Карточки

      — Мистер Солдат, что вы запомнили из нашего прошлого сеанса? — спрашивает психотерапевт, наблюдая за своим клиентом. Тот молчит, смотря в одну точку, на лице нет никаких эмоций, даже легкий намек на понимание не отражается на нем.       Доктор Рейнор вздыхает, записывая что-то в тетрадь, уже и сама не понимая, что именно. Надо снова звонить Старку, только он способен повлиять на Зимнего.

***

      — Чем тебя не устроил психотерапевт на этот раз? — спросил Тони, нервно шагая по комнате и изредка останавливаясь, чтобы надавить пальцами на глазные яблоки.       Солдат не сводит с него глаз, анализирует все действия, чтобы мужчина не навредил себе. Солдат знает свою работу, и забота о Тони входит в приоритетную задачу.       Он сам не понял, почему решил оберегать именно этого человека. Тони был лучшим техником, который у него был. А еще его прикосновения были теплыми, источающими заботу, которую к нему никто не проявлял уже очень давно.       И солнечный. Тони был солнечным.       Зимний понял, что от него требуют ответа. Пожав плечами, он уткнулся в свои сцепленные руки. Мужчина, заметив реакцию, подошел ближе и опустился на колени перед ним.       — Что случилось, снежинка? — мягко потрепал его Железный по голове. Прикосновения дурманили. — Ну же, скажи мне.       — Она не ты, — выдал мужчина, на что Старк приподнял бровь. — Ты лучший техник. Ты и должен чинить.       Тони вздохнул.       — Давай попробуем. По карточкам. Я объясню тебе основные нормы морали, принятые в обществе, — хмыкнул он. Будто бы такой человек, как Тони Старк, может кого-то научить морали. — Но потом ты должен продолжить заниматься с доктором Рейнор. Идет?       Зимний кивнул и закрыл глаза, подставляясь под ладонь мужчины, которая продолжала нежно перебирать его волосы.

***

      — Пятница разработала для тебя специальные карточки. Никаких слов, лишь картинки и прямой ответ — хорошо это или плохо, — Тони загнал его в свою лабораторию и усадил на мягкий диван, самостоятельно подвинув стул и сев напротив. — Ты все понял, снежинка?       Солдат кивнул. Ему не терпелось приступить к работе с Тони. Он испытал сожаление лишь из-за того, что мужчина находился так далеко и в ближайшее время точно не намеревался гладить его по голове.       — Хорошо, приступим. Он вытянул карточку с фигурой человека, в руках у которого было оружие. Холодное.       — Хорошо. Он похож на меня, — сказал Зимний. Иконка человека совсем на него не походила, но он бы очень этого хотел. Если это хорошо, значит он будет хорошим и Тони обрадуется.       Решено, он будет хорошим для Тони.       Мужчина промолчал, вытянув следующую карточку. На ней было изображено ограбление. Банк, вооруженное. Он уже это делал.       — Хорошо.       Старк вытащил следующую карточку. На ней человечек с оружием убивал другого. Солдат заранее знал, что скажет.       — Хорошо. Он был его целью. Цель подлежит уничтожению.       Тони резко откинул карточки, прижав руку к лицу. Зимний заволновался, его лицо стало испуганным. Он разочаровал техника?       — Малыш, нет, это не хорошо. Это все очень плохо.       — Кураторы говорили, что хорошо, — нашелся с ответом мужчина, потупив взгляд и ощутив прилив жгучего стыда. Непривычное чувство, оно ему не нравилось.       — Малыш, — прошептал Тони, положив ладонь на его щеку. Не ударил. Нежно, приятно, тепло. Солдат неосознанно закрыл глаза, поддаваясь чужой руке. — Ты больше не в Гидре. Гидра делала плохие вещи и убеждала делать их тебя. Снежинка, посмотри на меня.       Зимний открыл чуть поплывшие глаза и уставился на техника.       — Это плохо, теперь понимаешь? — кивок. — И ты не должен больше никогда такого делать. — кивок.       — Мне нравится, что ты теплый, — наконец сказал Солдат. — И слово «малыш». Что такое «малыш»?       Тони улыбнулся и не убрал руку. Мужчина был так рад, что он не отстранился. Тони в нем не разочарован. Это точно хорошо.       — Пойдем, полежим на диване и отдохнем. Пятница закажет пиццу.       — А ты… ты погладишь меня еще? — неуверенно спросил Солдат, смотря на него с надеждой.       — Конечно, малыш.

***

      Солдат задался целью стать хорошим во что бы то ни стало. Существование Тони, а именно его забота, напрямую поспособствовало его решению.       Задумавшись, он не заметил, как мужчина оказался сзади.       — Не хочешь посмотреть фильм? — спросил он, заставив Зимнего вздрогнуть. Такого никогда не было. Он всегда был начеку. Однако, он также и доверял ему, поэтому инстинкты всегда замолкали, как только техник оказывался рядом. Кивнув, он наконец обратил внимание на мужчину. — Выбирай.       Перед ним были романтические истории. И боевики. Он знал, что там были пистолеты и взрывы. Это то, что ближе ему. То, что он знал. Единственное, что он знал.       — Этот.       — Ты уверен? — спросил Тони. — Может «Сумерки»?       — Этот.       — Хорошо, — вздохнул мужчина, садясь рядом и включая фильм. Солдат тут же положил голову на колени Старка, ожидая, пока его погладят. Но тот решил поговорить. — Могу я называть тебя Джеймсом? Знаю, Баки тебе не нравится, но, может быть, полное имя будет нормальным…       — Да. Я Джеймс, — сказал он решительно, положив чужую руку себе на волосы. Ему было все равно, как к нему обращаются, пока мужчина проявляет заботу в отношении его. Тони улыбнулся, принявшись гладить его по волосам, пока сам он размяк, почувствовав долгожданное расслабление.       На экране хороший парень побеждал его (Солдат знал, что не его, но так было проще), и этому парню доставалась красивая и своевольная девушка. Джеймс хотел бы также. Хотел быть любимым. Хотел много заботы и нежных прикосновений. Хотел, чтобы возле него всегда был такой человек, готовый любить его просто за то, что он есть.       — Мне не нравится. Я проигрываю, — вздохнул мужчина, смотря на Тони.       — Малыш, ты помнишь? Ты больше не плохой парень, — улыбнулся Старк, не отводя глаз от экрана. — И обязательно найдешь себе такую девушку.       — Мне не хочется такую девушку, — сказал он серьезным тоном, и мужчина все же опустил на него взгляд. — Хочу тебя. Ты заботливый и красивый. И умный.       В ответ на это он улыбнулся, слегка покраснев.       — Обещаю, поцелую тебя, как только начнется прогресс, — шутя ответил Старк, однако Джеймс посмотрел на него с нескрываемой надеждой.       — А сейчас… Сейчас нельзя? Поощрение прогресса.       — Я… Да, хорошо, — вздохнул Тони, чувствуя, что это было плохой идеей. Солдат приподнялся, притягивая его к себе за шею и нежно целуя. И это ощущалось так правильно, что в груди у Железного заныло.

***

      — Это плохо.       Тони вновь посмотрел на карточку, сверяясь и хмурясь. На ней был изображен человек. Обычный человек, разве что рядом с американским флагом.       На вопросительный взгляд мужчины, Джеймс ответил:       — Это Стив. Стив — это плохо.       — Почему ты так решил, снежинка? — Солдату больше нравилось «малыш», хоть он до сих пор и не узнал точного значения слова. Пятница дала определение из интернета, но он так и не понял, почему Тони решил, что он выглядит как ребенок.       — Стив разочарован, что я не Баки. Он обещал быть до конца, а потом просто уехал и не вернулся, — ответил он, сцепив руки в защитном жесте. О Роджерсе было больно говорить, тот нагло соврал ему прямо в лицо, заставил покинуть Гидру и тут же бросил на обочине. Точнее, в башне Мстителей, но поначалу ему казалось это равнозначным.       — Стив сейчас в Ваканде, решает важные политические вопросы с Россом.       — Бросил, — упорно продолжал твердить Джеймс.       Тони вздохнул, снова откладывая карточки. В третий раз за день.       — Иди ко мне, — Солдат тут же ринулся в объятия мужчины. Руки техника были, как всегда, нежны. — Стив не хотел тебя бросать, тем более — врать. Просто для того, чтобы ты и дальше смог оставаться с нами, нужно уладить много вопросов.       — А потом он вернется? И не соврет больше? — пробурчал он в ответ. На самом деле, сейчас ему был важнее Тони, чем Стив, но он не хотел, чтобы мужчина знал об этом.       — Конечно вернется. Это все затевалось только ради тебя, — Старк мягко коснулся губами чужого лба. — А теперь давай с самого начала.

***

      Стив приезжает через две недели. Возможно, Тони рассказал ему о мыслях Джеймса, но это останется только между ними. Их сеансы с использованием карточек откладываются на неопределенный период, но не то чтобы Солдат об этом жалеет. Во время них мужчина только расстраивается, а он не любит огорчать Тони.       Зимний ведет себя отстраненно, в основном общаясь с Дубиной и Эй Ты, что позволяет ему задерживаться каждый день в мастерской вместе с мужчиной. Роботы радостно пищат при виде него и позволяют себя гладить только железной рукой, пока Тони умиляется сложившейся картине, вовсе не против присутствия Солдата в его личной обители.       Иногда он все же находит время и желание, чтобы пообщаться со Стивом. В такие дни Старк запирается в мастерской, не давая доступ Джеймсу, пока он не уладит все дела с Роджерсом.       Однако в данный момент ему срочно понадобилось присутствовать на конференции с Пеппер, поэтому он улетел на самолете, оставив тех вдвоем разгребать все свои претензии друг к другу (в основном, претензии Барнса).       Зимний выжидал на кухне, упорно игнорируя голос в голове, твердящий, что он просто избегает Капитана, как последний трус. Он не хотел быть трусом, только не для Тони, поэтому рано или поздно им приходится поговорить.       Когда Стив заходит в комнату, Джеймс смотрит в камеру на потолке, мысленно играя с Пятницей в гляделки.       — Мы можем поговорить?       Что ж, значит рано.       Солдат кивает, отрываясь от времяпровождения с изобретениями Тони, позволяя мужчине опуститься на стул возле себя.       — Он тебе нравится, да? — спрашивает он, на что Джеймс заторможенно утыкается взглядом в стол. Он думал, что они поговорят о побеге Капитана в Ваканду, но ситуация набирает совсем другой оборот.       — Тони хороший техник, — все, что отвечает на это он, слегка смущаясь. Тоже странное чувство. — Он обо мне заботится. И у него мягкие губы.       Стив застывает, не зная, что сказать. Старк точно не упоминал, что они уже целовались.       — Ты же знаешь, что я не бросал тебя? — перебивает возникшую тишину Роджерс. Солдат хмурится, точно сомневается в словах, которыми должен ответить на столь каверзный вопрос. В итоге ведет плечом, тут же поникнув.       — Ты обещал быть до конца. Но не со мной. С Баки.       — Я буду рядом с тобой, даже если ты больше не Баки. Джеймс, верно? Тони сказал, что ты не против такого обращения, — улыбнулся Капитан.       Зимний кивнул, невольно улыбнувшись. Стив, засмотревшись, узнает светлую улыбку из сороковых, но ничего не говорит, чтобы не нагнетать.

***

      Тони заходит в гостиную на доступном для мстителей этаже в башне, расслабляя галстук, который до этого около пяти часов впивался ему в шею, а затем падает на диван, давая сигнал кистью руки, предсказуемо выворачивая ее. Дубина привозит кружку ароматного кофе сразу же, на что мужчина нежно улыбается, поглаживая робота по металлическому корпусу в знак признательности.       Он так скучал по дому, хоть и был в деловой поездке всего несколько дней. Ему хотелось зарыться носом в прохладную ткань подушки и забыться долгим сном, укутавшись теплым пледом, что остался лежать неубранным на его кровати. Устало вздохнув, он побрел в свои апартаменты.       Зайдя в комнату, он, не глядя, взял пижаму из шкафа, направляясь в ванную. Стоя под горячими струями усовершенствованного душа, он наконец ощущает себя расслабленным. Долгожданное облегчение приходит, поэтому он быстро сушит волосы, натягивая пижамные штаны и тонкую майку, стараясь не замечать мешки под глазами. На выходе он чувствует чужое присутствие.       Сфокусировав взгляд и поняв, что ничего не видит, а перед глазами уже плывет от усталости, он все же просит.       — Пятница, свет на семь процентов, пожалуйста.       Тут же комната становится более четкой. Он видит Джеймса, ну конечно. Тот лежит, укутавшись в его плед, и смотрит на мужчину. Тони ложится рядом с ним, тут же оказываясь в его объятиях.       — Я скучал, — сонно мурлычет Солдат, на что Старк лишь улыбается, опуская руку на голову, а другой начиная поглаживать место за ухом. Зимний ежится и тихо выдыхает, утыкаясь ему в шею.       — Я тоже скучал, снежинка.       — Почему не малыш? — спрашивает он, заглядывая ему в лицо. Он выглядит до жути серьезным, что вызывает в Тони дикий восторг. Пальцы, которые некогда касались мягкой кожи Солдата, начинают покалывать.       — А тебе больше нравится, когда я называю тебя малышом? — усмехается мужчина. Его сердце предательски сжимается, когда Джеймс краснеет и кивает в ответ на его вопрос.       — Хорошо, — улыбается. Целуя его в лоб, Железный продолжает. — Давай спать, я очень устал.       Пятница самостоятельно гасит свет, пока они укладываются поудобнее, а мужчина зарывается в объятия Тони.

***

      Стив уезжает через две недели из-за неразрешенных дел на Дальнем Востоке, что, в принципе, неудивительно. Джеймс даже признается самому себе, что будет скучать по другу, однако при прощании лишь крепко обнимает его, вкладывая в этот жест все чувства, которые не может выразить словами.       Осознание того, что они наконец остались вдвоем с Тони, бьет по нему сильнее.       Ему до сих пор было трудно переживать какие-то изменения в своей жизни, особенно когда сам он привык проводить все свое время со Старком. Радует то, что теперь они будут только одни, не считая роботов и Пятницы. Он уже запланировал просмотр «Робокопа», которого Пятница так любезно посоветовала ему, чтобы придать мужчине уверенности.       Все пошло не по плану. Как всегда.       Досадливо стискивая зубы, он не подает вид о своем недовольстве. Естественно, как только отбыл Роджерс, появляется Вдова.       Опасная , думает Солдат, пока девушка обнимает его Тони. Они дружески перебраниваются, пока толкают друг друга бедрами, готовя еду. Джеймс чувствует себя преданным.       Он старается игнорировать щемящее чувство, сдавливающее его грудную клетку и затрудняющее способность дышать. Пятница бодро проинформировала его, что это называется ревностью и даже вывела голограммой статью, но разве можно испытывать это, не встречаясь с самим человеком? Зимний не знал. Единственное, что он понимал — это больно. Больно, что мужчина не принадлежит ему.

***

      Они все-таки смотрят «Робокопа». И это самый нежеланный просмотр кино из всех, что у них был. Атмосфера стоит напряженная, хотя, похоже, так кажется только Зимнему. Он отодвинулся на максимальное расстояние от них, чтобы не вскрывать лишний раз душевные раны. Но делу это не помогает, кажется, становится лишь хуже.       Тони сидит на диване, Наташа расположилась головой на плече мужчины, пока тот приобнимал ее. Они выглядели умиротворенными, и это не вызывало никаких положительных чувств. Только злость и глухое раздражение. Точно ревность, описываемая в интернете, но он не признается в этом Пятнице.       Барнс даже не может сосредоточиться на фильме, нервно смотря в экран и стараясь не замечать взгляды, которые бросает на него Железный. Мужчина тянет к нему руку, желая по привычке потрепать по волосам. Джеймс впервые уворачивается от нежных касаний, отодвигаясь в конец дивана, подальше от любых взаимодействий. Тони смотрит на него удивленно, словно не ожидая такого. Солдат мысленно хмыкает, лицо остается непроницаемым.       Весь оставшийся фильм они сидят молча, Старк даже не опускает привычные для него комментарии, лишь сильнее сжимает плечо Романофф и хмурится. Морщинка на лбу прорезается, и все, что Зимний хочет, так это разгладить ее большим пальцем, но все же держит себя в руках. Его чувства никому не нужны.

***

      Боль никуда не исчезает на следующий день. Она медленно разъедает его изнутри, заставляя сердце испуганно биться в грудной клетке. Все, чем он занимался весь день — играл с Пятницей в гляделки и читал статьи про то, как определить, что ты влюблен. Звучит уныло, но ему не привыкать.       Наконец, он решает выбраться из комнаты, чтобы перекусить. Возможно, там осталась еда из ресторана, которую заказывал вчера Тони. Точнее, Пятница по просьбе Тони, но в любом случае, это ничего не меняет. В конце-то концов, он взрослый человек, он справится с этим.       Не справится, думает Зимний, переступая порог кухни, где стоят они.       Девушка, слегка покрасневшая после готовки, улыбается мужчине, пока тот пробует суп из половника. Предсказуемо, половник держит Наташа.       Картина, которую он застал, выглядит уютно, по-семейному. Джеймс успешно делает вид, что это не бьет его под дых со всей силы. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, желваки играют на его лице, а на лбу точно прорезалась морщинка из-за нахмуренных бровей.       Он знает, что Пятница видит это точно так же, как и он. И мужчина правда надеется, что та не будет его осуждать, когда он спешно покидает кухню, вновь запираясь в своей комнате.       Что ж, значит сегодня обойдется без ужина.

***

      В глазах до сих пор стоит картина улыбающихся друг другу Тони и Наташи, когда они тренируются в отведенном для этого мужчиной спортзале. После получаса на беговой дорожке они устраивают спарринг.       Девушка с особой грацией, присущей только ей, нападает на Старка, пока тот в точно таком же темпе кружит по рингу, отвешивая в ответ мощные удары. Их бой завораживает. Они двигаются плавно, но их приемы не менее тяжелы и заставляют обоих сбить дыхание.       На какой-то миг Джеймс застыл, смотря исключительно на Тони. Лицо того исказилось в хитрой усмешке, пот стекал вниз по ключицам, а майка, успевшая стать мокрой, прилипала к телу во всех нужных местах. Во рту резко стало сухо, а сердце забилось сильнее.       И тут же остановилось, стоило Романофф повалить мужчину на маты, усевшись сверху. Ее ухмылка вторила ухмылке Тони. В груди резко заныло, нестерпимая боль пронеслась по всему телу. Он надеется, что ему привиделось, когда руки Железного опускаются на ее тонкую талию. К сожалению, это не его очередная галлюцинация. Сильно укусив себя за губу, чтобы прийти в себя, он почувствовал кровь во рту. Пора это все заканчивать.       Он развернулся, незаметно выходя из зала. Чувство, что его бросили, вернулось вновь, усилившись до невозможного. Хотелось взвыть. Только оказавшись в своей комнате, он заказал себе еду. Ему остро нужно было заесть свое плохое настроение и в принципе поесть, он не может голодать второй день.       После пасты и двух пицц он решает, что лучшим выходом будет обдумать все в одиночестве.       — Пятница, заблокируй двери для всех, — скомандовал он, ища на планшете мелодраму. Ощутив себя грубияном, он тут же добавил. — Пожалуйста.       — Даже для мистера Старка? — тут же отозвалась искин. Ее голос не звучал удивленным, но и не был осуждающим. Мысленно он поблагодарил ее вновь.       — Особенно для мистера Старка.

***

      — Мистер Солдат, сэр просил передать, что мисс Романофф уехала на миссию, — Джеймс вздрогнул. — Он ждет вас в гостиной.       — Нет.       — Нет? — удивилась искин. Стиснув зубы, Зимний посмотрел в камеру, которой управляет Пятница.       — Передай ему, что я не хочу. Я останусь здесь.       Укутавшись в одеяло сильнее, он чувствовал себя разбитым. Конечно, Вдова уехала, и он сразу же понадобился Тони. Предсказуемо. Но он больше не хотел безраздельного внимания мужчины. Это оказалось слишком болезненным, и он не уверен, что сможет выдержать такое предательство еще раз. Сначала его бросил Стив, но он реабилитировал себя. А теперь бросил Тони, но этому не было оправдания.       Вздохнув, он улегся удобнее, забываясь беспокойным сном, в котором не было Наташи и улыбок мужчины, адресованных ей, а не ему.

***

      Джеймс замечает на себе чужой взгляд прежде, чем его носитель успевает спрятаться. На него смотрит Тони. Выжидающе, беспокойно. Словно не он виноват во всем случившемся. Солдат успешно игнорирует его и зарождающуюся в сердце надежду, готовя себе завтрак. Мужчина продолжает смотреть, и он не выдерживает.       — Пятница, можно организовать мне завтрак в комнате?       — Конечно, мистер Солдат, — отвечает она, но радости в ее механическом голосе не наблюдается. Или, возможно, он уже сходит с ума, и ему кажутся нереальные вещи. В любом случае, это не имеет значения. Уже не имеет.       — Что происходит, снежинка? — решается спросить Старк, в ответ получая испепеляющий взгляд, но не сдается. — Ну же, скажи мне. Малыш.       — Не называй меня так, — рычит Зимний, замечая боль в глазах мужчины, стоящего напротив. — Ты бросил меня. Променял на Вдову. А теперь пытаешься что-то исправить, — он расстроенно вздыхает. — Не получится.       — Милый… С чего ты так решил? — уже тепло улыбается Тони. Джеймс начинает злиться.       — Ты обнимал ее, улыбался ей. Ты потерял ко мне интерес, и я тебе больше не нужен, — с горечью произносит Солдат. Он не верит ему, не хочет больше верить.       — Вовсе нет, милый. Таша давно не приезжала в башню, а она мне очень близка, — мужчина устало выдыхает, потирая лицо. — Я никогда не потеряю к тебе интерес. И никогда не перестану о тебе заботиться. Я очень сильно люблю тебя.       Все кусочки паззла встают на места в его голове. Он резко прижимает мужчину к стене, фиксируя руки, чтобы тот не сбежал.       — Если ты меня любишь, ты должен быть моим. Только моим, — снова рычит он. — Почему для тебя это проблема? — и уже чуть тише добавляет сломлено, — ведь я люблю тебя.       Старк улыбается, поддаваясь вперед и целуя. Джеймс отвечает с необычайным рвением, чувствуя фейерверки в легких. Это похоже на долгожданный глоток свежего воздуха. Он не замечает, как руки перестают держать мужчину. Спускаясь одной вниз, он оставляет ее на линии челюсти, будто желая притянуть ближе, слиться с ним воедино. Отстраняясь, Тони смотрит на него под пеленой желания, облизывая губы.       — Я только твой, снежинка. — Малыш.       Тони смеется, тут же исправляясь.       — Я только твой, малыш.       Пятница понимающе отменяет все ближайшие встречи.