Воспитание чувств

Глава не бечена!

***

Судорожный вздох, дрожащие ноги и этот томный взгляд, затягивающий в неведомый омут желания и страсти. Он слишком красив, слишком сногсшибателен и умопомрачителен, слишком до сжимающегося в груди сердца, до удушья в горле и разрядам по всему телу. Его ухмылка заставляет содрогаться всё тело, пятиться назад, хватаясь за невидимые двери в стене, чтобы ускользнуть от этого дьявола подальше. Бесполезно! Разум кричит остановиться, сердце и тело капризно требуют ответа, действий… Когда брюнет прижимается к нему всем телом, ощущая напряженность парня, его возбуждение и страх, его беззащитность, он дышит в шею своим обжигающим дыханием, ухмыляясь своим мыслям. - Что мы делаем? – шепотом спрашивает он. - Не знаю, - прерывисто в ответ, - но продолжай. - Уверен? Первый поцелуй слишком чувственный, прошибающий голову, хоть и длится всего пару секунд. Губы напротив пухлые и мягкие, кажется, что они будут крепче даже самого дорогого коньяка с десятилетней выдержкой. Эффект от поцелуя пьянит, сводит с ума, Лухан все больше поддается вперед настойчивым движениям губ Чонина, а последний всем телом прижимает его к стене, без смущения дергая бедрами вперед. Лухан приехал в Сеул как студент по обмену благодаря своему лучшему другу И Фаню. Тот долго планировал перебраться в другую страну, желая большей свободы, независимости, новых открытий и знакомств. Так у него появился друг по переписке Ким Чонин, предложивший переводиться в его университет. А Лухана ничего дома не держало, а почему бы и нет? тогда ответил он. При первом же знакомстве с этим чуть нахальным, но чертовски привлекательным парнем, Лухан его возненавидел. За его слегка вспыльчивый характер, за его смешные и пошлые, чаще со скрытым смыслом, шутки, от которых каждая девушка падала в обморок от перевозбуждения, а каждый парень набивался в лучшие друзья. Ненавидел за то, что сам попал под влияние этого обжигающего брюнета с хитрой ухмылкой, ненавидел то, как его тело реагирует на прикосновения Чонина, после чего часто приходилось забиваться в кабинке туалета и выпускать накопившееся желание наружу. Больше всего он ненавидел Чонина в моменты, когда, собравшись компанией у кого-то на квартире, он уединялся с красивой девушкой в комнате, ванной, а то и хуже - на кухне, и не скрывал громких вздохов своей любовницы. А затем весь из себя такой довольный, самоуверенный рассказывал ему и Крису о том, как та шлюшка работает своим ртом, истекая желанием быть оттраханной им. Получал удовлетворенные «пять» и чувааак, ты как всегда, отжигаешь! от И Фаня и нервное фырканье и нежелание слушать сексуальные похождения со своей стороны. Как-то так получилось, что они стали негласными лучшими друзьями. Лухан, нервный и раздражительный друг, всегда был желанным и важным для Криса с Чонином, вечно шляющихся в поисках приключений, не упускающих ни одну вечеринку и… юбку. В то время, как тот не представлял своей жизни без лучшего друга - самовлюбленного и слегка туповатого И Фаня, и такого ненавистного сексуального парня - красавчика Чонина. Когда пьяные друзья заваливались на съемную с Крисом квартиру, пока Лухан делал курсовые до поздней ночи, у И Фаня сложилась привычка вырубаться первым на коврике у входа. В то время, как Чонин кардинально менялся. В те моменты Лухану казалось, что этот Чонин самый настоящий. Спокойный, расслабленный, он сидел на диване в гостиной, пока Лухан суетился на кухне за готовкой антипохмельного бульона и каждый раз зарекался больше не впускать этих двоих на порог своего дома. И пофиг, что Крис тоже с ним снимал квартиру! - Ну, ты мне поможешь или как? – нервно пыхтел Лухан над тяжелой тушкой Криса, пока Чонин следил за каждым движением суетящегося парня, допивая чай с бергамотом, который так любил последний. Совместными усилиями они дотаскивали отрубленного Криса до его комнаты, который что-то бормотал себе под нос. В моменты, когда Чонин неотрывно следил за каждым жестом и движением Лухана, пока тот стелился для своего лучшего друга, сердце делало кульбиты, забиваясь в бешеном ритме. И казалось, что тогда Чонин был как никогда самым трезвым, трезвее, чем тот Чонин, любящий поделиться своими достижениями в сексе. Он неожиданно прижимал Лухана к стенке, даже не заботясь о том, что бубнящий Крис в постели мог что-то заметить. Прижимался настолько сильно, что у Лухана не хватало сил сдерживаться и поддаться горячему брюнету. Его возбужденный член, который отлично чувствовался через тесную ткань брюк, вжимался в его пах, вырывая томные вздохи. Пухлые губы, скользили по скулам, по шее, оставляя влажные засосы на белоснежной коже. И только тогда, когда они накрывали его губы, Лу вырывался, бывало, даже давал пощечину парню. Он не хотел быть таким доступным, не хотел поддаваться этому страшному искусителю, не хотел раскрываться перед ним. Потому что сценарий был прописан заранее. Утро. Крис, бродящий по гостиной квартиры и шерудящий по ящикам в поисках обезболивающего, который обещал не только себе, но и любимому другу, что больше так пить не будет. Чонин, который, выйдя в одном полотенце после утреннего душа, светился и потягивался, подшучивая над ними. Чонин, для которого вчерашняя выходка вообще ничего не значила и никогда не упоминалась ровно до следующего раза. Лухан научился жить по такому расписанию, но пока, к сожалению, еще не научился не поддаваться и сдерживаться по отношению к Чонину. Поцелуй из страстного переходит в жадный и грубый. Рука Чонина хватает за задницу Лухана, сжимая ее, поглаживая. Вторая скользит под футболкой, пощипывая и лаская пальцами возбужденные соски, отчего Лухан прикусывает губу и бьется головой об стену. - Стой, Чонин, - жадно глотая воздух, шепчет Лу. Остановиться невозможно, потому что руки переходят к паху старшего, сжимая его и массируя, - да, остановись же, - хнычет он. - Ты же хочешь этого, - сходит с ума Чонин, расстегивая свою ширинку и выпуская член. – Я хочу тебя, - шепчет в раскрасневшиеся губы, которые затем снова засасывает, переплетаясь языками. - Ты пьян, - шепчет Лухан, хотя прекрасно понимает, что тот не ничего не пил. Всё же, он может отличить выпившего Чонина от трезвого, но какое-то помутнение рассудка с его стороны имеется. Иначе, как объяснять все эти действия со стороны Кима?! Лухану удаётся вырваться, как бы он не сходил с ума, внутри его что-то сковывает, держит и не дает поддаваться. Он последний раз оборачивается, видя то, как Чонин падает на колени лицом к стене, как рукой он опирается об нее, а второй водит по члену, но перестаёт, шепча какие-то ругательства под нос, натягивает бельё и застегивает ширинку. И Лухан уже очень сильно жалеет о том, что оттолкнул Чонина. То, что происходит следующим днем оказывается невозможным, словно сон! Точнее, кошмаром. Ведь на следующий вечер Крис приводит Чонина в полном не адеквате и бреде. Он слишком пьян, а причину, которую он узнает от своего друга, режет ему острием лезвия по сердце. - Кажется, Чонин влюбился… И это парень.

***

- Ну, что за приворот? – таким же невозмутимым и требовательным голосом повторяет Лухан, пока двое испуганных, словно маленькие нашкодившие мальчишки, переглядывались между собою. - Какой приворот?! – делает дурацкий вид Чанёль с оскалом слабоумного, будто бы в первый раз вообще слышит об этом. Но тут же получает локтем под бок от недовольного Бена и шипит на него. - Вы держите меня за идиота? – сощуривает свои хитрые глазки китаец и делает к ним шаг вперед. – Ну? - Лухан, ты все не так понял! И вообще, - Бек недовольно обращается к Паку, - ты же сказал, чтобы я тебе помог с тем заданием, которое ну, в том сериале с приворотом мы видели. - Ты о чем? – действительно не понимая, что за чушь несет тот, спрашивает Чан. - Дебил… - Бекхен раздраженно вздыхает. Хотя, кого обманывать, Лухан еще тот хитрый олень – его не провести. Поэтому, придется все рассказать, как есть. - Довольно! – вскрикивает Лухан, - не желаю слышать этот бред, а ты… - он обращается к Бену, - немедленно рассказывай всю правду, а иначе я за свои действия не отвечаю, - эффекта его слов добавляет жест большого пальца перерезающего горло. И Бекхену ничего не оставалось делать, как рассказать всю правду. Что все началось еще несколько месяцев назад, когда он стащил расческу Пака с его раздевалки. - Так вот куда она делась! – вскрикивает Пак, почесывая затылок, - я то думал… - Заткнись! – одновременно говорят Лухан с Беном. Рассказал про сам приворот, который по ошибке, возможно, подействовал на Чонина. - Не возможно, а так и есть, - недовольно бурчит Лухан. Он-то знает, что Чонин уже готов был открыться перед ним, в тот самый вечер, накануне этого безумства и неожиданной большой любви к парню, которого раньше даже не замечал! Но решил опустить эти подробности по личным же причинам. И теперь Бен перебирал варианты, как помочь Чонину, насколько нужно учесть некоторые факторы, такие как нужная фаза луны, благоприятные дни для снятия приворота и возможные ритуалы. На протяжении всего рассказа Бена, Чанёлю казалось, что он сходит с ума. Его руки все больше вплетались в волосы, глаза чуть ли не выкатывались от возмущения и всего этого безумия. Этого просто не может быть… - Не может быть, чтобы я мог любить такого засранца, как этот, - подытоживает свою речь Бен и кивает сторону уже напрочь охриневшего Пака. - Ты просто больной придурок, - сам себе говорит Пак, - да тебе лечиться надо! Бекхен словно не слышит Чанёля, обещает Лухану, что сегодня же разберется с этим приворотом. - А кто мне поможет? – уже не в силах сдерживаться, кричит Пак. Он отдергивает Бена и трясет его, - у меня проблема гораздо важнее этого дуратского приворота! – Бекхен недовольно шипит, отдергивая руки Пака со своей кофты. Неожиданно хватка Пака ослабевает, он пятиться назад, небрежно выставляя руки вперед, хватается за голову. - Эй, Чанёль, с тобой все в порядке? – испуганно спрашивает Бен, а Лухан подходит ближе. - Я… я не знаю… голова трещит, не могу, - отдельными фразами шепчет Чан. – Голова кружится, ничего не могу сообразить. Его ноги подкашиваются, глаза закатываются, и он валится на пол, теряя сознание. Последнее, что он видит перед тем, как отключиться испуганного Бена, подбегающего к нему с криками.

***