Воспитание чувств

***

Телефон разрывается на тумбочке, пока Чанёль, укутавшись в одеяло, проклинает весь мир. Солнце уже давно встало, освещая своим теплым светом его маленькую комнату. Пак любит теплую солнечную погоду, сквозь окно видно, что небо безоблачно, а зеленые ветви на деревьях ласково колыхшет весенний ветер. Вот только радоваться прекрасной погоде и пению птичек за окном нет никаких сил и желания. На телефон приходит очередное сообщение. Пак вытаскивает голову из-под одеяла, затем руку, которая тянется к тумбочке, но случайно скидывает уже звенящий телефон на пол. - Сука! – шипит он, шаря рукой по полу, и наконец-то достаёт свою "потерю". «Эй, Пак Чанёль, где тебя носит? У нас сегодня пересдача. Стерва Ким жаловалась на тебя, помнишь?» «У тебя есть десять минут, чувак, еще трое перед тобой. Спеши!» «Оппа~ Ты мне очень, очень нравишься, давай…» - Чанёль сразу же удаляет сообщение. «Привет, как насчет встретиться сегодня? ^^» «Надеюсь, у тебя были очень важные причины пропустить сегодняшнюю пересдачу!» «Стерва Ким тебя убьёт!» Чанёль нервно сбрасывает с себя одеяло, откидывая телефон на кровать, так и не прочитав остальные сообщения, что уж говорить о журнале входящих звонков. - Ну, конечно же, у меня важные причины, тупой ты козел! – кричит Чанёль в сторону телефона. Руки зарываются во встрепанные волосы, он сжимает их, тяжело вздыхая. Когда на часах высвечивается третий час, Пак понимает, что просто лежать в постели - не выход. Он откидывает прилипшее одеяло на пол, намереваясь закинуть постельное бельё в стиральную машинку, но это потом. Распахивает окно, впуская свежий воздух, надевает домашние штаны и направляется на кухню. Что-то готовить у него нет желания и настроения, поэтому он достаёт с полочки пачку поп-корна и закидывает его в микроволновку. Пока кухню наполняют звуки лопающегося кукурузного зерна и запах сыра, Чан наливает в бокал холодного лимонада. Умудряется вместить всё на подносе и донести до комнаты, не разлив. Он усаживается в кресло напротив небольшой плазмы, достаёт пачку дисков с пометкой +18. - Не то, не то... Это, - наконец-то он делает выбор и останавливается на любимом диске с яркой обложкой, на которой изображены несколько школьниц с расстегнутыми блузками, короткими клетчатыми юбками, ярким макияжем и со строгими очками в черной оправе на носиках. Наблюдая за откровенными действиями, разворачивающимися на экране, Чанёль спокойно жует попкорн и запивает лимонадом. - Нет, нет, мать вашу! – вскрикивает Чанёль спустя пятнадцать минут. Он растирает горькие слезы по щекам, всхлипывая, словно маленький ребенок. Плач переходит на откровенное рыдание. Он поедает попкорн, рыдает, высмаркивается, глотая слезы, затем снова плачет, отказываясь принимать действительное за реальность. Даже банальная дрочка на похотливых шлюх в порнухе не помогает Чанёлю возбудиться. Младший Чанни словно ушел в зимнюю спячку и неизвестно, что и как ему поможет вернуть свою бывалую мужскую силу. Когда в большой миске почти ничего не остается - слез у Чанёля больше нет. Он выключает DVD, обдумывая, когда это всё началось. Бродит по квартире, задумчиво потирая подбородок. Прошлая неделя, девчонка из группы поддержки, Кристалл, мальчишка в клубе, Хесон, вчера… - Тот пацан из клуба! – вскрикивает Чанёль. Он смотрит на часы - уже почти шесть. Тем не менее, он скидывает домашние штаны, переодевается в джинсы, надевает футболку, обувается, накидывает куртку и вылетает из квартиры. До университета ему двадцать минут пешком,а если побежать, то можно вложиться и в десять минут, что Пак и делает.

***

Он вбегает в университет вспотевший и запыхавшийся. Но нет времени на восстановление дыхания. Он буквально летит по широкой парадной лестнице, по пути сгибаясь пополам от нехватки воздуха, поднимается на пятый этаж, тот самый, где вчера была лекция. Двери аудитории закрыты, в коридорах пусто и только недовольный уборщик что-то бубнит Чанёлю, чтобы тот проваливавал. Он трясет головой, пытаясь вспомнить, как выглядит тот пацаненок, который после совместной ночи подходил к нему на перерыве. Перед глазами вырисовывается смутный образ невысокого худого парня. Темные волосы, прямая челка, а может она была зачесана?! Чанёль вновь трясет головой, пытаясь составить цепочку событий, произошедших с ним за последние дни. Хесон, Сехун из клуба, пацаненок, когда у них был концерт, невысокий, худой, с отличной задницей и красноватыми губками. Тут Чанёль распахивает глаза, вспоминая каждую черточку его лица, и вспоминает даже его имя. - БанХек! – вскрикивает Чанёль. - Я кому сказал убираться?! Учебный процесс уже давно закончен! – недовольно-скрипучим голосом бубнит уборщик, протирая шкафчики и подоконники от скопившейся за день пыли. Чанёль, словно очнувшись, коротко кланяется ему, проявляя уважение и извиняясь, и выходит из университета. - БанХек, я завтра же раздавлю тебя, как букашку мерзкую! – шипит Чанёль, направляясь в сторону дома.

***

- Бекхени! – осторожный стук в двери. – Просыпайся, тетя и племянница уже уезжают. Бекхен лениво переваливается с одного бока на другой, потягиваясь. Глаза с трудом еле разлепляются. - Мм, ща, мам, пять минут! - Хорошо, Бекхени, завтрак уже готов, мы ждём тебя, - слышно, как за дверью стихают шаги. Только через десять минут у Бекхена получается встать с постели, точнее сползти. Сон всё еще отказывает выпускать его из своих объятий. Но через полчаса нужно уже выходить в университет, а на первую пару опаздывать совсем не желательно. На кухне кружат запахи свежего салата, поджаренного бекона с яичницей и дымящего кофе. Бекхен целует маму, здоровается с тетей и со шкодиной-племянницей, которая даже за столом играет какими-то пластиковыми фигурками в виде животных. Бекхен любит свою маму, а мама любит своего единственного сына и позволяет мальчику все, что угодно. И она совсем не считает его разбалованным, а Бекхен мысленно благодарит маму за то, что она такая у него замечательная. Тарелка с завтраком только что со сковородки, а кофе только с турки, хотя десять минут назад мама предупреждала сына о том, что завтрак готов и чтобы он не успел остыть к его приходу. Возможно, после трагедии с отцом и его бабушкой мама стала настолько бережно ценить единственного родного человечка в своей жизни и держаться за него. Отец был замечательным хозяином в семье и имел свой небольшой, но прибыльный бизнес. Бабушка была мудрой женщиной и в своем маленьком городе известной гадалкой и провидицей. Именно от неё Бен перенял книги, амулеты, гадания, некоторые заклинания, ему нравилось проводить у неё летние каникулы и видеть, как она помогает людям, которые приходили к ней за помощью. После той страшной автомобильной аварии мама Бекхена долго не могла прийти в себя, постоянно закрывалась в комнате, пересматривала старые пленки, где она еще с живым мужем. Спустя месяц к ней приехала её родная сестра с маленькой дочкой, и пыталась вернуть её к жизни. Школьник Бекхен тоже помогал тёте и совместными силами они вернули маме улыбку, способность радоваться окружающему миру и главное продолжать жить дальше. До сих пор к ним приезжает тетя с племянницей из далекой деревни, бывает на месяц, бывает меньше. Мама не раз предлагала им переехать в Сеул и жить в их большом доме – места всем хватит, но жизнь в большом городе их пугает, а дома, в родной деревне, у них своё успешное хозяйство, знакомые соседи, красивые луга и реки. Бекхен был там однажды, еще в далеком детстве, но помнит местные красоты только по старым фотографиям. - А у Бекхени уже кто-то появился? – спрашивает тетя, допивая свой кофе, пока Бекхен задумчиво кушает завтрак. Он с недоумением смотрит на три пары глаз, даже младшая отвлеклась от своей сказки, заинтересовано смотря на растерявшегося парня. Бен качает головой, так как рот забит, а тетя продолжает: - Вот мы с мамой поговорили, здорово было бы, если бы дом наполнился еще одним человеком, - Бекхен давится едой и кашляет, пока мама поспешно наливает воду в стакан. Вредная племянница настойчиво кивает головой словам матери, а фигурки зверей в её руках начинают целоваться. Бекхен закатывает глаза, но пропускает мимо ушей только что сказанное тётей. - Ну, хорошо, всему своё время, - подытоживает сестра мамы. – А теперь мы поедем, а то плохо будет, если опоздаем на автобус. – она улыбается, благодарит маму за теплый прием и обещает ей приехать в конце лета - в августе, скорее всего. Бекхен помогает им с сумками, доносит до такси, крепко обнимает тетю, нехотя младшую, затем треплет ей волосы, а она морщит носик. В обнимку с мамой они провожают удаляющееся такси. Маме в этот раз удается сдержать слезы. Расставания для неё всегда были болезненными. - А теперь собирайся в университет, а то опоздаешь, - Бен кивает и получает поцелуй в щеку.

***

Бекхен шарит в своем университетском шкафчике в поиске нужных книг, а из рюкзака выкладывает ненужные вещи. Складывает пакет с обедом, заботливо приготовленный мамой сегодня утром. Он закрывает дверцу и тут же вскрикивает, роняя рюкзак на пол. Напротив него стоит высокий блондин, похожий на иностранца, и опирается плечом на соседние шкафчики. Одежда на нем прям сверкает, голубая обтягивающая рубашка, строгие брюки с черной пряжкой, на которой высечен черный конь. Бекхен проглатывает образовавшийся ком в горле, испуганно переводя взгляд с иностранца на пол, на выпавшие из рюкзака вещи, и обратно не него. Впечатляет. Вот только, что ему нужно от такого непримечательного парня, как он?! - Привет? – скорее не как вопрос, а утверждение, раздается из ухмыляющихся ранее губ парня напротив. - П… привет, - отвечает Бен. - Я Крис, а ты? - Бекхен, Бен Бекхен, - поспешно отвечает парень и слегка кланяется. Парень выглядит старше, поэтому, чтобы не вляпываться в субординационные проблемы, он выражает уважение. - Я вот что хочу сказать, Бен Бекхен. Вот видишь у окна брюнета, слегка смуглого такого? С ним еще рыжий рядом, почему-то стреляющий в нас сейчас стрелами, видишь? – Бекхен смотрит в сторону окна, где на широком подоконнике сидит тот самый рыжий, Бен знает его – китаец, он выступал на дне факультета. И действительно, весь его вид кричит о том, что он настроен враждебно. Но что, почему? Что не сказать о парне рядом, его Бен тоже знает - это Чонин, он занимается легкой атлетикой и все победы факультета в этих соревнованиях - его заслуги. Он выглядит невыспавшимся и даже грустным. Да что, черт возьми, происходит?! Бен неопределенно кивает, возвращая всё своё внимание на Криса. – Так вот, этот смуглый крети…то есть парень очень хочет с тобой познакомиться, но видишь ли… Но тут же Бена резко хватают под руку, и он даже очнуться не успевает, как оказывается в конце коридора. Крис остаётся в той же позе на том же месте, только удивленно повернув голову назад, а Чонин делает несколько шагов вперед, замирая на месте, и испуганно смотрит то на Криса, то на Бена. И только Лухан на подоконнике почему-то подозрительно ухмыляется. Бекхен недоуменно распахивает глаза, смотрит на свою руку и только сейчас до него доходит, что тянет его сам Пак Чанёль! Причем тянет его по лестнице вниз, сбивая других студентов по пути. Бекхен пытается сопротивляться, вырывает руку из крепкого захвата больших ладоней Пака. Но бесполезно. Рука лишь начинает ныть от боли, и тут же Чанёль снова хватает его, еще сильнее сжимая так, что Бену едва удаётся сдержать слезы. Когда они спускаются уже в подвал, Бекхен успевает испугаться тому, что его собираются убить. Не зря же Чан тянет его в безлюдный темный подвал, где за сутки проходят от силы 2-3 человека - и то уборщики да кладовщики. Но потом в его голову осеняет истинная причина такого поведения парня, а губы трогает легкая улыбка. Чанёль не доходит до подвала, а заталкивает парня в кладовую, в конец комнаты, где тот бьется спиной о дверцу старого шкафа. Включает висящую на проводе лампочку, которая тут же тяжелым медовым освещением наполняет маленькую комнатку. Бекхен разгибается от боли и с вызовом смотрит на Пака. Признаться, Бекхен еще никогда не видел вечно улыбающегося, веселого и классного Чанёля таким разгневанным, растрепанным, с широко раскрытыми безумными глазами. Губы подрагивают от злости и, кажется, что из его носа сейчас пойдет пар. Пугающее зрелище. Бекхен неосознанно сжимается, прижимается к тому самому шкафу, словно хочет слиться с ним и исчезнуть оттуда, но тут же возле его головы ударяет кулак Чанёля. Бекхен распахивает глаза, переводя их от крепко сжатого кулака, на котором отчетливо видно проявляющиеся вены, до его плеча. - Ну, ты попался, мелкая тварь, БанХек! – он каждое слово словно выплевывает. Бекхен успевает сжаться в маленький комочек, решая, что следующий удар последует уже в его голову. Но, услышав своё имя, злость тут же охватывает его. - Чего? БанХек?! – переспрашивает Бен, сощурив глазки. - Пакёль Чан! Пакля! Ты…Ты отвратителен, – еще один удар возле головы, и Бен снова пугается его, но затем вызывающе смотрит на парня. - Ах, ты ж сука! Потешаешься надо мною, да? ДА? – Чанёль явно сейчас не может контролироваться свои эмоции. Почти обплевав в ярости личико Бена, он резко толкает его так, что тот снова больно бьется спиной. Из уст Бена вырывается тихий стон, а в уголках глаз проявляются первые слезинки. От резкой боли, которая пронизывает всё тело, Бен не в силах стоять на ногах. Они подкашиваются, отчего Бекхен скользит спиной по шкафу вниз. Чанёль хватает его за грудки, поднимая на прежнее место, да так высоко, что пятки Бена отрываются от пола. Глаза Бена от страха неожиданности расширены как никогда. Чанёль всеми силами сдерживается от желания вытряхнуть пацана. Из уголка глаз последнего скатывается слеза, но он не плачет. Он с силой хватает воздух ртом, затем еле слышно говорит Паку, чтобы тот опустил его. - Ты же знаешь, да? Почему ты здесь сейчас? – Бен дергает головой, не в силах, что-либо сказать, - что? - Отпусти меня на пол… Дышать… - Бен своей рукой пытается схватить крепко сжатую кисть Чана на его куртке, которая его чуть ли не душит. И только спустя несколько секунд Пак выпускает его из своей крепкой хватки. Бен падает на колени, тяжело глотая воздух полной грудью. - Придурок, - вырывается из губ Бена. Он кашляет. - Слушай меня внимательно, мелкий ублюдок! Я знаю, что это всё твоих рук дело, потому что… - Пак заикается на секунду, смотря на то, как парень на полу приподнимается на локтях и смотрит на него снизу вверх. - Потому что, что? – насмешливо спрашивает Бен, зная заранее ответ. – У тебя какие-то проблемы, а, Пак Чанёль? Пак злостно фыркает, поднимая Бена на ноги, толкает его к шкафу, а сам прижимается к нему всем телом. Он наклоняет голову вниз к вредным глазам парня, их лица совсем близко, настолько, что Пак чувствует горячее дыхание на своей шее. Но кроме этого он чувствует еще кое-что в районе бедра. Бен тяжело дышит и с язвительной улыбкой смотрит на испуганного Чана. От такой близости, горячего дыхания, влажных волос и влажного от жары тела из-за высокой температуры в этом маленьком помещении без окон – это нормальная реакция любого молодого здорового парня. В груди Пака тут же невидимые железные кандалы сжимают его сердце. Минута слабости, беспомощности почти выбивают из Чанёля уверенного и желающего немедленного разбирательства с его «маленькой проблемой» человека. Да так, что он чуть ли снова не теряет контроль, возвращаюсь к тому помятому, разрыдавшемуся в своей комнате Чанёлю, поедающего жирный поп-корн за просмотром порнухи. - Это всё началось с той самой ночи. Я знаю, что это ты, БанХек, это ты сделал из меня…- Бекхен от низкого рассерженного и пугающего тона Пака уже по-настоящему готов получить крепкий удар в лицо. – Это ты меня заразил! Не знаю чем, но после секса с тобой у меня... – Бекхен сначала не верит своим ушам, в голове прокручивая последнее предложение парня. Неужели этот придурок действительно решил, что мог заразиться при защищенном сексе… Чем и вообще такое в жизни возможно?! Глаза Пака бегают по лицу Бена, на котором видно, что он сосредоточенно о чем-то думает, а затем маленькую комнату наполняет дикий смех Бекхена, заставляя Чана недоуменно пятиться назад. - Что? Что происходит? – с непониманием и каким-то испугом Чанёля теперь по-настоящему охватывает страх.

***