особенности их школьной жизни.

Жаркий осенний день. Листва приятно-жёлтого и оранжевого цвета вертится в танце на ветру, красиво падая на дорогу, согретую солнцем. В воздухе витает зной, напоминающий о таком родном и расслабляющем лете. Никакая учёба не тревожит. Ассорти из сладких фруктов и ягод: клубника, яблоки, вишня, персики. А самое главное, спи - не хочу! Отдых, дружеские прогулки и посиделки допоздна, яркая одежда, парки аттракционов, фонтаны, курорты на морях и свободного времени навалом… Ну прелесть же! И не поспоришь. Эх, а перечислять она ведь могла до бесконечности преимущества летнего времени. Все такое родное, пробуждающее внутри светлые чувства, будто причина жить, единственный отрезок времени, когда она чувствовала себя свободной. Куча бумажных и электронных фотографий, сделанных ею на отдыхе, смотря на которые, Кинаши ждала с нетерпением следующего лета! Хотя в трудные для неё моменты она могла даже расплакаться, смотря на эти фотографии. И, признаться честно, даже спустя две недельки на удивление тёплого сентября, Анзу до сих пор грезила на уроках о летних каникулах. И она бы рассказывала о них всем без разбору. Только вот все отошли слишком быстро и начали заниматься учёбой, уже почти забыв о каникулах. Её всегда удивляло то, как её одноклассники и друзья быстро адаптировались к школе после каникул. Даже обсудить было почти не с кем… только сидеть и скучать, скучать на этих уроках, ожидая пока после них все разбегутся. А она, как всегда, пойдёт по пустой школе, лавируя по опустевшим коридорам. Скука смертная… И этот день тоже не был исключением. Анзу, будучи не самой ярой поклонницей физкультуры, скрывалась в инвертарной, притворившись, что у неё болит голова. Восьмиклассница скучающе глядела в окно перед ней, пока в голове крутилась плёнка с летними счастливыми воспоминаниями. Она копалась в телефоне, вновь включив музыку в наушниках и томно выдыхая. За окном листья крутят вальс, из зала доносятся крики, стуки мяча и топот бегущих ребят. Погода неплохая, может она уже испортится скоро. Как уныло… Анзу прикрывает глаза, тычась носом в экран и смотря на время. Прошло меньше 15 минут урока. Как же тошно прятаться в инвертарной, молясь, чтоб её никто не нашёл или не прилетел этот дурацкий мяч, который она бы моментально выпнула из этой маленькой комнатушки, лишь бы её, такую яркую, никто не заметил. Уж она была уверена, что шанс у неё есть, так что сидела она будто приклеившись к стене. Неподвижно, как солдат на службе. Единственные движения, что она совершала были продвижением ленты инстаграмма вниз для просмотра новостей. Пока что все спокойно. Атмосфера даже немного расслабляющая, так что Кинаши уже тихо выдыхает, более эмоционально начиная реагировать на новости в ленте. Но спокойствие и умиротворение её длились недолго. В стену врезается мяч и отлетает в сторону Кинаши. Она не теряется. Анзу ударяет рукой по мячу, но, к сожалению, он отлетает в стену и падает на пол. Паникующая школьница застыла на месте в этот раз, думая, что сделать и абсолютно бездействуя. Испытывая страх, она совсем не заметила то, как кому-то сказали сходить туда и проверить что там случилось. Слишком уж громко ужарялся мяч о картонные стенки инвентарной. Анзу пугается ещё больше и отворачивается, отползая в угол и прячась за какой-то доской, стоящей там со времён царя Гороха. В это же время незванный гость забегает в инвертарную и начинает искать мяч. Тихо. Кинаши уже воображает то, как опять ей ставят в журнал двойку, стараясь не дрожать от страха. Но, видимо, ей всё-таки суждено быть замеченной. Зашедший парень, поворачиваясь к ней, тихо шепчет: — Вылезай давай.. — и после выкидывает мяч наружу, громко и немного неуверенно крича своему классу, — Ребят, тут упало кое-что! Я подниму и прийду, продолжайте!.. — и класс снова играет, пока он садится напротив Кинаши, вылезшей из своего «убежища». Как оказалось, в раздевалку зашёл их староста, Шинсуке Хаясака — отличник, вечно следящий за порядком и всех успокаивающий. Часто ему достаются самые ответственные обязанности и, конечно же, как староста, он должен присутствовать на всех уроках. Так же нередко он отвечал за выступления класса на разного рода конкурсах и праздниках. Сам парень не особо с кем-то общался, но отношения с одноклассниками были достаточно хорошими. Да и ему дела не было до прогулок с ними, ибо дел всегда было не в проворот! Хоть и Шинсуке очень даже неплохо с ними справлялся. Сын маминой подруги, никак по-другому. — Пожалуйста, скажи что меня тут нет.. — Кинаши прикусывает губу, пока глаза её бегают из стороны в сторону. — Чего ж ты тут сидишь? — Ммм… — она мнётся и сглатывает, пока по спине пробегают мурашки. Всё-таки не хотелось нагружать его и своим неким горем. И все же через минутку одноклассница напротив него отвечает на выдохе, — Я не хочу идти… Мне скучно. Хочу лето обратно… — воцаряется тишина на минутку, пока она обнимает ноги и ложит на них голову. — Да и я тоже, знаешь… Забот хотя бы поменьше.. — Шинсуке вздыхает и почёсывает затылок, примечая на лице у той некое удивление. — Ого… Я всегда думала, тебе нравится.. — Что? — Ну в школу ходить, учиться там… Ты ж самый ответственный у нас. — Да ну… Я только волнуюсь за это больше. — он прикусывает щёку изнутри. — Вау!.. Я тоже лето люблю… Столько всего в этом году! Было так классно! На пляже особенно и на пикнике в парке. Я столько фотографий сделала! — она начинает активно размахивать руками и рассказывать как это все было, пока Хаясака с упоением слушает её истории, никак не решаясь ей возразить или остановить. Кто бы мог подумать, что такая фрикуля, у которой в жизни непонятно что происходит, может так интересно рассказывать что-то, кроме темы по обществознанию? А может, она неразговорчива только со своим классом? Ведь, как оказалось, друзей у неё больше, чем может показаться. А Анзу всё рассказывает, и рассказывает, и показывает фотографии! Слушать её было настолько интересно и упоительно, что сам Хаясака не уследил за тем, как быстро летит время. На поле его не было уже дольше пятнадцати минут. Странно это. Особенно для одноклассников, знающим его. Кинаши за эти жалких 15 минут успела ему показать полгалереи, наполненной летними фотографиями и рассказать во всех красках, получше чем за окном, о её летних каникулах. Так она могла говорить ещё долго-долго, часами или даже днями без остановки и не повторяясь. Слишком уж много произошло за её лето, что подарило ей столько приятных ощущений. Староста даже почувствовал, что скучновато ему живётся. Хотя, может, почувствует не только он. — А вот на этой фотографии мы у фонтана с моей подругой! Мы сделали селфи и она тут же упала в воду.. — Анзу захихикала и начала листать фотографии от той где они обнимаются и до той, где она в фонтане. На лице Хаясаки вновь заиграла улыбка и он тоже усмехнулся, пока в голову его одноклассницы пришла идея, — Эй, Хаясака! Не хочешь сделать селфи? — Что?.. Н-Но я же совсем не фотогеничен!.. — его лицо немного покрывается румянцем, пока девушка обнимает его за шею. — Всё нормально. Просто улыбнись! Да и к тому же, ты меня видел? — карие глаза упираются в пол, а девушка радостно улыбается на камеру, тихо и требовательно шепча Шинсуке, — Тебе очень идут очки. Улыбнись уже!! — тут же он неловко усмехается, почёсывая затылок и… Клик! Удачный кадр, где он улыбается получен. — Вот это да! Получилось бомбезно! Я выложу в инсту. Тебя отметить? — она так же продолжала улыбаться пока Хаясака непонятно куда уставился, — Эй, ты на что уставился? Ты слышишь меня? — На меня он уставился. — и тишина вновь заполнила инвентарную, пока Кинаши медленно повернулась к говорящему. С ужасом она оглядела его очертания. Синего цвета волосы, в которых виднелись неравномерно покрашенные пряди, смуглая кожа, майка, прилипшая к потной груди и шорты с носками и кроссовками. Наомичи Курумада. Любитель физкультуры, известный тем, что единственный предмет, который он хотел сдавать в одиннадцатом был физрой. По его неестественно огромным мускулам, которые можно было сравнить только с мускулами Кьютаро Бургерберга из параллели, становилось понятно, что, кажется, в своём выборе он серьёзен полностью. Так же он являлся картой в рукаве на всех междушкольных соревнованиях. Преуспел он, к слову, только в спорте, но никак не в учёбе. Да и выглядел он грозно, иногда и обидно шутил. Анзу моментально становится статуей, боясь двинуться и ожидая всего худшего. Этот безбашенный дурак может ведь на них оторваться по полной. Как оно и случилось. — Хаясака, не уж то девушку завёл? Интересно, чем вы ещё могли тут заняться? — К-Курумада, я просто заслушался её историй! — второй усмехается и смотрит на испуганную и смущённую Кинаши. — О чём же? — Она рассказала про летние каникулы… — он уже совсем неуверенно отводит глаза, чувствуя себя униженным, но тут же слышит смешок и вновь поднимает глаза. — Я поверю вам только в одном случае. — Говори свои условия! — цветная одноклассница несколько озлобленно смотрит в его сторону, пока то продолжает усмехаться. — Если вы оба поиграете с нами. Анзу охватывает ужас и крепко зажимает в своей хватке. Сковывает так, что пошевелиться невозможно, будто кандалы или наручники надевает. Пару секунд она совсем ничего не слышит, но как только приходит в себя, начинает паниковать уже в голос: — Курумада, я совсем ничего не умею в этом волейболе! — Хах.. Что ж, тогда расскажу чем вы занимались в инвентарной. — он улыбается и совсем не оставляет выбора бедной неумехе. Шинсуке уже встал и отяхнулся, ожидая Анзу, что тряслась как осиновый лист. Ужас просто. Играть в волейбол.. с Курумадой и остальными столбами в её классе. Только Наомичи мог воплотить её кошмар в жизнь. Все трое проходят на площадку и занимают места на одной части поля. Страх становится ещё сильней, когда бросили мяч. Но первой, к счастью, пришлось отбивать не ей. Курумада с лёгкостью отбил этот мяч и подача теперь у них. Подача-то у них, но есть одна проблема. Подавать теперь ей. Кинаши трясётся. Трясётся и всё равно встаёт на позицию. Напряжение сковывает движения. Вокруг только поле. И она не думает, что Наомичи не исполнит своё обещание, если они проиграют. Анзу должна хотя бы перекинуть через сеть. Смотрит безотрывно. Цель только одна. Кажется, она сама начинает потеть. Но воизбежание возмущённых возгласов кинуть прийдётся. Девушка выдыхает и со всей силы бросает мяч, зажмуриваясь и слыша какой-то шум на другой части поля. — Анзу! — кричит Курумада и глаза её тут же распахиваются. Он улыбается ей и показывает большой палец. Взгляд её перенёсся на другую часть поля, откуда уже вновь кидали мяч в их сторону. Она что, забила гол их команде? — Давай ещё одну! — и этот голос выводит её из раздумий. Девушка ловит мяч и вновь повторяет свою восхитительную подачу. Для неё было настоящим открытием то, что все-таки она умеет играть в волейбол. И очень даже неплохо. Игра продолжается и теперь в ней все совсем по-другому. Их команда обыгрывает соперников, а Анзу быстро бегает за мячом, отбивая из разных частей поля и работая в команде с Наомичи и Шинсуке. Не хотелось заканчивать их игру. Хотелось продолжать и продолжать, и вновь забивать голы, работая в команде с её новыми друзьями. Она ведь совсем не ожидала, что за лишь один урок физкультуры она сможет сблизиться с двумя парнями, которых ранее считала совсем недоступными. Звонок. Все разбегаются, но эти двое подходят к ней, а Кинаши выставляет руки. После чего парни ударяют ладонями, создавая один смачный хлопок, отразившийся эхом в спортивном зале. — Ух.. Это было шикарно! — Курумада вытирает пот со лба и улыбается им обоим. — Я совсем не знала, что могу играть… — Зато теперь знаешь.. — Хаясака тоже улыбается. — Ладно, оставлю вас, голубки, — Хаясака вновь краснеет, а Анзу показывает ему язык, надуваясь, как ребёнок, а он продолжает, — Может ещё сыграем после того, как переоденемся? — Да, конечно! И теперь они идут в раздевалку. Разговаривая о чём-то более интересном для школьников, обсуждая самые разные темы. Последний урок закончился. И вся троица вышла на улицу, вновь начиная весёлую игру в волейбол, которая стала родной для Анзу за один урок.

***

И вот уже вечереет. Закат красиво расползается по небу, окрашивая его в красивый ярко-оранжевый цвет. Их игра уже закончилась и они расходятся теперь по домам. Анзу вновь устроила фотосессию с парнями после нескольких партий игры. Оставалось только дойти дома. Наомичи завернул в другую сторону, а вот им с Шинсуке нужно ещё продолжать путь. — Ну так ты не против, если я выложу фотку? — Ммм… Хорошо… — Ты какой-то неуверенный.. Улыбнись ещё раз! — Чт-..? — парень замечает что в руках её опять телефон и быстро улыбается, боясь выглядеть глупо. Но страх отступает на второй план, как только он видит свою фотографию. На ней он на фоне заката и вечерней прохладной улицы скромно улыбается. — Давай никнейм свой и начинай вести инсту! Парень достаёт телефон и диктует свой никнейм, пока она записывает его. После этого через пару минут на её аккаунте появляется новый пост, где отмечен Наомичи и он. После них на следующей строчке читалась подпись «самый лучший урок физры». Он поднимает глаза на девушку и радушно улыбается. Через пару минут дорога их продолжается. Каждый в хорошем настроении. И они продолжают свой незамысловатый диалог. Чудесный день.