Чертово пари

Вибрация жаром отдается во всем теле, Ди приходится кусать губы, чтобы не издавать лишних звуков на уроке. – Если вы думаете, что основное в истории — это запомнить, что и в какой год случилось, то вы ой, как не правы, – учитель лет сорока подмигивает студентам, весело улыбаясь. Знали бы остальные, чья вина такого состояния старшего металлиста, век преподавателю не видеть ни учеников, ни работы в школе. Поэтому подросток молчит в тряпочку, всеми силами сдерживается, нельзя издать и протяжного мычания, говорящего о лишнем предмете внутри него. – ЕГЭ, конечно, отстой, но вы держитесь, ваш верный друг и педагог Чес всегда готов прийти на помощь, - шатен бросает быстрый взгляд на Ди. Тот гневно смотрит на него в ответ. С растрепанным видом, он вжимается в стул, осваиваясь с ощущениями. Парню придется сидеть так весь урок, не давая себе расслабиться, иначе он проиграет пари. Второй все также ведет дополнительный урок для сдающих историю с основ; древние люди, собирательство и охота, затем тема перетекает в древний Рим. Как бы Ди ни пытался, у него не получается слушать, он не способен понять и слова из того, что так забвенно рассказывает Чес всему классу, кажется, совершенно не обращая внимания на измотанного за первые десять минут подростка. Он старается не сосредотачиваться на вибраторе в его заднице, что угодно, хватается за любую мысль, как за спасительную соломинку, будь то математика, иностранный язык или же игры, аниме. Нельзя думать ни о чем неприличном, ведь, даже малейшее движение, и подросток кончит от интенсивной стимуляции, что не прекращается уже так долго. Вибрация так приятно попадает по простате и греет внизу живота. Вот, прошло уже пятнадцать минут, идет шестнадцатая, Ди считает каждую секунду, тихо шипит себе под нос, слабо отвлекаясь на это. Чес решает поставить его в еще более невыгодное положение. – Ди, ставлю на то, что ты знаешь, с какого и по какой век просуществовала Римская империя, - тот нахально улыбается парню, – Хоть мы и отдалились от темы, - терпеливо ждет ответа. – "Чёрт, ты что, серьёзно?" - второй мысленно проклинает его всеми словами, что знает, не хочет поднимать головы со скрещенных на парте рук, не хочет смотреть на эту самодовольную рожу, ведь знает — один этот хитрый взгляд, и он больше не сможет держать грязные мыслишки при себе. Победу в борьбе между гордостью и здравым смыслом одержала гордость, поэтому Ди, поджав губы, поднимает голову и тихо отвечает: – С десятого... По девятнад-цатый век. – Что-что? - Чес изображает, что не услышал. Блондин молча кроет его, на чем свет стоит, раздумывая не послать ли благодетеля при следующей же возможности. Один раз хватило воли сказать, а второй уже не уверен, получится ли. – Он сказал: "С десятого по девятнадцатый век", - очень удачно повторяет ученик за соседней партой. Ди готов поклониться ему в ноги, когда это наконец закончится. – "Господи, спасибо", - рассеяно думает он. – Да, верно, - не показав своего разочарования, Чес продолжает урок, как ни в чем не бывало. Ранее встретившись с тем взглядом, подросток уже совсем не уверен, сможет ли сдержаться и не кончить, мысли идут совсем не так, как надо и вот, блондин дошёл до размышлений о том, что вместо этой вибрирующей хрени в нем, гораздо лучше бы чувствовался член Чеса. Горячий, приятно достающий до нужного места. – "Черт", - проносится в голове. Ди все же не справляется и кончает, сжав кулаки, и сопротивляясь желанию открыто стонать. Ему бы хотелось встать и уйти в туалет, но предстоит ещё выдержать оставшуюся половину урока. Если бы он не запачкал себя, отвратительное ощущение мокрого нижнего белья не давило бы на него сейчас. Нет, надо продержаться, надо дотерпеть. Осталось всего двадцать минут, пятнадцать, десять... Парень поднимает умоляющий взгляд на учителя. Тот молча кивает. – Ладно, народ, было весело, но сегодня мне надо освободиться пораньше, конечно, к вашему счастью, так что можете идти, - Чес все также беззаботно заканчивает, подгоняя учеников выйти из кабинета, и, помахав рукой последнему из них, запирает дверь на ключ. – Ты кончил, - начинает он, подходя к Ди. – Да, я проиграл пари и должен тебе желание, я знаю, - второпях произносит парень в ответ, – Но сейчас... Просто сделай со мной что-то, я больше не выдержу, - подросток встаёт с места, засвечивая стояк сквозь джинсы, и кривым шагом подходит к Чесу. Второй разворачивает его на сто восемьдесят, кладёт грудью на парту, из-за которой тот только что встал, заламывает руки парня ему за спину, и одной держит запястья, попутно наполовину спуская с него штаны с бельем до колена. Затем медленно вытаскивает вибрирующий предмет, в то время, как у Ди дрожь проходит по всему телу. – Да не тормози ты! - гневно скулит подросток сквозь зубы. – Не командуй мне тут, - мужчина какие-то мгновения раздумывает, стоит ли наказать блондина сейчас или же подождать до следующего раза. Решив, что все же стоит потерпеть, чтобы выдумать что-то поизвращеннее, он нетерпеливо расстегивает ширинку и резко входит в расслабленного парня. – Блять, - тот матерится от неожиданности. – В тебе так мягко, кажется игрушка тебе понравилась, да? - присвистывает Чес. – Пошел... Ты... - протягивает подросток в ответ, срываясь на стон. После вибратора он и правда чувствует, что разработан настолько, что даже без подготовки совсем не больно. Только удовольствие отдается в мозгу, проходится мурашками по спине. – Господи, блять, я сейчас кончу, - мямлит Ди, кусая губы, через несколько грубых толчков. – Давай, малыш, - шатен начинает двигаться быстрее, позволяя парню насладиться. – Мм! - тот чуть прогибается, забрызгивая пол мутной жидкостью. Тяжело дышит, глаза не фокусируются, им точно управляют, словно марионеткой. Мужчина, не достигнув оргазма, выходит из податливого тела. Он знает, что ещё отомстит. Накажет засранца и за проигранное пари, и за вольности, к которым приходится прибегать. Хватает Ди за руку, поднимая с парты. – Пора расходиться, парниш, - хитро шепчет на ухо, будто снова хочет возбудить и выебать все в том же классе. – Понял, - подросток кивает, торопливо натягивает джинсы, поправляет одежду и прическу, спешит убежать из класса, бросив "до свидания", чтобы не дай бог снова не попасться в эти шершавые руки, что петлей держат его за шею. Чес расслабленно выдыхает, когда парень наконец покидает класс, достает салфетки, убирает за собой, успокаивается и, потянувшись, тоже направляется в сторону своего дома, прокручивая в голове, что может сделать с непослушным блондином.