Не все так гладко

      Изабель и Сими вяло ковырялись ложками в еде, на самом деле все их внимание занимали воспоминания о былом, о том, что кажется таким прекрасным. Их детство в Нигерии было наполнено бассейнами, пляжными тусовками, комфортом и слугами. В воспоминаниях Ронке были шумные семейные сборища, перебои с электричеством, острая уличная еда, поломки машины и игры в ампер с кузенами на заднем дворе.       Ронке наблюдала, как она ест. Сими носила крупную серьгу в одном ухе, из-за чего ее лицо казалось несимметричным. Изабель, в противоположность ей, выглядела очень складно: идеальный разворот плеч, идеальный подъем подбородка, идеально ровная светлая челка.       После трех крошечных ложек Изабель отодвинула свою тарелку. "Не пялься", - сказала себе Ронке, борясь с искушением схватить кусочек шаки1 с тарелки Изобель. Ее джоллоф был так себе, лучше бы она заказала батат. Слава Богу, что у нее была возможность заказать что-то на вынос.       Официант оторвался от телевизора и неторопливо подошел, чтобы убрать их стол. Ронке наблюдала, как он швырнул ее пустую тарелку поверх тарелки Изобель, придавив пюре из амале2. "Какой перевод продуктов", - подумала Ронке.       И тут зазвонил телефон Изобель.       - Мне пора, - сказала она, - мой водитель уже подъехал. Пожалуй, оставлю это здесь, - и указала на свою тарелку. Продефилировав мимо шумной мужской компании, она подошла к бару, чтобы оплатить счет.       Один из них, тот самый, который ел руками эбу3 и эгуси4, прервался, облизал пальцы и крикнул Изабель:       - Эй, знойная красотка, может составишь нам компанию?       Ронке напряглась. Сими фыркнула. Но Изабель была невозмутима; она подмигнула и еще более развязной походкой вернулась к столику. Она наклонилась, чтобы обнять Сими, послала воздушный поцелуй Ронке, а затем ушла, хлопнув дверью.       - Она как всегда в своем репертуаре,- сказал Ронке.       - В этом вся Иза, - ответила Сими. - у нее есть водитель? В Лондоне?       - У ее отца есть деньги, много денег. Он политик и бизнесмен. Узаконенная коррупция - его конек. Ну, ты понимаешь о чем я. Мой отец был его адвокатом, пока они не разругались. Изабель пережила настоящий ад, его гиперопека в чем-то понятна.       - Что ты имеешь ввиду?       - Чего стоит только ее бывший муженек. Настоящий тиран. Он лез везде: что надеть, с кем общаться, куда потратить деньги. В общем портил ей жизнь, как мог. Я предполагала, что он такой, но не хотела лезть в чужую семью.       - Как-то на тебя это не похоже, - усмехнулась Ронке.       Сими подняла руки в знак протеста:       - У нее глаза постоянно были на мокром месте, поэтому я перестала настаивать на откровенности.       Плачущая Изабель? Ронке было сложно себе это представить.       - Но она кажется такой уверенной в себе, как будто... в ее жизни вообще нет проблем.       - Рони, ты же знаешь, как это бывает. Маски есть у каждого из нас. Думаю, что отец ее спас. Так и появился Борис - водитель и телохранитель.       - Борис? Шутишь?       - Конечно, я это придумала! Эта роль ему подходит, он же здоровенный русский. Последнюю фразу Сими произнесла с ужасным русским акцентом, и они обе закатились со смеху.       - Нужно заказать что-то с собой для Бу, - сказал Ронке. - У нее опять проблемы с Дидье. После нашей встречи пойду к ней. Составишь нам компанию?       - Я пас. Этих "о-бедная-я, я-все-для-него-делаю," я наслушалась по телефону сегодня утром.       К Ронке, наконец-то, подошел официант, и она озвучила заказ.       - Джоллоф с курицей5, без чили. Джоллоф с жареной говядиной. Пюре из батата6 и очень острую бамию с морепродуктами7, пожалуйста. Шашлык из говядины8. Шашлык из курицы. Две порции додо9. Один мой-мой10, пожалуйста. О, и рыбу от шефа. - закончила Ронке.       - И один эспрессо. - ослепительно улыбнувшись, добавила Сими. Официант почти улыбнулся в ответ, но быстро опомнился и вновь стал невозмутимым.       - Что у тебя нового? - спросила Сими. - Как Каойде?       - Этот хитрюга? - прищурила глаза Ронке.- Не могу поверить. Ты ВСЕМ уже о нас растрепала?       - Расслабься. Никто кроме Изы не знает. Она все понимает.       - Ну, у нас все в порядке. Завтра мы собираемся осмотреть квартиру в Клэпхеме.       Ронке только этого и ждал. Она старалась говорить в спокойном и обыденном тоне.       Но Сими уже зацепило.       - Что? Вы будете жить вместе?       Ронке пыталась сохранить спокойствие, но эмоции переполняли ее.       - Ну, да. Это была его идея. Прошлой ночью мы несколько часов просматривали объявления, а потом он позвонил агенту. Я увидела расписанные вручную занавески, плетенные корзины из рафии, паркет, как у Бу, и колыбельку.       - Колыбельку? - удивленно спросила Сими.       - Ой, котейку. Ну, я имела ввиду кот. - на этих словах Ронке покраснела. - Но вообще да. Я хочу детей. Ну, не только тебе и Бу дано быть счастливыми.       - Ну, явно нет. Да, брось Ронни, мы же говорим о Кайодо! Он в Париж тебя даже свозить не может. - скептически произнесла Сими.       Ронке уставилась на облупившуюся краску на потолке. Она была готова расплакаться. Эта была не та тема, которую хочется обсуждать с друзьями. В тот раз Кайоде не пришел. Он поступил жестоко, а она осталась стоять на перроне Сент Панкрасе, наблюдая как уезжает поезд, уезжает без них. Ее душа разрывалась на части. Но если Ронке смогла это пережить, то почему Сими не смогла?       - Ну, не так уж он и был виноват, - начала оправдывать его Ронке. - я знаю, что он облажался, но сейчас все наладилось. Ты не можешь просто притвориться, что рад за меня?       - Прости. Но я хочу, чтобы ты была счастлива. Давай вернемся к тому, с чего начали. Покажешь мне квартиру? - Сими подсела ближе. - Ну, пожа-а-алуйста.       Ронке постучала по своему телефону коротким ненакрашенным ногтем. - Нам предстоит много работы. И это даже хорошо. Начнем все с листого листа. Пока идет ремонт я могу пожить у него. Думаю, что мы могли бы сделать более свободную планировку в этой квартире. Она начала пролистывать фотографии в телефоне. - Там есть двор, выходящий на южную сторону, можем поставить туда кучу цветов в горшках.       - Классная идея, - с воодушевлением ответила Сими. - Или можно сделать, как у Кирсти - нести все стены и разбросать везде подушки.       Ронке рассмеялся. В ее маленькой квартирке было двадцать шесть подушек, и они заполоняли всё пространство. Кайоде однажды их все пересчитал. Они были в одной цветовой гамме - кремовые и серебристы. С кисточками. С блестками. С помпонами. И одна особенная с кисточками, блестками и помпонами. Кайоде в шутку называл ее чокнутой подушкоманкой. Он даже сам купил ей еще одну подушку. И только ее они не скидывали на пол перед сном.       Они еще немного поболтали о домах и ремонте, пока Ронке не принесли заказ. - Передавай привет Мартину, - наматывая шарф на шею, произнесла Ронке. Шумная компания у стойки никак не прокомментировала их уход. Сими запрыгнула в такси. А Ронке, с едой наперевес и с надеждой хоть немного поднять настроение Бу, устремилась в метро.