Измученный

Обычный солнечный день. Птички поют, водица журчит, а Тарталья стоит один рядом с озером. — Странно... Путешественник уже вот третий день не приходит. Странное чувство. Вроде и рад, ведь он, должно быть, просто боится великого и ужасного Чайльда, а вроде на сердце как-то тяжко. Неужели игнорирует? Да кто посмеет игнорировать самого Тарталью?! Если и правда игнорирует, то это нанесёт сильный удар горделивому сердцу парня. Постояв так ещё пять минут, он от злости и обиды пускает стрелу в ближайшее дерево и идёт обратно в Ли Юэ. Прибыв в город, он даже не пытался скрыть своего паршивого настроения. От предвестника так и несёт негативной аурой, будто он готов разнести всё здесь в щепки. Как посмел путешественник не явится на тренировку?! Что за причина такая важная, важнее его, Чайльда? Лук Тарталья до сих пор держит в руке. Он так сильно его сжимает, что, казалось, орудие готово лопнуть. Он с грозным видом а-ля "Не подходи ко мне, иначе умрёшь" садится на какую-то лавочку и пытается успокоиться. — О-ох! Это Чайльд! - пропищал кто-то над ухом. Он резко обернулся и уже собирался схватить источник звука, как вдруг перед ним предстала Паймон, эта маленькая и надоедливая фея. Она скрестила руки и со смешанными на лице эмоциями смотрела на него. — О да, Паймон. Ну привет, живая консерва, - сквозь зубы прошипел Тарталья, выдавливая некое подобие улыбки. — Хе хе, Паймон умеет появиться неожиданно, да? - она хихикнула и сделала кувырок в воздухе. Чайльд боролся с желанием просто прихлопнуть эту муху. Но внезапно в его голову пришла мысль. Она ведь абсолютно везде таскается за путешественником, так почему бы не расспросить её? — Эй, как тебя там. Не знаешь, где Итэр ходит? Я его последние три дня не вижу. — Я-то знаю, вот только что Паймон получит за эту информацию? - она ехидно сощурила глаза. Вот же! И почему она просто не может сказать где путешественник? — Скажешь — узнаешь. Ха! А Тарталья тоже не из простых. — Э-эй! Так нечестно! — Всё честно, - спокойно сказал Чайльд, немного приободрившись, - Ты мне информацию, я тебе награду. — Ну ладно! Паймон согласна. Он сейчас в "Народном выборе".... и не советую к нему приближаться! Вот уж кого, а тебя он точно видеть будет против. — Отлично, спасибо! - Тарталья мигом направился в ресторан, на прощанье лишь махнув Паймон рукой. — Эй! Ты меня обманул! - обиженно и зло прокричала она. И правда, Итэр сидел за столиком и уплетал какое-то блюдо. Не думая, Чайльд мигом сел за стол, даже толком не поздоровавшись. — ...вот скажи честно, тебе Паймон сказала, где я? - лицо у мальчишки было такое, словно он готов был убить Чайльда прямо здесь. Последнему даже стало страшно стало на миг, но он лишь лукаво сощурился. — Да, а что? - промурлыкал он, пододвигая своё лицо немного ближе, - Ты что, против моей компании? — Да. Что-то было не так. Мальчик выглядел.... устало? Немного грустно? Взгляд у него был пустой и уставший, а волосы не сияли золотом как прежде. Да и длинная коса, которую так хотел погладить предвестник сильно растрепалась. — Ты в порядке? Выглядишь не очень. - с ноткой обеспокоенности спросил рыжеволосый. Итэр поднял на него взгляд. Он будто решался, рассказать или нет? В конце концов, каким бы Чайльд не был, а он был практически единственным человеком, которому путешественник мог довериться. — Я устал, - упавшим голосом сказал он, - Люди требуют от меня всё больше и больше... они совершенно не беспокоятся обо мне. Я не могу им отказать, ведь это мой долг... — Ты не обязан выполнять все их прихоти, Итэр, - сказал Тарталья, с сочувствием глядя на поникшего мальчишку, - Если ты устал, то не изматывай себя, говори об этом прямо. — Прямо?.. Но... - он запнулся, подняв взгляд на парня напротив, ‐Разве я могу отказать в помощи нуждающимся?.. — Тебе самому нужна помощь, пойми это. Тарталья встал из-за стола, протягивая руку путешественнику. Он осторожно взял руку предвестника, будто боясь, что тот бросит его. Он встал вслед за Чайльдом и проследовал за ним прочь из ресторана. Они молча шли по улице. Итэр смотрел снизу вверх на Фатуи. Чайльд заметил этот взгляд. Он вопросительно глянул на путешественника, в то время как тот теребил свою косу. У мальчишки красивые глаза. Они янтарные, с лёгким оттенком жёлтого. Тарталья только сейчас это заметил. И волосы у него необычные. Золотые, с тёплым отливом. И они наверное невероятно мягкие. И приятные. — Тарталья... - чужой голос будто вывел рыжего из транса. — Хм? — Спасибо тебе. Чайльд сделал удивлённое лицо. А что он сделал такого, что его можно благодарить? — За что? — За... - юноша замялся, - за сегодня. И за всё. Это было... мило. Итэр явно смущался говорить эти слова. Его щёки покрылись лёгким румянцем. Хотя, не только щёки. Даже шея путешественника была красная. Тарталья хмыкнул. Он осторожно взял лицо мальчищки в свои ладони. Его янтарные глаза забегали по бледному лицу предвестника и остановились на губах. Чайльд сократил расстояние между их лицами и коснулся носом носа путешественника. Он большим пальцем надовил на нижнюю губу мальчишки, заставляя еег приоткрыть рот. Немного постояв так, предвестник ппипал к губам юноши в нежном поцелуе. Его язык вторгся в ротовую полость парня, не встретив сопротивления. Итэр попытался неуклюже ответить, но быстро забросил это дело. Через минуу они оторвались друг от друга, тяжело дыша. — Я полагаю, теперь у меня есть специальное разрешение? - мягко рассмеялся предвестник. — Ты!... Н-наглец! Это был твой первый и последний раз! — Сомнваюсь в этом, - улыбнулся Чайльд, приобняв Итэра за талию рукой.