Воспоминания нашего лета

      Приятные чувства щекотали кожу, когда парень вновь ступал ногами по просторам забытого дома. Ненавязчивый запах древесины, лаванды и чего-то пряного навеивали давние воспоминания, заставляя невольно улыбнуться своим мыслям в голове. Касаясь пальцами деревянных перил лестницы, что вела прямиком на второй этаж, Акума лишь сильнее расцветал. На душе становилось легко. Здесь почти ничего не поменялось с его последнего приезда. Везде всё также царил уют и умиротворение, окутывая своим теплом каждого человека в этих стенах. В данный момент даже полное отсутствие интернета его не беспокоило, ибо оно ушло далеко на задний план.       Таща за собой свой багаж, Серёжа с щекочущим чувством внутри, поднимался наверх. Второй этаж встретил его белым светом, что лился из огромного окна, которое выходило обзором на главную улицу и соседские дома. Лёгкие шторы чуть колыхались из-за приоткрытой створки, касаясь концами деревянного паркета. Найти нужную комнату не составило особого труда, ведь она ему была так знакома. Легким движением руки толкает дверь от себя, пересекая порог гостевой комнаты.       В глаза ударили слепящие лучи позднего солнца, непроизвольно заставляя зажмурить веки. Оставляя чемодан около порога, Акума лихорадочно облизал губы, осознавая, что здесь всё было, как прежде. Вот она та самая кованная кровать, с пружинчатым матрасом, что была застеленна чистым постельным бельём. Совсем рядом низкая тумба, в которой он ещё в прошлом году забыл свою зубную щётку. На подоконнике стоял тот же глиняной горшок, с росписью разнообразных линий и узоров, в котором стояла излюбленная бабушкой лаванда. В плетёном шкафу до сих пор лежала одно его худи, которую он также благополучно позабыл забрать прошлым сезоном. Как хорошо, что она сохранилась.       Привезённые вещи не пришлось долго раскладывать, ведь их было не так уж и много, тем более все прошлые года, бабушка отдавала ему дедовские клетчатые рубашки и вязаные свитера, на случай холодных времён. Те были ему велики, но смотрелись довольно мило и комфортно. Дед конечно посмеивался над внешним видом внука, комментируя, что тот, словно он в далёкой молодости. Бабушка на такое хохотала, приговаривая, что Серёже очень к лицу такая одежда.       Даже сейчас он смог легко отыскать те самые вещи мужчины, которые любил и сам таскать. Пару клетчатых нейлоновых рубашек, свитера с разнообразными орнаментами и одна пара светлых широких джинс, которые в любом случае приходилось подворачивать и носить с ремнём, ибо слетали с талии. Одежду, в которой он приехал пришлось сменить на что-то более неброское и удобное. Вытаскивая с полки свои тёмные спортивки и широкую рубашку деда, Акума с невольной усмешкой смотрел на свои городские вещи, почему-то представляя у себя в голове того самого парня, что стал главной звездой и темой обсуждения в их деревне. Интересно, носил ли он что-то похожее? Наверное, он был тем самым клишированным дед инсайдом, чьих фоток полно на таких сайтах, как пинтерест.       Застёгивая последние пуговицы, оставляя последние две не тронутыми, Серёжа закрыл шкаф, убирая свой чемодан под кровать. С интересом осматривает своё отражение в навесном зеркале, отмечая, что ободок неплохо вписывается в его образ деревенского паренька. Ступает в сторону балкона, открывая дверь. Босые ступни касаются мягкого вязанного коврика, а волосы на макушке спутываются, когда очередной порыв лёгкого ветра ерошит их. Облокачивается руками о перила, устремляя свой взор на участок с огородом, где бабушка активно убирала сорняки с грядок с клубникой, то и дело обмениваясь репликами с соседкой, что находилась за забором.       Переводит взгляд чуть правее, замечая деда, который около калитки что-то обсуждал с председателем, иногда заразительно посмеиваясь над чужими словами. Невольно на губах расползается счастливая улыбка, которая так долго таилась у него внутри.       Спустя какое-то время он всё же покидает балкон, спускаясь на первый этаж, когда ему надоело сидеть в четырёх стенах. Выходит на улицу, лениво потягиваясь, подставляя лицо под лучи солнца, что ласкали его кожу. Приятно жмурится, а после непродолжительно долгого времени идёт в сторону женщины, что уже почти управилась с сорняками на грядках. Та широко улыбается, завидев внука, по которому скучала все эти месяца. Мягко смеётся, рассматривая торчащие пряди волос, широкую рубашку и резиновые сланцы на ногах. Прям модель виктория сикрет.       — Ба, тебе помочь с чем-нибудь?       — Да, тут особо и не с чем помогать, я уже всё сделала. Ты отдохни пока, ведь всего как час приехал. Иди вон сходи прогуляйся, поздоровайся с соседской ребятнёй, — та лукаво ухмыляется, кося на парня прищуренный взгляд. — В этом году Даша так изменилась, что не узнать. Прям королева.       Акума непроизвольно краснеет щеками, ведь оказывается бабушка до сих пор хорошо помнит его детские бредни о том, что, когда он станет взрослее — обязательно будет с этой девчонкой. Он тогда был всего лишь четырнадцатилетним школьником, что не особо блистал наличием лишних извилин и говорил всякий бред сумасшедшего. Да, Даша безусловно была красивой девушкой, тем более его ровесницей, но в данный момент всё это было так по-детски и глупо. Он хотел оставить это в прошлом.       — Боже, я думал, что ты про это давно позабыла, — протяжно произносит Серёжа, прикрывая пунцовые щёки ладонью.       — Плохо ты меня знаешь.       — Ты же прекрасно понимаешь, что я тогда был совсем маленький, когда говорил тебе такое.       — Конечно. А может тебе уже кто-то другой приглянулся? — заговорчески спросила женщина, заставляя того ещё пуще прежнего покрыться румянцем неловкости и смущения. Эти разговоры всегда были не особо комфортны ему.       — Ба, ну прекрати, — взмолился Серёжа, слыша хриплый смех женщины.       — Ну всё-всё, прекращаю, а то ты и так красный, словно переспелый помидор.       Акума лишь наиграно нахохлился, но невольно улыбнулся. Ему было так легко.       — Чего вы тут смеётесь и без меня?       Они обернулись назад, замечая деда, что с любопытством оглядывал их, опираясь плечом о забор. В его руках было жестяное серебристое ведро, наполненное под отказ смесью каких-то круп, зелени и ещё чего-то непонятного для парня. На ногах укороченные чёрные галоши, а на руках чуть потрепавшиеся плотные рукавицы.       — Кормить собрался? — поинтересовалась бабушка, кидая быстрый взгляд на полное ведро корма.       — Конечно, без защиты я туда нос больше не суну, — хохотнул мужчина, потирая ладонью правое колено.       — А кого ты там кормить собрался? — заинтересовался парень, ведь как он помнил по прошлым годам, то у них были только кролики, куры и один поросёнок.       — Сатану, вот кого, — картинно поёжился мужчина, вызывая у внука искренне непонимание на лице.       — Покажи ему, — посоветовала бабушка, видя, как Серёжа тут же загорелся глазами к этой идее.       — Ну, пошли малец, только вот возьми ещё одни перчатки, — поспешно всучил он их внуку. — Мало ли.       Спешно попрощавшись с бабушкой, Акума с лёгкой нервозностью и воодушевляющей заинтересованностью шёл следом за мужчиной по деревянным доскам, что были по типу дрожек между грядками, выводя их в конец участка к самодельным загонам и стайкам. До ушей сразу же донеслось куриное кукареканье, поросячий визг и быстрый топот чьих-то лап.       Мужчина поставил ведро на землю, а после одним лёгким движением руки открыл стайку с курами, заходя внутрь, впуская за собой парня. В нос ударил не самый приятный запах, но терпеть можно было. Стоило только мужчине поднять ведро чуть выше в руке, как множество птиц собрались вокруг их ног, начиная жадно и часто кукарекать.       Акума сначала растерялся, но взял себя в руки, ведь сам помнил, как кормил кур прошлым летом, прекрасно зная их реакцию на еду. Дед стал спешно насыпать тем нужное количество корма в деревянную длинную кормушку, а после так же быстро покидает стайку, закрывая за собой дверь. Следующее кого они посетили были маленькие пушистые кролики, которые потерянно тыкались мордочками в бока друг друга. Их покормили также быстро, но Серёжа всё не хотел уходить от них, наблюдая за животными с большой долей умиления.       Покормив ещё порося, которого Акума хорошо помнил по прошлому лету и гордо назвал Борисом, они направились по словам деда к последнему боссу. Парень на такую реплику лишь ухмыльнулся, не понимая к чему такой драматизм. Его встретила не особо большая стайка с крупной сеткой, вместо деревянной двери. Брови непроизвольно взмыли вверх, стоило ему увидеть белоснежного гуся, что смотрел на них своими глазами-бусинками. И этого он должен бояться? — всплыло в его голове, когда он смотрел в упор на животное.       — Гусь? Серьёзно? — нервно засмеявшись, Акума не мог поверить, что дед устроил такой цирк из-за какого-то гуся.       — Зря ты смеёшься и говоришь такое при нём. Он чёрт такой, всё понимает. Да? — воскликнул мужчина, получая в ответ резкое гарканье.       Глаза парня невольно округлились, ибо это было просто похоже на какой-то сюр.       — Гоша хоть и понимающий, но слишком уж характерный попался. Шум не любит, а как услышит по включённому на веранде радио Сергея Лазарева, так сразу в пляс бросается. Вот на остальные песни хоть бы хны, а тут сразу крыльями своими машет, шеей качает и звуки протяжные издаёт, точно пытается подпевать.       Серёжа открыл рот в немом вопросе, окончательно теряясь. Гусь начинает махать своими белоснежными крыльями, когда дед открывает дверцу, шустро высыпая корм в кормушку, быстрыми движениями закрывая её обратно.       — Сегодня у него похоже было хорошее настроение, раз не бросался на нас с криками, — усмехнулся дед, заставляя внука ещё больше удивиться.       Акума конечно видал многое, но настолько умное животное, тем более птицу — впервые. В голове было множество вопросов, но он не мог сформулировать ни одного внятного. Он ещё пару раз переводит взгляд в сторону гуся, что с большим аппетитом поглощал свой ужин, оставляя на земле крошки. Ещё и имя такое смешное для птицы. Хотя о чём это он, если сам назвал порося Борисом.       — Вы его убивать потом что ли будете?       — Нет конечно. Я как ему сказал про это, он меня как своими зубами за коленку тяпнул, так я до сих пор стараюсь ему не напоминать об этом. Пусть живёт.       Закончив с кормёжкой живности, Серёжа всё-таки помог женщине с поливкой грядок. Та была безмерно ему благодарна, ласково улыбаясь. Смыв грязь с ладоней, парень решил последовать совету бабушки и пойти прогуляться. Если уж признаться честно, то по некоторым из здешних ребят он очень скучал. Тот же Ростик, который в прошлом году не смог приехать в деревню, и их компашка лишилась одного классного человека. Ростик был классным парнем на два года младше его. Его любили буквально все, начиная с ребятни, заканчивая соседскими псами. Конечно, был малость наивен, но это ничуть не портило его. Этот человек был слишком солнечным и открытым миру. Он был точно яркое солнце, которое дарило лучи своего позитива всем остальным.       Идя вдоль соседских домов, Акума с интересом наблюдал, как же здесь размеренно кипит жизнь. Почти в самом конце улицы, где располагались дом председателя и бабушки Ростика, Серёжа наконец-то нашёл знакомые лица. Короткостриженую макушку Рейза он узнает везде. Широко улыбается, ускоряя шаг, а после и вовсе переходит на бег. Около Рейза рядом он замечает Дашу и Мишу, которого они уже по привычке кличат Кусакабе. Сами толком не вспомнят почему, но она сильно привязалась к парню, что уже все и привыкли так называть его.       Нагоняет ребят, замечая их удивлённые лица и сам не может сдержать доброй усмешки. Те по очереди кидаются на него с объятиями, радуясь его приезду обратно. Рейз крепко пожимает ему руку, похлопывая по плечу, а после не сдерживает хриплого смешка, наблюдая на Серёжиной макушке тёмный обруч.       — Ничего ты отрастил себе шевелюру.       — Ой, всё лучше, нежели твоя уёбишная стрижка пятиклассника.       — Вот сейчас допиздишься и когда я стану известным рэпером и буду грести кэш лопатой, то ты у меня и рубля не получишь.       На такое Акума лишь закатил глаза, понимая, что Рейз всё ещё не отпустил свою давнюю мечту про певческую карьеру. На деревне его все знали, как недорэпера, что писал отвратительные текста, заставляя Акуму под них битбоксить.       Ухмыльнувшись, он крепко пожал ладонь Кусакабе, хоть и в их кругах в шутку они считали, что это позор, жать такому, как он руку. Нет, Миша конечно был хорошим парнем, но малость с завышенным самомнением, чем больше напоминал клоуна.       Даша, что до этого скромно стояла в стороне, нерешительно сделала пару шагов в сторону Серёжи, а после резко притянула к себе. Все, включая Акуму обомлели, во все глаза уставившись на девушку. Щёки парня невольно окрасились красным, а руки висели вдоль тела, не находя себе места. Та отскочила также быстро, как начала эти спонтанные объятия.       — Прости, просто я скучала и всё как-то неловко получилось, — замямлила та, ковыряя носком туфли рыхлую землю.       — Ничего, я тоже по вам скучал, — малость нервно произнёс Акума, ловя на себе ухмылки двух друзей. — Вы кстати слышали про нового парня, что здесь уже за несколько дней успел стать местной знаменитостью?       — А как же, — фыркнул Рейз. — Такого, как он, трудно не заметить.       — А вот и наша знаменитость, — заговорчески произнёс Кусакабе, толкая Акуму в бок локтем.       Тот сразу же переводит глаза в нужную сторону, замечая крашенную макушку высокого паренька, что неспешно шёл в их сторону. С каждым его шагом, Серёжа всё лучше мог рассмотреть этого парня. Длинные волнистые волосы, что были окрашены в красно-чёрный сплит, падая неаккуратной шторкой на глаза. Длинная чёрная футболка висела малость мешком на худощавом теле, а ноги обтягивали широкие штаны, со множеством карманов. На ногах он заметил те самые разные кроссовки, про которые говорил его дед. Губы непроизвольно растянулись в лёгкой усмешке, но выглядело это не нелепо, а скорее необычно и подходяще такому, как он.       — Если честно, я с ним пообщался пару дней и чел неплохой, — отзывается Рейз.       Акума удивлённо приподнял брови, не ожидая такого от Рейза, ведь тот явно был не похож на такого человека, который стал бы говорить такое про человека, как этот. Напрягается, когда тот наконец-то подходит к их компании, даря им кривую усмешку.       — Ну, привет, чел. Как проходят твои летние деньки в нашем обители?       — Знаешь, могло быть и хуже, так что не жалуюсь, — отвечает тот.       Акума смотрит во все глаза то на Рейза, то на этого парня, что к его огромному удивлению обладал довольно необычной интонацией, точно немного растягивал слова.       — Курсед, ты, наверное, ещё не знаком с нашим другом, который только сегодня приехал. Акума, знакомься, Курсед. Курсед, это Акума.       Серёжа неловко кивает головой, наблюдая, как парень протягивает ему ладонь. Вкладывает в ту свою, ощущая еле ощутимые мозоли на кончиках пальцев и приятное тепло. Поднимает взгляд на нового знакомого, встречаясь с угольно-чёрными глазами, что буквально заглядывали в душу. Отпускает чужую руку, чувствуя себя как-то растерянно и неудобно. Всё-таки новый человек, как-никак. Но Курсед словно и не ощутил его скованности и вновь обратился к Рейзу:       — Ты говорил, что на сегодня у тебя есть какие-то грандиозные планы, не поделишься?       — Хотел сегодня вечером всей компашкой сгонять на заброшенную улицу и половить светлячков.       — А сам не зассышь, сыночек? — усмехается Курсед, вызывая улыбку у Кусакабе.       — Это мы ещё посмотрим. Серый, ты с нами?       Акума вздрогнул от голоса Рейза, который вывел его из небольшого ступора. Переводит взор на Курседа, что выжидающе уставился на него, заставляя Акуму непроизвольно впасть в какой-то транс при виде этих тёмных глаз. Заторможено кивает, тушуясь от присутствия этого парня.       — Да, без проблем, — хрипло отзывается Акума, радуясь, что внимание Курседа было обращено Рейзу.       — Встретимся тогда у главной дороги в десять, — бросает Рейз, ловя на себе лукавый взор Курседа. — Не опаздывай главное.       — Обязательно, — пожимает плечами, а после разворачивается в противоположную сторону, но на пол пути небрежно бросает напоследок: — Увидимся вечером, Акума.       Тот только озадаченно смотрел вслед уходящему парню, чувствуя себя максимально странно и потерянно.