«Одиссея - Глубины зовут»

🎶 Simon Chylinski — Lift Off 🎶

В прошлых эпизодах…

Инопланетное оружие! Изучив защитный комплекс, что оказался системой планетарного ПВО, построенный неизвестными пришельцами чтобы не выпустить неизвестную морскую болезнь в галактику, выжившие пришли к выводу что посещение главного помещения было ошибкой. Теперь и Гангпланк, который впрочем сбежал смертельно раненый в неизвестном направлении может деактивировать орудие, дабы головорезы с его дредноута Левиафана высадились на планету.

Оставалось лишь надеяться на то, что он об этом не узнает.

Сейчас же, выжившие собирались направиться обратно на базу в Безопасной Отмели, дабы вернуться домой, придумать и воплотить в жизнь новый план, используя инопланетные находки для собственной выгоды.

Пройдёт ли их поездка домой спокойно? Узнаете в девятнадцатом эпизоде произведения «Глубины Зовут»…

Горный Остров, поверхность планеты 4546В. Местное время: 05:26 Два «Мотылька», один бело-красный, другой бело-синий качались на волнах около песчаного берега. Солнце только-только вставало на горизонте, освещая очередной, прожитый ими день на этой чёртовой океанической планете. Тяжёлые шаги по песку Пайка становятся всё громче, пока тот направляется к воде. Он понимает, что в момент как ступит в воду снова заболеет инопланетным вирусом, однако эта мысль его совершенно не волнует. Только лишь удовлетворяет тем, что прогресс инкубации заразы был сброшен, и у него появится ещё немного времени до того, как начнутся эти неприятные мигрени. Фейт и Акшан расслабленно следовали за ним. Торгаш был крайне вымотан, особенно после такого жуткого всплеска адреналина, который он ощутил во время погони с левиафаном, чей труп теперь кормит моллюсков. А страж же ни капельки сонливости в глазах не имел и уже был готов к новым свершениям. Единственная проблема заключалась в том, что… свершать то особо было нечего. Остановившись около воды, Пайк оценивающе оглядел своих приятелей. — Пора возвращаться. — и затем он переводит взгляд на торгаша, чьи глаза уже были полузакрыты. — И ты смотри не усни пока плыть будешь. На лице Фейта появляется довольная улыбка, и тот потягивается, в процессе чуть не снеся кулаком лицо Акшану, который ловко увернулся от чужого взмаха. — Ха-ха… Всё будет нормально. Не волнуйся за меня. ~ — Мгм. — недовольно мычит наёмник. — Раз вы убили того морского урода, значит море должно быть безопасным. Если у него конечно не было сородичей… Вновь тяжёлые, но уже плюхающие шаги в воде и Пайк хватается за батискаф торгаша, только лишь для того, чтобы понять — магнитные рессоры в его скафандре не работают. Наёмник недовольно скалит зубы, сжимая кулаки. Пайк слишком упёртый чтобы понять, что вместо того чтобы постоянно спаивать устаревшее и гнилое можно купить новое и с сохранённой корпусной прочностью. Он постоянно цеплялся за то, что этот скафандр — второе я, и единственная вещь, которой можно довериться в трудный момент. И за это он поплатился, ведь очередная поломка и эффект домино сделал из многофункционального защитного костюма тупую груду металла. Всё равно своего мнения он не поменяет. Единственное что Пайку пришло в голову — залезть наверх субмарины, и там отсидеться. Или отлежаться. Глядишь, даже получится слегка оттянуть заражение. Так Пайк и сделал — осторожно принялся залезать на батискаф Фейта, однако внезапно послышавшийся голос торгаша из-за вдруг его остановил: — Эй, ты куда полез? Хочешь поводить что-ли? — спрашивает его картёжник, упирая обе руки на поясницу. Акшан же тем временем молча залезает в свой собственный «Мотылёк», попутно с интересном наблюдая за разворачивающейся ситуацией. Пайк после чужих слов оглядел Фейта так недовольно и сказал: — Что? Нет. Я просто не хочу пойти как якорь ко дну когда мы поплывём. Мой скафандр полностью обесточен. — Ха-ха, расслабься. Я понял. — с улыбкой отвечает картёжник, залезая на своё место. Как только его задница касается мягкой ткани кресла, с его уст тут же срывается расслабленный вздох, как тот практически прилипает к мягкой ткани. Пайк осторожно обхватывает кабину «Мотылька» так, чтобы в случае чего не скатиться с той. И при этом так, чтобы случайно не сделать брешь в хрупком на вид стекле. Акшан же в своём батискафе громко смеялся с этого видка. Благо, Пайк не слышал его пока тот был внутри субмарины. И смеялся страж так, что у него аж слёзы навернулись. Затем же, мужчина решил связаться со своими приятелями по коммуникатору: — Итак парни! Кто последний до базы, тот … э-э… Вонючий огурец! Пайк бы ему что-то ответил, да его коммуникатор не работал, и его слышал только Фейт, которому впрочем было вообще без разницы, кто там и как там если последний доплывёт до базы. Всё о чём он мог думать сейчас — о мягкой постели в своей комнате, и о том, как сейчас бы по пути туда не уснуть на этом не менее мягком кресле… На удивление, волны сегодня были достаточно спокойны. Вода нежно шуршала вокруг батискафов, создавая приятный, монотонный и покачивающийся ритм, и всё это… действовало на Фейта подобно убаюкивающей колыбели. Он сидел на месте с полузакрытыми глазами и слабо улыбался, откинувшись на спинку кресла и поддерживая своей левой ладонью штурвал. Несмотря на свой жалкий видок, он сопротивлялся сладкому соблазну заснуть, даже после неожиданно приобретённым ощущением безопасности. К тому же, и инопланетная болезнь никуда не делась, продолжая неприятно давить на его черепную коробку. Как вдруг…

🎶 Brass Construction — Starting Tomorrow 🎶

Акшан, что-то непонятное вякнул в его правое ухо через коммуникатор, и в следующую секунду на высокой скорости подобно дельфину вылетел из воды, делая «штопор» на своём «Мотыльке». Фейт поднял на него свои удивлённые глаза, точно также как и Пайк, и оба они увидели как Акшан обеими руками делая «козочки» показывает им свой язык. Торгаш довольно просмеялся когда чужой батискаф плюхнулся обратно в воду. Вот же чудак, подумал он, поматывая головой. А Пайк лишь недовольно сощурился. Он и так тут вцепившись пальцами в стальные бока субмарины старался не свалиться вниз, потираясь обнажённой грудной клеткой о холодной металл был не особо довольным, а наблюдая за очередным ребятничеством и вовсе сохмурился окончательно. Развернувшись на батискафе, страж стукнул по тормозам, и поравнялся с Фейтом, плывя прямо под его батискафом с широкой улыбкой. — Сейчас посмотрим, что там у тебя… — пробурчал он, поднимая свой взгляд к верху и оглядывая чужую подошву… по какой-то непонятной причине. И по всё той же непонятной причине его что-то очень так позабавило, что тот не сдержался и громко засмеялся. Возможно, он всё уже, сходит с ума…? Так в троечка они и плыли вперёд, и оставленная ими база уже начала вырисовываться на горизонте… Десять минут спустя, База в Безопасной Отмели. Местное время: 05:49. Бело-красный «Мотылёк» уже собирался нырять под воду, дабы погрузиться в стыковочный отсек, однако Фейт вовремя вспомнил что у него пассажир-иммигрант на крыше, и вовремя остановился. А вот Акшан иммигрантов не имел, и сразу же занырнул под воду для состыковки… он даже не подозревал, что питание на базе то отсутствует, и никто его там не примет в распростёртые объятия. Торгаш осторожно припарковал субмарину на поверхности, наполовину погружённую в воду. Пока он это делал, Пайк осторожно встал на пятки и перелез на крышу базы, что торчала из-под воды и имела наружный люк внутрь. Выпрямившись, тот потянулся и недовольно прокряхтел, думая о том, что у него кажется всё затекло… Фейт выкатился следом, оставляя батискаф на плаву и не торопясь потопал в сторону люка, дабы вернуться на базу. Тем временем, Акшан продолжал ждать когда же его зацепят клешни стыковочной станции, подтанцовывая под своё любимое диско, пока песня постепенно подходила к концу. Фейт приоткрыл люк и усевшись на зад, спрыгнул внутрь, оставив тот открытым. Внутри торгаш сразу же заметил Пайка, который чё-то там лазил в потёмках и недовольно ворчал. Картёжник уже собирался включить свой наручный фонарик, однако вдруг услышал звук такой… как будто каким-то черпаком вдарили по кастрюле что есть духу, а затем недовольный стон боли и не мене недовольные: «Да ёб твою мать!» Не до конца поняв что происходит, брови Фейта опускаются в замешательстве, и он всё-таки включает фонарик, задаваясь очевидным вопросом: — Ты чё там делаешь? Увиденное, поразило его — стоял Пайк, потирал лоб, причём стоял он напротив металлической колонны, поддерживающей потолок. Секундой позже вдруг послышались какие-то шаги с другой стороны и Фейт резко огляделся, лишь затем чтобы увидеть страшную рожу со светящимися, широкими глазами, смотрящую на него плотную. Естественно, торгаш от испугу вздрогнул и сделал шаг назад. И от его реакции, послышался довольный гогот Акшана: — У вас по-моему что-то сломалось. Стыковочная станция не работает. — подметил он с задумчивой рожей, стараясь поправить свою намокшую причёску. Кажется, он сделал небольшой заплыв… Фейт тяжко вздохнул, потирая переносицу, пока где-то на заднем фоне Пайк продолжал материть бессердечный столб. — Да потому что на базе энергоснабжение отключено… Сейчас я со всем разберусь, стойте на месте. — на этих словах тот вновь тяжко вздохнул и направился в сторону биореактора. Там же, он нажал на тусклую кнопку, активируя подачу энергии и на базе зажглось освещение. Глаза выживших на доли секунды зажмурились от естественной реакции на свет. И послышалось: — Добро пожаловать на борт, экипаж. — проговорил женский голос КПК, пока на заднем фоне было слышно, как «Мотылёк» Акшана стыкуется с базой и автоматически ставится на подзарядку. С уже третьим тяжким вздохом картёжник оглядывает своих приятелей. Сдерживая позыв зевнуть, тот делает громкое и твёрдое заявление: — Я спать. — и на этих словах, тот даже не дождался ответа и медленно поплёлся в сторону лестницы в свою комнату. Акшан довольно усмехнулся, а Пайк лишь понимающе кивнул. Ведь даже он понимал, что рано или поздно всем нужен какой-никакой отдых. Особенно учитывая события прошедшей ночи. Неохотно поднявшись по лестнице, Фейт подошёл к постели и оглядел её. Изначально ему хотелось просто свалиться замертво, даже не раздеваясь, однако всё-таки последние остатки цивилизованности заиграли в нём, и он решил сделать всё по культурному: Сняв свою шляпу и положив её на подлокотник кровати, тот принялся снимать с себя свой костюм, слой за слоем, пока не оказался лишь в одном нательном комбинезоне, в котором он собственно и завалился спать, довольно выдыхая в мягкую подушку. Тем же временем, Пайк и Акшан остаются наедине друг с другом в главном помещении. Между ними лишь на минуту возникает неловкая тишина. Оба мужчины оглядывают друг-друга, и видно что Пайк будто бы хочет что-то сказать, а Акшан специально молчит, дабы дать тому высказаться. Однако в итоге — тишина лишь продолжается. В конце концов, Акшан скрещивает руки на груди и говорит: — У тебя что-то на уме, Пайк? — спрашивает он с небольшой улыбкой. — Я все ещё ничего не понимаю. Даже мои шрамы пропали. — сурово молвит наёмник, оглядывая дыру в груди собственного скафандра. — Как ты… это сделал? Акшан переминулся с ноги на ногу и осмотрелся. Затем, молчаливым жестом руки он указал на стыковочную станцию, предлагая уединиться в более приватной обстановке для разговора на такую щепетильную тему. Так парочка и молча отошла, буквально на пару метров, что в принципе придало разговору некую приватность. Внутри же, Акшан облокотился об стену и улыбнулся, почёсывая свою блестящую на свету голову. Его волосы все ещё были мокрые, хоть уже и немного подсохли. Пайк зашёл следом, сопровождая стража задумчивым взглядом. Между ними вновь возникла небольшая тишина, которая в этот раз была нарушена уже Паком: — Ну так… поведуешь? — оттянул он вопросительно свою бровь. Улыбка стража стала чуть шире, и тогда с поясницы он снял свой зацепной пистолет, протирая его корпус двумя металлическими пальцами своей левой руки. — Ты когда-нибудь слышал о технологии нейродрифта?

🎶 Simon Chylinski — Alterra Science 🎶

Пайк поморщился когда Акшан упомянул то, о чём наёмник никогда не слышал. И сразу же предположил вариант что это что-то сверхсекретное из его чёртовой «Альтерры». — Нет. — кратко ответил он. — Так вот… Когда-то, э-э-э… точно не знаю когда, люди строили огромных роботов. Их называли «Егеря». С помощью них они исследовали планеты, когда эта тема ещё была актуальна. — рассказывал страж о далёком прошлом, продолжая натирать блестящую краску. — Однако в одиночку человек «Егерем» управлять не мог, потому всегда нужен был второй пилот, с которым первый входил в нейродрифт. Своеобразную… связь разумов. — А, ты про этот нейродрифт. Да, я помню… из учебников истории. Причём здесь эта древняя технология? Я слышал, что её запретили ещё несколько сотен лет назад. — подмечает Пайк. Нейродрифт был запрещён ещё в далёком 2ХХХ году из-за высокой смертности. Результатом нейродрифта были не только слияние разумов во время активного процесса, но ещё и повышенное, нераскрытое радиационное заражение, вызывающее многочисленные опухли обоих мозгов. Об этом узнали не сразу, как раз таки по той причине что опухли появились лишь спустя десятки лет. — Ну я… совершил нейродрифт. — отвечает Акшан, приподнимая свой зацепной пистолет, как бы намекая на то, с чем именно он его совершил. — Видишь ли, в «Альтерре» давно разрабатывали технологию, способную возрождать погибших… однако в какой-то момент исследование из простого лечебного средства превратилось… в оружие. Но позже все исследования на эту тему резко позакрывали, когда узнали про то, что там замешен нейродрифт. — с уст Акшана срывается небольшой смешок. — И единственный прототип должны были уничтожить… — И дай угадаю, этот самый единственный прототип находится в твоих руках? — спросил Пайк, указывая пальцем на зацепной пистолет. А Акшан довольно просмеялся и отрицательно мотнул головой. — Нет. Это законченный продукт. Единственный в своём роде… — Затем, Акшан протягивает Пайку «Каратель», предлагая тому взглянуть поближе. Пайк принял в свои руки чужое оружие, однако стоило наёмнику его в руки, так свечение потухло, будто бы зацепной пистолет отключился. С виду «Каратель» выглядел как совершенно обыкновенный пистолет модели Zerka-10, что вообще использовались в строительстве. Единственная видимая разница — три треугольных пластины, левитирующие около вертикального ствола, что в момент активации блестят алым свечением. И помимо этого, Пайк прекрасно ощущал, что в руках держит явно не строительное оборудование. — Так как так вышло, что единственный прототип должны были уничтожить, но он находится у тебя на вооружении? — спросил Пайк, поднимая задумчивый взгляд на Акшана. Тут ухмылка на лице Акшана становится шире, и он неловко почёсывает свой подбородок своей металлической рукой. — Да не прототип это… Видишь ли, «Альтерра» слишком жадная, чтобы попусту удалять свои чертежи. Они хотели продать чертежи «Карателя» Империи Демаксии, однако… — Акшан закатывает свои глаза к потолку, как будто бы специально не договаривая. — Однако? — переспросил его Пайк, протягивая оружие обратно в руки хозяина. Стоило Акшану принять зацепной пистолет, так его обойма тут же засветилась тусклым зеленоватым свечением, а три треугольника около дула таким же, но только алым. — Однако я помешал им. Я был на эмоциях, и… можно сказать украл эти чертежи. Пайк усмехнулся в довольном ключе когда услышал чужое признание, а на его лице впервые за такое долгое время появилась искренняя улыбка. — Да ладно? Украл? Ты, получается, стал негодяем, Акшан? — Хей! Я спас «Альтерру» от продажи такой технологии военной империи. Это уже хорошее дело… К тому же, говорю же, я был на эмоциях. — пожимает он плечами, возвращая зацепной пистолет на поясницу. — И где же, интересно, по корповским чертежам создают пушки, способные возвращать живых из мёртвых? — задал очевидный вопрос Пайк, желая узнать больше, услышать правду. — В Кайбер-Сити, конечно же. Я походил, поспрашивал… и-и… сам «Божественная Рука» заинтересовался. Он связался со мной и… сотворил «Каратель». Даже ни копейки не взял. — подмечает Акшан, отталкиваясь от стены и выдыхая. — А мои приятели из «Альтерры» даже не подозревают что на самом деле произошло. Они думают что чертежи всё-таки были удалены. Пайк задумчиво хмыкнул, опуская взгляд обратно на зацепной пистолет. Если «Каратель» действительно творение «Божественной Руки», то это оружие было по-настоящему особенным.

***

«Божественная Рука», — известный, и даже легендарный кузнец оружия с планеты Кайбер-Сити. В свои юные годы он был простым военным оружейником, однако крайне талантливым, создавая настоящие божественные орудия, звездолёты, и даже крейсера. Но при этом, он отказывался сотрудничать с любыми корпорациями, берясь только за те проекты, которые по той или иной причине интересны ему самому. На данный же, восьмидесятый цикл ЛНЗ¹, «Божественная Рука» считается лишь мифом; простой легендой Кайбер-Сити. Лишь немногие знают о том, что творец все ещё жив…

***

Акшан оглядел своего приятеля и продолжил: — По правде говоря, до этого дня мне не представлялось возможности воспользоваться «Карателем» по назначению. — Та-а-ак… А причём здесь был нейродрифт? — переспросил Пайк, желая свести концы с концами. — А, ну… «Каратель» способен быть полноценным оружием только в тех руках, с кем он совершил нейродрифт. — с широкой улыбкой Акшан указывает на себя. — Он возрождает только тех, кто дорог мне. Тех, кого я считаю своим друзьями… — с уст стража срывается тяжёлый вздох, как он вспоминает ту, кого к жизни вернуть не смог. — При ликвидации, жизненная сила убийцы используется чтобы возродить всех, кого тот убил. Но при этом только тех, кто близок мне. Понимаешь, о чём я говорю? Пайк с изумлением осмотрел «Каратель» на чужой пояснице вновь. Теперь то он всё понимал. Сомнений не было — пистолет Акшана и правда дело рук творца из Кайбер-Сити. К тому же, Пайк был более чем уверен в том, что «Каратель» возрождает тех, кто близок Акшану, только потому что «Божественная Рука» поставил это ограничение, дабы не случались сотни случайных воскрешений направо и налево. К тому же, использование древнего нейродрифта как способ защиты, в случай если пистолет попадёт не в те руки… Одним словом — гениальное решение. — А должны быть какие-нибудь симптомы? У меня… нет шрамов. Но кожа не мягкая. — подметил Пайк, слегка приспуская свою маску и оголяя своё лицо, ранее красовавшееся кучей шрамов, но теперь не имея ни одного. — Ну… честно? Я сам не знаю. Вроде как единственный симптом — смена каких-то пигментов. Не знаю про что это… — пожал страж плечами. В комнате на несколько секунд воцаряется тишина. По большей части из-за того, что Пайк медленно стягивал с себя разбитый кусок скафандра. Ту часть, что защищала его торс. Оказавшись обнажённым по пояс, мускулистые, тёмные руки крепко сжали тяжёлый титан в руках. — Ладно. — говорит Пайк, с громким грохотом роняя торс скафандра на землю, и возвращая взгляд на Акшана. — Я у тебя в долгу, в таком случае… А все свои долги я возвращаю. Акшан с подозрительным блеском в глазах наблюдал за тем, и услышав чужую благодарность, лишь улыбнулся. — Да ладно тебе, Пайк! Не стоит конечно благодарностей, хотя по правде скажу, приятно… — говорит он. — Но я просто сделал то… что должен был. — глаза стража отводятся в сторону, пока он сам неловко поправляет свою причёску. Пайк на чужую скромность сам ответил небольшой улыбкой, после чего сделал шаг вперёд и потрепал того по плечу. — Ты не такой никчёмный, как я думал. После этих слов наёмник отстраняется от того, и металлический звон от его нижней части скафандра разносится в тишине базы. Пайк скрывается в мастерской, видимо, собираясь работать над чем-то. Акшан же остался один посреди комнаты, задумчиво почёсывая затылок. Улыбка с его лица все ещё не сходила, а в груди было приятное, тёплое ощущение. Утро только начиналось… хоть выжившие и не спали всю ночь. Двадцать минут спустя. Пока один нахрапывал как медведь, а второй занимался чем-то не пойми чем, Пайк обосновался в мастерской. Его, по правде говоря, слегка раздражало то, что Фейт не прибрался с того раза как ремонтировал здесь свой костюм. И сам наёмник прибираться из принципа не собирался. Открыв интерфейс модификационной станции, тот решил позволить искусственному интеллекту «Альтерры» разработать для него модификацию его уничтоженного скафандра. Ему нужно было что-то более мощное. Что-то более бронированное. Но чтобы это не слишком отличалось от старого; и не было полным всяким оборудованием, которое можно взломать. Основа уже имелась, однако хорошее-старое всё же пришлось заменить новым-неизвестным, чему Пайк не был особо рад. В качестве питания вместо старого реактора, работающим на реактивном топливе он планировал использовать ионную энергию. Ту, которую он извлечёт из ионного куба, что они нашли на инопланетной пушке. И если КПК не соврало и этот куб правда был ценным источником энергии… то у него всё получится. Должно получиться. Акшан же тем временем молча намывал свой «Мотылёк», несмотря на то, что субмарина и так была чистой. На самом деле, ему просто нужно было отвлечься. И он с радостью бы отвлёкся какой-нибудь едой, да вот что-то у них ничего не было на перекусить. Благо, гормонные блокаторы встроенные в его тело, в паре с искусственным насыщением могли подавить любой дискомфорт, однако знакомая сухость на языке всё-таки присутствовала. Размышляя об этом, он вдруг вспомнил, что Твистед Фейт засаживал грядки какими-то тыквами. Или они назывались дынями? Чёрт их знает. Конечно, было бы неправильно вот так втихую лазить по чужим огородам, однако всё это делалось ради благой цели! С энтузиазмом тот покинул стыковочный отсек, направляясь по главному этажу в сторону Г образной стены. Там же, на грядках… что-то проросло. Что-то с зелёными листиками, и большими, сочными на вид плодами. Мужчина присел на корточки и стал сканировать один из таких. Сканирование быстро выявило Мраморную Дыню, готовую для употребления только в том случае, если её промыть и очистить от шкурки. Глаза у Акшана от предоставленной информации сразу же засияли, а во рту потекли слюни. Недолго думая, тот ловко сорвал плод с грядки и… резко задумался. А где бы мне промыть тебя? Что-то Акшан не припоминает, чтобы они тут на базе строили кухню… или хотя бы уборную. — Н-да, вот и просечка в чертежах! — подмечает себе под нос страж, вновьоглядывая дыню, а затем вновь оглядывая главный этаж. Он уже хотел было пойти попросить Фейта о помощи, да на полпути вспомнил что торгаш спит… Единственный кто мог ему помочь — это он сам. Ну, или Пайк. Заранее припрятав дыню обратно на грядке, тот поднялся по лестнице в мастерскую. Выглядывая из люка, он окликнул наёмника: — Хей! Пайк! У тебя тут нигде нет хабитат-билдера? Пайк, что в это время сидел в кресле с карандашом за ушной раковиной, развернулся на стража с поморщенным лицом и недовольно буркнул: — Кого?.. Акшан увидев чужую рожу не смог сдержать смешка. — Пх, строительный инструмент… Та штука, которой мы базу строили. — А. — Пайк хлопает глазами и оглядывается. Он обещал себе что не будет прибираться в мастерской из принципа, однако всё-таки сделал это. И он где-то видел строитель… но забыл куда его прибрал. — Он был где-то здесь. — отвечает Пайк, поднимаясь на ноги и оглядываясь. Акшан глаза закатил да и поднялся в мастерскую полностью, дабы помочь с поисками. В течении следующих пяти минут, они всё-таки смогли найти строительный инструмент. Каким-то неизведанным образом, устройство закатилось под стол, там, где его ожидали увидеть в последнюю очередь. Забрав билдер, Акшан поблагодарил своего приятеля и вернулся обратно на главный этаж, где собирался построить то, что нужно всем — отличная, смачная и большая кухня.

🎶 Bernard Ntone — Mussoloki 🎶

В отличии от Фейта, у Акшана не было дизайнерского образования. Однако имелась замечательная фантазия, чего должно было хватить. Всё таки, полноценную кухню со смысла делать не было, и по сути, всё что нужно — раковина, стол, стул, тумбы… Однако Акшан не собирался делать какую-то жалкую кухоньку где будет не продохнуть. Он собирался отыграться по полной! Включив музыку в своей внутри-головной аудиосистеме, тот пританцовывая стал создавать всё, что ему приходило в голову: Красивые, изысканные дизайнерские полки; раковину такую, чтобы туда можно было сразу пять мраморных дынь; Энергосберегающая посудомоечная машина, несмотря на то, что у них нет посуды; и другое. Непонятно конечно, откуда он взял чертежи для всего этого… На странные звуки, доносящиеся сквозь люк, Пайк в мастерской слегка оживился. Он решил спуститься и взглянуть, чем там занимается Акшан и от увиденного… мягко говоря охренел. — Ты чё сделал? — недовольно спросил его наёмник. — Как что? Кухню! Фешон китчен сделанный в ретро-стиле «Мун Тюа фон де Пари» имени Акшана заморского! — с гордой улыбкой произнёс тот, отключив свою музыку, попутно вставая в героическую позу. Честно говоря, Пайк сейчас хотел разбить своё лицо ладонью. Такая пустая трата титана, боже мой… Понимая что весь оставшийся титан, который он собирался использовать для нового скафандра Акшан потратил на какие-то полки и столы тот тяжко выдохнул. — Аргх… — даже сил на то, чтобы жаловаться не было. Только недовольный рык. Через секунду, он повернулся спиной к Акшану и махнул рукой, медленно уходя в сторону своей комнаты. Акшан невинно прикусил губу и пожал плечами. И чего это он так завёлся…? Оставшиеся полчаса Акшан провёл мирно, завтракая отличной дыней, что своим вкусом напоминала что-то между арбузом и яблоком. А то, насколько же она была сочная… Ему даже в мысль пришла идея сделать коктейль, однако под рукой не было нужных инструментов. Без своей любимой музыки, на удивление, умиротворённая обстановка начала убаюкивать его. Акшан в любой момент мог отключить гормон сна дабы вновь почувствовать себя бодрым, однако решил этого не делать. Всё таки, он сам давно не отдыхал… и подумал о том, что ему бы следовало поступить по примеру товарищей. Закончив с завтраком и оставив шкурки в мусорной корзине, что начала постепенно выжигать мусор по атомам, тот широко зевнул. Оглядевшись, Акшан сказал — КПК… вырубай свет. — Свет на главном этаже деактивирован. — ответил ему роботический женский голос, и всё вокруг потухло. Неохотно поднявшись по лестнице в свою комнату, страж довольно потянулся, и с мыслью: «Я по тебе так скучал, моя хорошая…» медленно разделся и залез в постель, удобно устраиваясь на обе подушки сразу, в конечном итоге мирно засыпая. День только начался, однако уже подошёл к концу. За бортом, волны безмятежно обмывали корпус, пока небесные скаты пели в небесах. "Аврора" всё продолжала полыхать вдали, однако с каждым днём яркость пламени постепенно угасала. Солнце было высоко, однако трое выживших уже спали... хорошим сном.

...

...

Тем временем, неизвестно где. Глубина: ??? метров. Тяжёлые шаги раздаются по металлическому полу небольшой базы. Мужчина тяжко и ранено вздыхает, а его голос резонирует через дыхательную маску, поддерживающую его в сознании с помощью неизвестного газа лилового оттенка. Он закрывает свои зеленоватые глаза с нотками лиловых вен, а затем открывает их. На его щеках сияют небольшие и странные, зеленоватые опухли. Гангпланк молча сканирует своё тело, и сканер вновь выдает всё тот же результат: заражен. Злодей смотрит в люк и видит огромное, прекрасное, подводное дерево что светилось ярким, голубым цветом. Он начинает зловещее смеяться, однако его смех практически сразу же прерывается кашлем, как он хватается за свою проткнутую бочину. Крайне знакомый гарпун, испачканный кровью покоится на его затылке, однако отныне голубое свечение было сменено кроваво-красным. Конец девятнадцатого эпизода.