Я ждал тебя... Вечность

      Одетая в простое платье, она торопливо бежала по улицам родного города, впрочем, не узнавая его. Разномастные здания, маленькие и большие магазинчики, Храм… все проплывало мимо, ибо цель ее лежала у внешнего предела Палантаса. Она не замечала, что ветер разметал ее спутанные темные волосы, что мелкие камешки больно впиваются в босые ноги, оставляя кровоточащие ранки. Ее больше ничего не волновало, кроме того места, куда она так спешила. Голову девушки занимали мрачные мысли, она не поднимала взгляда серых глаз к небу, ибо больше не искала там опоры. Не могла искать ее там. - Мне жаль… Элиана умирает, тебе нужно смириться с этим, дочь моя, - таковы были слова Паладайна, произнесенные мягким голосом. – Не всё в этом мире решают Боги.       Тогда, в то мгновение, ее вера разбилась на тысячи осколков, каждый из которых уничтожал ее изнутри. Она бросилась бежать. От себя, от смерти, от страха, от неизбежности, от слабости и бессилия. Не хватало веры и сил смотреть на бледное, исхудавшее лицо сестры, которая по ночам кричала от боли, а с утра теряла сознание, не вынося больше ужасных мук.       Поэтому поздним вечером девушка оказалась у небольшого простого здания из черного камня. Она хорошо знала, куда шла, но все же застыла на мгновение, прежде чем войти в обитель Мрака.       Внутри было темно, лишь свечи у алтаря немного разгоняли тьму. В воздухе слабо пахло терпкими благовониями. Немногие посетители храма Темного Бога удивленно смотрели на заплаканную девушку в светлом платье, что шла к алтарю, оставляя за собой кровавые следы. Она подошла к стене, из которой, тихо журча, струилось два водопада. Вода и Кровь. Девушка бессильно упала на колени и разрыдалась. Что она искала здесь? Что она могла дать в обмен на просьбу о жизни сестры? - Не плачь, Крисания, - раздался шепчущий голос.       Она удивленно оглянулась, не сразу поняв, откуда к ней обращались, но все прихожане всё так же были погружены в собственные молитвы. Жрица посмотрела перед собой, тихо вскрикивая от неожиданности. В двух метрах от нее сидел молодой мужчина. Бледная кожа, золотые глаза, зрачки в форме песочных часов, седые волосы, что почти касались лопаток. На его плечи была накинута черная, словно ночь, мантия. Крисания едва могла отличить, где заканчивалась его одежда, а где начинался мрак окружавшего ее пространства. Тонкие губы Бога были искривлены в подобии улыбки, но его страшные, всевидящие глаза были, на удивление… теплы и лучились состраданием? - Не плачь, - повторил он, а его теплые пальцы пробежались по ее щекам, стирая слезы. – Элиану можно спасти. Ведь ты за этим здесь? - Да… - выдохнула она, вновь опуская взгляд, не смея дольше смотреть на него. Она не могла сказать, что удивлена тем, что он знает, зачем она здесь. – Мой Бог… - Шшш, - Темный Бог чуть прикрыл глаза, - не надо. Оставь в прошлом то, что случилось. - Рейстлин, - жрица закусила губу, чувствуя, как ее тело охватывает дрожь перед этим Божеством, так отличавшимся от других. – Ты в силах излечить ее? - Да, - ответ был мягок, но таил в себе много секретов. – Но я не тот милосердный Бог, к которому ты привыкла.       Словно в подтверждение его слов, в зале раздался предсмертный стон человека, что принес свою кровь в жертву Богу Тьмы, а кровавый водопад на несколько мгновений потек сильнее. Жрица опустила голову, содрогаясь от ужаса. Новые слезы упали на ее щеки. - Это его собственный выбор, я не требую этого, - вновь мягко улыбнулся Рейстлин, успокаивая ее. – Мне интересна игра, но немногие соглашаются играть со мной. - Что же будет, если проиграть Богу? Смерть? – в ее голосе прорезалось высокомерие. - Что толку от того Бога, что несет смерть тем, кто приходит к нему за надеждой? – вопросом на вопрос парировал мужчина.       Затем сделал пас рукой, и перед ним появилась искуснейшая шахматная доска. Беспросветно черный обсидиан и ослепительно белый мрамор создавали идеальное сочетание. А фигуры были вырезаны с поразительным мастерством, что не было присуще ни эльфам, ни гномам вместе взятым. Казалось, в них течет жизнь. - Готова ли ты сыграть со мной? – он выжидающе смотрел на жрицу. – В этой игре нет проигравших, есть лишь разные ставки. - Мне нечего терять, - тихо ответила Крисания, опуская пальцы на белую пешку. – Только пообещай, что Элиана будет жить, - она передвинула фигуру, начиная игру. - Будет, - Бог коснулся своей пешки, отправляя ее скользить по доске. - И все же, что будет, если я проиграю? – жрица неуверенно подвинула еще одну пешку. - Я исцелю твою сестру, но взамен ты будешь кое-что мне должна, - Бог походил фигурой рыцаря на коне. - Что же именно? Ты говорил, что не убиваешь, но больше мне нечего дать… - ее бледные щеки залил румянец, когда она подумала, что не так уж и нечего ей было отдавать. - Не бойся, я не буду строг к тебе, жрица Светлого Бога, - Рейстлин сделал еще один ход, уничтожая первую белую фигуру.       Он заметил смущение своей просительницы, но ничем не выдал этого. Впрочем, ему было приятно наблюдать за ней, за сменой ее эмоций, за ее реакциями. Чем-то эта девушка притягивала его.       Крисания опустила голову. Нет, она больше не смела назвать себя жрицей Паладайна после того, как, не приняв волю своего Небесного Отца, пошла просить помощи у Бога Тьмы. Она наугад коснулась какой-то фигуры, когда слезы вновь застлали ей глаза. - Будь внимательнее, - Темный Бог сделал ловкий ход своей ладьей, забирая ее слона. - Я… не искусна в этой игре, - призналась она, двигая нетронутую пешку и стараясь не попасть под удар Рейстлина. - И все же ты согласилась на партию. Как сильно ты любишь свою сестру, - он с уважением посмотрел на нее, снимая с доски ее коня. - Больше жизни, - с некоторым облегчением она забрала одного из слонов мага, незаметно для себя открывая ему доступ к своим главным фигурам. - Шах, - Рейстлин двинул свою Королеву. Жрица замерла, испуганно поднимая на него взгляд. Так быстро? Ее пальцы неуверенно застыли над доской, а глаза метались меж фигурами. С чувством тревоги и разрастающейся пустоты, она двинула навстречу ему и свою Королеву. - Мат, - это не помешало Рейстлину окружить ее Короля. – Ты проиграла, - на его лице возникла довольная улыбка, от которой Крисания задрожала только сильнее. - И что теперь… - Спасибо за игру, ты развлекла меня. Элиана будет ждать тебя дома, здоровая и полная сил, так что поторопись, - он встал, протягивая ей руку и помогая встать. Шахматная доска исчезла так же, как и появилась – лишь мановением его руки.       Крисания поднялась, ничего не понимая. Сестра здорова, но… вдруг он лжет ей? Что стоит лживое слово и лишнее обещание для Бога Тьмы? Она растерянно уткнулась в пол и едва не задохнулась. - Я буду ждать тебя снова, Крисания, - Рейстлин провел пальцами по ее скуле. Он так долго ждал ее. Почти целую вечность.       Она молчала, разглядывая темные одежды, в которые теперь была облачена. Крисания хотела возмутиться, но вдруг поняла, что… Ей уютно в них. Спокойно. Словно что-то давно потерянное вновь вернулось к ней. - Без веры сложно, а я буду рад видеть тебя чаще, - его шепот легким ветром достиг ее ушей. – Надеюсь, ты позволишь мне такую самовольность.       Она позволила, но теперь внутри она боялась, что предала своего Бога. Своего бывшего Бога… - Нет, - словно подслушав ее мысли, ответил Рейстлин. – Ты не предала его. Ты выбрала свой путь, и он позволил тебе ступить сюда, в мою обитель. Иначе ты бы не пришла сюда. А теперь возвращайся домой, - прошептал Темный Бог, прежде чем исчезнуть. А Крисания никак не могла признаться себе, что его лицо, взгляд стоят пред ее внутренним взором, и, кажется, будут стоять еще долго. Днем и ночью темная жрица будет видеть облик своего возлюбленного Бога, которого она так долго ждала, хоть и не подозревала об этом. Она направилась к выходу из храма, и на этот раз во взглядах прихожан, устремленных на ту, что получила Его благословение, читалось уважение. - Я вернусь завтра, - прошептала Крисания, на миг обернувшись к алтарю. – Благодарю тебя за Элиану, Рейстлин.