между мной и девушкой. Услышав сзади чьи-то шаги, она обернулась. Только тогда я заметил как она некрасива. У неё был большой нос, казалось, что он занимал всё её лицо и это было первое, что бросалось в глаза, когда её лицо оказывалось перед вами. Губы были слишком пухлыми и больше напоминали губы негритянок, чем русских девушек. Но глаза… Глаза шоколадного оттенка светились, словно неоновые огни ночных улиц Города-за-Стеной. В них было много боли, сострадания и милосердия. Против своей воли я проникся симпатией к этой некрасивой девушке. — Меня зовут Юля, — сказала она мягким, мелодичным голосом. — Скажите, скоро ли придёт Максим Орлов? — Я — его брат Пётр, — ответил я, удивляясь, что Юля начала разговор не с вопросов веры в Единого Бога. — Может, я могу чем-то вам помочь? — Петро… — произнесла девушка мечтательно. — Простите, простите! Просто ваш брат вас так называет. Значит, она достаточно коротко знакома с моим братом, если знает, как он любит называть меня. Странно всё это. Нужно будет расспросить Макса. — Так я могу чем-нибудь быть вам полезен? — снова задал я тот же вопрос. — О нет, Пётр! Я не хочу вас беспокоить, — ответила Юля, смутившись. — Я лучше дождусь вашего брата. — Как хотите, — буркнул я себе под нос, вынул ключ от кабинета из кармана и хотел уже вставить его в замочную скважину, когда она снова заговорила. — Ваш брат очень много рассказывал мне о вас, — сказала Юля восхищённо. — Он вас очень любит! Обычно о своей семье мы молчали. Потому что нечего было рассказывать. Наш отец погиб в автокатастроые. Он был обычным менеджером по продаже недвижимости. Мать, которая любила его больше жизни, спилась. Я даже не могу припомнить кем она была по профессии и где работала. Так мы и остались одни. Я воспитывал Макса, и потом он пошёл по моим стопам: поступил в тот же университет, окончил тот же курс с отличием и пошёл ко мне на работу. Что интересного во всей этой истории? Я нашёл в себе силы ничего не ответить, вставляя ключ в замочную скважину, открыл дверь и тут же захлопнул её перед носом девушки. Пока брата не было, мне захотелось ещё раз изучить больных, и первоначальные симптомы Вируса. Я включил старенький компьютер, который с громким жужжанием заработал. Спустя несколько неудачных попыток, мне удалось зайти в интернет. Я загрузил фотографии заразившихся Вирусом и принялся их рассматривать, опасаясь найти следы болезни на лице брата. Мне было неприятно видеть эти фото, но я заставлял себя смотреть на них. Снимки показывали больных с красным лицом, с дико выкатившимися из орбит глаза с алыми белками, с бубонами на шее и чёрными от сухой гангрены руками и ногами. Я так увлёкся, что пропустил момент, когда мой брат появился за дверью. Но, потянувшись за сигаретой, вдруг услышал их приглушённые голоса. Я не понял, о чём говорил с девушкой Макс, но её последние слова прозвучали довольно чётко: — Тебе нужно уходить! От неожиданности я уронил зажжённую сигарету на пол. Испугавшись, что сработает пожарная сигнализация, я наклонился, чтобы подобрать её. Мне не улыбалось возвращаться домой мокрым, злым и голодным под громкий хохот своих коллег и насмешливые взгляды Макса. Подняв взгляд, я увидел улыбающегося брата, который стоял, прислонившись плечом к дверному косяку и с непередаваемой иронией разглядывал меня и мои тщетные попытки затушить сигарету. — Сука! — громко выругался я, отведя взгляд от Макса. — Капец! Брат медленно подошёл ко мне и, сев на край стола, занялся внимательным изучением фотографий в моём компьютере. — Кстати, Петро, — начал Макс, улыбаясь и облизывая губы как зомби, только что напившийся крови своей очередной жертвы. — Симпатичные фотки. Присматриваешь себе жениха или невесту? Он ещё шутит?! Я задохнулся от злости на младшего, который не понимает всю серьёзность сложившийся ситуации. — Убери свою задницу с этого грёбаного стола! — рявкнул я, сталкивая Макса на пол.