Полуночный цветок

«Если закончу тереть пол в ближайший час удастся выспаться, а если…» Парнишка от души натирал паркет беседки Имения Камисато. Только перевалило за полночь, но все уже спали. Ночная прохлада ласкала кожу после дневного пекла. Летом у морей всегда жарко. Кто бы мог подумать, что Тома найдет в уборке свою отдушину, он правда пока не очень хорошо разбирается в деталях… Но, когда занят любимым делом не обращаешь внимание на сложности. Просто уходишь в процесс с головой, не замечая ничего вокруг. Рядом кто-то быстро прошёл, очень тихо. Так обычно ходит прислуга, чтобы не привлекать к себе внимание, поэтому Тома даже ухом не повёл. Удивительно, что его вообще взяли на работу, а тем более в дом такого именитого клана. Нет, это далеко не первая его подработка, но почти везде к нему относились с опаской, а тут не косились. Должно быть гости разные приезжают. Тома лишь изредка замечал интерес, который привлекали его блондинистые волосы, но не более. «Интересно, как выглядят господа…» Даже проведя неделю во владениях, он ни разу не видел никого из главной семьи клана. Слуги отзывались о них хорошо, да и в городе Тома слышал: «Господин Камисато добился снижения цен на…», «Господин Камисато оплатил долги горожан за…», «А вот молодой Господин…». «Говорят молодая Госпожа очень красива, прямо как луна.» — Тома решил посмотреть на небо чтобы оценить красоту луны, впервые оторвавшись за вечер оторвавшись от тряпки… Его взгляд на полпути заинтересовала сидящая на помостах фигура. «Все лгут… Какая луна? Месяц… Одинокий и прекрасный» Тома впервые видел кого-то столь очаровательного. На него как будто снизошло вселенское озарение. Госпожа читала книгу, усевшись рядом с уличным фонарем и опустив ступни в воду. «Почему она в такое время не спит? И что она читает? Наверняка, новинку издательства Яэ.» — Тома был наслышан о новой книжке, служанки обсуждали её целый день. «Тогда всё сходиться. Должно быть ей попадает за такое, она же Госпожа!» Госпожа широко зевнула и уселась поудобнее, но Тома все равно нашёл это милым. Видимо, она не заметила его и поэтому так себя ведет. Поддавшись внезапному порыву, Тома сорвал цветок у края беседки и осторожно подошёл к девушке, чтобы не напугать её. На парня уставилась пара удивленных и красивых глаз. — Прости…те. — Тома вспомнил об уважении. Пауза. Парень не знал, что еще сказать. Об этом он не подумал, а принцесса выжидающе смотрела. «Она как будто неземная… И эта родинка под губой, очень милая.» — Эт-т-то Вам, Т-т-вы очень очаровательны, простите за беспокойство. — Тома протянул цветок, не ожидавшая такого девушка перехватила стебелек и уставилась непонимающе на бутон. Блондин быстро ретировался домывать пол, но не выдержал взгляда юной Госпожи и сбежал вовсе. Это был единственный раз, когда Тома так халатно отнесся к уборке. «Госпожа» перевела взгляд от убегающего парня на цветок, а после прыснула от смеха. Закрыла том «1000 стратегий Хогу Сайцзо» и ушла в дом. Желание читать что-либо пропало, внутри потихоньку закипал азарт. Намечается что-то интересное.

***

Глаза слипаются. Надо было убираться и идти спать. Тогда не пришлось бы сейчас демонстрировать собой образец полусонной мухи. В итоге Тома не выспался. Проворочался полночи, размышляя, ничего ли такого он не натворил. Слуга дарит цветок, так ещё и Госпоже… Но раз его не наказали до полудня, то вряд ли сделают это вечером. А все-таки она была незабываемой… И пусть одета в простенькое кимоно, да и вела себя не по статусу, но ей это даже шло. Интересно, они еще встретятся? Имение Камисато большое, дел много. Томе наказали лишний раз не попадаться на глаза господ.

***

— Тома! Иди сюда. — мальчик посеменил к служанке, — Значит, так. — девушка взяла Тому за плечи. — Сейчас пойдешь со мной, нам надо будет убраться в покоях младшей Госпожи. Меньше болтай, больше делай. Понял? — кивок, — Тогда пошли. — А чем обычно занимается юная Госпожа? — Тома нагнал спутницу, как узнал, её звали Ао. — Ходит на уроки по икебане, участвует в некоторых мероприятиях, обычно фестивалях. Иногда для младших господ занятия проводят приезжие учителя, но сам знаешь такое бывает редко. В общем, дел у неё много. На самом деле, жаль мне её, маленькая она, а так мучают. Никакого детства… Зато живет как в сказке. Да она помладше тебя будет. — Младше? — мальчик подумал, что она его сверстница. — Ага, — Ао взглянула на Тому. — А вот младший Господин должно быть твоего возраста, разве что немного постарше. Ноги ступали по разогретому солнцем деревянному полу. — Тс, тут проходим молча. Лучше смотри в пол. Путь к комнате Госпожи проходил мимо небольшой тренировочной площадки. Открывающийся вид заворожил Тому. Он никогда не видел, как дерутся на мечах. Их зачастую носили просто для самообороны. Да и в Мондштадте, он никогда не попадал в передряги с хиличурлами. Фьюх. И оглушительный лязг прерывает повседневную тоску и рутину. Госпожа? «Госпожа» взмахнула катаной и воздух рассекла искра. Хиротацу напрягся и удержал удар. — Ещё. Бейте чтобы противник не успевал думать, быстро и точно. — телохранитель отражал все последующие атаки. — Ты все равно сильнее, это бесполезно! — В тот момент, когда Вы начали сомневаться — Вы проиграли. Хиротацу ударил по катане в последний раз, она вылетела из рук Госпожи и упала на землю. — Зачем вообще доводить дело до боя? Можно ведь договориться. — Вижу в Вас истинного дипломата, но вдруг договориться не получится? В таких случаях и понадобиться клинок, он нужен не для нападения на врага, а для защиты близких. «Принцесса» задумалась. — Тома! — шикнула Ао. — Живо дуй сюда. Я же говорила тихо и быстро! Покои Камисато Аяки находились в отдалении. Окна выходили на море, Томе очень понравился этот вид. Войдя в комнату, он был поражён. Здесь было настолько красиво и просторно!  — Начинаем с пыли, потом моем пол. Госпожа скоро придёт. Желательно закончить до её прихода. Убирайся тщательно. Глава Камисато хочет нанять помощника юным господам, считай это твой шанс показать себя. — Ао ткнула мальчика локтем в бок. Тома думал работы будет больше. С пылью они справились быстро. С татами нужно было повозиться, приходилось приподнимать и протирать края, но в целом много времени это не заняло. Они с Ао уже собирались выходить. — Бери вон то ве… Господа?! — служанка низко поклонилась. — Что? — Тома повернул голову на голос Ао, но увидел в дверях обоих отроков клана и замер. Вообще, ему бы следовало взять пример с Ао и сложиться в три погибели, но картина вырисовывалась крайне заковыристая. Рядом с парнем стояла девочка лет девяти. У нее на руке висел маленький веер в цвета клана. Она держала за руку мальчика рядом. У обоих были светлые, почти белые волосы. Но если это юная Госпожа, то рядом… Парень лет четырнадцати, до этого очень оживленно беседовавший с сестрой, осмотрел комнату. Он смог увидеть всю гамму эмоций, пробежавшую по лицу паренька-слуги. Сначала позеленел, побледнел, а потом между красным и жёлтым оттенком, его лицо в конце концов выбрало первый. Он был готов провалиться сквозь землю. Аято доброжелательно улыбнулся. — О, ты же тот мальчик. — Простите! Комнаты уже готовы! — Тома всё-таки поклонился, на всякий случай, пониже чем Ао. Служанка, не ожидавшая что мальчик возьмет слово, недоуменно на него посмотрела. В ее глазах отразилось явное желание покрутить пальцем у виска. — Благодарю, вы можете быть свободны. — Аято решил избавиться от лишней пары ушей. Ао вышла, а Тома, который планировал прошмыгнуть сразу за ней, был остановлен. — А ты, пожалуйста, останься. Юные господа прошли к столу. Аято усадил сестренку и дал ей горсть бумажных свертков. Затем они оба заговорщицки приложили пальцы ко ртам. «Тс». И захихикали. Тома стоял уныло около той самой, злосчастной двери и не знал, что делать. Было ощущение, что он наблюдает маленький сговор. Оторвавшийся от дела господин понял, что именно смутило слугу. — Зато она теперь никому не скажет о нашем разговоре. — А это?.. — Тома заглянув за плечо Камисато и увидел, как девочка уплетает что-то за обе щеки, шурша оберткой. — Это? — переспросил Аято, — Леденцы. — его лицо тронула мягкая улыбка. — Она очень любит мятные. Но мы отошли от темы. — юный Камисато переменился в лице. Томе показалось что сейчас ему устроят выволочку за неподобающее поведение, а потом и вовсе попрут. «Надо извиниться и объясниться заодно.» — Да… Мне очень жаль за тот раз, мне не стоило поступать так необдуманно. — тон Томы тоже стал более официальным. Аято это подметил. На самом деле поговорить он хотел вовсе о другом, но так даже интересней. — Не стоит, но цветы мне, конечно, дарили впервые. — Тома побледнел. — Лучше скажи. Насколько мне довелось узнать ты не местный. И как, нравится в Инадзуме? — Аято пригласил парня за стол. Пару мгновений поколебавшись Тома сел, но все время он был как будто на иголках. — Хоть я и не местный, но у меня отсюда родом папа. Здесь очень вкусная кухня, довольно… эко… экзотично. — А насколько ты планируешь здесь остаться? — Я хотел найти папу, но у меня это совсем не получается. Мы расстались в пути. Но он точно в Инадзуме, я уверен! — Значит тебе придется задержаться здесь на неопределенный срок… нужна пища, одежда и крыша над головой. —Нахожу подработки, не густо правда, но я стараюсь. —Тома подался немного вперед. — Тебе нравится в имении Камисато? — слуга мотнул головой, показывая, что да. — Хочешь стать моим личным помощником? Тома оторопел. Заложив леденец за щёку Аяка посмотрела на брата. — Он будет с нами дружить? — Если захочет. Теперь Тома был представлен перед выбором. Любой согласился бы не думая, но сейчас он простой работник, который выполняет мелкие поручения, быть же помощником член семьи клана… Это предписывает собой больше правил и ответственности, но Тома ее никогда и не боялся. — А сколько мне будут платить? — Мне определенно нравится твой подход к финансовой части вопроса. Как главному помощнику, думаю, мне удастся договориться с отцом на пятнадцать тысяч моры, это при условии, что тебе предоставят место и еду. — Так не бывает. Это много. Аято рассмеялся. — Ты первый человек на моей памяти кого пугает «большая», по его мнению, зарплата. И почему большая? У тебя будет достаточно работы, да и выглядеть придется опрятно и достойно, на это тоже нужны деньги. Одного личного помощника семья может мне позволить. «Ну раз так.» — Хорошо, я согласен. — Ура, братик, станет нашим другом! — у Аяки загорелись глаза, но сидела она все так же ровно и спокойно. — Тогда завтра, в четыре тридцать утра, жду тебя у своей комнаты. — Аято. «Во сколько?..» — Тома, кажется, начал понимать на что подписался. Главный помощник это все равно что главный слуга? Стоп. То есть придется руководить уборкой? Это конечно интересно, но помощник не уборщик, а значит… в обязанности войдет не только уборка… — Простите, но почему так рано? — Забота о внешнем виде имения тоже лежит на мне, а теперь уже и на нас, так что завтра необходимо провести чистку прудов, обычно я встаю позже. В пять. — Камисато подошел к Томе и пожал руку. — С повышением. «Теплая, и на удивление мягкая, хотя на ладони и чувствуются небольшие мозоли.» От всего сказанного у Томы закружилась голова. Кажется, пятнадцать тысяч это еще мало… и придется просить надбавку. Но он еще никогда не занимался чисткой прудов, это должно быть занимательно.

***

И снова Тома не выспался. Спасибо Архонтам, что вовсе не проспал. Он уже пять минут околачивался около дверей покоев юного Господина, но так никто и не вышел. «Может зайти…» Тома постучал. Ему не ответили. Тогда он решил пройти внутрь покоев. В глубине комнаты под светом лампы на столе спал юноша. Было совсем ещё рано, а в комнате — темно. Если бы не размеренное дыхание, парня можно было принять за статую, изящную и совершенную. Новоиспеченный помощник подошёл ближе, на столе лежали бумаги. «Расчеты… Кровля, черепица… Итого… Ого, как много всего.» Тома вмиг стал уважать Господина ещё больше. Надо же, такие большие цифры, и сразу видно, что важный документ! Ему тоже поручали что-то посчитать. Иногда. Но обычно мелкое и неважное. Тома нагнулся чтобы получше рассмотреть документ, Аято оказался совсем рядом, нос к носу. В его руке лежала каллиграфическая кисть, кончик которой был в чернилах. На удивление, тушь не размазалась. Рука Аято дрогнула. — Давно ты тут? — слуга оторвал глаза от документов и встретился со взглядом Господина. — Ой, эм то есть, нет. — Тома подскочил как ошпаренный. — Тебе не стоит чувствовать себя неловко. Заснул я. Так значит доходит пятый час… — Аято посмотрел в сторону напольных часов, поправляя воротник кимоно. — Так точно. — Тома так и стоял как натянутая струна. Камисато прыснул. — Я же тебе не капитан, не стоит. Наоборот, я буду рад, если нам удастся подружиться. — Аято достал из стопки бумаг чистый лист и протянул Томе. — Как моему помощнику, в твои задачи входит составление планов. Я знаю, что ты родом из другой страны, умеешь писать иероглифы? — Немного, те, что попроще. — Отлично. Тогда вот первое поручение: составь список дел для прислуги. Я хочу посмотреть, как ты его себе представляешь. Как только закончишь, отдай мне на проверку. Писать можешь прямо тут. Список. Ему? Что в нём вообще должно быть? Тома подошёл к заданию со всем усердием. Оказалось, даже для составления небольшого плана нужно многое обдумать. Должно остаться время на обед, также стоит учесть тех, кто в этот день будет в отгуле. Пока Тома ушёл в себя, увлеченный процессом. Аято в редкие урывки времени между работой кидал на него взгляд. «Посмотрим, как справится. Ответственный и добросовестный. Если останется будет хорошим работником, и отец оценит.»

***

А спустя время… Спокойные дни зачастую сменяют унылые и серые. Кончина Главы клана была как гром среди ясного неба. Несмотря на юный возраст, клан возглавил его сын, переняв все соответствующие дела. Данную ситуацию омрачила скорая смерть Госпожи, которая ушла в след за мужем, не сумев преодолеть, горя утраты.  — Ао собрала вещи, завтра отбудет с остальными. Я уладил дела в порту. Аято сидел у кровати сестры. Аяка тяжело переносила смерть родителей, сейчас она крепко спала, глаза её были красные от слёз. Вечно радостная и сияющая Сирасаги Химэгими утратила свою улыбку. — Хорошо, отойдем немного, нам надо поговорить. Глава клана поднялся и подошёл к окну. — Наедине, скажи мне честно, хочешь ли ты дальше оставаться тут? В данной ситуации я не уверен смогу ли хоть что-то сохранить. Ао уже уезжает, ты не хочешь с ней? Насколько я знаю, вы были очень дружны. Или может отправишься на поиски отца? Мне нужна будет полная отдача и уверенность в людях, которые остаются со мной. — голос, который обычно скрывал слабости своего владельца, был необычайно низок и тосклив. Такую вольность в проявлении эмоций Аято разрешал себе только в присутствии Аяки и Томы. В воздухе осталась недосказанность. Как будто Камисато, отвергая собственные чувства, оставлял Томе выбор. «Всегда он такой… Забывает о себе.» — Тома задумался. За то время пока он занимал пост помощника многое круто изменилось в его жизни. Работать приходилось днями напролет, и даже чуть ли не во сне. Когда в иной мир отошли Глава с женой — дел стало ещё больше. Но он и подумать не мог о том, чтобы уйти. Камисато дали ему стабильность и постоянство, работу и дом. О возвращении в Мондштадт уже не шло и речи. Отца он пытался искать, но эта затея не увенчалась успехом. Тома уже даже как-то смирился с тем, что он тут один. Возможно, ему когда-то и удастся навестить матушку, а пока… Он останется там, где его дом, друзья и любимый человек. За последнюю мысль он невольно уцепился. Тогда, под луной, мог ли ещё зеленый мальчишка разобраться в собственных чувствах и порывах? Осознание пришло позже. Это проявлялось в движении, взгляде. Сам факт того, что Аято рядом, — успокаивал и согревал сердце. Но зная самого себя, можно сделать вывод что и Господин уже всё знал. Из Томы ужасный лжец и конспиратор. И раз Аято не против, то может стоит на что-то надеяться? Нет, не сейчас, но возможно потом… На данный момент утрату Аято и Аяки он воспринимал как собственную, а бросать родных ему людей в такой сложный момент он ни за что бы не стал. — Я остаюсь. Хочу служить вам столько — сколько будет сиять Инадзума. — Тома был наполнен решительности, он верил собственным словам, ведь они шли от чистого сердца, а значит всё точно наладится. — Я всё еще плох в каллиграфии, но… — Тома хотел сменить тему, зачем лишний раз нагружать голову в такое нелегкое время, к тому же его выбор можно было определить давно. — Спасибо. — Камисато приблизился к Томе и обнял. Тот оторопел, но ответил тем же. Не было ни всхлипов, ни слов, но плечо после объятий всё же осталось влажным.

***

— А…Так ты про тот раз, когда подарил мне цве…— Аято нравилось поддразнивать Тому, но его прервали. — Нет! Я рассказываю про то, как устроился на работу. Я же просил не вспоминать тот случай. — Тома стал пунцовым. — Я говорил про то, как напортачил в плане для слуг, а позже свалился в пруд, когда мы с Ао его мыли. Ужасное происшествие, от одежды почти нереально отмыть эти водоросли. Путешественник, ты должно быть встречал их в порту. Юноша закивал головой. — Мне искренне не хочется вас прерывать, но думаю наш гость все же устал с дороги, Тома позволь ему отойти ко сну. — Глава подошёл ближе к столику, встав за спиной своего управляющего. В руки Томе упала записка. — Паймон устала, мы просидели здесь весь вечер. — Вам, подготовили комнаты в гостевом крыле. — Аято улыбнулся, — позвольте вас проводить. Путешественник и Паймон ушли вслед за Господином. «Специально же увёл.» — Тома даже немного заерзал от нетерпения. В записке значилось: «Сегодня. Ночью в 1. Готовься.» Парень смутился. Ну что ж, ночью так ночью, он будет ждать. Тома так и остался сидеть представляя, что его ждёт. Аято умел интриговать. Запели цикады. Наконец настало спокойствие. P.S. Ночную партию в шахматы Тома всё-таки проиграл.