Засыпай

      «Который уже час?»       Алистер поднял голову к звездному небу, пытаясь прикинуть, сколько осталось до рассвета. Глаза дико щипало от усталости, веки налились свинцом, однако забыться желанным сном он себе не позволял. Не то чтобы не хотел, но настойчиво лишал себя этой возможности. Специально. Так было нужно.       «Создатель, ещё полночи впереди…»       С несчастным видом Серый Страж в полголоса чертыхнулся над собственной незавидной участью и перевёл взгляд на тлеющий костёр. Рядом с ним неподалёку от огня на соседней лежанке мирно посапывал здоровенный мабари, всем своим расслабленным видом показывая, что врагов и опасных хищников поблизости нет. Чуткий нюх никогда не подводил зверюгу даже во сне, а потому можно было бы спокойно прикорнуть хоть на часок, но Алистер старался даже не помышлять о таком соблазне.       Выносливостью он обделён не был – держался без сна уже третью ночь подряд. Пока держался. И причина его бдений была не в бесконечных тревожных кошмарах об Архидемоне и Порождениях Тьмы, упорно властвующих в подсознании из-за скверны – вовсе нет. К этим видениям Страж давно привык, принял их. Покоя ему не давало другое. Другая.       Шатёр Морриган раскинулся на противоположной стороне поляны, у кромки обступившего их стоянку леса. Место себе отступница выбирала очень придирчиво и постаралась устроиться как можно дальше от общего костра и чужих палаток. Складывалось впечатление, что ведьма демонстративно сторонилась спутников. А может, специально держалась рядом с чащей, чтобы неслышно сбегать в дремучий лес и шастать там до самой зари, обернувшись огромной паучихой или медведицей.       Подобные жуткие размышления заставили Алистера брезгливо дернуть плечами. Женщина эта не вызывала у него ни капли доверия не только своим вульгарным видом и родом деятельности, но и донельзя острым языком. Точно наслаждаясь его суровыми взглядами в её сторону, Морриган всё время норовила оскорбить или высмеять Серого Стража. В долгу он, конечно, не оставался – колол и острил в ответ. Да только его словам было ой как далеко до змеиного яда из пасти гадюки.       От таких, как она, нечего ждать, кроме как ножа промеж лопаток. А посему лучше всегда быть начеку. Спать в присутствии змееподобных он считал крайне неосмотрительным, если не самоубийственным. Поэтому Алистер принял для себя стоическое решение бодрствовать до тех пор, пока черновласая отступница околачивается поблизости, или же пока не зарекомендует себя с хорошей стороны.       Напряжённо прислушиваясь к шорохам среди деревьев и размышляя над тем, не Морриган ли рыщет там в темноте, юноша покосился на встрепенувшегося мабари. Пёс дернул во сне лапой и издал тихий полурык-полувсхрап.       — Что, приятель, тоже кошмары? — Алистер похлопал псину по мощному загривку, и тот сразу же притих под его ладонью. Серый Страж ухмыльнулся, легонько взъерошив рукой колкую шерсть громадины. В детстве он всегда хотел иметь мабари, но прекрасно понимал, что такие собаки доставались лишь знатным особам, потому оставил свои грёзы позади. Зато сейчас ему выпала уникальная возможность не просто прикоснуться к мечте, но почесать её за ухом, поболтать с ней, покормить с руки... И возможность эту Алистер не упускал!       — Да вы, как я погляжу, прямо спелись! Раньше Уго только мне позволял себя гладить, — раздалось за спиной.       От неожиданности Алистер нелепо дёрнулся, чуть не завалившись назад под тяжестью доспехов, которые он решил не снимать, пока ведёт свой бессонный дозор. Но руки Евы Кусланд удержали его от позорного падения к её ногам. А может, упасть всё же стоило – даже позорно? Ноги-то очень ничего… Да и вся целиком эта девушка была ему симпатична… Сразу понравилась, с первого взгляда.       Но дабы сохранить лицо и не выдать волнения от её присутствия и сконфуженности от сложившейся «падавой» ситуации, Алистер буркнул:       — Подкрадываться нехорошо…       — Какие мы пугливые… Давай, сменю тебя! — Широко улыбаясь, Ева хлопнула его по предплечью, словно убеждаясь, что он больше никуда не опрокинется, и примостилась рядом со Стражем на плетёную походную циновку. — Ты уже которую ночь дежуришь без отдыху. Иди поспи.       — Нет! — резче, чем ему бы хотелось, отозвался Алистер и тут же спохватился: — То есть, я совсем не устал.       — Ага-а, оно и видно, — скептически протянула она, разглядывая выразительные синяки под глазами Стража. — Ещё одна такая ночка, и ты заснёшь на ходу. Зачем ты себя так изматываешь? Из-за видений?       Алистер нервно хмыкнул от прозвучавшего в голосе Кусланд сочувствия. Ей-то действительно это было в новинку. Наверняка до сих пор тряслась после того раза…       Он вспомнил, как в одну из ночёвок под открытым небом проснулся от истошного крика спутницы, познавшей всю «прелесть» искаженных скверной снов – первый кошмар всегда самый яркий. Вспомнил, как успокаивал её, гладил по вздрагивающим плечам, шептал что-то неразборчиво и чуть смущенно, пока сбившееся дыхание Евы щекотало его шею, а сердце бухало так, что могло заменить барабан…       — Алистер?       — Что? — Он рассеянно мотнул головой, прогоняя воспоминания, затуманившие его сонное сознание. Он что, задремал? — Я не сплю! Не сплю…       Да, долго он так не протянет определённо. Раз уже даже во время беседы забывается и начинает клевать носом…       — Ладно, не хочешь – не говори… — Насупившись, Ева сдула с глаз каштановую прядку волос. — Но мне думалось, что у членов Ордена нет секретов друг от друга…       — Хорошо-хорошо, только не гримасничай! — Алистер непроизвольно дёрнул уголком губ, наблюдая за играющей в обиду девушкой.       Даже такая – недовольная и нахмуренная, – она была очень хорошенькой. Настолько хорошенькой, что в первую их встречу он не поверил своим ушам, когда Дункан сообщил о её вступлении в Орден. Алистер и знать не знал, что в него принимают женщин. Нет, конечно, есть такие девы, что надерут тебе причинное место на раз-два почище любого громилы. Но эта – хрупкая, бледнокожая, большеглазая… Образ Евы никак не вязался с оружием, сражениями и уж тем более – с Серыми Стражами, пока она не доказала свою стойкость на деле, бесстрашно добыв кровь Порождений Тьмы. А следом и выжив после обряда посвящения.       В тот вечер Кусланд завоевала его безоговорочное уважение и восхитила Алистера до глубины души. Поэтому сейчас он со снисхождением наблюдал за тем, как она показушно дула губы, точно маленькая девчонка. Ведь к этому моменту уже понял, какой она являлась на самом деле: смелой, добросердечной и до невозможности очаровательной…       Казалось, он мог бы простить юной бывшей дворянке любые капризы, едва она наморщит курносый носик. Что, кстати, делала она нечасто, несмотря на своё происхождение. Это удивляло и подкупало Стража ещё сильнее, ведь за свою жизнь он нагляделся на избалованных отпрысков знатных господ и натерпелся от них по горло. Ева же, будто в противоположность всем его высокородным знакомым, не была ни изнеженной, ни строптивой.       — Кошмары тут ни при чём, всё гораздо более материально, — решился он на откровенность и с удовольствием заметил, как Кусланд тут же заинтересованно придвинулась к нему ближе. Правда, последовавшие слова стёрли улыбку с его лица: — Не доверяю я этой чернокнижнице. И не планирую расслабляться в её присутствии. Мало ли куда заползёт эта змеюка, пока мы спим…       — Так вот в чём беда! — Ева неожиданно дерзко пихнула его в плечо кулаком, отчего Алистер тут же стушевался и отвёл взгляд в сторону.       Иногда она вела себя с ним так, словно они были не просто сопартийцами. Или ему казалось? Что Алистер вообще знал о поведении женщин? Его отрочество прошло на конюшне, юность – в Церкви в неугодной ему подготовке к храмовничьим доспехам. А потом Орден. Все эти места совершенно не способствовали познанию девичьей природы, оттого Алистер с трудом распознавал кокетство на свой счёт. А иногда ошибочно принимал за него простую вежливость, которая в его адрес тоже была редкостью.       — А может, Морриган тебе просто нравится? Ваши перепалки со стороны выглядят как прикрываемый неприязнью флирт, — ехидно предположила Ева, искоса глянув на юношу.       Алистер оцепенел. Он почти не слышал, о чём продолжала щебетать девушка. Вроде бы, что-то о детстве, своих тогда ещё длинных косичках и рыжем сынишке служанки, который с бесящей Еву настойчивостью дёргал за них при каждом удобном случае… Да и какая разница? Важно не это…       Морриган? Нравится? Как эти два слова могли прозвучать в одном предложении? Но обиднее было даже не абсурдное предположение Кусланд, а то, что такая вероятность её будто совсем не расстраивала – наоборот, раззадоривала. Стало быть, не кокетничала она с ним никогда, раз ей в голову пришла именно эта догадка…       — Думай, что говоришь! — сквозь зубы процедил Серый Страж, подчёркнуто не глядя на спутницу. — Не забыла – меня готовили в храмовники… Подобные ей индивиды вызывают во мне отвращение уже на уровне рефлексов. И не сравнивай меня со всякими рыжими, — зачем-то добавил он в конце и тут же мысленно выдал себе оплеуху.       Сейчас бы подняться и уйти в палатку, чтобы не продолжать этот скатившийся в грязную лужу разговор. Но там он точно уснёт, не совладав с собой! А значит, придётся терпеть. Алистер досадливо поморщился, принявшись ворошить палкой угли в костре, чтобы хоть чем-то себя занять. Отвлечься от того, что услышал.       — Ты чего? — Снова тычок в плечо, но уже более мягкий, извиняющийся. — Не злись… Я всего лишь хотела узнать тебя лучше.       Как это у неё выходит? Вот так, без усилий, вмиг свести на нет накатившую на Алистера обиду одним касанием руки и несколькими фразами, сказанными тихим заискивающим голосом. К тому же, уж что-что, а сердиться на Еву он попросту не мог. И не хотел.       — Не злюсь… Только больше не поднимай этой темы. А то меня начнёт мутить, — назидательно посоветовал он девушке, глянув на неё исподлобья.       — Не буду, обещаю, — согласилась она и умолкла, уставившись в носки своих походных ботинок.       В повисшей между ними тишине вновь отчетливо проступили звуки ночного леса. Вдалеке ухала сова, где-то в кустах у палатки возился какой-то мелкий зверёк, а ветер мягко шелестел в кронах высоких деревьев. Всё это сливалось в природную колыбельную, приправленную треском поленьев в огне и похрапыванием Уго. Сопротивляться сну становилось всё труднее, удерживать внимание не получалось.       Алистер засыпал.       — Скажи…       Вздрогнув от голоса Кусланд как от забористого подзатыльника, Страж распахнул глаза. Ева всё ещё сидела рядом, но, казалось, не заметила того, что он вновь задремал и чуть не опалил брови, низко склонившись над костром. Слава Создателю, что вовремя очухался, а то выглядел бы перед ней полным идиотом. Да ещё и без бровей…       — М? — Он с усердием подавил рвущуюся наружу зевоту.       — А если бы я была магом, ты бы ко мне относился с такой же враждебностью, как и к Морриган?       Вот это поворот… Час от часу не легче! Алистер, позабыв о накрывающей его сонливости, медленно повернулся к собеседнице. Наверняка лицо его сейчас светилось красноречивым удивлением.       — Но ты же не маг, — промямлил он в растерянности, пытаясь понять причину её интереса.       — Я спросила – если бы была им…       «Если бы…»       Если бы такие, как Кусланд, водились в Круге магов, он десять раз подумал бы, прежде чем голосить во всеуслышанье, что храмовником быть не желает. Хотя это в любом случае никак не облегчило его судьбы. Возможно, даже наоборот.       — Нет. Конечно, нет… Ты ведь совсем другая, — честно ответил Алистер, делая вид, что оттирает с наручей несуществующую грязь. Лишь бы она не увидела, как он покраснел. Лишь бы не задала ещё какой-нибудь каверзный вопрос.       — Я рада, что мы это выяснили.       «А я-то как рад…»       От облегчения Страж выдохнул слишком шумно. Но быстро нашёлся, выдавая звук за усталое кряхтение и уповая на то, чтобы Ева не придала его реакции значения. Хватит с него неловкости за один вечер. Правда, то было не ему решать. Рядом с Кусланд вообще сложно вести себя хотя бы мало-мальски вменяемо. Особенно, когда ты не спал уже трое суток.       — Давай так, — вновь прервала молчание Ева, — раз уж Морриган настолько тебя тревожит своим присутствием в лагере, что ты решил добровольно лишить себя сна из-за опасений на её счёт, у меня к тебе предложение… — Она выдержала многозначительную паузу в ожидании его реакции.       Страж стиснул зубы. Его так и подмывало брякнуть какую-нибудь шутку в ответ, но совершенно истощённый мозг выдавал чересчур уж несуразные варианты, даже для Алистера. Поэтому он просто кивнул, стараясь держать спину прямо и моргать как можно реже. Этого было достаточно, чтобы Кусланд довольно закусила губу и похлопала себя по коленям, выглядывающим из-под стёганой кожаной юбки лёгкого доспеха:       — Ложись.       — Не понял?       — Ложись, говорю. — Она уселась поудобнее и вытянула ноги. — А я постерегу тебя от ведьмы из Диких Земель, не волнуйся. Никуда тебе не заползёт и не укусит… Гарантирую.       «Андрасте милостивая…»       К такому жизнь его не готовила. Сейчас Алистер не отказался бы вновь запереть себя в клетке, как однажды сделал это в детстве смеха ради. Однако теперь же он пошёл бы на такое исключительно в целях сохранения остатков своего достоинства, а не для забавы. Ему стало до одурения неловко, даже голова закружилась. Но ответить ведь что-то нужно? А то молчит как туполобый друффало и пялится на её колени…       — Т-то есть, как это? Сюда? — запинаясь, выдавил Алистер.       В иной ситуации он бы действительно прикинулся дурачком, но прямо сейчас его взволнованное непонимание было совершенно и искренне глупым. И глупость свою он понял секундой позже, когда наконец оторвал взгляд от её коленей и увидел, как Ева беззвучно хихикает, не сводя с него блестящих от всполохов костра глаз. Или же блестели они по иной причине?        «Вот оно что… — прострелило его озарение. — Значит, всё-таки это оно? То самое кокетство?»       Но к чему тогда были её вопросы о Морриган? Почву прощупывала? Да быть того не может!       Нет, женщины – слишком сложные существа. И чтобы понять их намерения и намеки – нужно прочесть не одну книгу, посвящающую в тайны девичьей души. Жаль, что таких фолиантов не было ни в библиотеке замка Редклиф, ни уж тем более в Церкви… А может, Алистер просто искал не на тех полках.       — Ну же…       Оказалось, он снова задумался и забыл, что планировал не моргать. Разум окутала приятная мгла, но сквозь дымчатую пелену дрёмы Страж ощутил, как тёплые пальцы Евы коснулись впадинки за ухом, скользнули дальше, чуть надавили на заднюю поверхность шеи, утягивая его куда-то вперёд и вниз.       И глаза Алистер приоткрыл лишь когда уже прижимался щекой к её бедру, чувствуя руку девушки на своём плече, несмотря на преграду стальных пластин доспеха.       — Удобно?       «Не то слово», — сладко отозвалось на вопрос Евы его сознание. Вновь смежив веки и отдаваясь на волю сну под её покровительством, вслух Алистер смог лишь сонно пробормотать:       — Знаешь, даже у Мора есть одна хорошая черта… Он так сближает людей…       — Засыпай…       Тихий шёпот в самый висок подарил долгожданный покой. И вместе с ним что-то ещё, с чем Алистер обязательно разберётся завтра.