~ Рассвет ~
Прошла ещё неделя.
Семь раз солнце восходило над землёй этой грешной.
Семь раз оно уходило за горизонт.
Семь дней, безвылозно Пурезу сидела в доме Лиса, незаметно иссыхая, ибо Розе нужен Соловей…
Вечер воскресения.
За столом двое сидели.
Цурузо, что лишь на Хоруду глядел, да улыбаться перестать не мог и пассия его, что начала волноваться за положение своё.
— Я завтра с тобой в Академию пойду, — пролепетала она, чая отпивая зелёного. — Зачем? — искренне удивлялся актер. — Ты ведь обещал, что отпустишь на учебу, если неделю у тебя побуду. У меня уже куча долгов, — черноволосая вздохнула. — Я накоплю денег и заплачу тебе да аттестат, не переживай, — юноша посмеялся, да руку свою к ней протянул, гладя щеку бледную. — Цурузо-Кун, при всем моём уважении к тебе. Я не буду всё время у тебя в доме. Задиры не тронут меня больше, я знаю. Я хочу выйти в люди, — та слегка брови нахмурила. — Хорошо-хорошо, милая. Выйдешь завтра, но жить со мной оставайся, ладно? — цокнул заместитель. — Хорошо…— Хоруда голову опустила.На том и решили.
В понедельник, день тяжёлый, отправились они оба на занятия.
Никто пропажи черноволосой и не замечал, ибо дела никому нет.
Но вот, как только за врата академии зашла пара, так сразу к ним подошёл юноша один.
Тот самый юноша, что спас Пурезу от задир проклятых.
Умеджи-Кун.
— Отойдём, — молвил юноша, да за руку Пурезу взял. — Прости, красавчик, это разговор для умных, — ожидая все возгласы и крики, рявкнул он Цурузо, да отвел черноволосую за угол, где не будет видно их.В след глядел их актёр.
Глядели глаза рубина, да бровь поднимая.
Будто бы говорил он:
« Иди, пока есть возможность. Я недоволен. »
Непонимающая ученица испугалась.
На лице её страх лёгкий и волнение.
У стены оказалось тело её.
— Хоруда Пурезу, так ведь? — нависая над хрупкой, говорил заместитель. — Да, верно. Что-то случилось? Я сделала что-то не так? — дева руками лицо закрыла. — Да перестань ты. Аж тошно, — блондин руки её убрал, цокая. — Тебя не было целую неделю. Мне, говоря честно, похуй, но тот тип, что рядом был с тобой, меня напрягает. Странный он. Тебя не тронул? — правонарушитель в глаза чужие глядел, душу пронзал. — Н-нет! Что ты! Он любит меня и навредить не может мне, — Хоруда глазами забегала. — Стоило ожидать, что вы вместе. Слушай, я сам не знаю, чего к тебе прилип. Просто…будь осторожна. Я слышал об его прошлых отношениях, — загадочно хулиган хмыкнул. — Расскажи, пожалуйста, — Хоруда глаза шире открыла. — Они заканчивались не хорошо. Каждая девушка была вымученна, будто бы бил её кто-то, унижал. Ты слабая. Сломает он тебя. — светловолосый затылок почесал. — Но и возиться с тобой не хочу, так что, как знаешь. Если что, ты можешь прийти ко мне, — и удалился хулиган.Удивлена была девушка.
Что это всё значит?
К чему все это?
Зачем Умеджи остановил её?
Зачем вещи такие говорит?
Что бы это значить могло?
Пурезу в академию зашла, думая лишь об учёбе и о том, как вечером ей может влететь.
Боже, её даже не напрягало, что ее ругать будут не за что, Господи как блять так можно, я просто в ахуе, честно. Дура, реально.
Умеджи вернулся на место своё.
На Осоро глянул он, да встал рядом.
Тяжёлый вздох.
Главный хулиган печальный к другу повернулся, да по голове потрепал.
— Чё сказала хоть? — он осмотрелся — Ничего. Молчала она, — Умеджи плюнул наземь. — Ясно. Этого стоило ожидать. Ты чего реально к ней прилип? Ну был ты таким, да, жалко тебе её, но мне кажется, здесь не только триггер, — юноша сиги достал. — Завались, а? Без тебя тошно. Я хотя бы по существующей даме печалюсь — — Умеджи — Тишина.Лидер встал напротив заместителя.
Руки скрестил Осоро.
В глаза янтарные глядел юноша, не гневаясь, брови не хмуря.
Передёрнуло другого.
Будто бы током ударило.
Лист не упадёт.
Дождь не пойдёт.
А муражки тело все покрыли.
— За языком своим следи. Ты мой друг, но это не значит, что ты можешь так со мной разговаривать. Я тебе самую главную печаль доверил, а ты ещё смеешь меня ею упрекать? — спокойно вопрошал блондин, вздыхая тяжело. — Тебе сейчас тяжело, знаю, но и мне не легче. Возьми себя в руки и сделай что нибудь, ибо у тебя нет времени рыпаться, — и ушёл Осоро, предварительно сигарету потушив.В след глядел его Умеджи.
Было стыдно ему.
Да.
Стыдно.
Осоро прав, нужно что-то делать, иначе можно с ничем остаться.
Сел на траву правонарушитель, думая, как же встретить следующий рассвет…
