яйца судьбы

Утро начинается с петухов, поэтому, как только звук достиг ушей парня, тот встал. Он сонным взглядом окидывает комнату и принимается тормошить рядом лежащего парня. -Бомгю, вставай! — Он шлёпнул его по плечу, на это Чхве лишь мычит и накрывает себя с головой одеялом. — На дворе июль, а ты под ватным одеялом спишь! Вставай, ещё раз говорю! Ты обещал сегодня прибраться на чердаке. -Сейчас ранее утро, а тот хлам лежит там годами, — недовольно протянул Бомгю, выглядывая из-под одеяла, — за пару часов сна он никуда не денется. -Как хочешь, — сказал Кан, вставая с кровати, — надеюсь, ты любишь холодную яичницу. Вот что-что, а холодную еду Бомгю терпеть не мог. Поэтому нехотя он встал и последовал на кухню. Рассветное солнце заливало светлое помещение, окрашивая его в розовый цвет. Чхве зажмурился, потому что солнце светило прямо в дверной проём. -Ты тиран, — зевая, сказал Богю, цепляясь двумя руками за дверной косяк и вставая на цыпочки. — Заставлять рано вставать, угрожать холодной едой, а потом ещё отправлять батрачить, почём зря. -Спешу напомнить, что каждый раз, когда ты хочешь найти какую-то вещь, — ответил Тэхён, открывая холодильник и доставая все необходимые продукты, — то она магическом образом оказывается на чердаке. -Ты не понимаешь, это другое! — Бомгю садится за стол и наблюдает за тем, как его парень летает по кухне, гремя посудой. — Просто там вещи, которые были в моём детстве, вот и всё. -Пару минут назад ты назвал всё это хламом. — Тэхён разворачивается к Бомгю. -Хватит уже возвращаться к прошлому, — Чхве кладёт голову на стол, — просто помоги мне, потому что я не успею за один день сделать это всё.

***

-Смотри, — Бомгю протягивает Тэхёну маленький рюкзачок, — я ходил с ним на подготовку к школе. Интересно, там что-нибудь осталось, ручки там или записки какие-нибудь. Помню, мне так нравилась одна девочка, потому что у неё был самый большой набор карандашей. Я столько записок ей написал, где звал гулять, правда так и не отдал ей. Ой! — Он отбрасывает рюкзак в сторону и аккуратно перешагивает несколько чайных сервизов. — Надо будет сдать их, вдруг кто-то такой сервиз всю жизнь искал. Зачем я сюда пришёл, кстати? Тэхён смотрит за парнем, не переставая собирать вещи, которые действительно ещё можно куда-то сдать. Только если бы кто-то ему помог, то возможно они справились гораздо быстрее. Но Бомгю с такой радостью рассказывал про каждую вещь, что попадалась ему в руки, что Кан просто не мог его остановить. В конце концов, Бом прав и вещи никуда не убегут, так что не страшно, если за сегодня они не успеют, главное, что начало положено. Бомгю вытряхивает вещи из какого-то мешка, поднимая столб пыли. Оба закашливаются и пытаются разогнать пыльное облако. Чхве взвизгивает и садится туда, где только что стоял. -Тэхён, бросай всё и иди сюда! — Парень крутит в руках книгу и улыбается так, что у Тэхёна возникает вопрос, не болят ли его щёки от столько широкой улыбки. — Когда я был маленьким, то очень любил эту книгу. Тут столько картинок! Гю разворачивает книгу обложкой к парню. «Сказки народов мира.» -Удивительно, — Тэхён садится рядом, пока Бомгю быстро перелистывает страницы, останавливаясь только на иллюстрациях. Вдруг он натыкается на закладку и смотрит на название сказки. Тэхён смотрит на страницу, красные буквы были обвиты каким-то плющом, из-за чего прочитать название становилось чуть труднее. — «Курочка Ряба». Никогда не слышал о такой сказке. Про что там? -Про курицу которая снесла, золотое яйцо, а пожилая семейная пара не смогла его разбить, зато это удалось маленькой мышке, — Бомгю быстро пробежался глазами по содержанию. Счастье, что сказка занимала всего один разворот. -Фе, — Тэхён сморщил нос, — мыши.

***

-Тён, как ты отреагируешь, если я скажу, что у меня в коробке четыре курицы? — Бомгю уезжал в город, чтобы отвести вещи, которые они успели убрать. -Что в коробке? — Кан складывает руки на груди. Бомгю не успевает ответить, как коробка начинает кудахтать и трястись. Чхве не ожидал такой прыти от четырёх откормленных тушек, поэтому выпустил коробку из рук. Курицы тот же час разбежались по дому, оставляя за собой пух, а особо пугливые нечто менее приятное. — Чхве Бомгю! -Спокойно! — Бомгю выставляет руки вперёд. — Просто давай их поймаем, иначе нам придётся не только куриц ловить, но и цыплят. Я тебя с каждой познакомлю, у них есть имена, чудесные имена. Чтобы их не путать, я повязал им ленточки на шею. -Иди лови куриц! — Тэхён топает ногой и отправляется по пушистому следу, который вёл прямо к ним в спальню. Одна из куриц, с розовой лентой на шее, облюбовала их кровать. А конкретно, половину Тэхёна. — Ну нет, я сейчас отправлю тебя в сарай. — Кан на цыпочках подходит к кровати и подхватывает птицу под крыльями. Он практически бежит в сарай, отпускает курицу и видит, как донельзя довольный Бомгю тащит коробку. — Хочешь сказать, что все три курицы у тебя в коробке? Ты так легко их поймал, а я чуть не умер пока тащил одну, голыми руками. Бомгю кивает и обходит парня, чтобы впустить птиц в сарай. Тэхён замечает их ленточки на шее и поворачивается к Чхве. -Ну давай, знакомь. -Смотри, — он показывает на курицу с розовой лентой, — это Роза. Я старался брать ассоциативные цвета, чтобы было легче. Голубая лента у Скай. Зелёная — Фиона, думаю объяснять не надо. Фиолетовая ленточка у Анны. Не из «Холодного сердца», если что, а как цветок — анютины глазки. -Милый, — Бомгю невольно сжал руки в кулаки, как правило, если Тэхён называет его не по имени, значит он зол, очень зол. Кан выдыхает через плотно сжатые губы. — Я очень рад, что ты решил внести вклад в развитие сельского хозяйства. Но ты понимаешь, что добавил себе работы. Мы с трудом иногда справляемся с нашими основными обязанностями. -Тэхён, — Чхве хватает парня за руки и прижимает их к себе, — я всё понимаю, поэтому взял самых непривередливых. Завтра я обнесу решёткой маленький участок, где они смогут гулять. Я обещаю, что ты не будешь заниматься ими, только я. -Что тебя вообще сподвигло на это? -Ну, — Бомгю неловко усмехается, — я просто подумал, что в книжке была обычная курица. И ночью мне явился куриный король и сказал, что однажды мне повезёт и я найду золотое яйцо. Имена курицам, кстати он, подобрал. Тэхён смотрит на парня и не может понять, ему смеяться или плакать. Из транса его выводит боль, оказалась, что Фиона приняла шнурок на кроссовках за червяка, и со всей силы клюнула парня. -Ноги моей здесь не будет, — шипит Кан, сквозь зубы. -Обещаю!

***

Бомгю добросовестно выполнял своё обещание и сам выполнял всю работу в их маленьком курятнике, который сам и построил с нуля. Только вот все старания были напрасны, яйца всегда были белыми. Бомгю уже начал перегорать к этой идее, пока однажды не ворвался в спальню прямо в резиновых сапогах и с корзиной наперевес. -Тэхён! — Чхве скакал вокруг кровати, пытаясь разбудить парня. — Пожалуйста, проснись! ТЭ! ХЁН! У нас получилось! -Что мы получили? — Кан нехотя открывает глаза и видит, как ему под нос суют яйца. Секундочку… Золотые яйца! — Что? Подожди! Их ещё и несколько? -Представляешь, — Бомгю аккуратно вкладывает в руки парня яйца, — каждая из наших наседушек снесла по такому! Нам надо куда-то писать, чтобы нам дали Нобелевскую премию? Хотя нет! Перебьются! Будем знать только мы! Позже Тэхён наблюдал за тем, как его парень подходит к каждой курице, гладит её по загривку и кормит прямо из рук. «А вот ко мне они даже не подходят» — проносится в голове у Кана. Он пытался подружиться с ними, но всегда получал лишь клювом куда-либо. Краем глаза он замечает фанеру, на которой полночи красил яйца в золотой цвет. Делает себе пометку убрать её куда подальше, а лучше вообще выбросить. -Кстати, — Бомгю подходит к Тэхёну, пряча одну руку за спиной, — купил бобовые зёрна. У нас как раз есть дырка в полу!