Хмырь болотный!

Не подумайте, что я не люблю гостей... я люблю гостей, как и всякий хоббит, но я предпочитаю знакомиться с ними прежде, чем они пришли!

Толкин - Хоббит

Дрёма спадала медленно и преимущественно из-за странных ощущений, по лицу и шее ползало что-то неопознанное. Точно не волосы, уж слишком тяжелое и не живность, потому как объект был весьма крупным и лапок я не ощущала. просыпаться не хотелось, а потому попытавшись сдуть это что-то, поморщилась и отвернулась, прячась где-то между шкурой и плечом змея. Над головой послышался тихий сдавленный смешок, скривившись в недовольстве я открыла глаза. Болотный хмырь преисполнился храбрости и решил, что пальцы у него лишние. Его даже не смутил мой грозный взгляд, он так же нагло продолжил терроризировать мои нервные клетки. К сожалению, эти маленькие засранцы решили, что их итак осталось через чур мало и не долго думая я укусила Салазара за пальцы, когда тот решил пройтись ими по губам. Укус был преисполнен холодной подачей сладкой мсти и упущенным сном. Раздалось матерное шипение подскочившего мужчины. Ответ не заставил себя долго ждать, сонная я не успела среагировать как по щеке расползлось остро-болезненное тепло от пощечины. Болезненный удар собрал комбо, посколько голова моя от удара дернулась и вписалась в изголовье, вызывая перед глазами искры. Простонав, я зажмурилась и спрятала лицо в мягких шкурках, пытаясь хоть как-то облегчить эти ощущения. За спиной слышалось ворчание и шелест ткани. Теперь подниматься вдвойне не хотелось, но когда Слизерина волновало мнение его личного Добби? Да никогда. В меня прилетел ком тряпок, оторвав голову от постели и через силу перевернувшись, попыталась понять что это такое. — Одевайся. Послышалось прохладное шипение Салазара. Мученически простонав, я вновь упала на постель и вновь застонала от боли, по дурости своей ударившись затылком. С мужской стороны послышалось насмешливое цоканье и грохот посуды.

***

Погода на удивление радовала, солнышко едва припекало, а теплый ласковый ветерок игриво трепал пряди волос нарочно выпущенные из кривой косы, сплетенной из нерасчесанных волос. Птицы в воздухе весело щебетали и порхали с ветки на ветку вызывая улыбку на моём лице. Собеседник тоже молчал, Всё вглядывался в дорогу и хмурил брови, переодически грубо дергая меня за руку, чтобы не отставала. Я фырчала ему в след и через раз упорствовала, желая оттянуть приход в деревеньку как можно на дольше. — Ведешь себя как регочушая ослица! — Гневно воскликнул Салазар, в очередной раз хватая меня за руку и дергая за собой. — Я коза. Меня так отец всегда называл. -Фыркнув ответила я, покладисто следуя за ним, но вновь отвлекаясь на птиц, остановилась у весьма интересного куста. Его листья напоминали мне листья орешника, стоящего в саду у бабушки. Ему было довольно много лет, но за всю мою сознательную жизнь он не разу не дал плоды. Бабушка всегда говорила, что это из-за холодного северного ветра, что приходил в начале июня и срывал цветущие бутоны цветов. Однако мне всегда казалось, что он просто вредничает и требует к себе через чур много внимания. — Я заметил. — Послышался хмурый недовольный голос с боку. Меня снова дернули за руку, заставляя запутаться в своих ногах и полах тяжелой шерстяной юбки. Однако, крепкие мужские руки спасли от падения мою тушку, а после и вовсе оторвали от земли. Взвизгнув, я ухватилась за шею змея и повернула к нему лицо, хмуря брови в непонимании и неком отвращении. в нос ударила жуткая смесь пота, грязи и мускуса самого мужчины. Отвернувшись, спросила: — Что ты делаешь? — Ускоряю ход. — отстраненно ответил мой мучитель, продолжая свой путь. — Иначе мы туда и через месяц не дойдем. — У меня свои ноги есть. — Морща нос, протянула я в свое оправдание. На меня грозно посмотрели, словно бы я сказала какую-то несусветную глупость и прижали сильнее, словно бы я собиралась сопротивляться. Пихнув колдуна в плечо, я решила обмануть его ожидания и не противиться добровольной услуге Слизерин-такси. В конце-то концов, когда меня ещё на ручках мужчина поносит? Пусть этот представитель сильного пола вонял и имел жутко психованый тип личности, упускать возможность я не собиралась. Наоборот, я даже как-то подрасслабилась и продолжила прерванное дело, наблюдать за птичками. Болотный хмырь наоборот напрягся, это ощущалось через соприкосновение тел сквозь одежду, мышцы дернулись и стали чуть тверже. Видимо он ожидал совершенно другого, но у меня не было ни сил ни настроения устраивать скандал и снова получать люлей от его непревзойденного грязнейшества. подняв взгляд к его лицу, не заметила каких-либо перемен. Все тот же противный лик с выражением лица «как меня все задолбали», и ни капли напряжения в мимике. Прищурившись, я отвела глаза от него и задрала голову вверх, ищя птах, но те остались где-то позади. Пейзаж особо неменялся, кусты были все те же, деревья всё так же едва ли пропускали солнечный свет. Слизерин молчал, я качала ногами и тоже молчала, раздумывая наглеть ещё больше или не стоит. решив, что хмырь сам виноват, раз взял меня на ручки, уложила голову ему на плечо. противный закисший запах уже особо не раздражал, видимо свыклась за этот промежуток времени, зато шея наконец то расслабилась. повернувшись ко мне, Салазар тяжело вздохнул, но промолчал. Дорога продолжалась в молчании и в покачивании моих ног. Со стороны, можно было бы подумать что мы выглядим как до ужаса романтизированная, девочкой подростком двадцать первого века, средневековая парочка по типу Ромео и Джульеты. На деле же, это была дикая история ужасов о домашнем абьюзе, где что первый, что второй выбешивали друг друга до зубного скрежета и желания удавить подушки. Мне даже в какой-то степени было странно, что змей так расщедрился и решил поиграть в благородного господина пожалевшего свою спутницу и её несчастные ноги. Быть может на него так благосклонно сказался наш договор. Прикусив губу я тяжело вздохнула и прикрыла глаза, подумав, что мой личный тиран и изверг сегодня в целом какой-то странный. Пустырник с магнием Б6 принял что? В любом случае, я буду не против, если он так дальше и продолжит их принимать. Может хоть человеком станет, а не гадюкой как сейчас. Пригревшись и задремав на крепком плече, я проснулась оттого, что меня пытались поставить на землю. Раскрыв сонные глаза, бессмысленно смотрела на Слизерина, пытающегося удержать меня на ногах и натянуть мне на голову капюшон от мантии. Осознав что вообще происходит, я оттолкнула мужчину и качаясь отошла от него на пару шагов, самостоятельно скрывая лицо капюшоном. Грозный взгляд на против ни капли не пробуждал мою совесть, а потому зевнув, я огляделась. Мы стояли на окраине леса, чуть дальше начиналась уже знакомое мне поле и печально известный забор. Тяжело вздохнув, проводила взглядом Слизерина, а после нагнала его и прижалась, вцепляясь своими руками в его локоть, тем самым вызывая его недоуменно-насмешливый взгляд. Заходить туда до трясущихся колен не хотелось, в голове с каждым шагом все больше и больше росла мысль что сейчас меня узнают, схватят и сожгут. А Салазар даже не почешется, чтобы помочь, ибо я за этого время явно его хорошенько так подзадолбала. Решив, что уж лучше поглажу мужское эго змея, я чуть расслабила зватку на его руке и подняла извиняющий взгляд. На что получила лишь самодовольную усмешку и ехидный взгляд. — Не знал, что тебе знакома кротость. -Чуть склонившись ко мне прошептал он. Поморщившись, но прижавшись к нему ближе, тем самым пряча лицо в его плечо, тихо шепнула, когда мы пересекали ворота и дневных дозорных. — Ты меня вообще не знаешь. — Да неужели, милая… — Насмешливо протянул он, кивая мужчинам на постах, за что получил болезненный шипок на руке. Поморщившись, колдун с нервным смехом отмахнулся от стражников. — Жена моя, привыкла сидеть дома, теперь вот людей шугается. Дикая как кошка. За спиной послышались насмешливые смешки мужчин и пожелания удачи, с его глупой женой, Слизерину. Подняв на него гневный взгляд, я вновь ущипнула хмыря за локоть и возмущенно прошипела, пока тот вел нас куда-то в центр деревушки: — Какого черта? Салазар?! Колдун резко остановился, а после повернувшись ко мне, склонился и проникновенно холодно прошипел, не отрывая взгляда темно-зелёных глаз от мои серых. — Ты сейчас, как примерная и хорошая жена затыкаешь свой рот до конца нашей прогулки или я затыкаю тебя сам. — Сжав мой подбородок, чем вызвал мой недовольный писк, он притянул меня ближе к себе и угрожающе отчеканил — и поверь мне, тебе не понравится. — Иди к черту! — В ответ ему говорю я, а после дернув голову вниз кусаю его за руку. Отшатнувшись от меня, гадюка встряхнула руку и с ненавистью во взгляде уставилась на меня. Вокруг было множество людей, я буквально видела в глазах колдуна борьбу, то как ему хотелось ударить меня в ответ за мою наглость и то, что он не мог этого сделать не привлекая внимания, а потому бесился. До дикости сильно и признаться честно, было в этом что-то сладко-извращенное — наблюдать за его бессилием сейчас, но знать что после кара настигнет меня явно в троекратном размере. Губы против воли растянулись в мрачную усмешку, хмырь напротив меня поморщился и схватив за руку, притянул к себе. Всё случилось мгновенно, но для меня это было слоумо. Я вижу его горящие ненависть глаза, стремительное приближение, а после чувствую грубое прикосновение его губ к своим. Мгновение, и я несогласно мычу ему в губы, чем он бессовестно пользуется и пытается углубить поцелуй. Не имея силы оттолкнуть, я влепила ему пощечину. Было до тошноты мерзко, вкус желчи и горечи дошел до языка, там и остался, заставляя меня кривить лицо и бессмысленно пытаться сглотнуть этот привкус. Движение вокруг нас словно бы замерло, как и звуки. Лишь легкий ветер играющийся с пылью нарушал тишину. Подняв опасливый взгляд на колдуна, сглотнула и выдавила из себя, повышая голос с каждым словом. — Сволочь! Подлец! Наглец! Ненавижу тебя! Змей глядел на меня лукаво, улыбка его мне была непонятна и выводила из себя ещё больше. Он словно бы насмехался надо мной едва держа свою руку на месте удара. — Мерзавец! -Почти истерично вскрикиваю я сжимая руки в кулаки и ударяя ими по бокам. Тело до ужаса тряслось от переполнявших его эмоций, мне становилось дурно только от одной мысли об воспоминании этого поцелуя. Хотелось придушить наглеца. Ударить побольнее. Стереть это чертово выражения удовлетворения с его лица. Стереть в пыль его самого. — Я тоже тебя люблю, женушка… Потирая подбородок, медленно проговорил он, вновь обхватывая мой локоть и притягивая к себе, не взирая на все мои попытки вывернутся. Вокруг послышались смешки, со стороны ворот раздался свист. По моей коже пробежались мурашки, подобные тем что бывают от морозного ветра. Живот болезненно заныл и в целом просил свернуться калачиком. Поджав губы, тем самым пытаясь сдержать тошноту от касаний Слизерина, я подняла гневный и несколько раздосадованный взгляд на него. В ответ получила холодный и острый, как лезвие ножа, тот самый, что заставлял заткнуться и быть покорной. отвернувшись от мужчины, поправила капюшон, а после вновь вцепилась в его руку, как в спасательный круг. Хмурь продолжил путь, разрезая толпу подобно ледоколу на севере. Я же старалась не поднимать взгляда на людей вокруг. Было мерзко. Не столько от поцелуя, сколько от ситуации в целом. У меня не было свободы и не было выбора, их забрали даже не спрашивая. Салазар мог творить со мной всё что ему в голову взбредет и он это делал, лишь изредка позволяя мне что-то вякнуть. Это было больно. После той свободы в которой я выросла и той которой меня учили множественные блогеры, спикеры и просто медийные люди в соц сетях, такое отношение ко мне, я считала унизительным. Не достойным. Но всем вокруг было плевать. Они лишь смеялись, считая меня глупой женой сопутствующего со мной мужчины. Мерзко. Я умела читать и писать как минимум, как максимум знала основы точных наук и множество тем о искусстве, могла писать картины и шить одежду. Однако идиоткой здесь, среди тех кто даже не знал как пишется их имя, была я. это невероятно злило, больше этого бесило лишь осознание, что все мои знания здесь сочтут колдовством и дурью. Мой мужчина остановился, и я была вынужденна остановится в след за ним. Он говорил с кем-то, весьма по дружески и приятно. Из хриплого голоса Салазара исчезла грубость и шипящая нотка, едва сдержавшись и не подняв на змея глаза, от удивления, я подумала о том как это несправедливо. Меня он каждый раз стремится ударить, унизить, оскорбить. А с какой-то незнакомкой так приветлив. Раздражение внутри разрасталось с каждым словом, но к моей вящей радости, мы продолжили путь, вскоре останавливаясь возле мужчины. Слизерин вновь завел дружеский разговор, раздражая меня звуком своего слащавого голоса. И сам он меня раздражал, хотелось поскорее вернуться домой, на болотину, у меня там бельё не стиранное, ужин не приготовленный, а я вынуждена стоять здесь как истукан, пока эта гадюка решает свои дела. Ещё и поцелуй этот гадкий. Вот зачем он это сделал, козлина старая. гневно метнув взгляд из-под капюшона на Салазара, я мстительно ущипнула его за руку. Он не обратил внимание, проигнорировал меня, благодаря собеседника за заказ, и даже когда мы отошли промолчал. Я снова ущипнула, так ради проверки, вдруг у него нервы отказали или мне мужчину подменили. Не отреагировал, и тогда я с подозрением уставилась на него. — Чего изволишь, господин? послышался прислужливый голос пожилой женщины. Обернувшись на звук, я и впрямь обнаружила старушку сидевшую на крылечке богато украшенного дома с небольшой котомкой шерсти. Слизерин ответил грубее чем следовало6 выдергивая свою руку из моей. — Я к хозяину. -Повернувшись ко мне, он строго оглядел моё лицо и сказал. — Стой тут, я сейчас вернусь. отвернувшись, он оправил одежду и вошел в дом. Проводив гадёныша взглядом, я опустила взгляд к старушке и постаралась улыбнуться как можно мягче. На что старушка хрипло рассмеялась и похлопала рядом с собой, приглашая присесть. — Не криви губы, если радости от встречи в тебе нет ни капли. -тихим каркающим голосом проговорила женщина. Судорожно вздохнув, я села рядом с ней расслабляя лицо и проводя по нему ладонями. Тело вновь охватила дрожь, но уже не от гнева, а от усталости. Отчего-то в присутствии старой женщины было спокойно и легко, конечно быть может мне кажется. Однако это был мой первый контакт с кем-то незнакомым за последний месяц-полтора. — Вымотал тебя этот зверь? -С какой-то тоской и пониманием в голосе спросила она. — Крепись милая, не в последний раз. Подняв глаз на старушку, я нахмурилась и спросила. — Простите, но почему вы так решили? — Моё имя Майра. -Мягко улыбнувшись назвалась моя новая знакомая, а после горько усмехнувшись и прикрыв глаза, сказала. — Этих гадов, я знаю ещё со времен молодости его деда. Все их женщины страдали и тебя стороной этот рок не обойдет. — Но я не его женщина. -Чуть отпрянув от Майры возмутилась я, недоуменно хмуря брови и широко раскрывая глаза. -И никогда ей не буду! Женщина лишь хрипло рассмеялась. — Это ты так думаешь, он же считает иначе. Я хотела было ответить, как дверь распахнулась и оттуда вышел Слизерин довольный до ужаса. Обернувшись, я имела удовольствие видеть как он лобызает ручку какой-то неизвестной девицы преисполненной собственной важности, хотя на деле была просто среднестатистической дочкой богатого человека, возможно даже хозяина деревни. Меня пихнули локтем, обернувшись, заметила на себе пристальный взгляд старухи. — Звать то тебя как, бедовая? Недоверчиво посмотрев на Майру и вновь оглянувшись на Слизерина, нерешительно протянула. — Саша — Вот что, бедовая. — Начала моя собеседница пододвигая ко мне свою корзинку с шерстью. — возьми-ка ты это, да займись делом, иначе сама себя изведешь от безделия. Мать его чудные вещи вязала, так что найдешь применение к шерсти, а мне пора, пока мой непутевый потомок снова не погнал с порога дома. Поднявшись, седая и скрюченная она медленно, шаркающей походкой направилась за угол дома. Нахмурившись ей в след, я запустила руку в корзинку с шерстью. Волокна были мягкими, можно было бы даже сказать что шелковистыми, но переодически пальцы ощущали животный жирок и мелкую грязь. Довольно улыбнувшись столь простой, но приятной тактильной реакции, я вздрогнула, когда на плечо упала тяжелая рука. Подняв голову, я наткнулась на внимательный взгляд Салазара. Поджав губы, указала пальчиком на корзинку. — Подарили, честное слово, я не заставляла. — Отчиталась я, перед мужчиной. Тот лишь тяжело вздохнул и хватанув за плечо поднял меня с крыльца, заставляя болезненно воскликнуть. — Осторожнее, ты мне плечо так вывернешь. — Как выверну, так и вставлю. -хмуро бросил он, поднимая в след за мной корзинку на тонкой длинной нитке и вешаю ту на меня. — Пошли нам нужно купить мясо и зайти к кузнецу. — Зачем? -Недоуменно спросила я, семеня за ним, а после чуть поправила вопрос. — К кузнецу, зачем? — Чтобы ты спросила. -Неохотно буркнул он, сворачивая на более шумную улицу. Нахмурившись, я свернула вслед за ним. Перед взором открылось множество торговых лавок, с весьма скудным наполнением. Поникнув от отсутствия выбора, я неторопясь шла за своей гадюкой, переодически отмечая краем глаза, как тот впихивает людям свои пузырьки и ловко снимает со своих жертв оплату. Мотнув головой, я на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Встреча и знакомство с Майрой выбили меня из колеи, в какой-то степени даже утихомирили мой гнев. Безусловно я не могу сказать, что я больше не злюсь на своего мучителя, но и оторвать голову ему прямо сейчас, уже не хочу. Взгляд переодически соскальзывал на корзинку с шерстью, тем самым теряя из виду гадюку, впрочем далеко он уйти все равно не мог, связь дала бы знать. Мысли все крутились возле слов старухи. Я принципиально отказывалась принимать статус женщины хмыря, но опять же оковы, которыми меня сковал Годрик, говорили об обратно, да и само отношение Слизерина ко мне, как к вещи, говорило об этом. Тяжко вздохнув, я остановилась, вновь запуская руку в овечьи волокна. Салазар видимо весь в свою мужскую породу, раз в семье у них и раньше процветало домашнее насилие. Может и мать его так же в могилу свели? избили до полусмерти, а она потом чтобы не мучаться выползла из дома и утопилась? Сильная видимо женщина была. Не то что я, мне вот ума не хватила, сразу утопиться, чтобы теперь не мучаться. Помотав головой, чтобы согнать дурные мысли, я оглядела толпу, болотника не было видно. Нахмурившись я обернулась, однако и позади его не было. Уха коснулся странный звон, обернувшись, решила пойти туда. Звук не был похож на звон церковных колоколов, а потому вполне мог быть ударом чего-то тяжелого по металу, а значит кузнец работал и ожидал своих заказчиков. Направляясь по звуку, я разглядывала людей. Одежды их были весьма потрепаны и возможно даже по несколько раз перешиты, у некоторых даже виднелись за платки. Связь начинала душить, видимо змей застрял у очередного прилавка толкая кому-то свою отраву. Оглядевшись, я вновь повернулась на звук, до кузни было рукой подать, но я не могла сделать и шага к ней, без несчастного болотного торгаша. Наблюдая за работой кузнеца, я невольно рассматривала его внешность и стать. Казалось бы мужик мужиком, но было в нём что-то цепляющее. Взгляд сначала задерживался на темно-рыжих волосах, а после переходил на мощные широкие плечи не скрытые от взора рубахой, рабочий фартук висящий на нем был прямым издевательством для ценителя мужских бубсов. Он был высок и явно имел не малую силу в руках, раз из раза поднимая тяжелый молот над своей головой. Склонив голову, я чуть поморщилась, ощущая как удавка на шее натягивается, но не сдвинулась с места любуясь нежданно обворожительным человеком. Дома, в халупе Слизерина таких не водилось и даже Годрик при всей своей мощи и всем моём уважении был далек от него. Задумавшись, я не сразу заметила, что кузнец закончил работу из оцепенения выбил его голос. — Красавица, не робей! Подойди поближе да смотри изделия сколько душе будет угодно. Голос его был низким и теплым, а в словах слышалось дружелюбие. губы сами по себе растянулись в смущенную улыбку. Оглянувшись на толпу и заметив неподалеку змеюку болотную, кивнула сама себе и подошла к кузнецу. — Простите если я вас отвлекла от работы. Тихо, с легким смущением в голосе проговорила я6 поднимая на него глаза. В близи он оказался ещё мощнее, однако на лице стали заметны морщинку, а в волосах проглянула ранняя седина. Мужчина весело хохотнул, а после сказал. — Красавице из дальних краёв простительно. Меня зовут Юстас и раньше я вас ни разу не видел в наших краях. Тихо хохотнув в ответ, прикрывая пальцами правой руки губы, смущенно ответила отводя глаза к изделиям на столе и полках. В кузне было жаркавато, но открытый угол довольно хорошо проветривался а потому это не было чем-то отвлекающим или раздражающим. Скорее атмосфера была уютной и весьма располагающей к общению. — Меня зовут Александра, можно просто Саша. -Вновь подняв глаза на мужчину, продолжила, не замечая движения за спиной. — Рада знакомству, к сожалению в ваших краях у меня мало таких знакомств. Юстас довольно сощурил глаза, подобно коту наевшемуся сметаны, а после кивнул мне за спину и голос его тут же стал тверд и менее радушен. — Здравствуй Салазар, заказ твой готов. Забирай и проваливай. — Как однако ты быстро потерял радушие. — Раздался хриплый насмешливый голос за моей спиной, я чуть развернулась к свою мучителю. вся радость тут же спала с лица. — Я вижу ты уже познакомился с моей милой женушкой. Рука змея по хозяйски легла мне на талию, в груди вновь разрастался пожаром гнев. Смеясь практически мне влицо, колдун приподнял мой подбородок рукой и повертел из стороны в сторону, словно пытаясь найти что-то интересное. Краем глаза я видела как мрачнел хозяин кузницы и на душе становилось погано и тоскливо. мне не хотелось верить, что из-за чешуйчатой скотины я могла потерять хоть какого-то мало мальски знакомого и доброго человека. — Ты как мастер, должно быть оценил эту изящную плавность линий. — продолжил словно издеваясь Салазар. — как жаль что такое изделие так быстро ломается. дернув подбородком, я отвернулась от мужчины и подняла глаза к потолку, стараясь не заплакать. Было обидно, впервые кто-то сделал мне искренний комплимент, за последние время, а это чудовище снова прошлось по чему-то и впрямь хрупкому, надламывая и выворачивая все наизнанку. Со стороны кузнеца послышались тяжелые удаляющиеся шаги, а после и напряженный голос. — С таким мужем, вам и врагов не надо. -Вернувшись обратно кузнец протянул хмырю какую-то шкатулку и бросил на меня жалостливый взгляд. — Неудивительно, что в вашем окружении так мало хороших знакомств, Александра. Рука Слизерина больно сжала мой бок, да и сам он в мгновение стал холодным и злобным. Прикусив губу, я подняла извиняющийся взгляд к Юстасу, замечая на его лицо бледный намек на теплую улыбку и согреваясь внутри даже этой крохой доброты. — Я надеюсь, что заказ ты сделал для неё, а не для очередной дуры возомнившей себя королевой. — Насмешливо проговорил кузнец поднимая меха и возвращаясь к работе. — Не твоего ума дело… — Раздалось ядовитое шипение над моим ухом, а после меня шустро развернули и толкнули к выходу — Бальзамы на столе, как и просил. Проходя мимо прилавка, змей небрежно кинул мешочек на него и не отпуская руки с моей талии направился прочь, к выходу из деревни, утягивая меня в след за собой. Оглянувшись в последний раз на кузницу, я посмотрела на хмыря. Лицо его было недовольно, губы поджаты, брови нахмурены а взгляд устремлен вперед. Не решившись начать высказывать все что я думаю о нем сейчас, подумала что лучше отложить все претензии до того момента как мы отойдем поглубже в лес. Врата приближались стремительно, впрочем и в прошлый раз я до них шустро и без проблем добралась до выхода. Салазар молчал. Я тоже. Проходя мимо стражников, я вновь прижалась к змею, однако теперь лицо прятала у изгиба шеи. Сверху послышался усталый и даже несколько наигранно хвастливый голос моего мужчины. — Женщины… Стражники противно хохотнули, в воздухе прозвучал звук монет, заставляющий меня чуть повернуться к служителям закона. Но рассмотреть мне ничего не дали и пихнули в спину, заставляя идти вперед. Со стороны поля виднелось уже садящееся солнце. Я же поджимала губы, судя по всему домой мы придем в глубокой темноте и мне явно будет не до домашних дел. Слизерин позади меня тоже был не в настроении, хотя он по-моему всегда не в настроении. Но сейчас внушал опасения и некий внутренний страх своей мрачной миной больше обычного. Я не рискнула начать разбор полетов прямо сейчас, а потому молча шла по правую руку от него разглядывая деревья, среди которых пряталась от погони ещё совсем недавно. В воздухе появилась зябкая прохлада, гоняющая по коже стадо мурашек. В лесу последних солнечных лучей уже не было и холодные тени упали на еловые лапы деревьев и дрожащие листья кустов неизвестных мне пород. Едва видная дорожка терялась в темноте и все стремилась спрятаться от моего взгляда в зарослях травы. Передернув плечами, я поспешила нагнать мужчину чуть ушедшего вперед. Вся эта мрачность ночного леса напрягала меня, воображение стремительно разыгрывалось и уже рисовало кучу больших и злых глаз в кустах, горящих голодным желтым светом. Вздрогнув, я вцепилась в руку Слизерина, чем вызвала его негодующий взгляд. Поджав губы, отвернулась стремясь сим образом скрыть свой необоснованный страх и поиск хоть какой-то защиты у него, как у более сильного. Хмырь не оттолкнул, лишь подтолкнул вперед, чтобы после приобнять за плечо. Прикусив губу, я подняла на него полный недоумения взгляд. Его жест выглядел нереалистично и непонятно в условиях наших привычных абьюзивных отношений. Да и в целом змей сегодня был каким-то странным, словно его подменили. Хотя нет вру. Подменили — это громко сказано. Может так, головкой об стол приложили для профилактики. Нахмурившись, я отвернулась к разглядыванию кустов. Даже находясь под мнимой защитой я все равно нутром чуяла скрытую опасность в них. словно бы нечто хищное следовало за нами и следило за каждым шагом, пытаясь вычислить слабое звено. Это меня напрягало, потому как в нашей паре слабой была точно я, как физически так и магически. Вздрогнув и передернув плечами, прижалась к змеюке, тем самым ищя в нем спасение от своих фантазий и зябкой вечерней сырости. — Это куст грешника. -Раздался тихий шипящий голос мужчины. остановившись он отпустил моё плечо, а после снял со своего плеча мантию и накинул её поверх моей. Подняв на него глаза полные вопросов, я тихо спросила, хмуря брови и поджимая губы. — Да что с тобой сегодня? голос мой был полон недоумения и неосознанной агрессии, ставшей следствием непривычно странного поведения змея. Да, мы все так же цапались, но эти странные моменты, какой-то его толи нежности толи заботы сбивали с толку и даже пугали. От мудака, которого я считала чистым злом, было известно чего ждать. Но персонаж с серой моралью пугал, потому как уже начинала считать себя скотиной вместо него. Это было непонятно, это было неправильно. Но это была жизнь и мне было известно, что не бывает чистого зла или добра, что весь мир серый. Но мне не хотелось принимать то что Салазар может быть иным. Не хотелось обманываться хрупкой надеждой на дальнейшее хорошее отношение к себе с его стороны. Потому как падать от очередного его удара будет намного больнее, чем впервый раз. Если обманусь его наигранной заботой, то тогда разобью себе и душу с сердцем, помимо лица. — Ничего. -Кратко ответил он, вновь притягивая меня к себе и обнимая за плечи. — Забочусь о своих ингредиентах, не более. Прикрыв глаза я поджала губы и кивнула. Иначе и быть не могло, Салазар был Салазаром, а я дурой забывшей что пообещала стать ему донором. Однако неприятный укол от его слов, я все равно испытала. Всё же какая-то часть меня надеялась на сказочное исправление этой заразы и дальнейшее хорошее отношение, может и без романтики и всей этой нц содержательной части в фанфиках, но тем не менее. Разбалованный тропом от ненависти до любви, мозг, хватался даже за маломальскую надежду. Чего конечно же не случилось. С одной стороны, конечно жаль, а с другой и слава богу. Слизерина в любовниках я бы не пережила, умерла бы от брезгливости. Моё лицо вмиг перекосилось, стоило вспомнить о дневном поцелуе. Подавив внутренний порыв проблеваться, я вновь спросила мужчину. — Какого беса ты творил в деревне? Меня проигнорировали и даже не взглянули в мою сторону, тогда я остановилась и дернула мага за руку и яростно затараторила надеясь вызнать все и не быть перебитой на полу слове. — Какого хрена ты меня поцеловал? Зачем назвал своей женой? Мы друг друга на дух не переносим и это видно невооруженным глазом. — Не твоего ума дело. — шикнули на меня в ответ и дернули за руку ведя к уже знакомым болотистым пейзажем. — Назвал и назвал, нашла за что зацепиться. Уже и слова сказать нельзя! Фыркнув мужчина ступил на деревянный помост и направился к дому. Мне не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ним. — Мог мы назвать сестрой или дальней родственницей, на крайний случай. — Возмущенно начала я, врезаясь в его спину. Развернувшись, колдун впился пальцами в мои плечи и грозно прошипел. — Что первое в голову пришло, то и сказал. Живи с этим и играй свою роль, как послушная жена. — Отпустив меня, он вновь вернулся к прерванному маршруту, по ходу дополняя. — Альтернативу, я надеюсь, ты уже усвоила. В дом зайдешь, приготовь ужин. Поджав губы, я едва сдержалась, чтобы не вякнуть ему что-то современно феминистическое. Огорчало только, что до этого мудака не дойдет абсолютно ничего. До современных то мужиков не до летает, а до этого и подавно. Слишком уж мозг заплыл жирной прослойкой пропаганды о великом и непобедимом патриархате. Это раздражало до глубины души. Проскрепев зубами, я двинулась в след за ним, гневно буравя его спину. Отчего-то они, мужчины, всегда забывали, что обязаны своими, несомненно важными, жизнями именно женщинам и при любом удобном случае, всегда, стремяться унизить и высмеять противоположный пол. Ни грамма уважения к женскому труду и жертвам. А мы дуры перед ними ещё и стелимся, чтобы не разбить их хрупкое эго и кроватку постелить помягче. А то как же, он ведь устал. Сидя весь день на диване за компьютером. Я фыркнула, отводя взгляд от спины Слизерина. Этот хотя бы работает. Однако это не отменяет того, что он был бесчувственной циничной тварью. Серый вид болотины настроения не прибавлял. Наоборот в душе росло жуткое ощущение, словно меня засасывает на глубину, а все мои попытки ухватиться и выбраться не имеют абсолютно никого смысла. Бессмысленная паника и осознание, что со всем предстоит справляться одной и не ждать помощи и понимания у окружающих, потому что крик мой беззвучен, а собственное мнение мне иметь не положенно. По коже пробежались ледянные мурашки, пробираясь по плечам, сквозь ключицы, в самое сердце и растекаясь по нему удушливым ужасом. Судорожно вздохнув, я зажмурилась пытаясь собраться с мыслями и скинуть это оцепенение с себя. Сейчас было не время жалеть себя и трястись от мнимого конца. — Ты идешь? От дома послышался окрик мужчины. Вздрогнув, я отвела взгляд от трясины к змее. Поджав губы, кивнула и двинулась к нему, спеша укрыться от собственных мыслей под шаткой крышей халупы. Он стоял у двери, держа её распахнутой для меня. Я прошла мимо него, даже не поднимая взгляда. В голове вертелась настойчивая мысль о том, что я совершенно не понимаю Салазара. Абсолютно и совершенно. Точно так же, как и своё нахождение здесь. Чуть сгорбив плечи, я прошла внутрь дома, устало стягивая со своих плеч мантии и кидая их на кровать, сохраняя молчания вяло прошла к печи. Лицо исказилось ярким отвращением. Я не желала сейчас стоять битый час и готовить ужин. Дома можно было сгонять в мак или заказать еду на дом. Здесь же пачкать руки и горбиться от усталости, а потом получить по лицу за неверный взгляд или простое слово, которые для меня являются привычной обыденностью. Сжав нервно руки в кулаки и тут же судорожно разжав, прошлась туда сюда приготавливая котел, доску и продукты. Может проблема была во мне? Сильнее обычного резанув ножом по мясу, случайно порезала палец. Шикнув, тут же сунула тот в рот, слизывая кровь. вытащив хмуро оглядела порез. Руку мягко обхватили холодные мужские пальцы. Перед глазами появилась колба. Я поморщилась, все происходило в тишине, но я затылком чувствовала довольную улыбку колдуна и его довольство. Сжав губы, я отстраненно наблюдала за тем как он сцеживает мою кровь, как собирает каждую каплю, словно песчинку золота. Меня несщадно мутило, скорее всего так сказывалась усталость и нервы. Слизерин отстранился, закупоривая фиал, а я лишь брезгливо поджала губы. Закончив с мясом, переодически шипя себе под нос от неприятных ощущений на порезе, поставила котел на огонь. Я ощущала себя жертвой обстоятельств, от этого было неприятно на душе. Вина ложилась на мои плечи тонким одеялом. Безусловно, у меня было в голове понимание того, что я попала по сути в совершенно другой мир, где у людей быт, мировозрение, менталитет и многое другое было очень отличным от того, к чему привыкла я. У меня не было и нет права ставить им это в укор, кричать, ругаться, бороться и как-то изменить всё это. Оставалось лишь принять это, как Иисус принял все людские грехи на себя и жить дальше. Но, я не могла. Если ударили по одной щеке, то стоить подставить вторую. Но если тот кто причиняет боль не остановиться на этом? Что тогда, склонить голову и позволить себя казнить? Не возражая, не пытаясь вразумить и спастись? Я не хотела быть подобной сыну Марии. Не желала терпеть боль и насилие в отношении себя, хотела быть услышанной, пусть и не понятой. В ответ же на каждый мой вольный вздох я получала лишь удар хлыстом и жестокое падение, страх сковывающий руки и ноги. Ужас перед одним единственным мужчиной, перед тем, что я совершенно беззащитна перед ним. Прикрыв глаза, я зажмурилась пытаясь сдержать слезы и всхлипы, отчаянно рвущиеся из груди. Руки охватила дрожь, противно бегущая по телу и пронзающая живот, скручивая его клубком змей, постоянно переползающих с места на место и затягивающих свой узел ещё крепче. котел бурлил все громче и громче, вскоре звук стал настолько громким, что мне стало казаться что это кипящая еда, а молоток, закалачивающий гвозди в крышку моего гроба свободы. Спину обожгло ледяным холодом, ощутив медленное движение на талии, обернулась, потрянно смотря на отстраняющегося мужчину. — Зачем ты это делаешь? -Хрипло спросила я, но в ответ очередной оскал и отмашка руки, велящая заткнуться. Поджав губы, я отвернулась от двери и от него. За спиной послышался незнакомый голос и весёлый окрик Салазара, словно бы ничего и не было. — Милая, накрывай стол. Ублажь нас, жена моя. Я едва ли смогла подавить отвращение к его голосу и словам. Кивнув, я глухо сказала. — Хорошо, сейчас. Обернувшись, я иду к столу, стараясь не поднимать взгляда на них. Сглотнув, расставляю тарелки, ощущая их взгляды на себе и особо не прислышиваюсь к их разговорам. впрочем, какой либо важной, для меня, информации в нем не было. Так приветствия и краткие рассказы о делах. Отойдя от стола, вернулась к котлу. И вовремя, скамейки заскрепели. — И какой же ты Салазар… -Протянул достаточно громко гость. — не хороший человек. Даже словом не обмолвился, что женат на сей прекрасной фее. На свадьбу не позвал. Вот как с тобой теперь общаться? Голос его был чуть насмешлив и скорее всего мужчина пытался добиться того, что я встану на защиту Слизерина и скажу хоть пару слов. Но я молчала и даже виду не подавала, что меня тронули лестные слова в мой адресс. Продолжая помешивать ужин, я тяжело вздохнула, а после сняла его с огня и перенесла на стол, впервые подняв взгляд на гостя. Салазар, как и подобает хозяину взял слово. Голос его был весел и даже насмешлив. — Где же ты увидел фею, друг мой? Обычная домашняя курица не умеющая и рта раскрыть. Поджав губы я медленно разливала еду, под пристальным взглядом все ещё не названного брюнета. пододвинув миску к нему, я подняла взгляд, чтобы получше рассмотреть его. Лицо его было странным, словно бы даже противоестественным. Красивым, но отпугивающим. Он ухмылялся, не отрывая взгляда от меня, а после протянул руку и сказал. — Моё имя Мордред, позволите ли вы мне узнать ваше, милая фея? Внутри меня все разом похолодело. Горло пересохло, повернувшись к салазару я пыталась найти хоть какие-то объяснения в его лице, но не находила. Змей лишь кивнул, мрачно усмехаясь. Вернув внимание к мужчине, я спрятала руки за спину и стараясь не дрожать, сказала. — Моё имя Александра и я не фея. Мордред тихо рассмеялся и придвинув миску с едой у себе, веселясь спросил. — А кто же, если не она? Накладывая ужин Салазару, я метнула взгляд на окно, затянутое бычьими кишками, или чем-там раньше затягивали окна? Усмехнувшись, мрачно сказала. — Кикимора болотная. Это было иронично и даже грустно, но сейчас казалось такой родной правдой. Мне все хотелось дом убрать, да выходило это дело как курица лапой махнула. медленно и словно бы бесполезно. Метнув взгляд на Мордреда, сказала, возможно чуть грубее, чем следовало. — Ешьте, пока не остыло. — Заметив его пищуренный взгляд, я отвернулась, мазнув взглядом по весьма довольному Слизерину. Во мне же радости не было ни на грамм. Отойдя к печи, я поставила разогреваться утренний отвар Салазара, и медленно помешивая его тихо, практически шепотом протянула. — на моей родине, кикиморы — злые духи. — Я же говорил, что фея. — перебивая меня, сказал мордред чуть посмеиваясь. — садись за стол хозяйка, не всё же мужу твоему мне компанию составлять. — Дай ей закончить. — Хриплым, прохладным голосом проскрежетал слизерин, вертя меж пальцами деревянную ложку. однако продолжать и заканчивать у меня уже не было никакого желания. Сняв отвар с огня, я в полной тишине разлила его по чашкам. а после убрав котлы на печь, села за стол, подле Слизерина, играя рол хорошей жены. показывать характер перед возможным сыном Морганы мне не хотелось. Если о силе и возможностях основателей я знала не многое, по факту лишь то что написала Роулинг да пару фанатских теорий. То возможности нового знакомого мне были знакомы по легендам Артурианы и сериалу некогда шедшему по тв3. И меня это пугало. Так и не дождавшись от меня ни слова, Слизерин спросил. — Зачем явился? Гость ответил не сразу, однако лицо его больше не было весело. Словно бы причина его присутствия здесь, ему совершенно не нравилась. А после едва слышно выдавил из себя — Моргана назначила встречу у тебя. Сказала, что соскучалась. Слизерин лишь кивнул, беззаботно отпивая отвар. Я же нахмурилась. по правде сказать, мне было весьма комфортно, пока мы с Салазаром были вдвоем. Без всяких этих нежданных гостей имеющих непонятные мотивы и представляющих не хилую угрозу от одной лишь перемены настроения. Это нервировало. поджав губы, я собрала грязные тарелки со стола и направилась на улицу. Мордреда Морганой, а грязную посуду я не хочу оставлять на завтра. засохнет, не отскребу. У самой двери взгляд скользнул к куче грязного белья. Поморщилась. не хотелось бы конечно, чтобы посторонние видели это дело. С другой стороны, портки были не мои и мне по сути, еред морганой краснеть было не из-за чего. однако где-то внутри скрежитал голосок родного менталитета и требовал устранить этоот позор как можно скорее. Фыркнув, я вышла на улицу, оставляя мужчин на едине. На улице было прохладно и влажно, но намного теплее чем в прошлые вечера. Это радовало, вызывая слабую улыбку на устах и такую-же надежду в сердце. мыслей в голове не было, лишь слабая боль в висках. Я усмехнулась, подумав что это должно быть от большого количества мыслей за сегодняшний день, он был через чур насыщенным. Закончив с посудой, я вернулась в дом. Мужчины все так же сидели за столом, тихо переговариваясь. не встревая в их разговоры я прошла мимо, ставя посуду на место, а после вновь вернулась к двери, поднимая упавшую на пол кучку одежды. Начну сегодня, завтра будет намного меньше работы. Вновь покинув дом, я обошла его, идя к замеченным недавно верёвкам, натянутым под крышей. Медленно опустившись на колени, я опустила белье позади себя, на помост. неохотно принялась стирать, шеркая ткань саму об себя за неимением стирального порошка и каких-либо других средств. Местами ткань была ужасно жирной, в других жесткой, словно бы на неё разбили яйцо и оставили но сохнуть на ней. Некоторые вещи неприятно пахли и вызывали отвращение, вместо стирки хотелось их сжечь. Постепенно веревки заполнялись вещами, а мои руки начинали мерзнуть в воде. Когда за спиной раздались шаги, руки начали коченеть, пальцы стало трудно и больно разгибать. Но я собиралась закончить со стиркой этой кучки сегодня, а потому не отрываясь от дела, шмыгнула носом и достаточно громко сказала. — Я закончу и вернусь в дом. -Обернувшись, я надеявшаяся увидеть привычное недовольное лицо Слизерина увидела пустоту. — Мне немного осталось… Договорив шепотом, я огляделась. Было темно, однако под светом полной луны я никого не увидела. Подняв брови и покачав головой, я решила, что схожу с ума. Обернувшись к воде, я закричала от испуга. Нечто мгновенно схватило меня за руки и потянуло в воду. Я задергалась, упираясь всем телом и противясь воле искаженного существа в воде. Закричала ещё громче, надеясь что меня услышат и спасут. Дернувшись ещё раз, я внезапно полетела назад, на помост, больно ударяясь головой. Существо обрызгало меня водой и скрылось. Перед глазами потемнело, однако я поднялась на колени и против здравого смысла подползла к краю помоста. В воде никого не было. Сглотнув, я отшатнулась от туда, поднимаясь на ноги, пнула оставшиеся тряпки ближе к дому и поспешила внутрь. к черту их, если здесь водится такая дрянь. Внутри рождался гнев на саму себя, тоже умная нашлась, пошла стирать ночью в болотине. Больная идиотка. Судорожно открыв дверь и войдя внутрь, я увидела спокойных мужчин. складывалось ощущение, что они даже не спешили мне на помощь. Просто наплевали на крик. Меня затрясло крупной дрожью и толстый клубок страха застрял в горле. Повернувшись в мою сторону, Слизерин мрачно оглядел меня, а после привычно, холодно кинул. — Постели гостю постель на лавках. Я кивнула, сдерживая истерику внутри себя. мужчины поднялись, начиная сдвигать скамьи вместе. Закрыв дверь, тихо прошла внутрь дома, обхватывая свои плечи ледяными ладонями. добравшись до одного из сундуков я подняла с его крышки одну шкуру, найденную в завалах одежды, ещё одну стащила с нашей кровати. Молча расстелив их на скамье, устало мазнула взглядом по недоуменному лицу Мордреда. — ты весьма добра, хозяйка. Но я не заслуживаю и одной шкуры. Вздрогнув от его тихого, ласкового голоса, обращенного ко мне, я подняла злой взгляд на мужчин, стоящих у огня. Что-то во мне резко натянулось, а после лопнуло и я зло и обиженно защипела. — У Морганы спи как пес шелудивый на пороге! А в моём доме будешь спать так, как я решу. Дрожь не оставляла меня не на миг, гуляя меж злостью, страхом и усталостью. Отвернувшись от колдунов, я направилась к кровати и наплевав на все приличия начала раздеваться. за спиной послышалось родное гневное шипение и торопливые шаги. Обернувшись, заметила свою гневную гадюка, растенувшего одну из шкур, тем самым прикрывая меня от взгляда постороннего. мрачно усмехнувшись спросила. — Что это за аттракцион невиданной воспитанности и манер? Мне не ответили, лишь грозно сверкнули глазами. Фыркнуы, я попросила отвернуться, но ожидаемо, хмырь этого делать не стал. Тяжело вздохнув, я разделась до нижнего платья и залезла в постель. Следом лег и Слизерин, плотно прижимаясь ко мне. сначала я хотела возмутиться, однако в голове тут же родился коварный план. Развернувшись к колдуну, я нагло и бесстыдно принялась поднимать его рубашки, вызывая у него непонимающий и намешливый взгляд. Фыркнув, я обняла его, прижимая и грея свои ледяные руки об него. над ухом послышалось тихое, словно бы сдерживаемое злое шипение. Довольно улыбнувшись, я продолжила греться, водя руками по горячей спине. Месть была сладка. Змей лишь яростно сверкал глазами, обещая мне не мыслимые кары. Однако вести себя как тиран при госте не стал и терпел мои холодные руки молча. Тихо и мрачно хохотнув, я закрыла глаза и устроилась поудобнее. Вскоре сон накрыл с головой.