Комплекс жизни

Ветерок приятно дует в лицо. Длинное лето в бабушкином доме казалось еще длиннее, зато братья набрались сил на новый учебный год. Вдвоем они идут на торжественную линейку, в руках Бомгю несет небольшой букетик для их лучшей классной руководительницы. Ух, и много же та натерпелась с этим классом. Половина ушла, и в жизни как будто что-то переменилось. Последние два года на веселье и беззаботную жизнь. Субин стоит недалеко от остальных, и он сразу видит двоих парней, они спешили. Все лето у него была возможность разговаривать с Енджуном. Пускай, Чхве не видел его, но точно был рад даже небольшому вниманию. Чхве не терял времени, и сам веселился. Он старался бросить курить, но все тщетно. Бросить наркотики еще тяжелее, но Субин правда-правда пытается… Он впервые начал строить планы. Субину бы хотелось поступить потом в институт, работать на нормальной работе и даже семью завести. Но пока он только шестнадцатилетний подросток, у него все впереди. Выкинув бычок в урну, Субин тут же одергивает пару раз ворот свитера. Будет неприятно, если от него будет вонять табаком. Раньше он хорошо справлялся с этим, но сейчас все намного серьезнее, ведь он идет в гости к Енджуну. Быть может, их детские шалости уже не вернуть, но они снова стали друзьями. Бомгю отпустил обиду за брата и теперь втроем они сидят на одной постели, смотрят популярный сериал. Мама приносит пиццу и только радуется, ведь дети ее счастливы. Она улыбается напоследок, перед тем, как закрыть дверь. Пускай косвенно, но Субин получал ту заботу, о которой так долго мечтал. Даже теплой осенью шли дожди. Енджун сидел на скамье в парке, рядом шумит река, а в руках он держит зонт. Моросило. Это место заставляло его вспомнить старые эмоции, из-за чего невольно он нервничает, пока ждет Чхве. Сегодня они решили оставить Субина на ночь, чтобы насладиться последним обновлением любимой игры. Брюнет торопится, он взял с собой самое необходимое для ночевки, потому за его плечами рюкзак. — Извини, я очень торопился. — говорит он, как только подошел к Енджуну. Волосы были влажными, капюшон постоянно срывало ветром. — Не замерз? — Не-а. — качает отрицательно головой Чхве. Ему было неспокойно, но в то же время он был очень рад, что все в порядке. Вместе с «реабилитацией» в глазах Енджуна, Субин снова обрел метку «объект воздыхания». Брюнет неловко молчит, пока Чхве так внимательно изучает его лицо. — Точно все хорошо? — спрашивает Субин, мягко улыбается в ответ, когда Ен улыбнулся уголками губ. И всё-таки, он намного лучше самого крутого косяка конопли. — Ты забыл кое о чем. — говорит Енджун и подходит ближе. Он осторожно подносит зонтик к Субину, дождик разыгрался. Первый шаг Енджун уже делал и теперь он ждет действий от Чхве. А Субин стоит и медленно сходит с ума. Он поверить не может, что ему был подарен второй шанс, ведь прекрасно помнит, что случилось на этой же лавочке полгода назад. В порыве он остановился, но взгляд Ена, такой упорный, заставил взять себя в руки. Субин еле-еле касается большим пальцем его холодной щеки. Он бы так хотел, чтобы этот момент длился вечность, пускай он и сгорает внутри, пускай долго и не продержится. Енджун так скромно закрывает глаза, наклоняясь в сторону ладони Чхве. Брюнет больше не позволит страдать ни себе, ни ему. Наконец-то, точно в самых желанных мечтах, их губы соприкасаются. Так мягко, так будоражит. Енджун впервые отдается в поцелуй, осторожно второй рукой скользит по плечу Субина. А его холодные ладони так нежно обхватили шею Чхве. Довольно быстро Субин отстраняется, смотрит внимательно в чужие глаза, пытаясь прочитать в них, что чувствует Енджун. Он такой серьезный, его губы чуть приоткрыты, а пальцами он впивается в плечо Субина. Как мило. Кажется, кровь скоро хлынет вниз, лучше заканчивать и спешить домой. В ту же секунду Енджун «просыпается», хватает того за руку, и тянет за собой. — Пойдем скорее, а то я уже замерз. — говорит он, такой радостный. По пути напевает знакомую мелодию и разговаривает с Субином. А сам Чхве так счастлив, в его жизни точно началась белая полоса, и вместе со своим мальчиком все будет хорошо, и никак иначе.

***

Скользкие патчи выскальзывают из рук. Субин недовольно вздыхает, когда не может приклеить полужидкую штучку. Бомгю рядом только смеется, он помогает брюнету нанести под глаза патчи. — Завтра я проснусь с другим лицом? — спрашивает Чхве, пока Бомгю ставит на нем свои косметические опыты. Он очень любит разные штучки для лица, но часто старший брат не поддается на обаяние блондина. — Ну, это мы и увидим завтра. — юный косметолог, до жути довольный, осторожно распределяет силиконовой кисточкой разведенную маску. — Юне очень нравится. — Вы еще долго там? — Енджун вздыхает, оглядывается на двоих парней. В его руках контроллер, он в одиночку играет, пока Субин и Бомгю устроили в комнате салон красоты. — Еще чуть-чуть. — улыбается Субин, пытаясь этим задобрить юношу. — Да, мы почти закончили. — кивает Бомгю. В дверь стучатся, тут же появляется мама братьев. Женщина слабо улыбается, проходит и ставит на стол тарелку с нарезанными фруктами. — Мы с папой съездим в кино, а вы развлекайтесь. — говорит она, смотрит на своих мальчиков. — Позаботьтесь о Субине, не будьте буками. Чхве, кажется, даже немного покраснел, улыбнулся маме братьев в ответ и отвел взгляд. В такие моменты он чувствует себя как нельзя лучше. Словно он часть семьи. Енджун часто рассказывал ему, что мама спрашивает про Субина. Так мило, пусть, возможно, делает она это из вежливости. Сильно же Енджун обижался, когда видел любимого с сигаретой. Хоть и понимал, что бросать тяжело, но сколько обещаний были пущены на ветер. Казалось бы, Чхве всегда держит слово, но теперь он клялся и нарушал эту же клятву. Все переживания Субина из-за которых он курил уже испарились, поэтому теперь он курит потому что переживает, что курит. Енджуну ой как не нравится. Да и при Енджуне он не курит, и не употребляет. Но он чувствует, словно за ним наблюдают откуда-то. И каждый раз, поджигая сигарету, Субин винит себя в слабости характера. Этим вечером вдвоем они плетутся к кому-то на квартиру. Они теперь пара. Куда Субин, туда Енджун. Да и интересно было потусить с такими «крутыми» чуваками, узнать друзей Субина получше. Ничего хорошего для себя Чхве не выносил, но веселился изрядно. И вот он снова снимает обувь, и они идут на кухню, где Субин крепко жмет руку своим друзьям. Енджун лишь здоровается, машет рукой и садится рядом, подтягивая стаканчик, куда уже знакомые девчонки плеснули ему вина. Здесь музыка, здесь пьяные разговоры, здесь веселье и танцы, здесь грусть и холодный балкон. Казалось бы, об этом можно было мечтать подростку. Однако подобные встречи постепенно становились не такими интересными. Благо, Субин был под «присмотром», это Енджуна успокаивало немного. После оговоренного времени, парни идут по темной улице. Тихо и холодно. И вроде даже романтично, пока Субин не прерывает тишину. — Я так хочу курить. — вздыхает он, оглядывается на Енджуна в молчаливой просьбе «разрешить» ему достать пачку. Самую последнюю пачку — А мне что сделать? — спрашивает тихо Чхве, но уже эти слова его насторожили. — Давай я тебя поцелую, это будет лучше сигарет. Субин лишь улыбается, они идут дальше. Жажда никотина заставляет легкие неприятно ныть. Чхве срочно нужна сигарета! К тому же Енджун не сказал «нет». Поэтому он пальцами вытаскивает из внутреннего кармана куртки пачку. Енджун молча наблюдает, как Чхве ловко достает одну палочку и обхватывает губами. Шарится по карманам. — Слушай, давай не сейчас. Ты меня проводишь и потом покуришь. — останавливает того Енджун. Будет неприятно, если мама заметит запах табака. Да и к тому времени Чхве совсем протрезвел, о чем не скажешь по Субину. Он явно выпил больше, к тому же опрокинул большую порцию чистого джина напоследок. — Это самая последняя, Енн-и. — стонет Субин. В руке он сжал зажигалку и теперь как щенок стоит и смотрит на своего мальчика. — Пожалуйста, я правда завязываю. Но так резко бросать нельзя… — Я понял, но давай не сейчас. Выкуришь ее позже. — говорит Енджун, идет дальше. Но его останавливает крепкая хватка Субина. Ему нужно разрешение прямо здесь и сейчас. — Это последняя, я обещаю. — Я понял! Что тебе от меня-то надо? — Енджун уже раздражается, ему просто неприятны такие пьяные приставания. Он не хочет обниматься, он хочет домой. А Субин назло тянет его к себе и так крепко сжимает, не оторвать. — Ну, разреши мне. — тянет он с вздохом. — Я тебе никогда не разрешу. Ты глупый? — Чхве смеется. — Кури, если хочешь. Ты сам за себя решаешь. — Ну, Енджун, правда, последняя… — так они простояли до тех пор, пока Енджун не разрешил. Но еще долго по дороге Субин говорил об одном и том же. В этот вечер Чхве торопится домой. Он устал, раздражен и просто уже вынести не может этого парня. Видимо, Енджун правда думал, что плохие парни такие «крутые» всегда… но нет. Даже на прощание Чхве отказался от поцелуя и наказал Субину написать, когда тот придет домой. Завтра утром Енджун поговорит об этом с Субином. Но сейчас он просто валится в постель, наконец-то вытягивается и проваливается в сон.

***

Разговора как такового не получилось, ведь Чхве действительно обиделся, а на что, Субин так и не смог понять. Енджун отворачивается, не слушает и игнорирует. Бомгю даже плечами пожимает. — Ну, скажи, что не так, я ведь никогда не узнаю, о чем ты думаешь. — Субин уже какой урок стонет под ухо. Зачеркав очередную неправильную формулу, Енджун наконец-то поднимает взгляд, так тяжело вздыхает. — Мне не нравится, как ты себя ведешь, Субин. — брюнет тут же осторожно обхватывает пальцами руку Чхве. — Я про вчера. Я же не говорил, что ты обязан все бросить в один момент. И вообще, такие вещи делают ради себя, а не ради кого-то. Енджун тихо рассказывает о том, что думает, редко поднимает глаза на своего парня. — Я ради себя не могу, будь моей мотивацией, пожалуйста? — спрашивает Субин, он так нежно гладит пальцы Ена, ищет в нем поддержку. — Мне кажется, что это неправильно… Пока ты не полюбишь себя, ты и меня любить не сможешь. — Чхве достает свою ладонь, прячет ее у груди под локтем. — Подумай об этом, ладно? Я не уверен, что готов взять за тебя ответственность. На этом разговор и закончился, Субин только тяжело вздохнул и встал из-за парты, ушел в коридор. Кратко сказать — Чхве не согласен, ну совсем не согласен! И почему Ен не может его понять? Какие бы теплые чувства не окутывали сердце Субина, но сейчас он не мог, и не хотел понять Енджуна. Кажется, Чхве впервые злился на своего избранника. А после злости, как оно обычно бывает, наступает грусть. И в этой грусти он снова провалился в прошлые мысли. Может быть, ему не светит уже хорошая жизнь, только такая, с перебойками на моменты принятия реальности? Он не бросил даже сигареты, говорить о наркотиках уже не стоит. Одинокая качель, вдали от дома, противно скрипит. Субин еле отталкивается ногами, пытается разобраться в себе. В руках крутит ту последнюю пачку. И становится вновь так невыносимо больно. Он обидел Енджуна своим поведением, правда, он поступил ужасно. Нельзя складывать всю ответственность на чужие хрупкие плечи. О каких говорить отношениях, когда Субин даже сам за себя постоять не может? На телефон приходит уведомление о пропущенном. Кажется, Субин совсем задумался. Он перезванивает, слышит голос своего друга. Качель больше не скрипит, Чхве шагает в сторону своего дома. Их общение почти прекратилось. Снова Чхве утопал в себе, ему так понравилось быть любимым и нужным. Но таким, грешным, он не должен быть. Как только Субин сможет отмыться от грязи прошлого, так сразу будет бороться за свое счастье. Так ведь оно работает? Ручкой он записывает все, что накипело. В последнее время он пишет свои мысли в тетрадь. Так намного легче становится, и порой даже ответы находятся. Но не в этот момент. Неделю он не появляется в школе, и забросил социальные сети, отключив интернет. Чем он занимался? Да просто отсиживался в комнате, решал задачи по геометрии и учил физику. Спокойно курил свои сигареты, думал о Енджуне. О Енджуне… Ночью в постели он лежит и вздыхает. Вспоминает приятные моменты вместе, но уже с другой стороны. А Енджун заслуживает лучшего. Телефон за долгое время вибрирует. Это звонил не Чхве, а его друг Чон. Чон зовет к себе. Отличная возможность забыться в дыме кальяна, выпить немного джина и поговорить по душам с чуваком на кухне. Во внутренний карман своей куртки, Субин сует маленький зип-пакетик, туда же кладет сигареты и зажигалку. Из интерната он уже привык уходить так поздно. Знаком с охранником, а вот на остальных плевать. Пусть ругают, если заметят. Темные улицы так красивы, Субин наконец-то вылез на свежий воздух, может вдохнуть полной грудью. Он решил точно — делает все правильно. Как никому не нужен был, так никому и не нужен будет. Так лучше, зря он дал надежду и себе, и своему мальчику. В квартире играет музыка, его встречает Чон и крепко жмет руку. — Ну и кислая же у тебя физиономия. — смеется парень, проходит в гостиную, где и было основное движение. Квартира у друга большая, на кухне собрались любители поболтать, в другой комнате ребята о чем-то секретничали. — Давай веселись, у нас тут правило — не грустить. — Понял тебя, обижать хозяина не буду. — Субин мягко улыбается, шагает вперед и уже окунается в атмосферу праздника. Девушки сидели на диване и обсуждали свои отношения, поодаль парочки танцевали в обнимку. Рядом с Чхве опустился высокий шатен. Он довольно скалит зубы, протягивает руку. — Я Мин, будем знакомы. — Субин представляется в ответ, жмет ему руку, а после тянется к пустому стакану на столе. Наливает туда шампанского, и делает пару глотков. — Я слышал, ты банчишь. Субин прикусывает губу, кратко лишь кивает. Но с собой у него была обычная трава, которую он бы и сам раскурил. — Не сейчас, но могу угостить. — предлагает Чхве, на что Мин быстро соглашается. Вдвоем они поднимаются и идут в ванную. Субин достает сигареты, вручает одну из них своему новому другу. Содержимое пакетика было поделено пополам. Каждый быстро справился с задачей. — А чего ты тут забыл? У Чона так тухло. — говорит шатен, он идет на балкон, где прикуривает. — Тухло? Жаль, я надеялся, что моя последняя вписка будет хорошей. — Чего-о? — Мин смеется, он лишь хлопает Субина по плечу. — Ну, ты смешной, конечно. Последняя. Ты типа новую жизнь с понедельника начинаешь? — Хотелось бы. — Смех шатена был оправдан. Чхве и сам не верит, что этот цикл закончится хоть когда-то. Но он же попробует взять себя в руки? — Я много таких мальчиков видел. — отвечает уже серьезно парень. Мин втягивает дым, так жадно. — Никогда последней не бывает. Зачем ты сюда пришел, чтобы попрощаться с дурью? А может быть, сделать вид, что прощаешься? Возразить Мину было нечего. Субин не знал. Он лишь молча докуривал, глядя на ясное ночное небо. Луна светила так ярко, а звезды дополняли ее. Так красиво, и холодно. — А что мне делать? Я не могу взять и разорвать этот круг. — вздыхает Субин. Впервые за долгое время он говорит о своих чувствах кому-то. — Мне так хотелось быть хорошим для всех, но видимо, хорошим надо быть с самого начала. — Да нет. В дурку едь, там тебя вылечат… Может быть. — отвечает Мин. Он тушит сигарету о железную отделку балкона и бросает бычок в маленькую пепельницу. Тоже самое сделал и Субин. Они вернулись в теплую квартиру. Мин взял с собой пару закусок. Они остановились в пустой уже комнате. Отсюда вышла компания, видимо, секреты уже закончились. Теперь на кресле разлегся Чхве, держа в руках полупустую упаковку с чипсами. — Ты был в «дурке»? — спрашивает брюнет. — Да, не сам, пришлось. — отвечает Мин, он ставит тарелку с закусками на небольшой столик. Оттуда он теперь берет маленькие кусочки сыра. — Мамка отправила. — Она тебя любит. А ты ведешь себя как мудак. — Чхве только выдыхает. Ему стало хорошо, он расслабился и вроде даже позабыл свою боль. Но это все временно. — Тебе ли об этом говорить? — У меня матери нет. — Субин смотрит внимательно на нового дружка, в полутьме его лицо толком не разобрать. — Была бы она, я бы ни за что ее так не предал. А ты просто ублюдок. — Отвали, пожалуйста. — Мин отмахивается рукой. Вздыхает громко. — Она никогда меня не понимала, и я не просил, чтобы меня рожали. Сдали бы… как и тебя. Чхве отводит взгляд. Сложно понять, что сказать, что подумать. Таких парней и девчонок он видел часто, но никогда не знал, о чем они думают. — Я ненавижу эту жизнь, был бы шанс вскрыться, я бы давно это сделал. — Мин снова бросает в рот кусочек сыра. Кажется, наркотики наоборот пробили его на эмоции. — Я был бы так счастлив, если бы и меня обделили семьей. Подмяв губы, Чхве пытается сдержать слова. Он бы наоборот сделал все, лишь бы у него появились близкие люди, которые смогли бы его поддержать, кого бы поддерживал он. Так обидно было, что даже брата или сестры ему не было подарено. А этот чертов Мин говорит такие гадости. Поток мыслей был разорван, как только дверь открылась. Один из парней явно тащил куда-то девчонку. Больно лицо у нее было знакомое. — Эй, Рыжий, тут девка пришла, говорит, тебя ищет. — Мин поменялся в лице мгновенно. — Отпусти ее, пока я тебе бошку не пробил. — шатен вскакивает со своего места тут же, и девушку отпускают сразу. Она только поправляет волосы. — Ты чего, Рыжий? С ума сошел… — парень только цокает, складывает руки на груди. — Я тебя искала. — совсем тихо-тихо говорит та девчонка. Она опустила глаза, совсем не разглядеть ее лица. Субин приподнялся, бесшумно подошел ближе. — Мама переживает, пошли домой. — Иди сядь, я сейчас. — Мин садит ее на кресло, где сидел сам. На мгновение он исчез за дверью. Субин невольно постарался разглядеть эту девушку. Она была так знакома. — Субин? — тихим голоском спрашивает она, хмурит брови. — Ты же бросил. — Чего? — Чхве подходит ближе, наконец-то она подняла лицо. В ней он быстро увидел свою одноклассницу Юну. — А ты… это твой брат? — Да. — она кратко отвечает. Больше ни слова не сказала, в прочем, Субин тоже молчал. Но недолго подумав, он сам уходит из этой комнаты, на пороге тут же встречает ее обеспокоенного брата. — Объясни мне. — Субин останавливает того за плечо. — Свои слова. — О чем ты? Я ухожу. — Нет, про свою семью и жизнь. Ненавидел бы ты ее, стал бы защищать? — Как можно ненавидеть свою семью? Я ненавижу себя, ведь не могу подарить моей матери и сестре лучшую жизнь. Тебе этого никогда не понять, зачем ты меня об этом спрашиваешь? — Лучше бы их не было? — Если бы их не было, они бы не жили, как живут сейчас. А я ничего не могу исправить. — в этот момент парень дергает ручку двери, Субину пришлось отойти, чтобы пропустить его. Вдвоем они быстро ушли. А через каких-то полчаса и сам Чхве отправился обратно. Он был растерян. Кажется, все, что он придумал себе было ошибкой. Несмотря на яростную ненависть, Мин любит. Несмотря на то, что сын стал разочарованием, мать все равно переживает и беспокоится о нем. Быть может, Чхве и правда никогда не понять их чувств, но точно понять, как делать не надо. Все эти затишья и решение уйти из жизни любимых — были бреднями настоящего эгоиста, который ни разу не думал о других. Так ли это?

***

В школу он пришел вовремя, даже раньше, чем обычно. На улице было так тепло и солнечно. Легкий ветерок продувал. Субин сидел на скамье у школы. Ему нужно было поговорить с Енджуном. Заметить двоих братьев издалека было просто. Бомгю шагает вперед, за ним Енджун, видно, что грустный какой-то. Уже нервы начали сдавать, как только время, когда состоится их разговор, стало уменьшаться. Енджун заметил силуэт впереди и сразу оживился. Бомгю причитал рядом. Ведь они так хорошо общаются с Юной. Прошлая встреча в неформальном месте была раскрыта. — Я хотел… — Субин не договаривает, ведь получает звонкую пощечину. Лицо ужасно обожгло, но эта боль не сравнится с внутренней болью. Енджун наградил его одним взглядом. Все было понятно, как он обижен, как ему больно, как он переживал и ждал. Чхве не находил себе места, когда Субин перестал ходить в школу, перестал отвечать на сообщения и звонки. Енджун бы извинился за свои слова, извинился бы за все. Енджун бы обязательно понял его, обязательно бы принял и поддержал. Но Субин распорядился иначе. Чхве смотрит вслед братьям. Бомгю лишь с сожалением оглядывается. А Субин снова остался один. Он вымолит хотя бы один разговор. Каждый день, после факультатива по физике, Субин шагает по знакомому маршруту. В школе Енджун не дается. Поэтому Чхве садится на скамью и ждет верно, когда Енджун выйдет и они смогут поговорить. И так каждый день. Несмотря на погоду или странных взглядов мамочек, которые здесь гуляют с детьми порой. Теплые деньки заканчиваются. А Субин снова тут как тут, словно местное достояние. Сидит и ждет. Но сколько бы не сидел, сколько бы не ждал, никак Чхве не соглашается поговорить. — Дождь собирается, Ен, я думаю, он раскаивается. — Бомгю раздвигает шторы, тайком подглядывает. Брюнет на том же месте, только сидит уже с книгой. — Я не думаю, что он такой плохой, ему тоже тяжело. — Ты его защищаешь, Бомгю? — спрашивает Чхве, отвлекшись от своего телефона. — Ну, да. Мне его жалко. — парень задвигает шторы, садится на край кровати. — У него ведь никого, кроме тебя. — Я знаю. А зачем он так поступает со мной тогда? — хмурится Енджун, он кладет телефон, глядя на брата. В глубине души он очень хочет поговорить. Очень хочет помочь. Но в то же время Енджун слишком гордый. Его чувства были задеты столько раз! — Он не специально, как ты не понимаешь. — фыркает Бомгю. Его брат поднимается, неловко заглядывает за шторы. За окном потихоньку расходился дождь. Субин только вздыхает, когда на страницы учебника капает. — Мальчик, тебе идти некуда? — спрашивает немолодая дама. Она закрывает коляску специальной защитой от дождя. — Ты тут сидишь постоянно. — Нет, спасибо. Я просто жду друга. — отвечает с улыбкой брюнет. Он сует в рюкзак книгу, натягивает капюшон. — Ну, смотри… Замерзнешь, заболеешь. — та медленно уходит, а Чхве вслед только смотрит. Он подтянул к себе колени, опустил на них голову. — А нужно ли мне здесь сидеть? — спрашивает сам себя Субин. Ему становится так грустно, когда он пытается обдумать свои решения. — Зачем вообще… Трачу время зря. Облака совсем затянули небо и где-то вдали слышно гром. Ветер продувает тонкую куртку. Холодно совсем. — Знаю я, что дурак. — Субин поднимает взгляд на окно. — Не буду я больше сидеть здесь. Буду делать дела. Вот так. Он идет обратно. Тканевые кроссовки совсем промокли. Но он забыл сказать самое главное. Обернувшись, Чхве совсем громко кричит: — Я тебя люблю! — и на душе стало полегче. На губах расцвела улыбка. И теперь брюнет бежит обратно в интернат. Он знает, что будет делать.

***

Енджун спрашивал у учителя, у друзей Субина, но никто не знал, куда на этот раз он делся. Единственным вариантом было сходить в интернат, где жил Чхве. — Извините, а вы не знаете, где сейчас Чхве Субин? Я его одноклассник, друг. Потерял его. — юноша выглядывает из-за зонта. Он поймал во дворе служащую здесь женщину. — Чхве Субин? Его перевели в другой дом. — отвечает она, задумавшись. — Вроде бы, так! — Понял, спасибо. — кивает брюнет. Он медленно поплелся обратно, стерев с глаз набежавшие слезы.